Литературная критика в периодических изданиях Англии 1690-1750-х гг.: Эволюция жанровых концепций и трансформация метода

Тип работы:
Диссертация
Предмет:
Литературоведение
Страниц:
457


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Важным этапом развития английской литературной критики было освоение ею периодических изданий, которое началось в XVII столетии и было связано с процессами становления типологических основ газетно-журнальных форм и дифференциации английской печати. Необходимость жанрового и идейно-содержательного разнообразия периодики, возросшие духовные запросы общества, динамичное развитие эстетической мысли в Англии эпохи Реставрации, рост книгопечатания стали факторами, обусловившими проникновение литературно-критических идей на страницы газет и журналов.

Вторая половина XVII — XVIII вв. были переломным этапом двустадийного пути не только английской, но и всей европейской литературной мысли, о котором убедительно пишет В. Е. Хализев (1), этапом, наметившим переход от нормативной к интерпретирующей критике. Возникновение и развитие периодических изданий стало его решающей предпосылкой, фактором, ускорившим эволюцию критики от латентных проявлений (в литературных произведениях, философских трактатах, сочинениях по риторике, грамматике) и ограниченно-коммуникативных форм (эпистолярия, диспуты в знаменитых английских кофейнях) к ее выделению в отдельную область духовной деятельности со своими эстетическими и социально-идеологическими критериями, к появлению фигуры профессионального критика. & laquo-Естественная массовая рефлексия по поводу искусства стала уделом людей, определявших от имени публики и с позиций теории изящного художественно-эстетическую и социальную значимость нового произведения& raquo- (2). Проникновение литературной критики в периодические издания способствовало ее превращению в более действенную, авторитетную и оперативную силу, привело к утверждению ее коммуникативной роли, структурированию и упорядочению литературно-критических актов, образованию & laquo-относительно самостоятельной, саморазвивающейся системы, замкнутой на восприятие конкретных художественных произведений& raquo- (3).

Важность этого этапа в истории английской критики не подкрепляется, однако, достаточным количеством работ, посвященных вкладу периодических изданий XVII — XVIII вв. в формирование литературно-критических стандартов. В общих исследованиях по истории английской литературы и критики обнаруживаются лишь редкие упоминания о газетно-журнальных арбитрах (Дж. Сентсбери, Дж. Аткинз) (4). Существует тенденция к недооценке журнальных публикаций по вопросам словесности, принадлежащих тем литераторам, кто создавал произведения также и в жанрах традиционной критики (С. Джонсон, Дж. Уортон, О. Голдсмит), на которые и переносится исследовательское внимание. Нередко литературно-критическая публицистика наиболее видных писателей бегло рассматривается в биографических изданиях, в которых главный акцент получает прежде всего ее связь с фактами их личной судьбы, а теоретическая ценность и эстетический контекст их суждений освещаются менее основательно. Познавательны труды, посвященные восприятию английской критикой XVIII в. национального художественного наследия, в особенности творчества У. Шекспира и Дж. Мильтона (Д.Н. Смит, Дж.У. Гуд, К. Спёджэн, Ф. Боуидж и др.), однако они дают лишь косвенные указания на основные тенденции развития газетно-журнальной критики, эволюцию ее методологии (5).

В англоязычном литературоведении, как правило, недооценивается вклад периодических изданий 17−18 вв. в формирование литературно-критических стандартов. Исследователи, отмечая значение эссеистики Дж. Аддисона и Р. Стила, С. Джонсона (6), обходят вниманием большое количество журналов, в которых обозревались проблемы литературы и которые принимали самое активное участие в эстетических исканиях эпохи («Джент-лмэнз Мэгэзин& raquo-, & laquo-Ландан Мэгэзин& raquo-, & laquo-Бритиш Мэгэзин& raquo-, разнообразные «ре-вью»: & laquo-Мансли»-, & laquo-Критикал»-, & laquo-Юнивесал»-, & laquo-Аналитикал»- и др.). Таким образом, лишается цельности картина развития английской литературной критики, исключается тот весьма обширный контекст, в границах которого функционировала & laquo-серьезная»-, & laquo-большая»- критика, традиционно обращавшаяся к & laquo-опытам»-, & laquo-рассуждениям»-. Неплодотворным было бы рассматривать критику в периодических изданиях как ее фон, как нечто вторичное, имеющее целью опрощение и популяризацию сложных эстетических систем, воззрений видных литераторов Англии той поры, тем более что сами они нередко являлись авторами многочисленных эссе о литературе, публиковавшихся в периодике: журнальными литературными арбитрами были наряду с Аддисоном и Джонсоном, Голдсмитом и Уортоном Г. Филдинг и Т. Смол-летт, драматурги А. Хилл и А. Мэрфи, критик и драматург Ч. Гилдон, поэт К. Смарт, прозаики Дж. Хоксуорт, Дж. Клеланд и Г. Маккензи. Взаимодействие журналистики и литературной критики во второй половине XVII — XVIII вв. было сложным процессом, и рассматривать его следует, учитывая принципы системного анализа, раскрывая те факторы, которые привели к расцвету в XIX столетии литературной критики на страницах знаменитых обозрений, в частности, & laquo-Эдинбургского обозрения& raquo-.

Некоторые шаги в этом направлении все же были сделаны. Взлет интереса к критике в периодических изданиях Англии приходится на 1910−1920-е гг., когда в Германии в связи с ростом исследований отечественного романтизма делаются попытки обнаружить типологически общие явления в английской литературной теории, выявить & laquo-предромантические»- тенденции в журнальной критике Дж. Аддисона и Р. Стила (П. Хамелиус, К. Кабельманн, О. Вендт. — 7), и на 1960-е гг., когда в США появляется целый ряд диссертационных исследований, посвященных монографическим описаниям отдельных периодических изданий (8), которые, хотя и представляют собой прежде всего работы по истории журналистики, не оставляют без внимания и аспекты журнальной литературной критики. Важные сведения о газетно-журнальной типологии и социально-политической направленности периодических изданий Англии XVIII в., способствующие уяснению положения в них критики, содержатся в трудах У. Грэма (1930), Р. Бонда, в подробном справочно-библиографическом издании под редакцией А. Салливана (1983)

9).

Наиболее заметными зарубежными исследованиями литературной критики в периодических изданиях Англии первой половины XVIII в. являются работы Дж. Хайдлера, Э. Н. Хукера, Р. Майо, Л. Э. Элиозеффа, Р. Д. Спектора, Дж. Баскера, Дж. Бартоломео (в подавляющем большинстве это статьи или главы в монографиях) (10). Так, Дж. Хайдлер (1928) и Р. Майо (19) в своих трудах осветили становление поэтики романа, в том числе в периодических изданиях, подчеркнули роль журналов в эстетическом признании художественной прозы. Однако их обобщения, сделанные на очень ограниченном материале, оказались не всегда адекватными (один из показательных примеров — вывод Майо о & laquo-реакционном»- характере взглядов С. Джонсона на роман).

Э.Н. Хукер (1934) посвятил ряд статей участию периодических изданий в дискуссиях об эстетической категории вкуса и восприятию ими манифестов предромантического движения, несколько преувеличив толерантность журнальных обозревателей к новым тенденциям в эстетике и критике.

Значительна монография Э. Элиозеффа (1963), в которой рассматривается литературно-критическая публицистика Дж. Аддисона в контексте его социально-философских и эстетических взглядов, в связи с общественно-политической жизнью раннепросветительской Англии, обосновывается умеренный характер его классицизма.

Р.Д. Спектор (1966) дает исчерпывающий анализ функционирования английских периодических изданий в годы Семилетней войны (1756−1763), анализирует весь тематический спектр их публикаций, посвящая две объемных главы проблемам литературы, отношению журналов к традиционным стандартам критики и новым эстетическим ценностям (теория возвышенного, предромантическая литература). При этом он делает ряд неосторожных оценок, касающихся выявления эстетических позиций ведущих литературных обозрений, в частности, преувеличивает & laquo-либеральные»- тенденции в критике & laquo-Мансли Ревью& raquo- (весьма проблематичны подобного рода обобщения, если учитывать, что журналы пользовались услугами критиков разной эстетической ориентации, которые могли высказывать на страницах одного и того же издания противоположные оценки литературных фактов и явлений). Это же замечание можно отнести к генерализациям относительно эстетического кредо обозрений, сделанным Э. Н. Хукером (1934) и К. Джоунзом (1958).

На фоне скудных публикаций 1980−1990-х гг. по проблемам газетно-журнальной литературной критики отрадным было появление книг Дж. Бас-кера (1988) и Дж. Бартоломео (1994). Первый рассматривает деятельность Т. Смоллетта в качестве редактора и обозревателя & laquo-Критикал Ревью& raquo- как часть просветительского энциклопедического движения, производит обоснованную атрибуцию писателю ряда статей, позволяющих значительно уточнить основные положения его эстетической теории, выявить противоречивый, эклектичный характер его критики, для которой характерна как приверженность классицистической доктрине, идеалам августианства, так и положительная рецепция новых ценностей, утверждавшихся в & laquo-Опыте о Поупе& raquo- Дж. Уортона. Дж. Баскер делает ценный вывод о близости критического кредо Смоллетта и С. Джонсона, следовавших требованиям здравого смысла, психологии восприятия фактов искусства, опиравшихся на собственный вкус, а не мнения авторитетов.

Монография Дж. Бартоломео, в которой исследуется начальный этап развития критики романа в Англии XVIII в., отличается более пристальным, по сравнению с трудами Хайдлера и Майо, вниманием к критической технике обозрений, внелитературным аспектам рецепции художественной прозы, но начальный этап журнальной критики романа (1750-е гг.) в ней практически не освещается.

Отечественные литературоведы сосредоточивали внимание, главным образом, на изучении литературной критики в журналах Дж. Аддисона и Р. Стила (11). В фундаментальном труде В. Ф. Лазурского (1909−1916) подробно характеризуются тематика и жанровые особенности их дидактических очерков, восприятие классической и национальной литературной традиции, освещаются взгляды Аддисона на категорию остроумия. Автор уточняет позицию Аддисона в спорах о жанре баллады, делает ряд важных замечаний, касающихся его эстетических взглядов, в частности, полемизирует с Дж. Сентсбери, доказывая, что автор & laquo-Спектейтора»- не ограничивался восприятием локковской трактовки воображения и что отдельные его тезисы предвосхищают романтические представления о творческом процессе художника. Вместе с тем он справедливо предостерегает от выделения & laquo-классицистических»- и & laquo-романтических»- школ в английской литературной теории начала XVIII в. (тенденция, характерная для немецких исследований конца XIX начала XX в.). А. А. Елистратова (1945) отметила заслуги Дж. Аддисона в формировании концепции гения в английской эстетике, подчеркнув, что он & laquo-помог европейской литературе XVIII в. заново & laquo-открыть»- Мильтона& raquo-, и указала на тесную связь его критики с классицизмом. А. А. Аникст (1967) обратил внимание на ряд публикаций & laquo-Тэтлера»- о драме, отметив, что они подготавливали появление мещанской драмы. Важной вехой является кандидатская диссертация В. Д. Рака (1966), в которой обстоятельно характеризуется теория сатиры в журналах Аддисона и Стила, получает подробный анализ эстетическая категория остроумия в связи с рецепцией балладной критики журнала & laquo-Спектейтор»-. Очерки Аддисона о балладе рассматриваются также в работах М. В. Сиповской (1971), делающей акцент на его восприятии стиля барокко. Беглые заметки о журнальной критике Аддисона обнаруживаются в труде Н. Т. Нефедова (1988), который характеризует взгляды августианца на подражательные теории искусства, его представления о соотношении правил и воображения художника, подчеркивает, что Аддисон впервые в XVIII в. указал на художественное значение народного искусства. В монографии Л. В. Сидорченко (1992) анализируются основные положения эстетической теории Аддисона в контексте дискуссий о возвышенном и остроумии в английской литературе первой четверти XVIII в. И. О. Шайтанов (1989) и Е. П. Зыкова (1999) освещают споры о пасторали, развернувшиеся на страницах журнала & laquo-Гардиан»-.

Гораздо менее исследована в отечественной англистике литературная критика в периодических изданиях Англии середины XVIII в. (12). В работах М. Г. Соколянского о творчестве Филдинга (1975, 1980) дается характеристика жанрового разнообразия публикаций «Ковент-Гарден Джорнэл& raquo-, приводятся отдельные литературно-критические оценки, данные писателем, говорится о его приверженности просветительскому дидактизму, делается акцент на формальной стороне его эссе, их беллетристическом характере. В.И. Бе-резкина-Липина (1990) рассматривает жанровые особенности английского литературно-критического очерка на примере произведений Джонсона и Голдсмита, подчеркивая его связь с национальной эссеистической традицией, проявившуюся в повышенной роли субъективного, лирического начала. А. Г. Ингер (1963) посвятил главу кандидатской диссертации журналистике О. Голдсмита, в которой отмечается демократизм взглядов писателя на литературу, получает основательный разбор его теория возвышенного и прекрасного. В кандидатской диссертации Т. В. Щербаковой (2001), ставящей задачу & laquo-дать объективную оценку жизни и творчества Джонсона& raquo- в связи с & laquo-отходом отечественного литературоведения от идеологических критериев& raquo-, в силу необъятности темы даются лишь беглые характеристики журнальной критики писателя, занимающей существенное место в его теоретическом наследии, которые, хотя и не дают полного и достоверного представления о его эстетическом кредо, имеют определенное познавательное значение.

Исследование литературной критики периодических изданий сопряжено с рядом проблем, вызванных анонимностью многих публикаций и сложностью их атрибуции, труднодоступностью самих источников, многообразием форм журнальной критики, на раннем этапе своего развития еще сохранявшей связь с риторикой и существовавшей в единстве дескриптивной, предписывающей, теоретической (эстетической) и методологической разновидностей. Синтетизм, присущий критике как виду духовной деятельности, обусловленный ее неразрывной связью с философией, эстетикой, социальными науками, требует системного, многоаспектного анализа публикаций в периодических изданиях. Так, интерес представляют проблемы социально-политического детерминизма газетно-журнальной критики, выявление жанровой специфики и эволюции литературно-критического эссе, характеристика способов включения литературно-критических комментариев в текст дидактического очерка, проблемы атрибуции и др. Все это таит опасность экс-тенсификации исследования, побуждает к определению исследовательского центра. Таковым является рассмотрение жанровых концепций критики, обусловленное преимущественно жанровым, & laquo-родовым»- мышлением литературных арбитров в XVIII столетии, и анализ связанной с этими поисками эволюции методологии критики.

Критика в периодических изданиях раннего Просвещения, как и вся английская классицистическая критика, основывалась на дедуктивном методе, устанавливала стандарты литературного анализа исходя из принципов жанровых доктрин. Ее прочным фундаментом была иерархическая система жанров, или, как принято было их называть, & laquo-видов»- («kinds»), которая начала утверждаться в Англии под влиянием итальянской литературной теории периода Возрождения, в частности, трудов Скалигера и Минтурно. Первая систематическая классификация литературы была изложена в & laquo-Школьном учителе& raquo- Роджера Эшема (1570), делившего литературные формы на поэзию, историю, философию и красноречие (13). В & laquo-Защите поэзии& raquo- Ф. Сидни (опубл. в 1592), испытавшего значительное влияние Ю. Ц. Скалигера, классифицировались религиозная, философская и & laquo-истинная»- поэзия, не заимствующая & laquo-ничего из того, что было, есть или будет& raquo-, а изображающая то, & laquo-что может или должно быть& raquo- (14), иными словами, в ней подчеркивалась роль вымысла, а не следование фактам истории, науки и т. д. Автор & laquo-Защиты поэзии& raquo- выделял также следующие виды поэзии: пасторальную, элегическую, ямбическую, сатирическую, комическую, трагическую, лирическую и героическую. Т. Гоббс подразделял поэзию на героическую, комическую и пасторальную разновидности, которые & laquo-являются отражением жизни двора, города и деревни и соответствуют триадному делению мироздания на божественную, эфирную и земную области& raquo- (15). Он выделял шесть видов поэзии: эпическую поэму и трагедию- сатиру и комедию- пастораль и пасторальную комедию. Теория жанров Ф. Бэкона, включавшая эпическую, драматическую и параболическую (притчи, мифы) поэзию, не нашла поддержки в XVII в., поскольку & laquo-аллегорическое и символическое в литературе уступало место разумному, правдоподобному, соответствующему декоруму& raquo- (16). Б. Джонсон и Дж. Драйден не создали развернутых классификаций литературных форм, очевидно, потому, что не ставили задачей абстрактное теоретизирование, они были & laquo-объясняющими»- критиками, тяготевшими не столько к теории, сколько к дескриптивному анализу. С другой стороны, сам принцип жанровой иерархии был для них само собой разумеющимся, оценка произведений с позиций жанровых конвенций и у того, и у другого — общее место.

В начале XVIII в. Дж. Деннис в & laquo-Развитии и реформе новой поэзии& raquo- и Ч. Гилдон в & laquo-Совершенном искусстве поэзии& raquo- предложили систему литературных видов, опирающуюся на французские образцы и подчеркивающую соподчинение образующих ее элементов. Однако, несмотря на приверженность классицистическим рационалистическим принципам, первый из критиков отстаивал также позиции эмотивизма в литературе и критерий интенсивности чувства положил в основу традиционной классификации поэзии. Деннис выделял & laquo-большую поэзию& raquo- («greater poetry»), включавшую эпическую поэму, трагедию и оду, которые вызывали масштабные чувства, и & laquo-малую поэзию& raquo- («less poetry»: комедия, сатира, элегия, пастораль), обращавшуюся к менее значительным переживаниям («less passion»). И хотя этот принцип не был так оригинален, как, скажем, концепция Гоббса, опиравшегося на ренессансные представления о Великой Цепи Бытия, все же он в определенной мере свидетельствовал об относительно автономном характере развития английской критики XVII—XVIII вв., подчеркнутом в трудах В. Г. Решетова (1989) и Л. В. Сидорченко (1987, 1992).

Литературоведы (О. Уоррен, Дж. Сазерленд, О. Сигуорт, Р. Уэллек и др.) сходятся в том, что литературная критика Англии XVIII в. была & laquo-жанроцентрической»- (17). И. Симон в связи с этим так красноречиво описывает методологию классицистов, применявшуюся при анализе литературных произведений: & laquo-Критик сначала спрашивал себя о том, к какому жанру принадлежало то или иное сочинение, какое наставление оно намеревалось преподать и действительно ли его сюжет и характеры следовали этой цели, повсеместно ли соответствовали замысел и персонажи поэмы природе, соответствовал ли стиль характерам и чувствам героев& raquo- (18). Литературный анализ с позиций жанровых доктрин поддерживали Дж. Деннис, Дж. Аддисон, Ч. Гилдон, О. Голдсмит, Дж. Браун, А. Джерард, большинство обозревателей периодических изданий. Однако критики не могли не видеть, что художественная практика гораздо богаче литературной теории, что многообразие художественных явлений нередко не вписывалось в жесткие жанровые схемы, возникали синтетические жанровые формы и т. д. Поэтому Ральф Коуэн (1974) решительно отвергает мнения тех историков английской критики XVIII в., которые воспринимают жанры либо как & laquo-метафизические абсолюты& raquo-, либо как феномены, подчиненные правилам и декоруму (19). Ученый рассматривает систему жанров в постоянных взаимодействиях и находит подтверждение своей точки зрения в & laquo-Поэтике»- Аристотеля, в литературно-критических трудах Ф. Сидни, Т. Гоббса и других критиков.

Аристотель сближал жанры эпической поэмы и трагедии, указывая, что героический сюжет должен строиться по драматическим принципам. Автор & laquo-Защиты поэзии& raquo- замечал, что в некоторых произведениях сочетались разные литературные & laquo-виды»- и роды: трагедия и комедия, поэма и пастораль, проза и поэзия. Т. Гоббс утверждал в & laquo-Ответе на предисловие Давенанта к & laquo-Гондиберту»-, что такие жанры, как сонет, эпиграмма, эклога входят в состав более крупных жанровых форм, представляющих героическую, скомматиче-скую и пасторальную поэзию. Дж. Трэпп в & laquo-Лекциях о поэзии& raquo- (1713) уподоблял эпическую поэму органу, & laquo-чьи трубы, оживляемые единым дыханием, чаруют нас не только гармонией& raquo- целого, но и & laquo-звучанием каждого отдельного инструмента& raquo-, вносящего вклад в полифонию (20). Так и в эпической поэме разные жанровые формы (пастораль, ода, элегия и др.) исполняют свои партии в общем & laquo-оркестре»-.

Теория взаимодействия жанров была наследована английской критикой у ренессансных ученых — Минтурно, Патрицци и др. Однако проблема заключается не столько в осведомленности критиков о межжанровых взаимодействиях, сколько в том, насколько они учитывались в практике дескриптивного анализа конкретного литературного произведения. Это лишь один из вопросов, ставящихся перед данным исследованием, в ходе которого предстоит показать процесс постепенной дестабилизации метода критики, основанной на схемах жанровых доктрин.

Одним из факторов этого процесса было, как уже указывалось, опережающее развитие художественной практики, выдвижение новых жанров, не включенных в традиционный таксономический ряд (ироикомическая поэма, городская эклога, описательная поэма и др.), а, следовательно, отсутствие четких критериев их анализа. Фактором, подрывавшим иерархическую систему литературных форм, было также отсутствие сколько-нибудь значительных опытов в высоких жанрах эпической поэмы и трагедии. & laquo-Спенсер, даже Мильтон, можно сказать, являли собой Гомеров английского Ренессанса, но где был наш Вергилий?& raquo- - вопрошает Пэт Роджерз (21). На его место не мог претендовать Р. Блэкмор, создавший ряд эпических поэм невысокого художественного достоинства (& laquo-Принц Артур& raquo-, & laquo-Король Артур& raquo-, & laquo-Альфред»-, 1695−1723), точно так же Софоклами августианской эпохи не могли считаться Дж. Аддисон или Дж. Деннис. В метафизическом плане творческая энергия, которая & laquo-предназначалась»- этим жанрам, могла, конечно, & laquo-перетекать»- в роман, формируя эпическое начало в произведениях Филдинга и драматическое — у С. Ричардсона (22) (и эта связь романа с традиционными жанрами критикой ощущалась), однако важнее отметить, что роман воспринимался прежде всего как самостоятельная форма, перенос на которую норм традиционных поэтик далеко не всегда мог быть плодотворным.

Таким образом, одной из задач диссертации является анализ жанровых концепций английской литературной критики под углом зрения публикаций в периодических изданиях в общем контексте эстетических дискуссий в английской литературе первой трети XVIII в.

Материал исследования определяет и структуру работы: рассмотрению подвергаются только те жанры, которые оказались в центре внимания критики периодических изданий (трагедия, эпическая поэма, баллада, пастораль, в середине XVIII в. — роман), что позволит более детально охарактеризовать их главные особенности, сопоставить их журнальную рецепцию с оценками & laquo-большой»- критики. Исключение из исследования большинства лирических жанров и комедии обусловлено прежде всего тем, что они находились на периферии литературно-критических интересов эпохи. Р. Уэллек отмечает, в частности, что в XVIII столетии & laquo-повторялись ad nauseaum общеизвестные выводы о благотворном влиянии комедии на нравы и об осмеянии порока& raquo-, в то время как сентиментальная комедия не находила должного внимания, а лирическая поэзия игнорировалась вслед за Гоббсом и Бэконом, подчеркивавшими центральное значение сюжета в поэтических произведениях (23). Ф. Голуэй также акцентирует & laquo-забвение»- английской критикой лирических жанров, но несправедливо относит к числу & laquo-пренебрегаемых»- пастораль (24).

Как представляется, некоторое ограничение в исследовании жанрового поля английской критики первой трети XVIII в. не приведет к существенным искажениям в оценках, а, напротив, позволит выявить в конкретном, частном, черты общего, типического, внести дополнительные акценты в концепции жанров, формировавшиеся в ходе многочисленных дискуссий, в которых периодические издания нередко становились трибуной для полемистов.

Разрушение & laquo-жанроцентрической»- модели литературного анализа было связано с рядом внутренних причин, процессов, происходивших в самой критике. В частности, пересматривалось идущее от античности разделение науки о словесности на поэтику, риторику и диалектику. Критики приходили к выводу о том, что границы между ними подвижны, что эти дисциплины логически продолжают и дополняют друг друга. Эта динамическая концепция постепенно распространилась на систему литературных форм, и в результате, как отмечает У. Эдинджер, наметился переход от схоластического типа критики к утилитарному, от создания трактатов о & laquo-науке поэзии& raquo- по образцам Виды, Буало или Гилдона, которые предписывали систему правил для каждого отдельного жанра, к обсуждению художественной техники и эмоционального воздействия литературы (25). Внимание критиков, освобождаясь от оков поэтик, все чаще переносилось на фигуру творца, обусловленность его произведений как особенностями личной судьбы, так и эпохи, в которую он жил. Иными словами, XVIII в. был в Англии временем формирования психологического, биографического и исторического методов критики, каждый из которых имел свои предпосылки, уходящие к философии сенсуализма, ассо-цианизму Гоббса и Локка, литературной теории Дж. Драйдена, У. Темпла и др. Все эти частные способы анализа имели основанием эмпирико-индуктивный метод Ф. Бэкона, первые образцы применения которого к литературной критике принадлежат Дж. Драйдену и который нашел свое законченное, ригористическое воплощение в наследии С. Джонсона.

Литературоведы создали ряд теорий стадиального развития английской критики. В частности, Р. Уэллек прослеживает ее эволюцию от авторитарной к рационалистической модели и затем к критике вкуса (26). Дж. Хэйден выделяет аристотелевскую, классицистическую и романтическую традиции критики (27). В. Г. Решетов рассматривает становление английской литературной критики XVI—XVII вв. как движение от дедуктивно-силлогического метода, который & laquo-основывается на схоластическом псевдорационализме и дедуцирует свои заключения из заданных традицией посылок& raquo- (определение С.С. Аверинцева) (28), к дедуктивно-рационалистическому, который опирается на рационализм картезианского образца (Т. Раймер), и эмпирико-индуктивному, бэконианскому (Дж. Драйден), и связывает с ними дальнейший путь английской критики (29).

Экстраполяция философского, гносеологического метода на сферу литературной критики представляется правомерной в связи с тем, что последняя является не только оценочной, аксиологической, но и познавательной деятельностью. Кроме того, в эпоху Просвещения влияние & laquo-новой науки& raquo- на все области духовной жизни Англии было весьма значительным. Однако следует иметь в виду, что стадиальное членение английского литературно-критического процесса XVII—XVIII вв., который отличался крайней эклектичностью, гетерогенностью философско-эстетических основ (влиятельные аристотелевская и платоновская традиции, картезианство и эмпирическая философия), носит достаточно условный характер, хотя и способствует структурированию материала и позволяет более наглядно отслеживать эволюционные моменты. В частности, Дж. Драйден далеко не всегда противопоставлял правилам художественную практику (наглядным примером является его разбор в & laquo-Опыте о драматической поэзии& raquo- комедии Б. Джонсона & laquo-Молчаливая женщина& raquo- с опорой на принципы & laquo-родовой»- критики, актуализация теории трагедии П. Корнеля). Как считает Э. Элиозефф, трудно доказать бэконианские влияния в суждениях & laquo-отца английской литературной критики& raquo-: он мыслит, скорее, категориями аристотелевой логики, не столько анализирует художественную практику, сколько отыскивает в ней подтверждение своих принципов, ведущее к оправданию его собственных литературных опытов (30).

Кроме того, перенос философской методологии на литературную критику может вести к недооценке ее собственных задач и закономерностей, вытекающих из ее эстетических оснований. Возможно, более продуктивным было бы говорить в применении к критике XVII—XVIII вв. не о дедуктивно-рационалистическом, а о формально-миметическом методе. Это определение представляется более содержательным, так как характеризует не только способ формирования умозаключений, но и критерии, приоритеты литературного анализа, такие, как определение соответствия произведений универсалиям природы, акцент на анализе их жанровых особенностей.

Содержание эмпирико-индуктивного метода также нуждается в уточнении. Мы понимаем под ним способ суждений о литературе, основанный не только на заключениях от частного к общему, переходе от преимущественного учета жанровых конвенций к непосредственному анализу художественной практики, но и учитывающий ее соотнесенность с реальной действительностью, субъективные особенности критической рецепции фактов и явлений словесности. Первая половина XVIII в. в Англии дает богатый материал для рассмотрения как этих двух основополагающих подходов (формально-миметического и эмпирического), так и частных методов критики, их неоднозначных связей в практике критического анализа.

Непоследовательность эволюции метода критики отражала путь английского просветительского классицизма как сложного и целостного культурного образования, отличавшегося противоречивостью и эклектикой, достаточно открытым характером, который был обусловлен его тесной связью как с национальной литературной традицией XVI—XVII вв. (английская классицистическая трагедия, например, синтезировала черты елизаветинской трагедии и героической драмы), так и с достижениями национальной философ-ско-эстетической мысли. Эта его гибкость способствовала & laquo-мирному»- вызреванию в Англии предромантических тенденций. Не случайно поэтому Н. Фрай писал о неадекватности традиционных представлений о сменяющих друг друга августианстве и предромантизме в английской литературе и литературной критике XVIII в. (31). Б. Бронсон утверждал, что, исследуя английский классицизм, & laquo-мы можем обнаружить почти все, что только пожелаем найти. Где бы мы ни остановились, всюду мы испытываем смущение перед разноголосицей, которая окружает нас: это не только конфликты мнений, но и противоречия, пронизывающие саму ткань произведений каждого значительного автора. Поуп — не исключение. Сложность последовательной трактовки взглядов С. Джонсона — общеизвестна& raquo- (32). Р. Уэллек предупреждал об ошибочности мнения о том, что все новации английской критики XVIII в. следовали в каком-либо логическом или хронологическом порядке.

Скорее, полагал он, они существовали синхронно, а затем очень медленно & laquo-сортировались»- (33). Н. А. Соловьева совершенно справедливо указывает на некоторые предромантические тенденции в английской литературе уже в первой трети XVIII в., в частности, в журнальной периодике Аддисона и Стила (34).

При всем многообразии и противоречивости английский классицизм XVIII в. обладал единством, которое поддерживалось функционированием на протяжении всего столетия англо-латинской культурной традиции (существует точка зрения, согласно которой конечной вехой развития этого направления был труд Э. Гиббона & laquo-История заката и падения Древнего Рима& raquo- (1776) (35). Многие мыслители отождествляли Англию XVIII в. с Древним Римом, находили типологические параллели в экономике, политике, культуре двух государств, и, соответственно, критики, нередко минуя установления французской классицистической теории, предпочитали обращаться к античной художественной практике. Критика ригоризма с позиций классики способствовала становлению умеренного характера английского классицизма, хотя она была лишь одним из целого комплекса либерализующих факторов, включавших продолжавшиеся в течение всей первой половины XVIII в. дискуссии о ценности классического и национального художественного наследия, об эстетических категориях возвышенного, гения, остроумия, вкуса, климата. Одним из результатов этих поисков стала дестабилизация & laquo-родовой»- критики, литературного анализа с позиций жанровых доктрин.

Основываясь на изложенном выше, мы ставим целью исследовать основные закономерности развития литературной критики в периодических изданиях Англии на этапе ее становления в контексте эстетических исканий английской литературы первой половины XVIII в. и в связи с трансформацией английского классицизма.

Цель определяет частные задачи настоящей работы:

1) охарактеризовать генезис литературной критики в периодических изданиях и эволюцию ее форм (от журналов очерков к обозрениям) —

2) рассмотреть содержание и основные тенденции жанровой рефлексии в критике периодических изданий-

3) дать конкретно-исторический анализ литературно-критической публицистики Дж. Аддисона, С. Джонсона, О. Голдсмита, Дж. Уортона и их современников в соотношении с их опытами в традиционных жанрах критики, эволюцией их мировоззрения и в связи с полемикой о ценности классического и национального художественного наследия, дискуссиями об эстетических категориях возвышенного, остроумия, вкуса, климата, обусловившими дезинтеграцию английского просветительского классицизма-

4) на материале периодических изданий определить методологические основы английской критики XVIII в., проследить эволюцию от формально-миметического к эмпирическому способу оценки литературных фактов-

5) выявить элементы предромантической эстетики в периодических изданиях Англии середины XVIII в.

Актуальность данной работы обусловлена важностью рассматриваемого периода истории английской критики, в течение которого происходила ее глубокая количественная и качественная трансформация, сложностью и противоречивостью литературного и философско-эстетического фона, анализ которого необходим для более глубокого рассмотрения последующей критической практики, уточнения представлений современного литературоведения об эволюции английского просветительского классицизма. Актуально также в свете растущего интереса к проблеме & laquo-границ»-, переходных явлений в зарубежных литературах, выявление журнальных истоков предромантической эстетики. Предпринимаемое исследование представляется насущным в связи с заметным повышением в отечественном литературоведении интереса к литературной теории и художественной практике периода Просвещения, необходимостью создать целостную картину развития английской критики XVIII в. — и практически полным отсутствием монографических исследований критики периодических изданий.

Научная новизна диссертации заключается прежде всего в том, что она является первым в отечественном литературоведении обобщающим исследованием литературной критики в периодических изданиях Англии первой половины XVIII в. Впервые корпус журнальных эссе Дж. Аддисона и Р. Стила, С. Джонсона, О. Голдсмита, Дж. Уортона и других авторов рассматривается под углом зрения различных философско-эстетических влияний, что позволяет дать более точную, детализированную картину развития английского просветительского классицизма. Впервые в литературоведении осуществляется анализ жанровых концепций периодических изданий с учетом не только их содержательной стороны, но и в непосредственной связи с эволюцией методологии литературного анализа, в сопоставлении с исканиями традиционной, непериодической, критики. В научный оборот вводятся большей частью малоизвестные или вовсе не известные отечественной англистике материалы, позволяющие значительно дополнить наши представления о развитии литературной критики и журналистики в Англии первой половины XVIII в., воссоздать атмосферу критической & laquo-гетероглоссии»-, которая является отличительной чертой журнального этапа английской литературной критики и создает предпосылки для более объективного рассмотрения ее теоретических основ.

Материалом исследования послужили литературно-критические эссе, аннотации, рецензии и обзорные статьи следующих периодических изданий: & laquo-Джентлмэнз Джорнэл& raquo-, & laquo-Этиниэн Мэркьюри& raquo-, & laquo-Тэтлер»-, & laquo-Спектейтор»-, & laquo-Гардиан»-, & laquo-Цензор»-, & laquo-Критик»-, & laquo-Мистс Уикли Джорнэл& raquo-, & laquo-Ландан Мэгэзин& raquo-, & laquo-Джентлмэнз Мэгэзин& raquo-, «Ковент-Гарден Джорнэл& raquo-, & laquo-Джейкобайтс Джорнэл& raquo-, & laquo-Би»-, & laquo-Рэмблер»-, & laquo-Айдлер»-, & laquo-Эдвенчерер»-, & laquo-Юнивесал Визитер& raquo-, & laquo-Уорлд»-, «Грэйз-Инн Джорнэл& raquo-, & laquo-Ландан Кроникл& raquo-, & laquo-Мансли Ревью& raquo-, «Кри-тикал Ревью& raquo- и др.

Большая часть этих журналов, систематически обращавшихся к вопросам литературы, была обнаружена в российских книгохранилищах, отдельные издания — в Бодлеанской библиотеке г. Оксфорда. Корпус журнальных публикаций О. Голдсмита анализируется на основе оксфордского собрания его сочинений (ред. А. Фридман, 1966). Неоценимы оказались многотомная антология нравоучительных периодических изданий & laquo-Британские эссеисты& raquo- под редакцией А. Чалмерза (1802−1803), антологии критического наследия английских писателей, публиковавшиеся издательством Оксфордского университета в 1970—1980-х гг., отдельные тома собраний английских эссе Н. Дрейка и М. Сегара, антология театральной критики под редакцией Дж. Эгейта.

Методологическую основу работы составили исследования по английской литературной теории и критике XVII—XVIII вв. А. А. Аникста, В. Г. Решетова, J1.B. Сидорченко, Н. А. Соловьевой, И. О. Шайтанова, Дж. Ат-кинза, Б. Бронсона, JI. Дамроша, Р. Крэйна, У. Уимзатта, Р. Уэллека, Н. Фрая.

Важное значение для оформления концепции диссертации имели положения теории литературной критики В. М. Жирмунского, учение Ю. Н. Тынянова о литературном процессе как динамической жанровой системе, побудившее к размышлению о причинах избирательности жанровой рефлексии в английской литературной критике XVIII в., труды А.Н. Веселовско-го, перекликающиеся с исканиями английских литературных арбитров середины XVIII в., в работах которых закладывались основы исторического метода литературного анализа.

Практическая значимость работы заключается в том, что ее материалы могут быть использованы при подготовке лекционных курсов по истории английской литературы и журналистики XVII—XVIII вв., спецкурсов по английской литературной критике указанного периода, а также при дальнейших исследованиях английской литературы и литературной критики периода Просвещения.

Цели и материал исследования обусловили структуру работы. В первой главе диссертации жанровые концепции газетно-журнальной критики анализируются в контексте эстетических исканий в английской литературе периода раннего Просвещения. Разработка теории трагедии, эпической по

23 эмы и лиро-эпических жанров, восприятие творчества Шекспира и Мильтона рассматриваются в связи с изменениями метода критики, выявлением особенностей формально-миметического анализа и предпосылок его разрушения, в числе которых особое место занимали дискуссии о категориях гения, воображения и возвышенного. Развитие жанровых теорий критики в новых условиях, связанных с накоплением кризисных явлений в английском классицизме 1750-х гг., прослеживается во II — IV главах. Во второй главе наряду с анализом рецепции традиционных жанров особое внимание уделяется становлению поэтики романа, выявлению ее особенностей, обусловленных изменениями газетно-журнальной типологии. Далее освещаются процессы дестабилизации жанрово-нормативных моделей, связанные, с одной стороны, с утверждением эмпирико-индуктивных подходов С. Джонсона (III глава), с другой — с формированием исторического метода и & laquo-критики вкуса& raquo- (О. Голдсмит, Дж. Уортон), выявляются журнальные истоки предромантиче-ской эстетики. В каждой из этих глав определяются черты преемственности в английской литературной критике, характеризуется связь поисков литературных арбитров середины XVIII в. с раннепросветительскими эстетическими дискуссиями, указывается на невозможность рассмотрения основных параметров литературного процесса без учета достижений критики в периодических изданиях.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Литературная критика периодических изданий начиная с момента своего возникновения занимала важное место в литературном процессе Англии, развиваясь в тесной связи с эстетическими исканиями традиционной критики, порой вступала в полемику с нею и сообщала новые импульсы ее & laquo-рефлективному традиционализму& raquo-, способствуя постепенному выведению литературного анализа за границы конвенционального жанрового мышления и приданию критике большей восприимчивости к внешним условиям функционирования словесности, к достижениям современной философско-эстетической мысли, & laquo-новой науки& raquo-.

Критика в периодических изданиях XVIII в., как и вся английская классицистическая критика, основывалась преимущественно на дедуктивном формально-миметическом методе, устанавливала стандарты литературного анализа исходя из принципов жанровых доктрин. Вместе с тем система ее жанровых концепций на протяжении всей первой половины XVIII в. обнаруживала признаки дестабилизации (усилившиеся в 1750-х гг.), вызванной значительным отставанием литературной теории от художественной практики, недооценкой новых жанров, а также рядом внелитературных причин, связанных с функционированием англо-латинской культурной традиции, галлофобией и другими факторами.

Общее движение в литературе к ослаблению классицистических оков, вызванное влиянием философии Бэкона и Локка, спорами о категориях гения, климата, вкуса, сказалось и на представлениях критиков о литературных формах. В их сочинениях допускались большая подвижность жанровых границ, перенос характеристик одних жанров на другие, а порой существенный пересмотр номенклатуры жанровых признаков. В частности, происходила экстраполяция жанровых черт эпической поэмы на трагедию. С другой стороны, было очевидным и влияние поэтики трагедии на эпический канон. Выявлялась типологическая близость эпопеи и баллады, баллады и пасторали, говорилось о возможности переноса черт трагедии на пастораль. Делались все новые шаги к разрушению социальной стратификации жанровой системы, способствовавшему оформлению концепции мещанской драмы.

Дестабилизация жанровой системы, естественно, вела к пересмотру методологии литературного анализа, основанного на схемах Аристотеля, Ра-пэна, Jle Боссю, Дасье.

Разрушению формально-миметической модели критики содействовали публикации периодических изданий, посвященные творчеству Шекспира и Мильтона, ставившие в повестку дня вопрос об отношении к классическому художественному наследию, выявлявшие своеобразие полемики древних и новых. Шекспировская критика периодических изданий первой трети XVIII в. (& laquo-Тэтлер»-, & laquo-Гардиан»-, & laquo-Цензор»-) подготовила важные изменения в методологии аналитического описания литературного произведения, перенеся внимание с его формальной стороны на исследование характеров, эмотивной сферы героев. Осмысляя художественный опыт Шекспира, критики приходили к заключению о самодостаточности гения, которому позволено переступать правила (типология гения Дж. Аддисона).

Рецепция творчества Мильтона в литературных журналах наглядно продемонстрировала противоречивость эстетических стандартов английской литературной критики, которая, с одной стороны, приняв учение Псевдо-Лонгина, подчеркивала гениальность создателя & laquo-Потерянного рая& raquo-, возвышенность его поэмы, с другой — стремилась оценивать его творчество с позиций учения Ле Боссю.

Наиболее острые дискуссии раннепросветительских критиков вызывали литературные формы, которые либо занимали в классицистической системе жанров неустойчивое положение (пастораль), либо были выведены за ее пределы (баллада). Дискуссии о пасторали в острой форме поставили центральную дилемму, волновавшую критиков-августианцев, — вопрос об отношении к классическому и национальному художественному наследию. Они привели к активизации рефлексии, связанной с установлением принципов жанров с опорой не на кодифицированные правила, а на анализ художественного опыта. Таким образом, создавались предпосылки индуктивно-эмпирического метода критики.

Обращение периодических изданий к жанру баллады способствовало углублению внимания к национальной литературной традиции, к устному народному творчеству, а, следовательно, к снижению акцента на подражании классическим образцам, утверждению умеренного характера английского просветительского классицизма.

Споры о творчестве Шекспира и Мильтона, о категориях гения и воображения обусловили острый интерес критиков к эстетической категории возвышенного, которая была наиболее основательно разработана в журнальной эссеистике Дж. Аддисона.

Возвышенное автор & laquo-Спектейтора»- рассматривал прежде всего как функцию воображения, актуализируя представления об ассоциации идей. Он первым изложил в систематическом виде взгляды на категорию воображения, соединив философию и психологию с художественным творчеством и критикой. Опираясь на теорию & laquo-вторичных удовольствий воображения& raquo-, он сформулировал свои взгляды на творческий процесс художника, который рассматривал как подобие божественного творения. Концепции воображения и возвышенного модифицировали представления Аддисона об эстетической категории вкуса, который он начал трактовать как проявление индивидуальной чувствительности, особой восприимчивости к возвышенному (& laquo-грандиозному»-, & laquo-новому»-, & laquo-необычному»-). Разработка Аддисоном эстетических критериев оценки искусства, хотя и не привела его к решительному разрыву с моделями жанровой критики, в исторической перспективе была очень плодотворной и способствовала формированию основ романтической эстетики.

Литературная критика в периодических изданиях Англии середины XVIII в. носила переходный характер, в полной мере отражая основные особенности национального просветительского классицизма (внимательное отношение к художественной практике, ренессансному литературному наследию, противопоставление античного художественного опыта нормативному ригоризму, органичная связь с эстетической и философской мыслью эпохи и др.) и эволюцию газетно-журнальной типологии, проявившуюся в заметном снижении роли нравоучительной журналистики и выдвижении литературных обозрений.

Публикации & laquo-ревью»- привели к росту синхронной критики, систематизации ее актов, возникновению новых аналитических жанров, порывавших с & laquo-литературностью»- критики в нравоучительных журналах (говоря о & laquo-литературности»-, мы имеем в виду бытование критики в формах нравоучительного эссе, приближавшегося к художественной прозе, ориентальной сказки, видения и др.). Латентные формы литературных оценок становились явными, благодаря сотрудничеству с периодическими изданиями критика приобретала публицистический характер, нередко — острую полемичность (споры об оригинальном и подражательном художественном творчестве, дискуссии о заимствованиях в поэме Мильтона & laquo-Потерянный рай& raquo-, о возможности реставрации древнегреческой драмы).

Определенные изменения происходили и в методологии литературного анализа, который, как и в первой трети XVIII в., продолжал опираться на логику жанровых доктрин. Обозреватели журналов воспроизводили традиционную технику, используя метод-определения & laquo-достоинств»- и & laquo-недостатков»-, актуализировали общепринятый классицистический подход к анализу драматических и эпических произведений, последовательно рассматривая их фабулы, инциденты, выражение чувств, стиль.

При этом литературные арбитры журналов общей информации и обозрений подходили к правилам античных поэтик и проблеме подражания древним с позиций здравого смысла. В их публикациях отмечался компромисс между традиционализмом раннего Р. Хёрда и эмпирической критикой С. Джонсона. Значительный вклад в ослабление классицизма в Англии вносила продолжавшаяся полемика древних и новых. Газетно-журнальные критики, признавая идею прогресса, нередко призывали не следовать слепо древним образцам, а адаптировать их к новым условиям, возрождать не формы, а & laquo-суть, дух& raquo- античной литературы.

В связи с восприятием реалистической просветительской литературы в критике периодических изданий середины XVIII в. наряду с традиционным пониманием мимесиса как подражания онтологическим универсалиям появлялись новые трактовки природосообразности как достоверного отражения реальной действительности, правды человеческих чувств. Утверждению новых ценностей в литературе способствовало творчество Шекспира, которое нередко противопоставлялось газетно-журнальными арбитрами бесплодным попыткам следовать классицистическим правилам. В изучении Шекспира была продолжена линия раннепросветительской критики на интерпретацию его характеров (А. Мэрфи), которая сопровождалась детальным изучением драматических текстов. Ослаблению внимания к формальным характеристикам драмы способствовала особая восприимчивость обозревателей к трогательному, патетическому, противопоставленному правилам (& laquo-Джентлмэнз Мэгэзин& raquo-, & laquo-Мансли Ревью& raquo-).

Реконструкция жанровых концепций обозрений показывает, что они продолжали воспроизводить традиционные схемы литературного анализа. В частности, оформление теории романа в них сопровождалось заимствованием критериев критики драмы и эпопеи.

Начало становления критики романа в периодических изданиях было связано с рецепцией «romance», неприятие которого диктовалось прежде всего утверждением классицистических принципов в английской литературной теории и полемикой с барокко. На раннем этапе развития теории романа (1680−1730-е гг.) критикам приходилось решать проблему правдоподобия как его неотъемлемой характеристики, разделять функции историка и писателя. В полемике с французским прециозным романом английская критика подготавливала предпосылки для развития реалистической прозы.

Дальнейшее развитие теории романа было связано не только с выступлениями Ричардсона, Филдинга и Сары Филдинг, но и с критикой периодических изданий, осмыслявшей всю романную продукцию эпохи. Произведения просветительских романистов вызывали споры на страницах журналов о границах реализма, об особенностях сатирического отображения действительности, типологии романного героя, о наиболее адекватной повествовательной форме романа. Рецепция романов Ричардсона, Филдинга, Смоллетта в литературной критике 1740−1750-х гг. включала также выявление их своеобразия в системе предшествующей прозаической традиции, что способствовало более глубокому осмыслению жанра романа, его европейского пути. Попытки создания генеалогии романа (Уорбертон, Смоллетт, Клеланд) свидетельствовали об активной жанровой рефлексии, направленной на идентификацию романа как неотъемлемого звена в системе словесности и, безусловно, отразили формирование исторического и сопоставительного метода критики.

Таким образом, английская газетно-журнальная критика находилась в русле эстетических исканий английской литературы середины XVIII в., генетически связанных с раннепросветительскими дискуссиями о ценности национального и классического художественного наследия, дидактическом содержании словесности и др. Выраженные в ней тенденции к переосмыслению классицистических конвенций были углублены и получили философско-эстетическое обоснование в журнальной деятельности С. Джонсона, явившейся одним из самых ярких явлений литературно-критической публицистики XVIII столетия.

В 1750-х гг. в литературной критике периодических изданий становится все более ощутимым кризис формально-миметического метода, углублению которого способствовали журнальные публикации С. Джонсона, О. Голдсмита и Дж. Уортона.

Опираясь на теорию познания Бэкона и достижения современного естествознания, Джонсон стремился разработать научные основы литературной критики, подчинить ее руководству индуктивной методологии, призывая к рассмотрению явлений литературы в контексте предшествующей и современной художественной практики. Ценность как рационально постигаемого, так и интуитивно воспринимаемого прекрасного, по его мнению, в конечном счете определяется вкусами поколений, а не волюнтаристскими установлениями критиков. Тезис Джонсона об & laquo-опытной проверке& raquo- художественной ценности произведений литературы, который является одним из оснований эмпирического метода критики, был созвучен эстетической теории Ж. -Б. Дюбо и нашел законченное выражение в эссе Д. Юма & laquo-О норме вкуса& raquo-.

Положение об относительной ценности правил, извлеченных из художественной практики древних, привело Джонсона к необходимости определить свою позицию в дискуссиях о подражании образцам как принципе художественного творчества, которые свидетельствовали о дезинтеграции английского классицизма. Критик делал акцент на категории гения, подчеркивал необходимость новизны, оригинальности его творений. При этом он дал эмпирическую трактовку горацианской концепции гения, связывая его становление прежде всего с познанием мира, изучением действительности. Следствием этих взглядов для его критики становится рассмотрение искусства в органичной связи с жизнью, повседневной деятельностью людей. Он был убежден в том, что критик должен проверять установления древних практикой, понимаемой в самом широком смысле и учитывающей как его личное восприятие произведения, так и рецепцию аудитории и отношение литературных фактов к действительности.

Однако миметическая доктрина Джонсона, генезис которой восходит к учениям Аристотеля, Псевдо-Лонгина и Локка, была также связана с утверждением типизации явлений действительности, изображения общего, вечного, неизменного в природе. Соответствие идейно-художественного строя произведений социальным, философским, этическим и эстетическим универсалиям было для Джонсона одним из главных критериев критики, поскольку именно оно в его представлении обеспечивало преемственность дидактических и коммуникативных функций литературы в условиях смены литературных эпох.

Направленность литературной критики автора & laquo-Рэмблера»- на гармонизацию августианских ценностей и императивов эмпирической эстетики наиболее ярко проявилась в его жанровом мышлении. Джонсон отверг таксономическую систему жанровых концепций, опиравшуюся на нормативные поэтики, поскольку она не учитывала многообразные отношения литературы и действительности, значимость фигуры художника, психологию читателя. Противник дедуктивно-силлогического метода, он был уверен в том, что литературная теория должна следовать за художественной практикой, а потому объявил относительными многие каноны.

Критичное отношение Джонсона к подражательнм теориям художественного творчества, неприятие теорий, рассматривающих жанры как некие метафизические абсолюты, и противопоставление им генетического и психологического подходов, эмпирического метода нагляднее всего проявилось в его журнальных очерках о пасторали и трагедии (критика условности пасторали, ее ограниченной содержательности, связанной с предметом художественного освоения- проповедь единства действия как средства интенсификации трагического конфликта, необходимой для осуществления & laquo-аффективных»- функций драмы- опровержение ряда архаичных установлений (правило о трех актерах) с акцентом на эволюционном аспекте трагедии- отказ от пя-тиактной структуры трагедии, аргументированный с позиций здравого смысла- признание трагикомедии как жанра, отражающего & laquo-состояние дел в подлунном мире& raquo-).

Эмпирическая ориентация критики Джонсона была подтверждена также в его очерках о документально-публицистических жанрах (биографии, тривиальном письме, мемуарной форме). Интерес Джонсона к этим маргинальным жанрам, их возможностям в сфере психологического анализа, рассмотрение биографии героя как структурообразующего начала повествования, внимание к характерологичной детали — все это свидетельствовало о накоплении в период зрелого Просвещения предпосылок для развития классической реалистической литературы.

Дестабилизация жанровой критики, получившая сильный импульс в журнальной периодике С. Джонсона, была продолжена О. Голдсмитом и Дж. Уортоном.

Литературная теория Голдсмита сформировалась под влиянием идей Фенелона, Мармонтеля, Дюбо. Он также воспринял философию сенсуализма, эстетику Э. Бёрка. Предвосхищая & laquo-Исследование о современном состоянии словесности в Европе& raquo-, он в журнальных статьях развивал идею прогресса литератур, связанного с поступательным развитием общества. Таким образом, он способствовал утверждению исторического метода критики, предпосылки которого обнаруживаются в теоретическом наследии Бэкона и Драйдена, журнальной эссеистике Р. Стила и трудах Дж. Аддисона, в & laquo-Опыте о критике& raquo- А. Поупа, в & laquo-Исследовании жизни и сочинений Гомера& raquo- Э. Блэку-элла. Все они приходили к выводу о необходимости изучения словесности в социально-политическом и духовном контексте эпохи. Голдсмит также неоднократно подчеркивал, что ценность произведений искусства нельзя определять по универсальным стандартам, поскольку образцы, которым подражают авторы, изменяются от века к веку.

Идея относительности эстетических критериев подкреплялась развитием концепции климата, которую разрабатывали в эстетике XVII—XVIII вв. Буур, Дасье, Фенелон, Дюбо, Каули, Спрэт, Темпл, Деннис, видевшие непосредственную связь между природными условиями той или иной страны и состоянием ее литературы. В английской литературной теории очевидным было расширение понятия климата, которое включало и социальные условия функционирования литератур. Пафос Голдсмита, призывавшего поэтов & laquo-изучать свой народ& raquo-, заключался в осознании неразрывной связи литературы с внешними обстоятельствами, в обусловленности творчества художника культурно-историческими факторами. Существенным был также его акцент на категориях гения и возвышенного, который не привел его, однако, к отказу от классицистических ценностей. Заложить основы & laquo-критики Чувства& raquo- было суждено Джозефу Уортону.

Определяющее значение в эстетике Уортона имеет категория возвышенного, которое он ставил в непосредственную связь с патетическим и, отталкиваясь от теории Псевдо-Лонгина и Квинтилиана, обнаруживал его примеры в Библии. Истоки теории возвышенного Уортона восходят также к журнальной эссеистике Аддисона, его концепции воображения, ставшей особенно плодотворной при формировании предромантической эстетики в Англии. Уортон распространил категории Аддисона на творчество Гомера, указывая на примеры грандиозного, величественного в его творчестве. Кроме того, опираясь на тезис & laquo-Спектейтора»- о том, что поэзия не ограничивается подражанием чувственно воспринимаемому миру, а создает собственные миры, он поддержал & laquo-волшебную манеру письма& raquo- Шекспира. Иррациональное в драме & laquo-Буря»-, по его мнению, служит своеобразному & laquo-расширению воображения& raquo-, его не нужно оправдывать с позиций традиционной миметической доктрины.

В оценках творчества Шекспира Уортон первостепенное внимание уделял его мастерству в выстраивании характера. В серии очерков о трагедии & laquo-Король Лир& raquo- Уортон впервые в английской критике дал развернутую и объективную характеристику шекспировского психологизма, которая отличается субъективностью анализа, порывающей с традицией августианской & laquo-беспристрастной критики& raquo-, эстетически дистанцирующейся от произведения. Уортон предстает прежде всего чувствительным критиком.

Его очерки, таким образом, свидетельствовали о том, что на смену подходам, в основе которых лежали нормативные поэтики, приходила & laquo-критика вкуса& raquo-, опиравшаяся на субъективный анализ, интуицию самого интерпретатора. В конечном счете публикации периодических изданий подготавливали те изменения, которые привели во второй половине XVIII в. к трансформации в английской литературной критике, ее переориентации с дедуктивного на индуктивный, с миметического на психологический метод литературного анализа.

Обращаясь к проблеме новаторства английской газетно-журнальной критики, следует подчеркнуть, что она наиболее остро поставила вопрос о путях развития английской литературы, утвердив значимость национального художественного наследия и способствуя становлению умеренного характера английского просветительского классицизма. Она первой в XVIII столетии начала обсуждать проблему эстетической ценности народного искусства, содействовала выдвижению на первый план такого богатого пласта английской литературы, как метафизическая поэзия. Она заложила принципы интерпретации характеров драмы, а отдельные тезисы журнальных публикаций являются бесспорными положениями современного шекспироведения. Газетно-журнальная критика чаще и порой в более острой форме, чем критика традиционная, ставила вопрос о подражании и оригинальности в художественном творчестве и в числе первых откликнулась на новые тенденции в литературе и эстетике, внося вклад в утверждение предромантических ценностей. Критика периодических изданий содействовала утверждению эмпирического, исторического, биографического методов в непериодической критике. Ее & laquo-космополитизм»-, активное участие в дискуссии о ценности национального и классического художественного наследия привели к расширению тематического диапазона критики, формированию основ сравнительного изучения литератур. Наконец, именно с газетно-журнальной критикой связано зарождение эстетики как науки в Англии (& laquo-Спектейтор»-). Магистральные пути развития английской критики в XIX—XX вв. будут связаны именно с публикациями периодических изданий, которые завершат переход от нормативной к интерпретирующей критике, начатый в XVIII столетии.

ПоказатьСвернуть

Содержание

Глава 1. ТЕОРИЯ ЖАНРОВ В ЛИТЕРАТУРНОЙ КРИТИКЕ ПЕРИОДИЧЕСКИХ ИЗДАНИЙ 1690−1730-Х ГГ. (формально-миметический метод).

1. Жанр трагедии в литературной критике журналов Дж. Аддисона,

Р. Стила и их современников.

2. Восприятие Шекспира в периодических изданиях Англии 1700−1730-х гг.: от жанрово-нормативной к интерпретирующей критике.

3. Дискуссии о поэтике эпической поэмы в литературных журналах (рецепция творчества Мильтона).

4. Поэтика лирических и лиро-эпических жанров в журнальной периодике первой трети XVIII в.

5. Концепции возвышенного и воображения в трактовке Дж. Аддисона: начало дестабилизации жанровой критики.

Глава 2. ЖАНРОВЫЙ АСПЕКТ В ЛИТЕРАТУРНОЙ КРИТИКЕ НРАВОУЧИТЕЛЬНЫХ ЖУРНАЛОВ СЕРЕДИНЫ XVIII В. И ЛИТЕРАТУРНЫХ ОБОЗРЕНИЙ (методологическая эклектика).

1. Состояние критики традиционных жанров.

2. Становление теории романа.

Глава 3. ЖАНРОВОЕ МЫШЛЕНИЕ С. ДЖОНСОНА эмпирический метод).

1. Философско-эстетические основы литературной критики С. Джонсона.

2. & laquo-Критика опыта& raquo-: генезис жанровых концепций С. Джонсона в периодических изданиях.

3. Проблема преодоления классицистических универсалий в эстетике С. Джонсона (теория документально-публицистических жанров и эпитафии).

Глава 4. ПЕРЕХОДНЫЕ ЭСТЕТИЧЕСКИЕ ЯВЛЕНИЯ В ЛИТЕРАТУРНОЙ ПЕРИОДИКЕ И ДЕСТАБИЛИЗАЦИЯ ЖАНРОВОЙ КРИТИКИ.

1. Литературно-критическая публицистика О. Голдсмита: формирование исторического метода критики.

2. Истоки предромантической эстетики в периодической эссеистике Дж. Уортона (на пути к психологическому методу литературного анализа).

Заполнить форму текущей работой