Анализ норм, предусматривающих ответственность за вовлечение несовершеннолетних в преступление и иные антиобщественные действия

Тип работы:
Курсовая
Предмет:
Государство и право


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Содержание

Введение

1. Понятие и основы вовлечения несовершеннолетнего в совершение антиобщественных действий

2. Характеристика признаков состава преступления, предусмотренных ст. 151 УК РФ и проблемы квалификации

2.1 Уголовно-правовая характеристика вовлечение несовершеннолетнего в совершение антиобщественных действий (ст. 151 УК РФ

2.2 Спорные вопросы квалификации вовлечения несовершеннолетних в совершение преступлений и антиобщественных действий

Заключение

Список использованной

Введение

Возведение защиты семьи в ранг конституционных положений есть государственное признание ценности семьи, ее роли в общественном развитии, формирование отдельной личности, понимая, что семья — основа материальной и психологической поддержки человека, нормального развития детей. Кризис семьи в последние годы принял небывалый размах, когда не реагировать на него правовые нормы уже не могли. К тому же настало время, когда нельзя не считаться с существующими международно-правовыми актами, где зафиксирована позиция по отношению к семье. Имеется в виду прежде всего ч. 3 ст. 16 Всеобщей Декларации прав человека, принятой Генеральной Ассамблеей ООН в 10. 12. 48 г. В ней прямо сказано: «Семья имеет право на защиту со стороны общества и государства». Ведомости Верховного совета СССР, 1979 № 40 ст. 564. Преамбула Конвенции о правах ребенка 1989 г. обращает внимание на предоставление семье необходимой защиты и содействия Ведомости Съезда Народных депутатов СССР и Верховного Совета СССР, 1990, № 45 ст. 955.

После признания семьи объектом защиты (охраны) на конституционном уровне медленным темпом пошел процесс — обновления действующего законодательства. Развитию и углублению этого процесса служит ч.1 ст. 38 Конституции Р Ф, в тексте которой по прежнему на первом месте положение: «материнство и детство, семья находятся под защитой государства».

Уголовный кодекс РФ выделяет специальную главу, именуемую «Преступления против семьи и несовершеннолетних». Это весьма симптоматично для нашего времени, когда семья занимает все более прочное и самостоятельное место среди объектов, охраняемых правом. Но делает это УК косвенным образом, в частности запрещая вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления, антиобщественных действий.

Если родители совершают преступления, ведут антиобщественный образ жизни (алкоголизм, наркомания, проституция), они напрямую передают свой негативный опыт детям.

Подростки вынуждены уходить из дома и самостоятельно добывать себе средства к существованию. Зачастую, ведя такой образ жизни, они становятся членами преступных групп, занимаются проституцией и попрошайничеством. Именно эти дети все чаще являются жертвами преступлений.

Взрослые все чаще вовлекают безнадзорных детей в преступные группы. Более 70 процентов несовершеннолетних участников групповых преступлений проживают в семьях с очень низким достатком. Это является одной из причин корыстной направленности совершаемых ими деяний.

Однако преступления совершаются и теми лицами, семьи которых являются благополучными с точки зрения отсутствия в них видимых негативных факторов.

К сожалению, часто в преступную деятельность несовершеннолетние вовлекаются через «дружеское» общение со сверстниками и старшими приятелями. Уже ступившие на уголовную стезю «друзья» вовлекают таких несовершеннолетних, играя на их преданности дружбе, боязни прослыть «предателем», «трусом», «маменькиным сынком».

С сожалением приходится констатировать, что деятельность правоохранительных органов по защите несовершеннолетних от экономической, сексуальной и иной эксплуатации, борьбе с вовлечением несовершеннолетних в преступную деятельность, находится пока на низком уровне.

Таким образом, возникает необходимость защиты несовершеннолетних со стороны государства, что нашло отражение в УК РФ, где появились нормы, устанавливающие ответственность за вовлечение несовершеннолетних в преступление и иные антиобщественные действия.

Целью данной работы является исследование уголовно-правовых аспектов охраны нормального нравственного, психического и физического развития несовершеннолетних и разработка на этой основе конкретных предложений по совершенствованию норм уголовного законодательства, направленных на охрану названного объекта.

Для достижения указанных целей были поставлены следующие задачи:

— изучить историю и тенденции развития зарубежного уголовного законодательства об ответственности за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления или иных антиобщественных действий;

— дать уголовно-правовую характеристику составов преступлений, ответственность за которые предусмотрена ст. 150 и 151 УК;

— разработать конкретные выводы, предложения и рекомендации по совершенствованию отечественного уголовного законодательства в части, касающейся ответственности за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления или иных антиобщественных действий.

Объектом настоящего исследования являются общественные отношения, возникающие в связи с охраной нормального нравственного, психического и физического развития личности несовершеннолетнего от преступных посягательств.

Предметом исследования выступают правовые нормы, содержащие составы преступлений, предусматривающих уголовную ответственность за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления или иных антиобщественных действий, научная литература по исследуемой теме, а также современная практика применения рассматриваемых правовых норм.

Вовлечение несовершеннолетних взрослыми лицами в совершение преступления представляет повышенную опасность для общества не только потому, что расширяет круг правонарушителей, но и потому, что такие действия оказывают развращающее воздействие на неокрепшую психику несовершеннолетних, нарушают их нормальное духовное и нравственное развитие, прививают им искаженные ценностные ориентации.

Взрослым преступникам бывает выгодно привлекать в качестве непосредственных исполнителей несовершеннолетних, т. к. они несут более легкую ответственность по сравнению со взрослыми.

Необходимость отнесения составов преступлений, касающихся вовлечения несовершеннолетних в. преступную и иную антиобщественную деятельность, к преступлениям против личности давно рассматривалась учеными в теории отечественного уголовного права. В Уголовном кодексе 1996 г. устранены разночтения в понимании объектов данных преступлений. Включение норм о вовлечении несовершеннолетних в совершение преступления, равно как и в совершение антиобщественных действий, в главу о преступлениях против семьи и несовершеннолетних обозначило, что основным объектом данных преступлений является нормальное нравственное и физическое развитие несовершеннолетних.

Необходимость особой защиты несовершеннолетних от отрицательных влияний объясняется в частности тем, что моральные чувства у них еще не имеют характера устойчивых нравственных убеждений. Несовершеннолетние обладают некоторыми психическими особенностями: склонностью к самоутверждению, подражанию, внушаемостью, стремлением к чему-либо новому, необычному и т. д.

Несовершеннолетних нередко привлекают внешние проявления личности. Вместе с тем они не всегда умеют за ними увидеть действительные побуждения. Отсюда могут возникать различные псевдоувлечения. Вот почему подростки, особенно нравственно неустойчивые, сравнительно легко могут быть вовлечены взрослыми в преступную или иную антиобщественную деятельность.

Склонность подростков к подражанию в значительной степени определяется их возрастными и вместе с тем социально обусловленными особенностями. Замечено, что каждый подросток стремится к самоутверждению в жизни. Именно подражание помогает ему достигать этого, способствуя выработке сложного социального поведения, и он порой легко подражает социально отрицательным образам. Поэтому воздействие на них со стороны взрослых, особенно ранее судимых за вовлечение несовершеннолетних в преступление и антиобщественную деятельность часто влечет негативные тяжкие последствия: ущерб их воспитанию, учебе, разрушает положительные интересы и т. п.

Исходя из вышеизложенного, видно, что действительно объектом преступления по рассматриваемым статьям будет прежде всего нормальное нравственное развитие несовершеннолетнего. Данный вывод применим как к ст. 150, так и ст. 151 УК.

Непосредственный объект данного преступления совпадает с видовым. Им являются интересы нравственного формирования личности несовершеннолетнего. По ч. 3 ст. 150 УК необходимо выделить и дополнительный объект — здоровье несовершеннолетнего.

Объективная сторона данного состава преступления выражается в активных действиях, направленных на возбуждение желания у несовершеннолетнего участвовать в совершении одного или нескольких преступлений. Частью 1 ст. 150 УК РФ предусмотрена ответственность за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступлений лишь небольшой и средней тяжести. Вовлечение в совершение тяжких и особо тяжких преступлений наказуемо по ч. 4 ст. 150 УК РФ.

Деяние может выражаться только в активных действиях, путем бездействия вовлечение в преступление невозможно.

Еще Пленум Верховного Суда СССР в постановлении от 12 сентября 1969 г. «О судебной практике по делам о вовлечении несовершеннолетних в преступную и иную деятельность» указывал, что под вовлечением в преступную деятельность следует считать действия направленные на подготовку несовершеннолетнего к участию в преступлениях, подстрекательство его к совершению одного или нескольких конкретных преступлений, либо на привлечение к совершению преступления в качестве пособника.

Не смотря на то, что законодатель не называет возможные формы вовлечения, а лишь перечисляет примерные способы такого деяния, считаем возможным, выделить три формы вовлечения несовершеннолетнего в преступление:

1. подготовка несовершеннолетнего к участию в преступлении;

2. подстрекательство его к совершению преступления;

3. привлечение его к совершению преступлении в качестве соисполнителя или пособника.

Подготовка к участию в преступлении предполагает развитие у несовершеннолетних преступных наклонностей, привычек и навыков. Особенность этой формы заключается в том, что действия взрослого, кроме анализируемого деяния не содержит признаков другого состава преступления.

Под подстрекательством к совершению преступления понимается склонение несовершеннолетнего к совершению преступления. Формально круг преступлений в которые вовлекается несовершеннолетний должен соответствовать перечню уголовно-наказуемых деяний, предусмотренный УК РФ.

Привлечением несовершеннолетнего к совершению преступления в качестве соисполнителя или пособника в широком смысле слова признается формой подстрекательства. В узком смысле слова, если виновный, сам же участвует в непосредственном исполнении объективной стороны преступления, признается исполнителем, а не подстрекателем, квалификация его действий не требует ссылки на ст. 33 УК РФ.

Диспозиция ч. 1 ст. 150 УК РФ содержит примерный перечень способов вовлечения несовершеннолетнего в преступление: обещание, обман, угроза и иной способ.

Обещание — это уверения несовершеннолетнего в выполнении в его интересах какого-либо действия или бездействия, если он примет участие в совершении преступления (например, устроить в спортивную секцию, сделать подарок). При этом не обязательно, чтобы выгоду от преступления получал сам несовершеннолетних, это могут быть и близкие несовершеннолетнего.

Обман означает введение несовершеннолетнего в заблуждение относительно юридической оценки действий, к совершению которых его склоняет взрослый, возраста с которого наступает уголовная ответственность за данное деяние, и другие случаи сообщения подростку ложных сведений или злоупотребления доверием.

Под угрозой понимается психическое воздействие на несовершеннолетнего с целью заставить его совершить преступление. При этом она обычно принимает либо форму шантажа, либо угрозу уничтожить имущество подростка или его близких родственников, исключить из учебного заведения, спортивной секции, и т. п. Если же угроза заключает в себе опасность применения насилия, то она охватывается ч. 3 ст. 150 УК РФ.

К иным способам вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления можно отнести, например, просьбу, возбуждение чувства зависти, мести или других низменных побуждений. К ним относятся также уговоры, лесть, подкуп, уверение в безнаказанности, дача совета о месте и средствах совершения преступления, обещание оказать содействие в реализации похищенного, пропаганды преступного образа жизни.

По вопросу о моменте окончания анализируемого преступления в литературе высказаны различные мнения. Большинство авторов считают состав преступления формальным, т. е. преступление признается оконченным с момента совершения виновным одного из действий, направленных на вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления. Вместе с тем некоторые авторы считали преступление оконченным, если подросток начал участвовать в преступлении, в которое его вовлек виновный.

Вместе с тем при совершении преступления несовершеннолетним, не подлежащим уголовной ответственности в силу возраста (ст. 20 УК) или невменяемости (ст. 21 УК), лицо, вовлекшее несовершеннолетнего в совершение этого преступления, в соответствии с ч. 2 ст. 33 УК несет ответственность за содеянное как исполнитель путем посредственного причинения

Субъектом преступления является лицо, достигшее 18-летнего возраста. Нередко лица, вовлекающие несовершеннолетних в совершение преступления имеют судимость. Действия таких лиц особенно опасно, поскольку, как правило, они пытаются создавать преступные группы. Вовлечение в совершение преступления одним несовершеннолетним другого состава не образует.

С субъективной стороны преступление совершается с прямым умыслом, т. е. виновный должен сознавать, что вовлекает в совершение преступления несовершеннолетнего и желает этого. Если взрослый не знал о несовершеннолетии вовлекаемого в преступление лица, он не может привлекаться к уголовной ответственности по ст. 150 УК.

Прямой умысел характеризуется тем, что виновный сознает, что вовлекает несовершеннолетнего в совершение преступления, и желает этого. Такой позиции придерживается большинство авторов. Вместе с тем, согласно п. 9 действовавшего ранее постановления Пленума Верховного Суда СССР от 3 декабря 1976 г. «О практике применения судами законодательства по делам о преступлениях несовершеннолетних и о вовлечении их в преступную и иную антиобщественную деятельность», «при рассмотрении дел следует устанавливать, сознавал ли взрослый или допускал, что своими действиями вовлекает несовершеннолетнего в преступную или иную антиобщественную деятельность», т. е. Пленум Верховного Суда СССР считал, что по делам этой категории возможен не только прямой, но и косвенный умысел («допускал»).

Такое же разъяснение об отношении виновного к вовлечению несовершеннолетнего в совершение преступления дал Пленум Верховного Суда Р Ф в постановлении от 01 февраля 2011 г. N 1 «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних». Однако в преступлениях с формальным составом, какими являются преступления, предусмотренные ст. 151 и 152 УК РФ, возможен только прямой умысел.

По вопросу об отношении виновного к возрасту несовершеннолетнего Пленум Верховного Суда СССР разъяснял: «Уголовная ответственность наступает как при условии осведомленности о несовершеннолетнем возрасте вовлекаемого лица, так и в тех случаях, когда по обстоятельствам дела он мог и должен был предвидеть это». По нашему мнению в умышленном преступлении отношение к отдельным элементам преступления должно быть только умышленным.

Аналогичным образом решил вопрос Пленум Верховного Суда Р Ф, указав: «Если взрослый не знал о несовершеннолетии лица, вовлеченного им в совершение преступления, он не может привлекаться к ответственности по ст. 150 УК РФ».

Мотивы, которыми руководствуются виновные, и цели значения для квалификации не имеют, хотя чаще всего выражаются в корысти, а также мести, зависти и других низменных побуждениях.

При подстрекательстве несовершеннолетнего к совершению преступления взрослое лицо должно привлекаться к ответственности по ст. 150 УК, и за участие в совершении конкретного преступления.

Квалифицирующим признаком, свидетельствующим о большой общественной опасности, является совершение данного преступления родителем, педагогом либо лицом, на которого возложена обязанность по воспитанию несовершеннолетнего. В этом случае вместо воспитания несовершеннолетнего в духе соблюдения нравственных принципов общества и законопослушания лицо, являющееся авторитетом для несовершеннолетнего, вовлекает его в совершение преступления, т. е. грубо нарушает обязанность по воспитанию несовершеннолетнего. При этом, если несовершеннолетний проживает у близкого родственника (брата, сестры и т. п.), на которого законом не возложены обязанности по воспитанию, то в случае совершения преступления, предусмотренного ст. 150 УК, ответственность для них, по нашему мнению, должна наступать по ч. 1 этой статьи.

Еще более опасным деянием является вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления путем применения насилия (побои, причинение какого-либо вреда здоровью и т. д.) или с угрозой его применения. Такое деяние квалифицируется по ч. 3 ст. 150 УК. При этом реальное причинение тяжкого вреда здоровью следует квалифицировать по совокупности преступлений: по ч. 3 ст. 150 и ч. 1 ст. 111 УК.

Еще один квалифицированный состав этого преступления закреплен в ч. 4 ст. 150 УК, где предусмотрена ответственность за вовлечение несовершеннолетнего в преступную группу либо в совершение тяжкого или особо тяжкого преступления. В данном случае подросток вовлекается в преступление, которое совершается группой без предварительного сговора (ч. 1 ст. 35 УК), по предварительному сговору (ч. 2 ст. 35 УК), организованной группой (ч. 3 ст. 35 УК) или преступным сообществом (ч. 4 ст. 35 УК) или в совершение преступления, которое относится к разряду тяжких или особо тяжких преступлений (ч. 4 ст. 15 УК).

Создание преступных группировок, получивших определенное распространение в современных условиях, представляют высокую степень общественной опасности.

Несовершеннолетний может вовлекаться как в уже созданную преступную группу, так и в создаваемую. Такая группа может состоять из несовершеннолетних, но руководит ею взрослый, который вовлекал в нее несовершеннолетних. Способы вовлечения несовершеннолетних в преступную группу такие же, как рассмотренные выше.

1. Понятие и основы вовлечения несовершеннолетнего в совершение антиобщественных действий

1.1. Понятие вовлечения несовершеннолетнего в совершение антиобщественных действий

Сегодня ст. 151 УК РФ «Уголовный кодекс Российской Федерации» от 13. 06. 1996 N 63-ФЗ (ред. от 21. 07. 2014) (с изм. и доп., вступ. в силу с 04. 08. 2014)/ СПС КонсультантПлюс предусматривает вовлечение несовершеннолетнего в систематическое употребление спиртных напитков, одурманивающих веществ, занятие бродяжничеством или попрошайничеством. Практика показывает, что проблема уголовной ответственности за данное преступление часто возникает при определении его объективной стороны, т. е. при правовой оценке действий взрослого лица, направленных на вовлечение несовершеннолетнего в совершение тех или иных антиобщественных действий. Это связано в основном с определением характера и систематичности действий, направленных на вовлечение. Например, в течение какого времени должна проявляться систематичность вовлечения? Сложность возникает при отграничении вовлечения несовершеннолетнего в употребление одурманивающих веществ от их склонения к употреблению наркотических средств, психотропных веществ и их аналогов в п. «а» ч. 3 ст. 230 УК РФ. И в том, и в другом случае речь идет о средствах одурманивающего характера. Сложным является и разграничение понятий «вовлечение» и «склонение», поскольку многие способы этих деяний совпадают. Спорными остаются также определение момента окончания вовлечения несовершеннолетнего в совершение антиобщественных действий и некоторые другие вопросы, касающиеся объективной стороны состава ст. 151 УК РФ.

При квалификации рассматриваемого преступления трудности возникают и при оценке субъективной стороны. Например, когда речь идет об определении степени вины взрослого лица в случае, когда подросток сам проявляет инициативу при употреблении спиртных напитков или наркотиков, а взрослые потворствуют желанию несовершеннолетнего и исполняют его желание. Например, за праздничным столом отец молча наливает сыну спиртное, заметив его желание присоединиться к застолью, или в компании взрослых, употребляющих наркотик, несовершеннолетний говорит: «А мне можно попробовать.» И взрослые стараются ему угодить, предоставляя такую возможность и объясняя порядок употребления наркотического средства. На практике возникает вопрос: можно ли признать эти действия вовлечением, если со стороны взрослых не было предложения.

Понятие вовлечения несовершеннолетнего в совершение антиобщественных действий отсутствует в диспозиции ст. 151 УК РФ. Однако этот закон молчаливо отсылает к понятию вовлечения, представленному законодателем в диспозиции ст. 150 УК РФ, где указано, что эти действия могут совершаться путем обещаний, обмана, угроз или иным способом лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста.

Пленум Верховного Суда Р Ф в своем Постановлении «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних» от 1 февраля 2011 г. N 1 разъясняет Постановление Пленума Верховного Суда Р Ф от 01. 02. 2011 N 1 (ред. от 02. 04. 2013) «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних"/ СПС КонсультантПлюс, что применительно к ст. 151 УК иными способами могут быть «действия взрослого лица, направленные на возбуждение желания совершить антиобщественные действия… Действия взрослого лица могут выражаться как в форме обещаний, обмана и угроз, так и в форме предложения совершить антиобщественные действия, разжигания чувства зависти, мести и иных действий. «

Как видим, Пленум определяет вовлечение исключительно в форме активных действий. Обещание, например, прощения долга, помощи в каком-либо деле и т. д.; обман также предполагает определенные действия, способные ввести несовершеннолетнего в заблуждение; угрозы, например, распространением сведений, позорящих несовершеннолетнего или его близких, либо иных сведений, которые могут причинять существенный вред правам и законным интересам несовершеннолетнего. Иные действия, направленные на вовлечение подростка в антиобщественные поступки, характерные для частей первой и второй рассматриваемой статьи, как и при вовлечении в совершение преступления, могут носить самый различный характер в зависимости от ситуации, обстановки, личности подростка и его взаимоотношений с лицом, вовлекающим и т. д., за исключением насилия и угрозы насилием, что предусмотрено в части третьей данной статьи в качестве отягчающего обстоятельства.

По мнению юристов, «насилием будет любая угроза, так как закон не дает нам оснований для ограничения содержания психического насилия только угрозой физического насилия. Главное, чтобы такая угроза отвечала признаку соразмерности принуждения… Угроза, доведенная до сведения адресата непосредственно (например, лично), всегда является элементом принуждения: это не просто сообщение о грозящей опасности, это сообщение об опасности, исходящей от угрожающего. Содержание угрозы выражается в неблагоприятных последствиях и в действиях, которые следует предпринять или не предпринимать, чтобы эти последствия не произошли. Последствия должны носить исключительно преступный характер».

Мы не вполне разделяем это мнение. К психическому насилию, на наш взгляд, можно отнести любую угрозу, но, являясь способом психического воздействия на потерпевшего при вовлечении подростка в совершение антиобщественных действий, далеко не каждая угроза может быть отнесена к принуждению. В большинстве случаев вовлечение в совершение антиобщественных действий совершается с угрозами, имеющими степень опасности понуждения. Такие угрозы чаще всего носят характер шантажа, что характерно для угроз, предусмотренных в качестве способов вовлечения в диспозициях частей первой и второй ст. 151 УК РФ. Угроза-принуждение — это угроза насилием, которая справедливо, на наш взгляд, предусмотрена законодателем в качестве квалифицирующего обстоятельства в части третьей данной статьи.

Что касается части второй исследуемой статьи, то нужно отметить, что родители, педагоги и иные лица, на которых законом возложена обязанность по воспитанию несовершеннолетнего, также, как правило, не применяют к воспитуемым принудительных действий, вовлекая их в те или иные антиобщественные действия. Практика показывает, что даже к угрозам-понуждениям эти взрослые воспитатели прибегают редко. Более того, чаще всего вовлечение совершается не с прямым, а с косвенным умыслом. Например, один из родителей — отец был приговорен к одному году лишения свободы за вовлечение двух своих несовершеннолетних сыновей в употребление алкоголя, за то, что угощал их спиртными напитками каждый раз, когда они по пути на дискотеку заходили к нему. Стимулом для посещений отца, не проживавшего с семьей, был именно алкоголь. Отец знал это и использовал данный способ соблазна для общения с детьми. Думается, по отношению к вовлечению подростков в употребление алкоголя здесь следует признать косвенный умысел, что, однако, не влияет на квалификацию совершенного деяния. Уголовное дело в данном случае было возбуждено по ч. 2 ст. 151 УК после того, как подростки, находясь в нетрезвом состоянии, причинили тяжкий вред здоровью гражданина Н. и были привлечены к уголовной ответственности по ч. 3 ст. 111 УК РФ «Уголовный кодекс Российской Федерации» от 13. 06. 1996 N 63-ФЗ (ред. от 21. 07. 2014) (с изм. и доп., вступ. в силу с 04. 08. 2014)/ СПС КонсультантПлюс.

К сожалению, реакция правоохранительных органов часто проявляется с большим запозданием, когда подросток уже совершит преступление или приходит в состояние зависимости от алкоголя. Кроме того, рассматривая официальные статистические показатели о нарушении законности при приеме, регистрации и рассмотрении сообщений о преступлениях за 2011 г. (2 921 344), профессор Р. М. Акутаев пишет: «Приведенная цифра составляет менее седьмой части тех заявлений и сообщений о преступлениях, которые ежегодно поступают в правоохранительные органы». Поддерживая это мнение, на основании наших исследований мы должны сказать, что это особенно касается преступлений, направленных против несовершеннолетних в части их вовлечения в преступления и в совершение антиобщест

Нам представляется, что такая классификация форм вовлечения также вполне оправданна. Различие этих форм проявляется в специфичности использования способов вовлечения. Так, если для понуждения характерны способы шантажа, то подстрекательство по большей части сопровождается убеждением, обещаниями, уговорами, предложениями.

Итак, выбор взрослым лицом способа вовлечения может зависеть от конкретно выбранного им подростка, от особенностей его характера, взаимоотношений с ним. Определяющим обстоятельством в данном случае является длительность знакомства, наличие родственных связей, наличие или отсутствие у подростка антиобщественной установки. Иными словами, способ индивидуализирует преступление, он всегда детерминирован всей совокупностью обстоятельств, характеризующих как преступление, так и личность преступника.

Принуждение, выражающееся в форме физического насилия или угрозы его применения, является наиболее опасной и агрессивной формой вовлечения, когда взрослый действует прежде всего через эмоции страха, заставляя подростка вопреки его желанию принять участие в противоправном или аморальном деянии.

Учитывая, что способы вовлечения несовершеннолетнего в совершение антиобщественных действий имеют свою специфику и отличительные черты от указанных в ст. 150 УК «Уголовный кодекс Российской Федерации» от 13. 06. 1996 N 63-ФЗ (ред. от 21. 07. 2014) (с изм. и доп., вступ. в силу с 04. 08. 2014)/ СПС КонсультантПлюс, представляется целесообразным наиболее используемые преступниками способы представить в ч. 1 ст. 151 УК РФ. Это, на наш взгляд, поможет в применении данной статьи на практике.

Особую сложность при квалификации вовлечения несовершеннолетнего в совершение указанных в законе антиобщественных действий (при всей кажущейся его простоте) представляет вопрос о понятии систематичности действий виновного. К сожалению, в комментариях по уголовному праву этот вопрос фактически не определяется. Например, авторы учебника пишут: «Общественная опасность преступления состоит в том, что в результате приобщения к регулярному употреблению алкоголя организм потерпевшего подвергается реальной опасности». Более поздний комментарий определяет: «Вовлечение несовершеннолетних в систематическое употребление одурманивающих веществ означает их употребление в течение такого времени и в таком количестве, произведенное под воздействием взрослого лица, которое вырабатывает у лица привычку к их употреблению, болезненную зависимость от них».

Даются признаки систематичности не просто оценочного характера, а вообще неопределенного. Что должен практический работник понимать под выражением: «приобщение к регулярному употреблению» или «в течение такого времени и в таком количестве». Данные разъяснения закона ничего не говорят, а только ставят еще больше вопросов. Известно, что систематичность означает повторение явления три и более раза. Но на практике возникает вопрос: «В течение какого времени это должно произойти?» Как правило, действия, растянутые даже в течение только одного года, по мнению практических работников, систематичности не создают.

Подобные вопросы тормозят работу практики в деле борьбы с преступлениями, направленными против несовершеннолетних. Опрос работников дознания показал, что дела не возбуждаются, а возбужденные прекращаются либо за недоказанностью систематичности действий преступника по вовлечению подростка в совершение антиобщественных действий, либо в связи с установлением инициативы самих подростков в процессе вовлечения и пассивной роли вовлекающего.

Закон несправедливо, на наш взгляд, не признает наказуемым пассивное поведение родителей или иных лиц, на которых законом возложены обязанности по их воспитанию, если на их глазах их воспитанники распивают спиртное или приобщаются к иным антиобщественным действиям. Поскольку это нельзя признать вовлечением за отсутствием определенных действий, по нашему мнению, данное бездействие следует включить в состав ст. 156 УК РФ как преступное неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего. Думается, такое бездействие приносит воспитанию подростка не меньший вред, чем жестокое с ним обращение, на которое указывает законодатель в этой статье как на главный критерий ненадлежащего воспитания.

Согласно указаниям отмеченного выше Постановления Пленума Верховного Суда Р Ф, преступления, ответственность за которые предусмотрена в ст. 151 УК РФ «Уголовный кодекс Российской Федерации» от 13. 06. 1996 N 63-ФЗ (ред. от 21. 07. 2014) (с изм. и доп., вступ. в силу с 04. 08. 2014)/ СПС КонсультантПлюс, считаются оконченными с момента вовлечения несовершеннолетнего в совершение антиобщественных действий независимо от того, совершил ли он какое-либо из указанных противоправных действий. Нам представляется данное положение достаточно спорным. Несомненно, установление законодателем формального состава преступления исходило из учета неоспоримого приоритета общественных отношений по защите и охране прав и законных интересов несовершеннолетних. Однако на практике доказать совершение преступления по ст. 151 УК РФ без наличия последствия (т.е. если вовлекаемый не стал употреблять спиртное или наркотик) трудно, а подчас невозможно. Суть в том, что одного предложения недостаточно по условиям состава преступления, а требуется установить, что данные предложения настойчиво, хотя и безрезультатно, повторялись в течение определенного времени. На практике такое встречается крайне редко. В связи с этим представляется целесообразным вернуться к указаниям Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 03. 12. 1976 «О практике применения судами законодательства по делам о преступлениях несовершеннолетних и о вовлечении их в преступную и иную антиобщественную деятельность», где в п. 10 отмечалось: «Если, несмотря на указанное воздействие, подросток не стал участвовать в совершении преступления (хотя бы на стадии приготовления или покушения), действия взрослого должны расцениваться как покушение на вовлечение несовершеннолетнего в преступную деятельность».

Таким образом, целесообразно, на наш взгляд, в виде исключения вернуть составам ст. 150 и 151 УК РФ «Уголовный кодекс Российской Федерации» от 13. 06. 1996 N 63-ФЗ (ред. от 21. 07. 2014) (с изм. и доп., вступ. в силу с 04. 08. 2014)/ СПС КонсультантПлюс условия уголовной ответственности, присущие составам преступлений материального характера, признав в качестве преступных последствий не только результат вовлечения, но и реальную возможность наступления такого результата. Это поможет активизировать уголовную ответственность за вовлечение несовершеннолетних в совершение антиобщественных действий.

1.1. Вопросы отграничения вовлечения несовершеннолетних в совершение антиобщественных действий от других преступлений

Квалификация вовлечения несовершеннолетних в совершение антиобщественных действий (ст. 151 УК РФ) вызывает сложности не только по причине оценочного характера объективной стороны данного состава, но и в связи с совпадением ряда его признаков с признаками смежных составов преступлений.

К таким составам, в частности, относятся преступления, предусмотренные статьями: 150 УК РФ «Вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления», здесь одинаковы способы совершения преступления; 135 УК РФ «Развратные действия», поскольку эти действия часто сочетаются с привлечением подростков к употреблению алкоголя или иных одурманивающих средств, что иногда ошибочно включается в состав преступления указанной ст. 135 УК РФ; 230 УК РФ «Склонение к потреблению наркотических средств», при применении которой бывает трудно отграничить психотропные вещества, относящиеся к наркотикам, от одурманивающих веществ, о которых речь идет в ст. 151 УК РФ, и др.

Разграничение данных составов преступлений может происходить по признакам, характеризующим объект, объективную сторону, субъект, субъективную сторону преступления, а также комплексно — по признакам, характеризующим несколько элементов состава преступления. Но вопрос состоит в том, что часто действия взрослого лица носят комплексный характер, где вовлечению в преступление предшествует вовлечение в употребление спиртных напитков или иных одурманивающих веществ либо вовлечение в бродяжничество или попрошайничество. На практике далеко не всегда все эти действия находят должную правовую оценку.

Например, девятнадцатилетний К., узнав, что у пятнадцатилетнего Н. дома родители постоянно распивают спиртные напитки и подросток фактически предоставлен сам себе, предложил ему «проехаться по России», сказав, что у него для этого имеются деньги. В дороге К. дважды угощал Н. спиртными напитками. Деньги вскоре закончились, и взрослый начал намекать подростку, что теперь его очередь «добывать средства для жизни». Н. был задержан при совершении квартирной кражи с проникновением в жилье через балкон и осужден по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ к двум годам лишения свободы условно. А вот К. осужден лишь по ч. 1 ст. 151 УК РФ к одному году исправительных работ за вовлечение несовершеннолетнего в бродяжничество (вовлечение в систематическое распитие спиртных напитков доказано не было).

На наш взгляд, действия К. необходимо было квалифицировать также и по ч. 1 ст. 150 УК РФ, так как его предложение добывать деньги имело ясно выраженное для обоих лиц указание на необходимость совершения краж — данное предложение носило обязательный характер, ставило Н. в безвыходное положение, пусть К. и не указывал конкретный способ совершения преступления.

Следует признать, что преступные действия, указанные в ст. ст. 150 и 151 УК РФ, могут совпадать. Хотя в ст. 151 УК РФ способы вовлечения несовершеннолетних в совершение антиобщественных действий не указаны, анализ данных норм позволяет сделать вывод, что преступные действия, предусмотренные в диспозиции ч. 1 ст. 150 УК РФ, — обещания, обман, угрозы и т. д., составляют также и объективную сторону состава преступления, предусмотренного ст. 151 УК РФ.

Некоторые исследователи считают, что способы вовлечения в совершение антиобщественных действий должны рассматриваться в более широком плане. К этому составу помимо указанных в ст. 150 УК, по их мнению, следует относить также уверения в безнаказанности деяния, в которое вовлекается подросток, подготовку несовершеннолетнего к участию в антиобщественном деянии (например, обучение приемам выпрашивания денег). Однако нам представляется, что эти способы вполне могут использоваться как при совершении первого, так и при совершении второго преступления, поскольку перечень этих способов в ст. 150 УК РФ не является исчерпывающим.

Оба рассматриваемых состава следует, на наш взгляд, признать формальными, хотя в юридической литературе по этому вопросу высказывается и иное мнение. Причина разных позиций в том, что «вовлечение» понимается и как процесс, и как результат этого процесса. Пленум Верховного Суда СССР в Постановлении от 3 декабря 1976 г. «О практике применения судами законодательства по делам о преступлениях несовершеннолетних и о вовлечении их в преступную и иную антиобщественную деятельность» (п. 10) определенно признавал данные составы материальными: «если подросток не стал участвовать в совершении преступления (хотя бы на стадии приготовления или покушения), действия взрослого должны расцениваться как покушение на вовлечение несовершеннолетнего в преступную деятельность». Однако в Постановлении Пленума Верховного Суда Р Ф от 14 февраля 2000 г. N 7 (в ред. от 6 февраля 2007 г.) «О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних» (п. 8) в связи с усилением ответственности взрослых за вовлечение подростков в преступную и иную антиобщественную деятельность позиция высшего судебного органа изменилась. Здесь теперь говорится о том, что «рассматриваемое преступление считается оконченным с момента вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления независимо от того, совершил ли он какое-либо преступное деяние».

Активное вовлечение несовершеннолетнего в антиобщественную деятельность, например, в употребление спиртных напитков или одурманивающих веществ также должно, на наш взгляд, признаваться оконченным преступлением при систематическом побуждении подростка к употреблению этих напитков или веществ независимо от того, оказался он фактически вовлеченным в систематическое их употребление или нет, т. е. поддался ли на уговоры, угрозы и т. п. Логика такого подхода к определению момента окончания данного преступления заключается в том, что нельзя же ждать, пока подросток станет алкоголиком или приобретет привычку к совершению иных антиобщественных действий, указанных в законе.

Отграничение состава преступления, предусмотренного ст. 151 УК РФ, от развратных действий необходимо, когда при совершении развратных действий виновный совершает действия также по вовлечению несовершеннолетнего в совершение антиобщественных действий (предлагает, например, алкогольные напитки или одурманивающие вещества). На практике в связи с этим возникает вопрос о целесообразности квалификации рассматриваемых преступлений по совокупности. Например, Г. в 2007 г. осужден судом Котельниковского района Волгоградской области по ст. 135 УК РФ за то, что неоднократно в течение года приглашал трех 13 — 14-летних школьниц к себе на квартиру в целях их фотографирования в различных непристойных видах под предлогом их подготовки для участия в конкурсе красоты. При этом Г. создавал для них условия дискотеки, угощал различными сладостями и вином. На наш взгляд, в этом случае требовалась дополнительная квалификация по ст. 151 УК, так как вовлечение несовершеннолетних в систематическое употребление спиртного не охватывается ст. 135 УК.

Как отграничить вовлечение несовершеннолетнего в систематическое употребление одурманивающих веществ (ст. 151 УК) от его склонения к потреблению наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов (п. «а» ч. 3 ст. 230 УК)? Причина ошибок при квалификации заключается в том, что, во-первых, склонение является фактически одним из способов вовлечения. Во-вторых, законодатель не дает определения одурманивающих веществ, что, впрочем, и не относится к его компетенции — существует официальный перечень одурманивающих веществ, утвержденный Постоянным комитетом по контролю наркотиков. Сюда входят такие вещества, как смесь димедрола с алкоголем, хлороформ, эфир, барбитурато-алкогольная смесь, хлорэтил, толуол, клофелин — алкогольная смесь и др. Но в действительности эти вещества столь разнообразны в своих сочетаниях, в том числе с химическими составами бытового назначения, что их бывает сложно распознать. По этой причине в судебной практике возникают ошибки.

Так, Новочеркасский городской суд Ростовской области по делу в отношении Мирошниченко А. А. справедливо признал пары лака для пола, которые были предложены виновным для вдыхания несовершеннолетним потерпевшим, одурманивающим веществом. Соответственно, и приговор был вынесен по ч. 1 ст. 151 УК РФ. Однако в практике по делам об административных правонарушениях мы видим иное: в частности, по делу N 5−706/2012 судебного участка Перевозского района Нижегородской области при привлечении к административной ответственности Панкратова тот же лак определен судом как психотропное вещество.

Авторы одного из многочисленных комментариев к Уголовному кодексу РФ фактически признают склонение к потреблению наркотиков материальным составом, что, на наш взгляд, не вытекает из закона. Они пишут: «Очевидно, что под склонением к потреблению наркотических средств или психотропных веществ следует понимать такое воздействие, в результате которого склоняемый фактически употребил (или хотя бы сделал попытку употребить) наркотическое средство или психотропное вещество. Неудачная же попытка склонить другое лицо к потреблению наркотических средств или психотропных веществ должна квалифицироваться как покушение на это преступление».

Однако уголовная политика, о чем также можно судить и по упомянутому Постановлению Пленума Верховного Суда Р Ф от 14 февраля 2000 г. N 7 «О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних» (в ред. от 6 февраля 2007 г.), направлена на то, чтобы не допускать и разового употребления подростком наркотиков, и даже попытки их употребления. Буквальное толкование ч. 1 ст. 230 УК РФ позволяет признать данный состав формальным. Следовательно, и неудачную попытку склонения нужно признавать оконченным преступлением. Другой вопрос, что практика не идет по этому пути из-за сложности доказывания факта склонения при отсутствии его результата, но этот процессуальный вопрос не должен влиять на толкование закона.

Если имело место и вовлечение подростка в употребление одурманивающих веществ, и склонение к потреблению наркотических средств или психотропных веществ, содеянное должно квалифицироваться по совокупности, так как ст. 230 УК РФ не является специальной нормой по отношению к ст. 151 УК РФ.

Субъектом преступления в форме склонения к потреблению наркотических средств или психотропных веществ заведомо несовершеннолетнего (п. «в» ст. 230 УК) является так же, как и при совершении деяния, предусмотренного ст. 151 УК, лицо, достигшее 18 лет, хотя это и не оговаривается в самом законе.

Нам представляется, что и действия, предусмотренные ст. 151.1 УК РФ «Розничная продажа несовершеннолетним алкогольной продукции», могут содержать признаки состава вовлечения в употребление спиртных напитков, предусмотренного ст. 151 УК. Скажем, если продавец совершает такие действия неоднократно при наличии административного наказания за ранее совершенные подобные действия. Суть в том, что виновный, продавая подростку спиртные напитки, не только поощряет его действия по приобщению к спиртному, но и создает для него соответствующие условия. Учитывая, что состав деяния, предусмотренного ст. 151.1 УК РФ, не охватывает признаки преступления, предусмотренного ст. 151 УК, в таких случаях ст. 151 УК РФ должна также применяться в совокупности со ст. 151.1 УК.

При дополнительной квалификации по ст. 151 УК РФ «Уголовный кодекс Российской Федерации» от 13. 06. 1996 N 63-ФЗ (ред. от 21. 07. 2014) (с изм. и доп., вступ. в силу с 04. 08. 2014)/ СПС КонсультантПлюс должны соблюдаться следующие условия: во-первых, система продажи спиртного должна осуществляться одному и тому же лицу, а не разным несовершеннолетним; во-вторых, поскольку вовлечение в систематическое употребление спиртных напитков, так же, как и сама продажа, не может осуществляться по неосторожности, а только умышленно, продавец должен определенно знать, что продает спиртное именно несовершеннолетнему.

Практика рассмотрения таких административных материалов и уголовных дел свидетельствует о том, что суды признают продажу спиртного несовершеннолетнему умышленным действием, если продавец определяет возраст лишь по словам самого покупателя, не требуя для подтверждения паспорт. Однако вряд ли правильной можно признать практику назначения наказания за административное нарушение и за соответствующее преступление при повторном совершении данных действий.

Например, мировой судья судебного участка N 13 Автозаводского района г. Н. Новгорода, рассмотрев 21 февраля 2012 г. материал в отношении продавца-кассира магазина «Пилот» Анисимовой, продавшей несовершеннолетней И. бутылку вина «Кавказ», вынес решение о назначении по ч. 2 ст. 14. 16 КоАП РФ административного наказания в виде штрафа в размере 6 тыс. руб. 3 апреля 2012 г. Анисимова вновь совершила аналогичное правонарушение, продав несовершеннолетней И. банку с алкогольным напитком «Ягуар». Судья квалифицировал деяние Анисимовой по ст. 151.1 УК РФ (вовлечение И. в употребление спиртных напитков даже не рассматривалось) и назначил ей наказание в виде штрафа в размере пяти тысяч рублей.

Учитывая общественную опасность повторных действий продавца, думается, уголовное наказание в этом случае должно быть более жестким, чем административное, а не наоборот. Тем более что уголовный закон определяет штраф в данном составе до 80 тыс. руб.

1. Характеристика признаков состава преступления, предусмотренных ст. 151 УК РФ и проблемы квалификации

1.1 Уголовно-правовая характеристика вовлечение несовершеннолетнего в совершение антиобщественных действий (ст. 151 УК РФ)

Согласно ч. 1 ст. 151 УК уголовная ответственность наступает за вовлечение несовершеннолетнего в систематическое употребление спиртных напитков, одурманивающих веществ, занятие бродяжничеством или попрошайничеством Уголовный кодекс Российской Федерации от 13. 06. 1996 N 63-ФЗ (ред. от 05. 05. 2014, с изм. от 17. 06. 2014) (с изм. и доп., вступ. в силу с 05. 06. 2014).

Все перечисленные в диспозиции статьи действия относятся к антиобщественным. Употребление спиртных напитков или одурманивающих веществ в раннем возрасте наносит существенный вред психическому и физическому развитию несовершеннолетних, нередко приводит к заболеванию хроническим алкоголизмом.

Помимо нормального нравственного развития, объектом посягательства за вовлечение несовершеннолетнего во все предусмотренные данной нормой антиобщественные действия, выступает и нормальное физическое развитие и здоровье детей. Рассмотрим данный вывод на примере вовлечения несовершеннолетнего в систематическое употребление спиртных напитков, как наиболее часто встречаемое в практике из действий, предусмотренных ст. 151 УК.

Определить объект рассматриваемого преступления можно, установив направленность действий взрослого лица. Систематическое доведение несовершеннолетнего до состояния опьянения выражается в том, что взрослое лицо систематически возбуждает у несовершеннолетнего желание употребить спиртное и, употребив их, несовершеннолетний оказывается в состоянии опьянения. По сути данные действия являются не чем иным, как формированием у несовершеннолетнего алкогольной установки, т. е. установки на постоянное употребление спиртных напитков.

В результате пьянства происходит отрицательная перестройка нравственных и социальных черт личности. Поскольку деформации подвергаются практически все стороны и связи личности несовершеннолетнего, есть основания считать, что пьянство причиняет ущерб всему нравственному развитию несовершеннолетнего, ибо «длительное злоупотребление спиртными напитками сдерживает процесс развития личности пьющего, вызывает негативные изменения в ее структуре, ослабляет и деформирует многие ее социальные качества, ценностные установки, взгляды, убеждения и т. д.

Таким образом, формируя алкогольную установку у несовершеннолетнего, взрослое лицо причиняет вред его нравственному развитию. В то же время само потребление алкогольных напитков оказывает негативное воздействие на неокрепший организм несовершеннолетнего, причиняя ущерб его физическому развитию. Необходимо отметить, что вовлечение несовершеннолетнего в систематическое употребление спиртных напитков в смысле ст. 151 УК является оконченным преступлением с момента совершения взрослым указанных действий вне зависимости от того, причинен или нет какой-либо ущерб здоровью несовершеннолетнего. Состав преступления, предусмотренного ст. 151 УК, является формальным для привлечения виновного к уголовной ответственности достаточно, что в результате рассматриваемых действий взрослого создается угроза причинения вреда здоровью подростка. Следовательно, объектом вовлечения несовершеннолетнего в систематическое употребление спиртных напитков является нормальное (и нравственное и физическое) развитие несовершеннолетнего.

Аналогичным образом можно рассматривать вопрос о содержании непосредственного объекта в вовлечении несовершеннолетнего в систематическое употребление одурманивающих веществ, занятие проституцией, бродяжничеством и попрошайничеством.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой