Алхимический сюжет в готическом романе.
Питер Акройд "Дом Доктора Ди"

Тип работы:
Курсовая
Предмет:
Литературоведение


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Оглавление

Введение

Глава 1

Глава 2

Заключение

Список используемой литературы

Введение

Говорят, что мода возвращается. Чтобы быть модным в наше время нужно копировать стиль жизни наших бабушек. И это касается не только стиля в одежде, черно-белых фотографий и виниловых пластинок. Не только, так сказать, внешних атрибутов. Вкусы тоже возвращаются и начинают жить своей жизнью. Это касается и литературы, в том числе. Ситуация в обществе, безусловно, имеет свойство отражаться на литературе; в том или ином направлении. Следовательно, возвращение каких-либо идеалов ведет к возобновлению интереса к тому или иному направлению. Например, идеал женской красоты. До рубежа 19−20х веков считалось, что женщина должна быть похожа на пташку. В эпоху декаданса Декадамнс, декадемнтство (фр. dйcadence -- разложение, упадок; от лат. decadentia -- падение) -- понятие, которое часто встречается в истории философии при рассмотрении подъема и упадка культур и народов; говорят о декадансе в искусстве, литературе, политике и т. д., а также о декадентстве в поведении человека, в его взглядах на жизнь и в его отношении к миру; «симптомы» декаданса обычно связывают с произволом; настроение, которое проявляется как в искусстве, так и в философской, научной, религиозной, общественной мысли; термины и идея декаданса возникли в 18 веке благодаря Монтескьё (Montesquieu «Considйrations sur les causes de la grandeur des Romains et de leur dйcadence», 1734; рус. пер.: Монтескьё «Рассуждение о причинах величия и падения римлян», 1769). Термины декадемнтство, декадамнс для обозначения литературного течения стали употребляться во Франции в 1880-х гг. и в 1890-х--1900-х в России, Германии и других странах. (Интернет энциклопедия Wikipedia. www. wikipedia. ru) возник новый идеал- женщина должна быть похожа на змею своим образом. Сейчас вновь идет возвращение к этому идеалу, отсюда субкультура «готов», например. Готические идеалы вообще стали очень популярными. Мы можем наблюдать некий возврат к эпохе декаданса, когда людей интересовало все нечеловеческое, темное, потустороннее.

Ситуация сегодня, в сущности, напоминает ситуацию конца девятнадцатого века, эпоху декаданса, упадка. Если, по мнению Плеханова, литературное развитие русского декадентства и не вполне ещё соответствовало существовавшей в России системе капиталистических отношений, то корни его следует искать в условиях реакции 1880-х и начала 1890-х гг. Писатели-декаденты были особенно популярны после революции 1905.

Характерными чертами декадентства обычно считаются: субъективизм, индивидуализм, аморализм, отход от общественности, taedium vitae и т. п., что проявляется в искусстве соответствующей тематикой, отрывом от реальности, поэтикой искусства для искусства, эстетизмом, падением ценности содержания, преобладанием формы, технических ухищрений, внешних эффектов, стилизации и т. д. Это мы и можем наблюдать в современном искусстве.

Наиболее яркими представителями декадентства за рубежом являлись Оскар Уайльд, Ш. Бодлер, Мария Корелли, П. Верлен, Метерлинк, Гюисманс, Станислав Пшибышевский и др. В группу русских декадентов так называемого «старшего поколения» в 1880-х -- 1890-х гг. входили такие поэты и беллетристы, как Бальмонт, А. Добролюбов, Коневской, Ф. Сологуб, Мережковский, Зинаида Гиппиус, а также «ранний» Брюсов.

Сегодня декадентское движение процветает. В феврале 1999-го года писательница Маруся Климова и художник Тимур Новиков организовали фестиваль декаданса «Тёмные ночи», который прошёл в концертном зале петербургского Зоопарка. Второй фестиваль состоялся год спустя в петербургском клубе «Декаданс». Эти эпатажные и шумные акции стали своеобразной манифестацией независимого искусства Санкт-Петербурга и Москвы, берущего своё начало в андеграунде советских времён. В дальнейшем декаданс как современное настроение вобрал в себя черты гламура и готики. Эти популярные в начале века стили были объединены в декадентских фестивалях «Бархатное подполье». Первый фестиваль состоялся в 2005 году в московском Клубе на Брестской, автором идеи выступил журналист и музыкант Владимир Преображенский, сегодня организатор салонных вечеров «изысканного удовольствия».

Тот факт, что готика проникает во все сферы общества, развивается и функционирует так успешно, как первые писатели-декаденты могли только мечтать, еще раз доказывает актуальность данной научной работы.

К декадентам себя относят и многие музыкальные группы, особенно представители готик-рока, дарквэйва и т. п. стилей. Декадансом своё творчество называют группы Агата Кристи, Dead Can Dance, «Бостонское чаепитие», «Кабаре Безумного Пьеро» и др.

Связанный с желанием прикоснуться к тайнам мироздания, к «той стороне», интерес, приводит нас к алхимии. Действительно, все больше и больше авторов в наше время возвращается к этой тематике в рамках готического романа. Все больше фильмов про волшебников и адептов алхимии снимает Голливуд. Ролевики Ролевики — люди, занимающиеся реконструкцией в рамках ролевых игр, например, Толкиенисты. играют в известных всем Мерлина, Гарри Поттера и Фату Моргану. В данной научной работе мы рассмотрим причину внезапно вспыхнувшей популярности готического романа, а конкретнее алхимического готического романа.

Цель работы- выявить тенденции, влияющие на такую популярность, посмотреть как именно и где они влияют. Исследование проводится на базе теоретических положений, статей и книг авторов, уже ранее занимавшихся исследованием данной темы, выводов. Также в практической части берется роман Питера Акройда «Дом Доктора ди», как произведение, в сюжете своем основанное, на жизни Джона Ди, великого алхимика и мага. Исследования книги, относящейся к тематике данной научной работы является важным моментом для объяснения причины популярности использования темы алхимии в художественных произведениях.

Данная работа является очень актуальной. Актуальность ее обуславливается, как уже говорилось раньше, большим количеством авторов, обращающихся к жанру готического романа, и, в частности, к концепту алхимии.

Среди первых авторов, обратившихся к этой теме можно назвать Гете, Густава Майринка, Умберто Эко, Говард Лавкравт, Джон Р. Р. Толкиен.

На данный момент в этой сфере работают: Пауло Коэльо, Джоан Роулинг, Питер Акройд, Филипп Пулман и т. д.

Для рассмотрения проблематики мы так же возьмем книгу Хапаевой «Готическое общество», которая рассматривает причину возвращения общества к готическому.

Среди других источников интересными и важными для нас являются: Камилла Палья «Декадентское искусство», «Всеобщая история искусств, Т. 2, М., «Искусство», Монтегю Саммерс «Потусторонний Омнибус» и другие.

Глава 1

Все мы с детства слышали загадочные истории об алхимиках- окруженных ореолом мистики и могущества, о людях, научившихся добывать золото из неблагородных металлов; о мудрецах, постигших секрет изготовления философского камня, перехитривших саму смерть и обретших вечную молодость. Итак, стоить высказать несколько соображений касательно алхимии вообще. Нельзя, конечно, разделить оптимизма специалистов по истории науки, считающих алхимические поиски робкой пробой сил перед вступлением пионеров прогресса в область подлинной, научной химии. Большего внимания заслуживает, на наш взгляд, мнение К. Г. Юнга, полагавшего, что алхимия есть один из символических праязыков, память о котором осталась в «коллективном бессознательном» человечества в качестве архетипов, то есть априорных трансперсональных доминант. К сожалению, всякое суждение об алхимии имеет неизбежный гадательный характер, ибо «королевское искусство» есть результат интеллектуальной активности иной цивилизации, основанной, в отличие от нашей, на совершенно иных онтологических и экзистенциальных постулатах. Нам представляется интресным какие коды несет в себе этот праязык и удастся ли с помощью него найти ключи для времени настоящего, в которым мы проживаем. В конце концов, к алхимии обращаются в наши дни столько авторов, значит эти древние коды для разгадки тайны жизни являются востребованными. Далее рассмотрим где это берет начало и как развивался концепт алхимии. Следует пояснить сам термин концепта, раз он имеет место быть в работе.

Концемпт (лат. conceptus -- понятие) -- многозначный термин.

Концепт -- инновационная идея, содержащая в себе креативный смысл; Продукт, демонстрирующий эту идею, называют Концепт-продукт, то есть выпускаемая производителем в единственном экземпляре модель, предназначенная для демонстрации общественности. Пример: Концепт-кар;

Концепт в философии и лингвистике -- содержание понятия, смысловое значение имени (знака). Отличается от самого знака и от его предметного значения (денотата, объёма понятия). Отождествляется с понятием и сигнификатом;

Концепт в филологии -- устойчивая языковая или авторская идея, имеющая традиционное выражение. То же, что мотив;

Концепт (кончетто, консепт) -- художественный приём концептизма (косептизма, кончеттизма);

Концепт -- произведение концептуального искусства;

Концепт в концептно-ориентированном программировании -- конструкция, состоящая из одного класса объектов и одного класса ссылок;

Концепт-арт -- направление в искусстве, призванное отражать только идею, а не форму или внешние атрибуты. http: //ru. wikipedia. org/wiki/Концепт

Сама история алхимии уходит своими корнями в глубокую древность. Создателем этого тайного искусства считается Гермес Трисмегист (Гермес трижды Великий), имя которого многие связывают с самим античным богом Гермесом, а также с египетским богом Тотом Тот (Иьпхф, Июи, Thoth, егип. Dhowtп, сб. Футий) -- древнеегипетский бог мудрости и знаний. В развитой древнеегипетской мифологии Тот считался покровителем образования и письма. Помимо письменности, он считался изобретателем или учредителем большинства религиозных и повседневных обрядов. Поэтому он опекался измерениями и разнообразными событиями, происходящими в мире. Хранителями же тайного учения считаются многочисленные адепты-тамплиеры, масоны, розенкрейцеры, оккультисты. Многие из них жертвовали своим богатством, здоровьем, а порой и жизнью, без устали работая в библиотеках, тщетно смешивая сомнительные порошки и зелья, чтобы приблизиться к разгадке тайны вечной жизни. Разочарование, нищета и безвременная смерть- вот что стало уделом большинства из них на пути сотворения философского камня, «первосвещенства», объединяющего в себе все основные стихии. Считалось, что с помощью этого компонента, обязательного для процесса трансмутации, возможно было превращать обычные металлы в драгоценные, излечивать болезни и продлевать и жизнь.

Согласно алхимической доктрине, в природе не существует простых и однородных объектов, так как все объекты подвержены «текучести», обусловленной всеобщностью разветвленных вегетативных связей. Момент осознанной индивидуальности, момент соответствия объекта своему имени расплывается под влиянием внешних притяжений и отталкиваний. Неделимости, постоянства, высокой степени сопротивляемости -- одним словом, всего, что дает гармоническое соединение составляющих частей, -- нельзя добиться с помощью взятых из внешнего мира учений о гармонических комбинациях.

Алхимики, опираясь на древние знания, верили, что Бог создал этот мир из некой «энергии» («первоматерии»). Причем эта первоматерия одинакова для всего: минералов, растений, животных, людей. Тот или иной минерал, то или иное живое существо получается из Богом созданной программы (сейчас бы ее назвали кодом ДНК).

Из этой теории следовало, что меняя ДНК, можно преобразовать одни вещества в другие (например, железо -в золото). Однако алхимики считали, что это «ДНК" — не только материальная «химическая или биологическая формула», но, прежде всего некая «духовная» формула.

Эту духовную формулу искали мудрецы, называя ее «философским камнем». Термин «философский камень» может запутать многих людей. На первый взгляд может показаться, что речь идет о каком- то физическом веществе, камне. (как, например, оный описан в книгах Джоан Роллинг о Гарри Поттере). На самом деле речь идет о способе проникновения в программу Бога, определяющую свойства этого мира. Говоря иными словами, средневековые алхимики и мистики, подобно «хакерам- программистам», пытались взломать «компьютер» Бога.

А теперь рассмотрим как же определяли алхимию те, кто был к ней непосредственно причастен.

Роджер Бэкон (XIII в.) говорит о собственном деле так: «Алхимия есть наука о том, как приготовить некий состав, или эликсир, который, если его прибавить к металлам неблагородным, превратит их в совершенные металлы… Алхимия есть непреложная наука, работающая над телами с помощью теории и опыта и стремящаяся путем естественных соединений превращать низшие из них в более высокие и более драгоценные видоизменения» (Чугаев, 1919, с. 32). Не замыкая столь почтенный род занятий рамками злато- и среброделия, Бэкон множит число объектов алхимии -- это наука о том, как возникли вещи из элементов, и о всех неодушевленных вещах: об элементах и жидкостях, как простых, так равно и сложных, об обыкновенных и драгоценных камнях, о мраморе, о золоте и прочих металлах; о видах серы, солях и чернилах; о киновари, сурике и других красках; о маслах и горючих смолах, находимых в горах, и о бессчетных вещах, о коих ни словечка не сказано в Аристотелевых творениях (с. 33). Мир алхимиков -- едва ли не вся природа. Металлургия и минералогия, петрография и ювелирное дело, изучение естественных смол и соков, техника крашения -- материаловедение почти в современном объеме термина, а также бессчетные иные вещи, не снившиеся и всеведущему Аристотелю. Алхимия, согласно Бэкону, наука еще и о том, как возникли вещи из элементов. Правда, Бэкон обособляет практическую составляющую алхимии. Эта часть всеобщей науки «учит изготовлять благородные металлы и краски и кое-что другое с помощью искусства лучше». Альберт Великий (XIII в.): «Алхимия есть искусство, придуманное алхимиками. Имя ее произведено от греческого аrchymo. С ее помощьювключенные в минералы металлы, пораженные порчей, возрождаются--несовершенные становятся совершенными» (Albertus Magnus, 1958, с. 7). Порча, болезнь, которую нужно лечить. Алхимическое искусство сближено с искусством врачевания. Неспроста синоним философского камня -- медикамент.

Как мы видим, алхимия способна дать ее адепту многое. Человек, проникнувший в ее тайны, может не только исцелять людей, не только воскрешать их из мертвых, но, так же, и самому стать бессмертным.

литература алхимия готический роман

Заманчивое предложение, которое дало бы ответы на все вопросы. Но почему же сейчас мы не слышим о великих ученых, которые в наше время исследуют загадку философского камня? Неужели его уже открыли? Все дело в том, что в свое время с этой наукой произошел один занимательный момент.

Алхимия, известная с незапамятных времен, после трагического поворота в европейской истории, именуемого «Возрождением», перестала существовать как трансцендентальное знание. Она распалась на «теофизическую алхимию», собственно искусство трансмутации минералов и металлов и «спагирию" — искусство приготовления бальзамов, панацей, «питьевого золота», всевозможных эликсиров бессмертия или, точнее говоря, неопределенно долгой жизни. При этом из алхимии постепенно исчезли не вообще потусторонние, но именно небесные, сверхъестественные принципы ее функциональности. Подобная участь ожидала не только алхимию, но и все «свободные искусства» — математику, астрологию, грамматику, риторику. Когда влияние «эйдетической энергии формы» прекратилось (нас в данном случае не интересуют сложные причины этого явления), жизнь потеряла принципиальную смысловую ось, то есть реальное обоснование, и превратилась в калейдоскопическую игру элементов периодической системы, причем не только в химии, но и в любой другой области знаний. Итак, алхимия перестает существовать и практиковаться как отдельная наука и дает начало новой- химии. в Александрийской академии произошло соединение теории (античной натурфилософии) и практических знаний о веществах, их свойствах и превращениях; из этого соединения и зародилась новая наука — khemeia (химия).

Итак, алхимия как наука исчезает. Но интерес к ее загадкам остается.

И сегодня все чаще и чаще мы встречаем писателей, черпающих вдохновение из классических положений алхимии. Среди авторов, пищущих в этой тематике, следует отметить Умберто Эко, Филиппа Пулмана, Армин Шимерман, Питер Акройд, Густав Майринк, Ден Браун, Джоан Роулинг и т. д.

Наше внимание будет сосредоточено вокруг книги Питера Акройда («Дом Доктора Ди»).

Прежде всего нужно выяснить причины внезапно вспыхнувшего интереса к данной тематике.

Чтобы исследовать причины такой популярности Говоря о возросшем интересе к готическим сюжетам, а алхимия, безусловно, относится к готической тематике, необходимо выяснить что же такое готический роман, откуда он взялся и какое он имеет отношение к данной работе.

История готического романа

ГОТИмЧЕСКИЙ РОМАмН (The Gothic Novel), роман тайн и ужасов -- явление английской литературы 18−19 вв., сыгравшее роль связующего звена между веком Просвещения и периодом романтизма.

Готический роман возник как реакция на миропонимание и эстетику европейского Просвещения. Свое определение жанр получил в связи с особым интересом его авторов к «готике» Средневековья, как они ее понимали, то есть к представлению о мире как арене извечного борения противостоящих начал -- добра и зла, небесного и инфернального, Бога и дьявола, а также в связи с обращением к условно-готическому обрамлению действия, которое, как правило, разворачивается в средневековых замках, монастырях, церквях и часовнях, подземельях и т. п., на фоне мрачных, подчас экзотически «восточных» ландшафтов, что придает повествованию зловещий и загадочный колорит. Первооткрывателем жанра справедливо считается Х. Уолпол, автор канонического «Замка Отранто» (1765). К выдающимся образцам «готического» романа относятся «Ватек: Арабская сказка» (1782, 1787) У. Бэкфорда (1760−1844), «Роман в лесу» (1791), «Удольфские тайны» (1794) и «Итальянец» (1797) Анны Радклиф, «Монах» (1795−96) М. Г. Льюиса, «Сент-Леон» (1799) и «Мандевилл» (1817) У. Годвина и «Мельмот Скиталец» (1820) Ч. Р. Мэтьюрина. В целом же в 1764—1820-х гг. в Великобритании увидели свет сотни готических романов.

Сочетание элементов просветительства и романтизма

Элементы просветительской прозы сочетались в «готическом» романе с принципами и приемами письма, предвосхитившими романтизм. Так, от эпохи Просвещения его авторы унаследовали жесткую логику в развитии сюжета, когда следствия вытекают из причин, апелляции к разуму и здравому смыслу; колоритные жизнеподобные персонажи второго-третьего плана, дидактическую тенденцию, в согласии с которой если добродетель и не всегда торжествует, то порок непременно бывает наказан. В то же время, подчеркивая непознаваемость рока и загадочность самой природы человека, готические романисты обращались к фантастике, сверхъестественному, гиперболе в изображении чувств и в описаниях, к мистификации обыденного, к мелодраматическим эффектам и экзотическому, как у Бэкфорда или Мэтьюрина, «антуражу». Правда, элементы просветительства и романтизма сочетались у них в разной пропорции. Если в книгах Уолпола, Бэкфорда, Льюиса «удельный вес» фантастики весьма велик, а у Годвина и Мэтьюрина -- значителен, то у Анны Радклиф сверхъестественное обязательно получает в итоге рациональное объяснение.

Творчество мастеров готического романа оказало заметное воздействие на прозу и поэзию английского и шире европейского романтизма, а доведенный ими до совершенства прием сюжетной тайны был успешно освоен В. Скоттом, Ч. Диккенсом, У. Коллинзом и другими писателями 19 в.

Параллели между готикой и классикой

Интересно сравнение Монтегю Саммерса в его монографии Готический поиск", где он проводит параллели между готическим романом и классическим. Он выводит два ряда знаковой символики.

Готика

Классика

Замок

Дом или особняк

Пещера

Беседка

Стон

Вздох

Великан

Отец

Окровавленный кинжал

Веер

Завывание ветра

Нежный бриз

Рыцарь

Джентельмен без бакенбард

Главная героиня, леди

Никаких изменений: женщина всегда остается женщиной

Удар шпагой

Убийственный взгляд

Монах

Старый слуга

Кости, Черепа

Комплименты, сантименты

Свеча

Лампа

Магическая книга с пятнами крови

Письмо, орошенное слезами

Загадочные голоса, шорохи

Редко употребляемые слова

Таинственный обет

Тонкий намек на ухаживание

Скользнувшее привидение

Адвокат или судья

Ведьма

Старая экономка

Рана

Адвокат

Полночное убийство

Свадьба

Из таблицы становится ясным то, что, как и в классическом романе, внутри готического романа существует определенная организация сюжета, определенные правила. Становится ясным, что это не просто «синоним варварского, хаотичного и безвкусного», как определял готику профессор Йельского университета Уильям Лайон Фелпс в своей работе «Начало английского романтизма». Готика в целом — это взгляд на мир, способ его трактования, попытка решения проблем. Она имеет те же мотивы, что и любое другое литературное направление.

Однако, это направление не представляет собой однообразных и безликих романов. Внутри него существует, в свою очередь, множество суб-направлений.

Одной из первых серьёзных попыток разделить готический роман категориями ужаса принадлежит Эдит Биркхэд. В её монографии «История ужаса: Исследование готического романа» эта классификация выглядит следующим образом:

— Готический роман (The Gothic Romance)

Представители: Хорэс Уолпол, Клара Рив, Анна Летиция Барбальд, Мэри Шелли.

— Роман напряжения и необъяснимой тревоги (The Novel of Suspense)

Представители: Анна Радклиф

— Роман ужаса (The Novel of Terror)

Представители: Мэтью Грегори Льюис, Эрнст Теодор Амадей Гофман, Чарлз Мэтьюрин

— Восточная повесть ужаса (The Oriental Tale of Terror)

Представители: Уильям Бекфорд

— Сатира на роман ужаса (Satires on the Novel of Terror)

Представители: Джейн Остин, Томас Лав Пикок

— Короткая повесть ужаса (The Short Tale of Terror)

Представители: лорд Булвер-Литтон, Мэри Шелли.

Одной из следующих попыток классификации готических романов принадлежит профессору Девендре Варме в его работе «Готическое пламя». В качестве соединения нескольких школ он приводит роман Мельмот-скиталец, в нём он обнаруживает черты школы напряжения и необъяснимой тревоги и черты школы ужаса. В этой книге Девендра Варма выделяет три школы готического романа: Историческая готика (The Historical Gothic Tale) -- Клара Рив, София Ли, Вальтер Скотт, Школа напряжения и необъяснимой тревоги (The School of Terror) -- Анна Радклиф, Школа ужаса (или шауэр-романтик) (The School of Horror) -- У. Годвин.

Многие исследователи сходятся на том, что одними из главных элементов готических романов являются:

— замок, либо какие-либо старинные развалины (пассивный элемент, вокруг которого разворачивается действие романа);

— готический злодей (активный элемент).

Некоторое отношение к готике, как к литературному жанру, имеют произведения, написанные в жанре Чёрный юмор, а также, получивший широкое распространение в XVIII--XIX вв. Святочный рассказ.

Выдающийся знаток жанра Монтегю Саммерс в книге «Потусторонний омнибус» выделяет следующие типы описываемых в литературе сверхъестественных явлений: потусторонние силы и посещение со злой целью, явление призрака и странная болезнь, загробные появления, живые мертвецы, возвращение из могилы, исполнение клятвы, неупокоенная душа, загадочное предначертание. Каждому из этих явлений отведена своя роль в сюжетной линии готического романа.

Людей всегда привлекала возможность пережить ураган чувств (страха, ожидания, негодования), но не проходя при этом никаких тяжелых жизненных ситуаций. Готический роман давал им все это т.к. готический роман -- произведение, основанное, прежде всего, на приятном ощущении ужаса читателя. Тут был и страх, и риск, и облегчение, и все это в кресле читателя. Это можно сравнить с наркотическими веществами, которые дают острые, порой жестокие ощущения, но именно этим и притягивают. И Готический роман стал именно таким поставщиком острых ощущений.

Натан Дрейк, редактор журнала «Литературный досуг», так определял готический жанр:… ничто не воздействует столь сильно на человека, как готика… даже самый невосприимчивый мозг, рассудок, свободный от каких бы то ни было следов суеверия, непроизвольно признаёт её власть и силу.

Итак, люди гонятся за страстями, готическая проза издается, вот тут и начинается подъем направления.

Готика как новый стиль

Моду на «готику» ввел Уолпол, причем как в литературе, так и в жизни: построив по своему проекту особняк в готическом стиле недалеко от Лондона. «Замок Отранто» (с подзаголовком «Готическая повесть») был издан как якобы перевод сочинения итальянца Онуфрио Муральто, каноника. Сюжет мотивирован предысторией действующих лиц. Вассал отравил князя Альфонсо Доброго и обманом завладел его княжеством и замком. Согласно пророчеству, отнятое вернется к потомкам Альфонсо, когда самому ему станет тесно в стенах замка. Но предыстория раскрывается лишь на последних страницах, поэтому описанное воспринимается не как исполнение пророчества, а как игра слепого рока, сопровождающаяся сверхъестественными манифестациями: является скелет в монашеской рясе, с неба падает и убивает человека огромный черный шлем, каменная статуя источает капли крови, портрет сходит с картины и удаляется из комнаты, замок рушится, погребая злодея, а из развалин восстает громадный призрак убитого князя и объявляет законного наследника. Весьма впечатляюще выписан сам замок с непременными для средневековой готики атрибутами, включая жуткое подземелье, тщательно изображены ритуалы и обычаи средних веков.

Основные произведения, созданные на рубеже XVIII и XIX веков

В центре произведения -- демоническая, «байроническая» личность (романы «Франкенштейн, или Современный Прометей» Мэри Шелли, «Итальянец» А. Радклиф, «Мельмот Скиталец» Ч. Р. Мэтьюрина).

В самом деле, практически всегда в центре готического романа присутствует какая-то сильная, противоречивая личность, стоящая между этим миром и миром потусторонним. Как правило, этот персонаж обладает определенными сакральными знаниями, в том числе и эзотерическими, позволяющими проникать и находится «по ту сторону» добра и зла, света и тьмы.

Две рассматриваемые нами книги так же входят в число тех произведений, где центральной фигурой является некая мифическая личность, Доктор Джон Ди, занимающаяся так называемыми «темными искусствами» в т. ч. и алхимией.

Произведения, продолжающие эстетику готического романа, появлялись и позже (сочинения Эдгара По, в период модернизма -- Оскара Уайльда, «Дракула» Брэма Стокера и др.). Под влиянием жанра находились и знаменитые писатели XIX века: Чарльз Диккенс («Тайна Эдвина Друда», 1870), Р. Л. Стивенсон («Доктор Джекилл и Мистер Хайд», 1886), Генри Джеймс («Поворот винта», 1898), Артур Мэйкен. Брэм Стокер утвердил вампирское влияние на готические романы своим романом Дракула, где наиболее детально и чётко, в то время, описывалась жизнь вампиров.

В дальнейшем, вампирская линия в готическом направлении сложилась в отдельный жанр- вампирский роман. Этот жанр стал чрезвычайно популярен в дальнейшем, благодаря многочисленным экранизациям произведений Стокера, Олшеври и т. д. На волне моды многие авторы пробовали себя в создании вампирских романов, в том числе и Стивен Кинг («Салемские Вампиры»), основной специализацией которого являются все-таки ужасы, а не вампирские хроники. В настоящее время самыми популярными писателями, работающими в этом жанре, можно назвать Энн Райс, Поппи Брайт, Лорел Гамильтон и, конечно же, Стефании Майер с ее нашумевшей трилогией («Сумерки. Новолуние. Солнце Полуночи. «).

Готическая литература и литература ужасов в XX веке

В XX веке от «готического» жанра отпочковалась «литература ужасов» (Блэквуд, Лавкрафт, Блох, Стивен Кинг). На стыке фэнтези и готики появился жанр Dark Fantasy. Широкое распространение в XIX--XX вв. получили различные сборники и антологии. Одним из первых можно выделить сборник рассказов Анны Лемойн «Дикие розы», подобные сборники положили начало книгам формата чепбук (англ. Chapbook -- недорогое издание карманного формата). В число наиболее популярных можно отнести выходивший с 1847 года лондонский 1000-страничный сериал «Вампир Варни, или Кровавое пиршество». Каждая глава этого произведения представляла собой отдельную книгу -- восемь страниц печатного текста (всего вышло 220 таких книг).

Поклонники готической литературы несколько расширили её изначальное определение, но основные её черты и поныне остаются теми же.

И в настоящее время, помимо «классических готических сюжетов» можно выделить такие тематики, как:

— вампиры

— темные параллельные миры (относится к разновидностям dark fantasy)

— ужасы

— детская готическая проза (ужастики, например)

— паранормальные явления (неординарные способности, конец света, потусторонние силы, вмешивающиеся в мир людей)

— восточная готическая традиция

— парапсихологический роман

Чтобы сегодня употреблять термин «готика» нужно быть очень осторожным. «Готика» — слово с очень сильной и неоднозначной, более того — чрезвычайно перегруженной исторической памятью. Оно — из тех понятий, которыми стоило бы пользоваться с большой аккуратностью. Для данной курсовой работы интересно быть мнение Д. Хапаевой, которая в своей книге «Готическое общество: Морфология кошмара» приравнивает современное общество к понятию «готика». Более того, она смело вводит новый термин «готическое общество». Почитатели европейского Средневековья, — говорит она, — забывают о том, что слово «готический» нагружено многообразными смыслами. Правильно, оно отсылает к началам европейской культуры [скорее уж к ее глубокой середине, ну да ладно. — О.Б. ], но в нем уже скрываются готы — разрушители античной цивилизации. <… > Готика была прочитана как альтернатива Просвещению в эпоху предромантизма, поскольку просветители считали ее синонимом варварства, невежества и мракобесия" «(2). И неспроста считали: «Именно готика, продолжая все ту же полемическую тему в европейской культуре, была избрана символом немецкого фашизма""(3).

Но, похоже, как говорит рецензент работы Хапаевой Ольга Балла, именно благодаря своей эмоциональной заряженности понятие как раз и устраивает автора. Она точно так же выбирает из смыслового комплекса «готики» устраивающие ее смыслы, пренебрегая всеми остальными, — как это, предположительно, делают (разве что с обратным знаком) порицаемые ею «почитатели европейского Средневековья""(4). Главное — те самые, скрывающиеся в глубине понятия, страшные «готы — разрушители европейской цивилизации.

Еще один интересный факт. «Готика» как историческое понятие никогда не существовало. С самого начала готика существовала как конструкт, как опять же говорит Ольга Балла в рецензии.

«Более того, конструктом резко оценочным, пристрастным и в силу этого — неминуемо проблематичным. Спорным этот термин был, по существу, уже в пору введения его в оборот итальянскими гуманистами эпохи Возрождения в качестве «уничижительного обозначения всего средневекового искусства, считавшегося «варварским» .С начала позапрошлого века, «когда для искусства Х-XII вв. был принят термин «романский стиль» «(8), хронологические рамки «готики», «в которой, в свою очередь, были выделены ранняя, зрелая (высокая) и поздняя фазы», были несколько ограничены, как и содержание понятия вообще: с некоторых пор искусствоведы договорились обозначать этим словом «художественный стиль, явившийся заключительным этапом в развитии средневекового искусства стран Западной, Центральной и частично Восточной Европы (между серединой XII и XV—XVI вв.)». Расширение понятия «готика» на все остальное — типа, допустим, рассуждений о «готическом духе» или «готическом мировосприятии» — с тех самых пор существует на правах метафор — если, конечно, не оказывается описанным с той же объективной тщательностью, какой удостоились некогда средневековые соборы.».

Но в книге Дины Хапаевой ситуация, как раз, другая. Предложенный термин «готическое общество», не является научным понятием, а все — таки метафорой. Готическое общество тут — негодование против грядущего варварства (а, по сути, уже наступившего), предвестник упадка. Это мнение, в сущности, совпадает с мнением итальянских гуманистов.

Вот что она говорит на семинаре проекта «Я Думаю»: «Эстетика — вещь не невинная. Напрасно считать, что эстетика и наши эстетические взгляды, вкусы, предпочтения, о которых говорят: „о вкусах не спорят“, — так вот, о вкусах не просто спорят, а спорят насмерть. Потому что наши эстетические преференции, наши эстетические предпочтения очень часто влияют скрытым образом на выборы моральные, экзистенциальные, которые мы делаем.».

Итак, эстетика влияет на общество, так или иначе. И, если верить Хапаевой, то в наше время, будучи свидетелями такого упадка, можно делать выводы о том «варварстве», которое творится не только снаружи, но и внутри. Между двумя поколениями произошел очень глубокий сдвиг культурного канона. И если лет тридцать назад этого возврата к «готическому» еще не было, то сейчас он наблюдается в полной мере. Отсюда вновь вспыхнувший интерес к готическому романа, отсюда возрождение готической эстетики в субкультуре (молодежное движение «готов»).

Что интересно, Дина Хапаева, обращаясь к готике в литературе, приводит в пример никого иначе, как Р. Р. Толкиена. Причем, она исходит не из того принципы, что он стал родоначальником жанра фентези. Дело в том, что Толкиен, в сущности, придумал новую эстетическую форму, которая взрывает эстетику эпохи модерна (Дидро, Руссо, Вольтер). Целью их было Просвещение, которое, в свою очередь, приведет, к гуманизации общества. Базисно, врагом своим (а любой мыслитель, рассуждая, прежде всего подразумевает диалог, диалог с собирательным образом «врага») они считали церковь с ее идеей первородного греха т.к. человек, по их мнению, прекрасен, совершенен. Для того чтобы общество стало гуманнее, надо лишь раскрыть это прекрасное начало в человеке путем образования.

Вернемся вновь к Толкиену. Следует напомнить, что пишет он в весьма мрачное время- тридцатые годы, фашизм. Толкиен в то время высмеивает своих коллег, которые несерьезно относятся к его «дракону». Почему же этот дракон так важен для него и что он собой представляет?

«Тело и дело дракона ложится в основу той новой эстетической системы, которую Толкиен создает в своих произведениях. Решившись доказать делом величие дракона, Толкиен начинает конструировать эпос, который попирал бы все враждебные для дракона каноны научности и литературоведения. А самое главное, который создал бы вселенную, полностью закрытую и независимую от рационалистической эстетики нового времени с ее восхищением совершенством человеческой природы. «- размышляет Хапаева.

Дракон необходим для придания вселенской, нечеловеческой, значимости всему происходящему. Этот дракон- символ нечеловеческого, своего рода уходом от человеческой реальности. Это, стоит заметить, является традиционным именно для готической литературы. Поэтому, неслучайно Хапаева обращается именно к этому автору и именно к этому образу. Толкиен, не описывая похождения вампиров, призраков и прочих существ, характерных для готики в целом, не приводя читателя в ужас, все же возрождает основные принципы готического романа.

Итак, Толкиен выступает против самого принципа антропоцентризма.

Он прямо говорит, что появление чудовищ выражает важную потребность современного читателя в эстетике чудовищ. Дракон необходим для того, чтобы получить удовольствие от чтения. Это, опять же, подтверждает мнение Дины Хапаевой о том, эстетические предпочтения влияют на нас, и это связано в нынешней потребности общества в чудовищах. Вот что говорил филолог Толкин накануне того момента, когда сядет писать своего Хоббита:

«Действительно, читатель, принадлежавший культуре нового времени или культуре модерна, был начисто лишен удовольствия от встречи с драконами на страницах художественной прозы, где их появление строго определял жанр. Место драконам отводилось только в сказках для детей. Дальше на его пути неколебимой стеной вставала рационалистическая эстетика Просвещения. «

Следует, опять же, напомнить, что для культуры Просвещения, для культуры Нового времени особенно важен рационалистический пафос. То есть, попытка объяснить природу, общество, мироздание не с помощью некоторых мистических, то есть таинственных, загадочных — сиречь религиозных объяснений, Да, это противоречит поэтике Толкиена, и это противоречит, в первую очередь, готике.

И, естественно, в идеях эстетики нового времени, в серьезных книгах нет места для потустороннего, для вампиров, ведьм, призраков и т. д. Для них отведено место в детской, несерьезной литературе. Толкиен переворачивает этот принцип с ног на голову, он вводит эти персонажи в литературу, которую он сам, как филолог, определяет как серьезную. Этот момент является очень важным. Если бы не Толкиен, вряд ли бы сейчас возродилась эта эстетика «переодевания», эстетика нечеловеческого. А ведь в наше время ролевое движения, с их играми в эльфов, драконов и т. д. процветает. После драконов и эльфов у «ролевиков» пошел интерес к играм в вампиров, оборотней и т. д. т. е. интерес к реконструкции готического пространства вообще. Вот она потребность к «чудовищам», вот оно «готическое общество» Хапаевой.

Что касается непосредственно алхимического концепта, то как говорится в журнале «Человек без Границ»: «Интерес к алхимии сегодня связан не только с возможностью получить золото из менее благородных металлов. Все чаще в ней пытаются увидеть общие знания о принципах, лежащих в основе любых изменений, идет ли речь о трансформации, буквально означающей „изменение формы“, или о принципиально ином, глубинном изменении сути вещей -- трансмутации. Это делает алхимию, скорее, не наукой, а междисциплинарным знанием об эволюции и ее самых общих законах.» «Человек без границ», интеренет- версия, статья «алхимия и наука», от 10 июня 2010 года.

Если посмотреть на развитие алхимии как оккультной науки, конечно, на смену ей пришло научное знание, но мир, который оно описывает, остается прежним. То, что мы можем наблюдать сейчас -использование научных знаний, положений для объяснения оккультных, сверхъестественных явлений. Более того, все чаще и чаще то, что считалось мистической ересью теперь признано фактом. Например, представление об эволюции химических элементов, казавшееся абсолютно неправдоподобным химикам XIX века.

Так в ХХ веке неожиданно подтвердилась теория эволюции металлов, предложенная алхимиками. Таким образом, можно сказать, что в наше время уже нет такого скептического отношение к алхимии, как это было, скажем, в средневековье; если одни положения алхимии уже доказаны, то есть вариант, что и остальные могут оказаться верными в отношении этого мира.

Это приводит к обращению внимания на алхимию как науку, а у авторов это находит отражение в художественных произведениях.

Вывод

Итак, причин для популярности готического романа и концепта алхимии в современном обществе существует несколько.

Во-первых, состояние самого общества. Оно концептуально напоминает готическое общество Эпохи Просвещения, где готика, ее «нечеловеческим» была прочитана как альтернатива Философии Просвещения с человеком в ее центре. Кроме того, по мнению Дины Хапаевой, современное общество отражает ситуацию грядущего варварства, а, по сути, уже наступившего. Напомним, что готика считалась «варварством», опять же, во времена Эпохи Просвещения. В этом случае становится ясным почему готика стала символом фашизма. А сегодня, когда обстановка в мире настолько накалена, когда мы невольно становится свидетелями насилия и упадка ценностей, нельзя не задуматься о том, что общество действительно можно назвать «варварским».

Следующая причина возвращение к готике как стилю и, в частности, к литературному направлению — возвращение к прежним идеалам. Это относится к возвращению идеалов красоты (например моды на подражание вампирам «красные губы, бледная кожа, выкрашенные черные волосы»), а так же моделям поведения (например, виктизм).

Так же у авторов в их произведениях находит свое место запрос людей на «готические» потребностей — потребностей «дешевых чувственных удовольствий, развлечений"(«cheap thrills»). Связано это с тем, что ритм сейчас очень напряженный, ненормированный, каждый день состоит из целого списка проблем. Таким образом, через готическую литературу люди и пытаются уйти в «другие миры», чтобы забыть реальные проблемы и погрузиться в воображаемые, которые потом так или иначе, но разрешаются автором произведения.

Следующий момент -научный. Возобновляется интерес к алхимии. Проводится очень много исследований, пишется много научных работ. Алхимия вновь становится востребованной- и как наука, и как источник сюжетов для произведений.

Нами были рассмотрены возможные причины подъема интереса к готическим произведениям и алхимии. В следующей главе мы рассмотрим как это происходит в конкретном произведении.

Глава 2

Итак ситуация с возвратом интереса к готике в нашем обществе накаляется. Попробуем теперь рассмотреть как это отражается у авторов, работающих в этой тематике на примере книги Питера Акройда «Дом Доктора Ди» и понять возможные причины такой популярности готического романа и возврата к алхимии.

Для начала следует сказать немного о самом авторе, чтобы стало понятно как он вообще пришел к написания данного романа.

Питер Акройд родился 5 октября 1949 года в Лондоне.

В 1971 году получил степень магистра в Кембриджском университете, затем два года провел в Йельском университете. По возвращении на родину он работал редактором в «The Spectator», а в 1986 году стал сотрудничать с лондонской «Times», где публиковались его книжные обзоры.

Свой путь в литературе Питер Акройда начинал с поэзии: в 1973 году вышел его дебютный поэтический сборник «London Lickpenny», затем «Сельская жизнь» (1978), «Развлечения Перли» (1987).

Известность писателю принесли романы «Большой лондонский пожар» (1982), «Хоксмур» (1985), «Чаттертон» (1987), «Первый свет» (1989), «Английская музыка» (1992), «Дом доктора Ди» (1993), «Дэн Лено и Голем из Лаймхауса, или Процесс Элизабет Кри» (1995) и литературно-биографические книги о Т. Чаттертоне, Ч. Диккенсе, О. Уайльде, Т. С. Элиоте, У. Блейке, Т. Море.

Акройду принадлежит несколько объемных историко-топографических книг, в том числе «Лондон», «Темза».

На самом деле, Акройд, работая над своими произведениями, всегда ориентируется на реальные исторические факты. Так или иначе, все его произведения имеют под собой историческую подоплеку. Важное место среди многочисленных произведений занимает жизнеописание его великого соотечественника Уильяма Шекспира. Изданную в 2005 году биографию, как и иные книги, написанные Акройдом об Англии и англичанах разных эпох, отличает глубочайшее знание истории и культуры страны.

Что интересно, практически сюжеты Акройда вертятся вокруг одной значимой географической точки- Лондон. Причем, речь сейчас идет не только о художественных произведениях (например, Лондонские сочинители / The Lambs of London (2004), Большой лондонский пожар / The Great Fire of London (1982) и т. д.), но также и о документальной прозе (Dickens' London: An Imaginative (1987), London: The Biography (2000) русск. пер.: Лондон. Биография / пер. Владимира Бабкова и Леонида Мотылёва (Издательство Ольги Морозовой, 2009. -- 896 с., Thames: Sacred River (2007) русск. пер.: Темза. Священная река / пер. Леонида Мотылёва (Издательство Ольги Морозовой, 2009. -- 600 с.

Акройд воспринимает город как кладезь мистических тайн, загадок, которые можно и нужно раскрывать, что он пытается делать в своих книгах.

И роман «Дом Доктора Ди» не является исключением. В нем действия разворачиваются так же В Лондоне, вокруг дома, который достался главному герою в наследство от него Джона Ди. Старый Лондон, в котором жил сам Ди и новый, в котором живет его пращур, переплетаются настолько, что порой трудно сказать — то ли это книга о судьбе человека (Доктора Ди, собственно), то ли о городе и его перерождениях, то ли это философская притча о поиске, находке и добродетели путем познания вечного через алхимическое учение.

На самом деле, все эти вещи неразрывны. Дело в том, что Джон Ди- это не авторская выдумка. Такой человек реально существовал и не где-то, а вЛондоне.

Джон Ди, (англ. John Dee; 13 июля 1527, Тауэр Уард, Лондон, Англия -- 26 марта 1609, Мортлэйк, Лондон, Англия) -- английский математик, географ, астроном и астролог. Считается, что он внес большой вклад в изучение герметического учения, для которого основой служат такие науки, как алхимия, астрология и теургия. Другие известные последователи герметики- Джордано Бруно, Фулканелли, Парацельс, Алистер Кроули.

Как сообщает Wikipedia, Джон Ди был единственный сыном Роланда Ди, торговца тканями, занимавшего также незначительный пост при дворе. Семья Ди имела валлийское происхождение; фамилия Ди происходит от валл. du «чёрный».

С 1535 посещал школу в Чельмсфорде, Эссекс; в ноябре 1542 поступил в кэмбриджский Сэйнт-Джон Колледж, где изучал латынь, древнегреческий, философию, геометрию, арифметику и астрономию. По утверждению биографов, Ди отдавал занятиям по 18 часов в сутки, оставляя себе лишь 4 часа на сон и 2 часа на приём пищи. Главной его страстью была математика. Также увлекался механикой, интересовался картографией и навигацией.

В 1546 году Ди занялся астрономическими наблюдениями и составлением астрологических прогнозов. В том же году Ди получил степень бакалавра и стал членом совета колледжа. В декабре Ди вошёл в совет новосозданного Тринити Колледжа, вскоре ставшего самым крупным из колледжей Кембриджа.

Будучи недовольным научной атмосферой в Англии, Ди в 1548--1551 отправился в путешествие по Европе. 24 июня 1548 он прибыл в Лувен, где находился один из крупнейших католических университетов Европы. Там Ди работал в сотрудничестве с Геммой Фризиусом и Герардом Меркатором. Последний вскоре стал его близким другом, Меркатор и Ди вместе конструировали новые модели Вселенной. В Лувене Ди написал два трактата по астрономии.

В 1550 Ди совершил поездку в Брюссель для знакомства и обмена опытом с тамошними математиками. По-видимому, именно в это время он познакомился и подружился с Педро Нуньесом. В том же году Ди отправился в Париж, где читал лекции по Началам Эвклида. Несмотря на молодой возраст, Ди показал себя блестящим лектором. Его выступления пользовались огромной популярностью. В следующем, 1551 году Ди получил предложение занять в Париже должность профессора математики, но ответил отказом.

Вернувшись в Англию, Ди в феврале 1552 поступил на службу к графу Пемброку, а в конце того же года -- к герцогу Нортумберлендскому. На службе у последнего он написал трактат о приливах. В том же году Ди познакомился в Лондоне с Джероламо Кардано: Ди и Кардано вместе занимались проблемой вечного двигателя, а также изучением драгоценного камня, якобы имевшего волшебные свойства.

В 1553, после прихода к власти католички Марии Тюдор, в Англии начались репрессии против протестантов. В августе был арестован отец Джона, Роланд Ди. Вскоре он был отпущен на свободу, но его финансовые сбережения были конфискованы. Значительное наследство, которое позволило бы Ди до конца жизни посвятить себя научным изысканиям, не заботясь о пропитании, было потеряно.

Несмотря на серьёзные финансовые трудности, Ди в 1554 отказался от предложения занять должность профессора математики в Оксфордском университете. Причиной отказа послужило недовольство Ди системой образования в Англии, в которой, по его мнению, слишком большой упор делался на преподавание риторики и грамматики (вместе с логикой составлявших академический тривиум) в ущерб более сложным искусствам квадривиума (арифметика, геометрия, музыка и астрономия).

28 мая 1555 Ди был арестован «за вычисления» -- в ту пору занятия математикой рассматривались обществом как нечто, близкое к колдовству. Возможно, имелись ввиду гороскопы, составленные Ди для Марии Тюдор и принцессы Елизаветы. Вскоре Ди было предъявлено также обвинение в государственной измене. Ди предстал перед судом Звёздной палаты и сумел оправдаться. Однако вместо освобождения он был направлен к радикально настроенному католическому епископу Боннеру для религиозного допроса. Ди, протестант по убеждениям, сумел оправдаться и на этот раз и в августе, после трёх месяцев заключения, был освобождён. Более того, через некоторое время он стал товарищем «кровавого Боннера». После ареста Ди потерял свои источники дохода; примерно в то же время скончался его отец, не оставив сыну практически никакого наследства. К тому же, теперь Ди приходилось скрывать своё вероисповедание. Ди всячески дистанцировался от конфликта католиков и протестантов и, судя по всему, был вполне лоялен католическому режиму, подвергшему его суду. Существует однако версия, согласно которой Ди действовал как шпион протестантов при дворе. Неприятности с властью преследовали Ди всю его жизнь.

15 января 1556 Ди представил Марии Тюдор захватывающий план учреждения Королевской библиотеки, в которой предполагалось собрать все важные книги по всем отраслям знания. План Ди был отвергнут, и вместо этого учёный принялся за составление личной библиотеки в своём доме в Мортлейке. Несмотря на финансовые затруднения, Ди увлечённо собирал научные труды по всей Европе. Его библиотека, уже при его жизни ставшая крупнейшей в Англии, привлекала многих учёных того времени и превратилась в крупнейший научный центр за пределами университетских стен.

В 1558 году после смерти Марии I Тюдор на престол вступила Елизавета Английская, восстановившая в Англии протестантизм. Ди быстро оказался в фаворе у новой королевы, что довольно-таки странно, учитывая его сотрудничество с прежним режимом (отсюда предположение о шпионской миссии Ди). Елизавета сделала Ди своим личным астрологом и советником в делах науки; Ди сам назначил наиболее благоприятную дату коронации Елизаветы на основании составленного им гороскопа.

В 1561 году дополнил и расширил «Основы искусств» -- знаменитую книгу по математике Роберта Рекорда. В 1564 подтвердил свой статус «великого волшебника», издав свою самую известную и амбициозную книгу по Каббале и геометрической магии, озаглавленную Monas hieroglyphica (Иероглифическая Монада), в том же году поселился в Мортлейке (неподалёку от Ричмонда), его дом превратился в неформальную академию для поклонников герметизма елизаветинских времён. Здесь были комнаты для хранения научных приборов, помещения для проживания студентов и библиотека, занимавшая около 5 комнат. Библиотека Джона Ди охватывала всё Возрождение и являлась одной из самых больших научных библиотек Англии. В 1570 году написал предисловие к английскому переводу Евклида. В 1576 году вместе с Мартином Фробишером пересёк Атлантику в поисках легендарного северного пути на Восток. В 1577 году была издана его книга «Искусство навигации», в которой выступал за создание постоянно действующего британского флота. В 1582 году Джон знакомится с Эдвардом Келли, преступником и шарлатаном, который, притворившись знатоком оккультных наук[источник не указан 287 дней], обманул Джона. Келли сотрудничал с Ди 6 лет, до 1589 года, навсегда разрушив образ Ди как великого мага эпохи Возрождения и оставив несмываемое пятно на его биографии[источник не указан 287 дней]. В 1583 году реформировал для Англии юлианский календарь и отправился на континент. В 1584 жил в Праге под покровительством Рудольфа II, императора Священной Римской империи, интересовавшегося герметикой, в 1585 посетил Краков, где объяснил принципы герметической магии королю Польши, в 1586 вернулся в Прагу.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой