Акцессорная теория соучастия в преступлении

Тип работы:
Курсовая
Предмет:
Государство и право


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

ГОУ ВПО «РОСТОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ

ЭКОНОМИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ (РИНХ)"

ЮРИДИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ

кафедра УГОЛОВНОГО ПРАВА

АКЦЕССОРНАЯ ТЕОРИЯ СОУЧАСТИЯ В ПРЕСТУПЛЕНИЕ

Курсовая работа

студента 1 курса

заочной формы обучения гр. 612-ЮРZS

Перегудова Н.П.

Научный руководитель:

к.п.н., ст. преподаватель

Татьяченко Л.Е.

Дата сдачи курсовой работы:

Дата защиты:

Оценка

Ростов-на-Дону

2013г

Содержание

Введение

1. Системная теория соучастия

2. Понятия и признаки соучастия

3. Значение и содержание акцессорной теории соучастия

4. Основные постулаты акцессорной теории

Заключение Список литературы

Введение

Уголовный кодекс Франции 1810 г. (Code penal), ограничив соучастие необходимыми объективными и субъективными признаками, тем самым субъективно ограничил и пределы соучастия, исключив из него любые формы прикосновенности к преступлению, в частности недонесение и укрывательство. Именно этим была решена главная проблема соучастия: недонесение и укрывательство перестали считаться формами соучастия.

Более того, в УК 1810 г. наиболее полно было оформлено представление об акцессорной природе соучастия, хотя начало этому было положено в эпоху французской революции XVIII века и впервые законодательно оформлено в 1791 г.

В этих законодательных актах уголовно-правовая оценка действий соучастника определялась оценкой преступления, совершенного исполнителем, и зависела от нее. Так, если исполнитель совершал оконченное преступление, должны были отвечать и соучастники. Если же состоялось, например, лишь покушение на преступление, соучастники должны нести ответственность за неоконченное преступление. В случае, когда действия исполнителя не подлежали уголовной ответственности, не могли быть привлечены к ней и соучастники. Акцессорная теория соучастия, до сих пор считающаяся классической, сформировалась на основе трех теорий соучастия, появившихся еще в XVIII столетии: объективной, субъективной и смешанной.

Одна из первых попыток принципиального разделения участников преступления на главных и второстепенных носила объективный характер и была сформулирована А. Фейербахом, немецким философом и правоведом. Главным виновником, по мнению А. Фейербаха, следует считать того, кто был главной (достаточной) причиной преступления, то есть того, чьими действиями было совершено преступление в полном объеме. Все остальные участники могут быть отнесены к пособникам, так как лишь содействуют результату, будучи второстепенной (дополнительной) причиной. К пособникам, например, при убийстве относились лица, державшие жертву или нанесшие ей несмертельные удары.

В советской науке уголовного права концепцию акцессорной природы соучастия, как правило, сводили к утверждению абсолютной зависимости ответственности и наказания соучастников от ответственности и наказания, назначаемого исполнителю преступления. Основные положения этой теории ученые усматривали в том, что, во-первых, основанием уголовной ответственности соучастников является совершение общественно опасного деяния исполнителя, содержащего все признаки состава преступления. Во-вторых, уголовная ответственность соучастника допускается только в случае привлечения к ответственности исполнителя. И, в-третьих, в качестве вида и меры наказания соучастникам предусматривается наказание, назначенное исполнителю преступления.

Большинство отечественных юристов подвергает критике акцессорную теорию соучастия, считая ее, по меньшей мере, реакционной. Действительно, крайне сложно возражать справедливо выработанному современной доктриной положению, согласно которому каждый соучастник несет ответственность не за чужое преступное деяние, а за свое собственное. Однако акцессорную природу соучастия не следует воспринимать как однозначно застывшую догму, абсолютную идею, ведущую свое начало из глубины веков. В пределах этой теории прослеживается множество течений и оттенков, в том числе не игнорирующих самостоятельного характера ответственности соучастников преступления.

1 Системная теория соучастия

Одни правоведы — М. И. Ковалев и О. К. Гамкрелидзе — относятся к сторонникам акцессорной теории; другие — Ф. Г. Бурчак, А. Ф. Зелинский, В. В. Сергеев, В. А. Григорьев — придерживаются второй точки зрения.

Акцессорная (классическая) теория соучастия исходит из признания несамостоятельного, придаточного характера соучастия. Ответственность соучастников связывается с ответственностью исполнителя. Основные положения этой теории состоят в следующем: соучастник может нести ответственность за свои действия лишь при наличии наказуемого действия исполнителя (и, следовательно, может быть привлечен к уголовной ответственности, если к ней привлечен исполнитель); наказуемость соучастника определяется той статьей уголовного закона, по которой квалифицируются действия исполнителя.

Первым из современных российских криминалистов на акцессорную природу соучастия указал М. И. Ковалев. Подвергая резкой критике его точку зрения, В. В. Сергеев указывает: «Принцип акцессорности, исключающий самостоятельную общественную опасность и противоправность соучастия, не позволяет решить ни проблему основания ответственности соучастников, ни проблему разграничения соучастия на виды. Только признание правовой самостоятельности соучастия, основанной на признании в действиях соучастников общественной опасности и противоправности, дает возможность сделать это».

В этой связи заметим, во-первых, что акцессорность соучастия отнюдь не исключает общественной опасности и противоправности действий соучастников; во-вторых, ни организатор, ни подстрекатель, ни пособник не выполняют своими действиями объективной стороны состава преступления. Поэтому признавать в действиях названных соучастников полный состав преступления (в частности объективную сторону) есть не что иное, как неудачная попытка обосновать их самостоятельную ответственность.

Акцессорная теория лежит в основе ответственности соучастников по УК РФ 1996 г. В то же время признание акцессорной природы соучастия вовсе не означает абсолютной зависимости ответственности соучастников от ответственности исполнителя. Можно констатировать, что ответственность соучастников не всегда зависит от ответственности исполнителя и подчас носит самостоятельный характер.

Однако главная проблема соучастия заключается, на наш взгляд, вовсе не в том, насколько ответственность соучастников зависит от ответственности исполнителя. Проблема в том, чтобы обосновать саму ответственность соучастников.

Если в действиях соучастников нет состава преступления (то есть соучастники, кроме исполнителя, не выполняют объективной стороны состава преступления), то за что же они привлекаются к уголовной ответственности? Ведь согласно ст. 8 УК РФ «основанием уголовной ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного настоящим Кодексом».

Элемент в системе соучастия должен обладать рядом признаков и отвечать определенным требованиям. Соучастниками преступления могут быть только лица, отвечающие общим условиям уголовной ответственности, предусмотренным ст. 19 УК РФ, согласно которой «уголовной ответственности подлежит только вменяемое физическое лицо, достигшее возраста, установленного настоящим Кодексом».

Объединение соучастников (элементов) в систему (соучастие) означает соглашение между ними на совместную преступную деятельность.

При соучастии совместная деятельность виновных направлена на достижение конкретного преступного результата. Уже один этот факт позволяет признать невозможным соучастие в неосторожных преступлениях. В противном случае должно отсутствовать намерение достичь такого результата, что противоречит сущности рассматриваемого института. Это настолько очевидно, что терминологическое уточнение понятия соучастия ссылкой на умышленный характер совершаемого соучастниками преступления нецелесообразно.

Соучастие — система, которая обладает свойствами, не присущими ни одному из соучастников.

Соучастию присущи целостные, интегративные свойства, не присущие каждому соучастнику в отдельности.

Системная теория соучастия предполагает установление в действиях соучастников общего состава преступления. Ведь действия соучастников являются не чем иным, как элементами единого совокупного для всех действия.

Преступный результат — закономерное и необходимое последствие деятельности системы соучастия. Деятельность отдельного соучастника, взятая сама по себе, изолированно от деятельности других, от деятельности системы, не может с необходимостью и закономерностью повлечь за собой общественно опасный результат. В этой связи установление общего состава преступления в действиях соучастников представляется вполне логичным и обоснованным. По-иному разрешить проблему причинной связи действий соучастников с преступным результатом не представляется возможным.

2 Понятие, признаки соучастия

Институт соучастия в преступлении является одним из важных и сложных в теории уголовного права. И это неслучайно. Преступная деятельность, как и всякое творчество человека, может осуществляться как в одиночку, так и группой лиц и даже определенной организацией людей с разветвленной деятельностью, наделенных различными преступными «правами» и «обязанностями», с иерархическим руководством от организаторов, до исполнителей, пособников и укрывателей.

История преступлений и наказаний показывает, что в соучастии совершается очень большое количество преступлений (примерно одна треть), причем преступлений наиболее тяжких и опасных. Поэтому, естественно, в законодательстве соучастию отводится большое место. Не обойдено вниманием соучастие в преступлении и теорией уголовного права. Соучастию в преступлении был посвящен VII Международный конгресс по уголовному праву, происходивший в 1957 г. в Афинах, который принял весьма важную резолюцию, воплотившую в себе наиболее современные и прогрессивные концепции, которые приняты на вооружение большинством европейских, латиноамериканских и азиатских стран.

В УК РФ 1996 г. соучастию в преступлении также отведено важное место (гл. 7, ст. 32−36). В ст. 32 УК РФ дается научно-практическое определение самого понятия соучастия в преступлении. В нем сформулированы основные признаки соучастия, которые отражают принятую в России концепцию, выработанную русскими учеными-правоведами еще во второй половине ХIX столетия и разделившуюся современным уголовным законодательством.

Соучастием в преступлении признается умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления. Данное определение и все последующие постановления закона, развивающие основные положения этого общего правила, полностью соответствуют ключевым положениям резолюции VII Международного конгресса по уголовному праву. Резолюция, хотя и носит рекомендательный характер, принята как руководство к действию большинством стран мира, кроме тех в которых действует англо-американская система права, и ряда восточных и африканских стран, где господствует ислам как официальная религия. В ней относительно соучастия в преступлении сказано:

а) определение ответственности соучастников зависит от характера участия и роли каждого из соучастников в совершенном преступлении, от особенностей его личности и его личной вины;

б) требуется обязательное знание всеми соучастниками, что действия, составляющие преступление или отягчающие его, будут совершены одним или несколькими участниками;

в) личные обстоятельства, исключающие, смягчающие или отягчающие ответственность, принимаются во внимание лишь применительно к тому соучастнику, к которому эти обстоятельства относятся;

г) подстрекателем считается тот, кто склонил другого к совершению преступления. Для наказуемости подстрекателя необходимо, чтобы исполнитель хотя бы начал совершение преступления;

д) пособником считается тот, кто умышленно оказывает содействие умышленному совершению преступления до его осуществления, в момент его совершения или, если оно вытекает из предварительного сговора, после его совершения. Укрывательство преступления, не обещанное заранее, не может расцениваться как пособничество (соучастие).

Существует несколько взглядов на саму юридическую природу института соучастия. Основные позиции, которые разделяют эти концепции, можно свести к двум основополагающим:

возможно ли неосторожное соучастие в умышленном преступлении или применимы ли к постановлениям о соучастии неосторожные действия соучастников в неосторожном же преступлении; является ли юридическая природа соучастия акцессорной, т. е. базируется ли она на основе исполнения преступления, или же все соучастники, несмотря на их различную роль в преступлении, являются своеобразными исполнителями преступного деяния, либо среди них центральной является фигура исполнителя, а все остальные соучастники группируются вокруг него, как бы являясь его помощниками?

Ответ на этот вопрос можно найти в тексте ст. 32 УК РФ. В законе прямо подчеркивается, что соучастием признается умышленное участие нескольких лиц, и только в умышленном преступлении. Четкость этого постановления совершенно исключает допущение неосторожного соучастия в умышленном или неосторожном преступлении (речь идет о применении именно постановлений о соучастии в названных обстоятельствах).

В ч. 1 ст. 33 «Виды соучастников» УК РФ сказано: «Соучастниками преступления наряду с исполнителем признаются организатор, подстрекатель и пособник». Эта формула лишь очерчивает круг лиц, но не раскрывает самой юридической природы соучастия. Думается, что формула соучастия в УК РФ целиком и полностью демонстрирует акцессорную природу соучастия. Акцессорность соучастия означает признание того очевидного факта, что ключевой фигурой соучастия является исполнитель, ибо без него нет и не может быть соучастия, хотя отсутствие среди действующих лиц организатора, либо подстрекателя, либо пособника при наличии хотя бы одного из других соучастников не исключает соучастия. Кроме того, особые условия и формы ответственности соучастников возможны только в том случае, если исполнитель выполнил задуманный состав преступления или, по крайней мере, начал его исполнение.

Основой общей ответственности соучастников является единство их действий. Стержень этого единства — исполнитель. Если его нет, то соучастие рассыпается, как карточный домик, чего нельзя сказать про отсутствие других соучастников. А раз это так, то соучастие по самой своей сущности акцессорно, т. е. зависимо от действий исполнителя. Об этом свидетельствует уже тот факт, что неудавшееся подстрекательство или пособничество не имеют никакого отношения к соучастию, а квалифицируется по правилам о стадиях преступной деятельности.

Русская теория уголовного права, по мнению доктора юридических наук, профессора Козаченко И. Я., стоит на признании логической акцессорности, согласно которой действия соучастников должны квалифицироваться по одной статье, которая вменяется исполнителю. Отступление от этого правила возможно лишь в строго определенных случаях. Правила акцессорности требуют, чтобы: все участники действовали совместно;

действия каждого соучастника стояли в причинной связи с действиями исполнителя и далее с преступным результатом; все участники действовали умышленно.

Все эти правила неуклонно соблюдаются на протяжении многих лет судебной практикой нашей страны, по крайней мере в лице ее высших судебных органов.

Согласно ст. 32 УК РФ соучастием признается лишь умышленная деятельность участвующих в преступлении лиц. Умысел свидетельствует о наличии единства действий участников, не только внешне, но и внутренне сцементированного единой волей и единым стремлением к преступлению. Как известно, при соучастии непосредственно состав преступления осуществляется исполнителем. Действия других соучастников — подстрекателей и пособников — создают лишь благоприятные условия для осуществления исполнителем задуманного сообща преступления. Поэтому любая деятельность других соучастников всегда определенным образом отражается в действиях исполнителя, которые и приводят к преступному результату.

Вторым признаком, указанным в законодательном определении соучастия, является совместность участия в преступлении. Совместность означает, что все участники участвуют:

1) в совершении одного и того же преступления как соисполнители, т. е. совместно выполняют объективную сторону преступления или одновременно или частью и в разное время;

2) в преступлении в качестве организаторов, подстрекателей и пособников.

В этом случае они, как правило, не участвуют в исполнении состава преступления, но либо руководят преступлением (организатор), либо возбуждают в исполнителе решимость совершить его (подстрекатель), либо содействуют совершению преступления физически или интеллектуально (пособник).

Соучастие, как правило, предполагает совершение действий, но в ряде случаев преступление в соучастии может быть совершено и путем бездействия. Такие случаи возможны, если бездействию предшествовало соглашение, заключенное до совершения преступления или в момент его совершения, но всегда до наступления преступного результата. Соучастие путем бездействия практически возможно лишь в крайне редких случаях, например при умышленном бездействии должностного лица, обязанного в силу своего служебного положения принимать меры по предотвращению преступления, но заведомо по соглашению с преступником таких мер не принимающего. Эту точку зрения высказывал Верховный Суд СССР, и она в принципе верна.

Причинная связь — необходимое условие ответственности за соучастие. Общее учение о причинной связи изложено в гл. 7 «Объективная сторона преступления». Здесь мы рассмотрим лишь то, что относится к особенностям причинной связи при соучастии. Требование причинной связи дает возможность четко очертить круг действий, которые можно отнести к соучастию.

Первым важным правилом, которое должно соблюдаться при решении проблемы причинной связи при участии, является следующее утверждение: соучастие мыслимо лишь до момента совершения преступления либо как присоединяющаяся деятельность в момент начала преступления и во время его продолжения, но всегда до наступления преступного результата. Это положение высказано еще на VII Международном конгрессе по уголовному праву и неуклонно соблюдается в законодательстве большинства государств.

Второй предпосылкой причинной связи при соучастии в преступлении является требование, чтобы соучастники чем-либо активно содействовали преступлению. При этом возникает два вопроса: 1) может ли содействовать преступлению соучастие в форме бездействия и 2) если может, то любое ли бездействие при соответствующих предпосылках субъективной стороны может служить основанием для вменения субъекту в вину соучастие в каком-либо преступлении. В подавляющем большинстве работ о причинной связи считается, что и бездействие в уголовно-правовом смысле может причинять вред, так как любое преступное бездействие всегда представляет собой неисполнение определенных обязанностей, благодаря чему начинают действовать вредоносные силы, причиняющие преступный результат, и причинителем его признается тот бездействующий субъект, который должен был в данный момент действовать, чтобы предотвратить преступные последствия. К этому следует добавить: только то бездействие может считаться неустранением препятствий к совершению преступления, которое используется исполнителем как средство, облегчающее ему совершение преступления. Кроме того, обязательно требуется, чтобы соучастник был осведомлен о действиях исполнителя, а последний — о бездействии соучастника.

Следующей особенностью причинной связи при соучастии надо признать то положение, что деятельность соучастников в любой стадии совершения преступления связывается причинно с интеллектуально-волевой деятельностью исполнителя преступления. Все нити причинной связи при соучастии ведут к сознанию исполнителя, оказывая воздействие прежде всего на его сознание и волю. Совокупные действия всех соучастников при этом становятся необходимым условием успеха преступной деятельности исполнителя и наступления преступного результата. К этому нужно добавить, что деятельность подстрекателя и пособника имеет своим последствием два результата: 1) совершение исполнителем преступного действия и 2) преступный результат, наступивший непосредственно от действий исполнителя.

3. Значение и содержание акцессорной теории

Предваряя рассуждение по данному вопросу, заметим, что акцессорность выражает принадлежность одного явления другому. Следствием такой принадлежности является зависимость одного явления от другого. Преломляя понятие акцессорности применительно к институту соучастия, можно увидеть определенную степень юридической зависимости, определяющую пределы ответственности соучастника от фактически выполненного деяния исполнителем. Так, если деятельность исполнителя была прервана на стадии приготовления, то подстрекатель и пособник подлежат ответственности за соучастие в приготовлении к преступлению. Если исполнитель достиг стадии покушения, то и соучастники подлежат ответственности и наказанию за соучастие в покушении на преступление. Наконец, в действиях (бездействии) соучастников признаки состава оконченного преступления будут лишь тогда, когда исполнитель непосредственно достиг стадии оконченного преступления. Причем если состав материальный, то необходимо, чтобы в результате действий исполнителя наступили вредные последствия, предусмотренные уголовным законом. При формальном составе достаточно, чтобы исполнитель совершил действия, запрещенные законом.

Определенное влияние на квалификацию содеянного соучастниками оказывает место и время совершения преступления исполнителем, ибо известно, что время и место выполнения преступной роли конкретного соучастника определяется по времени и месту преступления, совершенного исполнителем.

Кроме того, если дело в отношении исполнителя прекращается по признакам ч. 2 ст. 14 УК, то оно автоматически прекращается и в отношении других соучастников, при условии, что факт совершения исполнителем малозначительного деяния охватывался умыслом всех совместно действовавших лиц. Аналогичным образом решается этот вопрос в том случае, когда действия исполнителя прерываются на стадии приготовления к преступлению небольшой или средней тяжести. Решение указанных вопросов основывается на принципе акцессорной природы соучастия. В этой связи справедливо признать, что принцип самостоятельной ответственности не исключает определенной зависимости в части предела ответственности соучастников от действий, совершенных исполнителем преступления. Современная доктрина отвергает лишь ту сторону акцессорности, которая проявляется в слепой зависимости ответственности и наказания, назначаемого соучастнику, от ответственности и наказания, назначаемого исполнителю преступления. Именно в этом срезе признание акцессорной природы соучастия чуждо современной теории и практике применения норм уголовного закона.

Напротив, признание самостоятельной ответственности соучастников позволяет решать многие вопросы, возникающие при рассмотрении уголовных дел о преступлениях, совершенных совместными усилиями двух или большего количества лиц. Так, в соответствии с указанным принципом, освобождение от уголовной ответственности исполнителя независимо от его основания (добровольный отказ, деятельное раскаяние, амнистия и др.) не влияет на ответственность других соучастников.

Данное положение подтверждается и действующим УПК РСФСР. Яркий пример этому — ч. 2 ст. 208, где сказано, что если по делу привлечено несколько обвиняемых, а основание для прекращения дела относится не ко всем обвиняемым, то следователь прекращает дело в отношении отдельных обвиняемых.

Принцип самостоятельной ответственности соучастников преступления позволяет привлечь к уголовной ответственности лицо за неудавшееся подстрекательство или неудавшееся пособничество преступлению. Более того, данный принцип полностью отвергает солидарную ответственность лиц, совместно совершивших преступление, иными словами, отвергает возможность ответственности за действия, к которым лицо не причастно и в совершении которых оно персонально не виновно.

Каждый соучастник преступления несет ответственность в пределах своей личной вины. Нельзя привлечь к ответственности соучастника за такие действия исполнителя или за причинение такого вредного последствия, которые не охватывались его (соучастника) умыслом.

Однако анализ судебной практики показывает, что при решении подобного рода вопросов еще встречаются ошибки, которые нередко приводят к неправильной квалификации действий соучастников. Иллюстрация тому — дело А., который, укрепив решимость В. и X. на кражу двух меховых полушубков каждый стоимостью 8750 руб. из помещения магазина, попросил их украсть для него еще один полушубок. Преступление было совершено при участии присоединившихся к преступному сговору Т. и З., которые совместно с В. и X. похитили из помещения магазина пять меховых полушубков, один из которых предназначался А. Суд первой инстанции необоснованно признал А. соучастником хищения пяти полушубков. Содержанием умысла А. не охватывалась кража полушубков в таком количестве. О «присоединившейся» деятельности Т. и З. он не знал. Поэтому для А. действия Т. и З. были эксцессом. Вместе с тем А. должен отвечать за соучастие в краже трех полушубков, а не одного, ибо он предвидел такой результат посягательства и желал его наступления. В связи с этим действия А. были справедливо переквалифицированы со ст. 33 и п. «б» ч. 3 ст. 158 (кража, совершенная в крупном размере) на ст. 33 и п. п. «а», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ (кража, совершенная группой лиц по предварительному сговору с незаконным проникновением в помещение).

При совместной деятельности усилия соучастников направлены на достижение единого преступного результата (совокупного продукта). Однако такое единство не обязательно выражается в тождестве составов. Соучастники, как сказано выше, отвечают лишь за то, что каждый из них совершил в соответствии с направленностью умысла. А поскольку в содержании умысла между соучастниками, с одной стороны, и исполнителем — с другой, могут быть расхождения, то в их действиях возможно установить и признаки различных составов преступлений. Например, исполнитель убийства из мести, возникшей на бытовой почве, подлежит ответственности по ч. 1 ст. 105 УК, тогда как подстрекатель, склонивший к убийству с целью скрыть другое преступление, несет ответственность за соучастие в квалифицированном убийстве (ст. 33 и п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ).

Аналогично решается данный вопрос и в том случае, когда соучастник обладает определенными личными качествами, влияющими на квалификацию преступления. Например, исполнитель, впервые совершивший убийство без отягчающих обстоятельств, отвечает по ч. 1 ст. 105 УК РФ, тогда как пособник или подстрекатель, ранее совершавшие убийство, несут ответственность по п. «н» ч. 2 ст. 105.

Согласно существующему порядку действия соучастников квалифицируются без ссылки на конкретную часть ст. 33 УК, которая отражает роль соучастника в совершенном преступлении. С инициативой усовершенствования действующего на практике положения о порядке квалификации сложного соучастия в свое время выступил профессор П. Тельнов. Он указал на необходимость при квалификации действий соучастников указывать соответствующую часть ст. 17 УК РСФСР (ст. 33 УК РФ. — А.П.). Действительно, квалификация преступления является одним из важных показателей соблюдения принципа законности. Поэтому в квалификации как можно более точно должна отражаться правовая оценка действий конкретного соучастника. В этой связи мы полностью разделяем точку зрения П. Тельнова, считая, что деяния каждого соучастника следует квалифицировать не только со ссылкой на ст. 33 УК, но и с указанием той ее части, которая отражает выполненную соучастником роль в преступной деятельности виновных. Это будет ориентировать сотрудников правоохранительных органов на более тщательное установление конкретной роли каждого соучастника и, следовательно, проводить в жизнь принцип индивидуализации наказания.

4. Основные постулаты акцессорной теории

Акцессорность выражает принадлежность одного явления другому. Основные ее постулаты выражаются в следующем:

— соучастник может нести ответственность за свои действия лишь при наличии наказуемого действия исполнителя (и, следовательно, может быть привлечен к уголовной ответственности, если к ней привлечен и исполнитель),

— наказуемость соучастника определяется той статьей уголовного закона, по которой квалифицируются действия исполнителя.

Впервые эта теория появилась в Кодексе Наполеона (1810 г.); в доктрине же советского уголовного права она, как правило, отвергалась, т.к. считалось, что она носит, якобы, буржуазный характер. В соответствии с принципом акцессорности, следует отметить, что где бы соучастники не совершали свои действия, они должны отвечать по законам государства, в котором исполнитель совершил преступление.

В России концепция акцессорности соучастия, как раньше, так и сейчас, вызывает немало дискуссий. Некоторые дореволюционные ученые полагали, что ответственность соучастников, которые сами состава преступления не выполняли, противоречит принципам вины и причинной связи. Поэтому при стечении деяний нескольких лиц каждый наказывается самостоятельно в пределах собственной вины и вклада в причинение ущерба. Однако подавляющее большинство русских ученых доказывали наличие субъективной и объективной связи с совершением преступления всех соучастников и утверждали, что соучастие не может быть сведено к простой сумме деяний соучастников, а представляет собой новое криминальное образование.

Например, как указывает Пушкин А., акцессорную природу соучастия не следует воспринимать как однозначно застывшую догму, абсолютную идею, ведущую свое начало из глубины веков. В пределах этой теории прослеживается множество течений и оттенков, в том числе не игнорирующих самостоятельного характера ответственности соучастников преступления. 28]

Нам представляется спорным утверждение некоторых ученых о том, что деяние, совершенное пособником и подстрекателем, не содержит самостоятельных признаков конкретного состава преступления. Основанием же ответственности соучастников является якобы преступное поведение исполнителя. Как, например, Малахов И. П. предлагает рассматривать деятельность соучастников как придаточную по отношению к деятельности исполнителя и, по сути, отстаивает идеи акцессорности соучастия. 29]

В то же время Кубов Р. Х. считает, что в настоящее время идет ослабление доктрины акцессорного соучастия в российском уголовном праве, что вызвано следующими обстоятельствами. Во-первых, российская доктрина, регламентирующая уголовно-правовые отношения, претерпела существенные изменения под влиянием идеи субъективного вменения, приобретением его реального, а не декларативного характера. Во-вторых, значительное влияние на этот процесс оказало укрепление принципа личной вины, который в проекции к институту соучастия вылился в более отчетливую дифференциацию ответственности соучастников. В-третьих, в российском уголовном законодательстве установлена самостоятельная уголовная ответственность в нормах Особенной части УК РФ за организацию и участие (в том числе в виде исполнительства, подстрекательства, пособничества) в тех или иных сложных формах преступных сообществ (ст. ст. 208,209,210). 30]

В настоящее время существуют диаметрально противоположные точки зрения по поводу того, какая из двух вышеназванных теорий легла в основу определения ответственности соучастников в действующем российском законодательстве. На наш взгляд, заслуживают внимание и имеют место быть в российском уголовном законодательстве черты как акцессорной, так и самостоятельной ответственности соучастников преступлении. Суть акцессорной теории заключается в признании того очевидного факта, что главной фигурой является исполнитель, ибо без его соучастия нет, и не может быть события преступления, хотя отсутствие среди действующих лиц организатора, подстрекателя или пособника не исключает соучастия в простой форме. Думается, что в законодательной формулировке имеются черты акцессорной природы соучастия. Правила акцессорности требуют, чтобы все участники действовали сообща, действия каждого соучастника находились в причинной связи с действиями исполнителя и далее с преступным результатом, все участники действовали умышленно. Эти правила неуклонно соблюдаются на протяжении многих лет в судебной практике нашей страны. Особые условия и формы ответственности соучастников возможны только в том случае, если исполнитель закончил задуманный состав преступления или приступил к его выполнению. Поэтому соучастие, думается, по своей сути акцессорно, т. е. зависит от действий исполнителя. Это доказывает и тот фаю1, что неудавшееся подстрекательство или пособничество не имеет отношения к соучастию, а квалифицируется по правилам преступной деятельности.

В то же время, по российскому уголовному праву ответственность соучастников считается самостоятельной и строго индивидуальной. Соучастник отвечает за собственное деяние. Его ответственность не ставится в безусловную зависимость от ответственности исполнителя, поскольку само по себе пособничество или подстрекательство содержит элементы состава преступления. Примером ее могут быть случаи, когда исполнитель по каким- либо причинам освобождается от уголовной ответственности, например по амнистии, и т. д., а другие соучастники не освобождаются.

Примером может служить уголовное дело в отношении С. по ч. 5 ст. 33 — ст. 327 ч.1 УК РФ. Речь шла о пособничестве в подделке официального документа, предоставляющего права, в целях его использования, рассмотренном в Сокольском районном суде Вологодской области. Обвиняемая (исполнитель) Ш. в период следствия была освобождена от уголовной ответственности и дело в отношении ее прекращено в соответствии с подпунктом «В» пункта 7/о постановления Государственной Думы Федерального собрания РФ «Об объявлении амнистии» от 18. 06. 1999 г. В соответствии с данным пунктом подлежали прекращению уголовные дела в отношении женщин, впервые совершивших умышленные преступления, за которые предусмотрено наказание не свыше пяти лет свободы. Данное уголовное дело было передано в суд и рассмотрено в отношении подсудимого С., который обвинялся в содействии (пособничестве) в подделке официального документа, предоставляющего права в целях его использования. Исполнитель — женщина проходила по делу как свидетель, поскольку дело в отношении ее прекращено по амнистии. 31] Таким образом, только один из соучастников — пособник подвергся уголовной ответственности.

В ч. 5 ст. 34 УК РФ закреплено положение о том, что в случае не доведения исполнителем преступления до конца по независящим от него обстоятельствам остальные соучастники несут уголовную ответственность за приготовление к преступлению или покушению на него. В этом, как представляется, содержатся черты акцессорное™, В ч. 1 этой же статьи указано, что «ответственность соучастников определяется характером и степенью фактического участия каждого из них в совершении преступления».

Отсюда вытекает, что, во-первых, ответственность наступает за совершение единого совместного преступления (здесь проявляется определенная зависимость других соучастников от действий исполнителя); а, во-вторых, учет степени и характера участия каждого из подельников в осуществляемом посягательстве обязателен (проявление индивидуализации и самостоятельности ответственности соучастников). Отметим, что характер деятельности лица определяется в зависимости от вида и формы соучастия. Здесь немаловажное значение будут иметь такие обстоятельства как наличие или отсутствие предварительного сговора, совершение преступления в простом соисполнительстве или с распределением ролей, уровень общественной опасности той или иной формы соучастия и т. д. При совместной деятельности усилия соучастников направлены на достижение единого, преступного результата. Однако такое единство не обязательно выражается в тождестве составов. Соучастники отвечают лишь за то, что каждый из них совершил в соответствии с направленностью умысла. В ст. 33 УК РФ сказано, что соучастниками преступления наряду с исполнителями признаются организатор, подстрекатель и пособник. Эта формула лишь очерчивает круг лиц, ответственность которых определяется по правилам, установленным главой 7 УК РФ, но полностью не раскрывает самой юридической природы соучастия.

В зарубежном уголовном законодательстве нашли отражение различные точки зрения. Например, в уголовном законодательстве Франции соучастник — это лицо, которое акцессорно присоединяется к совершению преступного деяния, провоцируя или облегчая его осуществление. Французская доктрина, таким образом, исходит из акцессорной природы соучастия и «заимствования» соучастником того преступного деяния, которое было совершено главным исполнителем.

В то же время имеются и другие позиции по этому вопросу. Например, Кодекс США отвергает акцессорную природу соучастия. Такой вывод вытекает из п. 7 ст.2. 06 УК, где сказано, что соучастник подлежит уголовной ответственности и тогда, когда предполагаемый исполнитель не подвергся уголовному преследованию или не был осужден за преступление, либо пользуется иммунитетом против уголовного преследования или осуждения, либо был оправдан.

По международному праву пределы ответственности соучастников, не являющихся исполнителями преступления, основаны на доктрине ограниченного акцессорного соучастия. То есть, их ответственность, по общему правилу, зависит от того, совершил ли исполнитель преступление или покушение на преступление. В то же время ограниченность акцессорности при регламентации уголовной ответственности соучастников состоит в том, что в ряде случаев деятельность других соучастников (не являющихся исполнителями преступления или покушения на преступление) подлежит самостоятельной правовой оценке,[32]

Сочетание и учет наиболее рациональных признаков основных теорий соучастия должен быть положен в основу концепции ответственности за соучастие в преступлении. Такую теорию ответственности соучастников Аветисян С. С. условно предлагает именовать «смешанной». «Смешанная» ответственность обусловлена «совместностью» вины каждого из соучастников, смешанными действиями в процессе планирования преступления, а также «комбинированностью» причинной связи между их действиями и наступившим вредом. 33]

Принцип самостоятельной ответственности не исключает определенной зависимости в части предела ответственности соучастников от действий, совершенных исполнителем преступления. Современная доктрина отвергает лишь ту часть акцессорности, которая проявляется в слепой зависимости ответственности и наказания, назначаемого соучастнику, от ответственности и наказания, назначаемого исполнителю преступления. Именно в этой части признание акцессорной природы соучастия чуждо современной теории и практике применения норм уголовного закона.

Заключение

соучастие акцессорный ответственность преступление

Подводя итог сказанному следует отметить, что соучастием в преступлении признается умышленное совместное участие двух и более лиц в совершении умышленного преступления, и оно должно отвечать следующим основным признакам:

— соучастие может быть только в совершении умышленных преступлений и не может быть в неосторожных;

— основанием ответственности соучастников является состав преступления, предусмотренного Особенной частью УК, а для организатора, подстрекателя и пособника необходима ссылка к тому же на ст. 33 УК РФ, если они одновременно не являлись исполнителями данного преступления.

Преступления, совершаемые в соучастии, имеют свои социальные и правовые особенности. Отличительные юридические признаки преступлений, совершаемых в соучастии, позволяют выделить их в самостоятельный уголовно — правовой институт. Проблемы соучастия считаются самыми сложными в науке уголовного права. До сих пор нет единого решения вопроса о том, самостоятельна ли ответственность соучастников или полностью зависит от ответственности исполнителя. Нет ответа и на вопрос, каким образом действия соучастников связаны с наступившим преступным результатом, ведь соучастники (кроме исполнителя) не выполняют своими действиями объективной стороны состава преступления, обязательным признаком которого является причинно-следственная связь. 55]

Главной проблемой института соучастия является установление определенной формы и вида соучастия, которое влияет на решение вопросов о квалификации содеянного и об индивидуализации ответственности. Определение форм и видов соучастия позволяет определить характер и степень общественной опасности совместной преступной деятельности соучастников. Характер и степень общественной опасности совершенного преступления в соучастии означает учет степени согласованности действий соучастников.

Анализ статистических данных за последние несколько лет свидетельствует о замедлении роста числа преступлений, совершенных в соучастии: в 1999 г. было зарегистрировано 450 930, в 2000 г. — 418 973, в 2001 г. — 376 939, в 2002 г. — 254 997, в 2003 г. — 245 989 преступлений, совершенных в соучастии. Несмотря на некоторое снижение уровня таких преступлений, их удельный вес все еще остается весьма значительным. Обращает на себя внимание другая тенденция — рост преступлений в организованных формах соучастия: организованной группой и преступным сообществом (преступной организацией). Так, в 2002 г. было зарегистрировано 404 случая бандитизма, в 2003 г. — 454; за эти же периоды зарегистрированы 123 и 141 преступление, совершенные преступным сообществом (преступной организацией), что подтверждает повышенную опасность данных форм соучастия.

Уголовное право Республики Казахстан отвергает учение о так называемой акцессорной природе соучастия и исходит из индивидуальной ответственности каждого соучастника за совместно совершенное преступление.

Учение об акцессорности соучастия основано на положении, согласно которому действия соучастников имеют вспомогательный характер, они якобы лишь участвуют в чужом преступлении. Отсюда сторонники акцессорной теории соучастия приходят к выводам, что и ответственность соучастника не носит самостоятельного характера, а всецело зависит от характера действий исполнителя и его ответственности, причем при отпадении ответственности исполнения отпадает и ответственность всех участников.

В своей основе эти воззрения неприемлемы для отечественного уголовного права, поскольку они противоречат одному из его основополагающих принципов — принципу индивидуальной личной ответственности лица за совершение деяния, содержащего признаки состава преступления.

Этот принцип остается в силе и в отношении совместно действовавших лиц. Применительно к соучастию этот принцип означает, что основания ответственности каждого из соучастников лежат не в действиях исполнителя, а в действиях, совершенных им лично. В совместной преступной деятельности каждый соучастник вносит свой вклад в преступление, следовательно, несет ответственность не за действия исполнителя, а за собственные умышленные действия, обусловившие наступление единого как для него, так и для исполнителя вредного результата.

Список литературы

1. «Уголовный кодекс РСФСР» (утв. ВС РСФСР 27. 10. 1960)

2. «Уголовно — процессуальный кодекс РСФСР» (утв. ВС РСФСР 27. 10. 1960)

3. «Уголовный кодекс Российской Федерации» от 13. 06. 1996 № 63-ФЗ (принят ГД ФС РФ 24. 05. 1996)

4. Тельнов П. Ф. Ответственность за соучастие в преступлении. М., 1974, с. 140 — 141.

5. Ковалев М. И. Соучастие в преступлении: В 2-х частях. Ч. 2.

6. Пионтковский А. А. Вопросы Общей части уголовного права в практике судебно — прокурорских органов. М., 1954, с. 106 — 107; Шаргородский М. Д.

7. http: //www. lawmix. ru/comm/9005/

8. Уголовное прав Р К Общая часть под редакцией Г. И. Баймурзина, И.И. Рогова

9. Резолюция 7-го Международного конгресса по уголовному праву

10. Трайнин А. Н. Учение о соучастии. М., 1996 г. с. 76

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой