Металингвистическое описание речевого акта в произведении художественной литературы: На материале английского языка

Тип работы:
Диссертация
Предмет:
Германские языки
Страниц:
163


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Понятие & laquo-речевой акт& raquo- является одним из наиболее популярных в современной лингвистической науке. Это объясняется тем, что данное понятие отражает специфику речи как особого рода человеческой деятельности. Возрастающий интерес к изучению речевой действительности проявляется в исследовании процесса коммуникации с точки зрения речевых действий, которые осуществляются в рамках различных прагматических ситуаций в соответствии с принципами и правилами речевого общения, принятыми в данном обществе.

В связи с тем, что изучение речевой деятельности привлекает внимание не только лингвистов, но и представителей других областей научного знания, в методологическом плане очень важно четко разграничивать собственно лингвистический подход к исследованию речевого акта и его изучение с позиций смежных с языкознанием наук (психолингвистики, социолингвистики, философии языка).

На необходимость четкого определения предмета языковедческого исследования указывал еще в 50-х годах XX века видный английский ученый А. Гардинер [189, с. 1−8]. Он особо подчеркивал, что следует различать речевой акт и речевое произведение. В своей работе & laquo-Теория речи и языка& raquo- {"The Theory of Speech and Language") А. Гардинер анализирует реальные ситуации общения с тем, чтобы, с одной стороны, противопоставить процесс совершения речевого действия и его & laquo-продукт»- - речевое произведение, а с другой стороны, продемонстрировать их тесную взаимосвязь. Так, в частности, ученый рассматривает восклицание Rain!, произнесенное супругом с целью привлечь внимание жены к тому, что пошел дождь и, следовательно, невозможно пойти на запланированную ранее прогулку. На этом примере А. Гардинер показывает, что речевой акт, представляя собой единство социального (объективного) и индивидуального (субъективного), включает целый комплекс фактов лингвистического и экстралингвистического характера: шум дождя, реакцию говорящего и слушающего (досада по поводу невозможности осуществления планов), совершаемые ими действия (произнесение самого высказывания, жест в сторону окна). Акт речи воплощается в произведении речи. При этом речевое произведение включает в себя не только высказывания участников речевого акта, но и языковое выражение разнообразных сопутствующих обстоятельств, фактов экстралингвистической действительности, невербальных средств, входящих в речевой акт [189, с. 71−98].

В описании невербальных средств, которые выходят на первый план в определении речевого акта, важную роль играет просодия речевого произведения. Интонационная сторона присутствует в речевом произведении независимо от того, было ли оно создано в устной или письменной форме. При этом способом указания на просодическое оформление произведения речи на письме выступает пунктуация.

Таким образом, именно речевое произведение, а не речевой акт, является предметом исследования лингвиста. Данное положение обосновано в трудах классиков отечественного языкознания.

А.И. Смирницкий определяет произведение речи (высказывание) как-то, что уже создано и рассматривается в отвлечении от процесса развития речи, как отрезок речи, в котором закономерное соединение определенного звучания с определенным смыслом создает некоторое законченное целое. Одно и то же произведение речи может реализоваться в разных актах речи, при этом состав и строение речевого произведения (высказывания) остаются неизменными, а конкретные процессы его реализации в разных ситуациях будут иметь разную целевую направленность, которая находит выражение в синтаксических, просодических и лексических характеристиках речевого произведения [148, с. 8−12].

Понятие целевой направленности является центральным в определении речевого акта, которое было дано О. С. Ахмановой в & laquo-Словаре лингвистических терминов& raquo-. Речевой акт трактуется как & laquo-отдельный отрезок речи, имеющий в данных условиях определенную целевую направленность, данное артикуляционно-акустическое единство, которое говорящий и слушающий связывают с одинаковым значением в данной ситуации общения& raquo- [15, с. 386].

Именно такое свойство речевого акта, как целенаправленность (интенциональность) лежит в основе разграничения понятий & laquo-значение»- и «содержание-намерение» (purport). О. С. Ахманова, Э. М. Медникова [181, с. 44- 100, с. 98] писали о том, что значение присуще слову как единице языка и представляет собой абстракцию от конкретных фактов экстралингвистической реальности. От значения следует отличать содержание-намерение (интенцию), которое характеризует высказывание как коммуникативную единицу. Поскольку каждый данный акт речи всегда осуществляется в конкретной ситуации, значение слова в речи, его оттенки определяются целевой направленностью, содержанием-намерением высказывания.

Адекватное понимание коммуникативного намерения говорящего или пишущего обеспечивается за счет речевой (интонационной) формы коммуникативной единицы. По утверждению А. Гардинера, (и это подтверждается современными исследованиями [198- 106- 107- 177- 111- 119- 120]) именно интонация является главенствующей в определении целевой направленности высказывания [189, с. 201−206]. Интонационная сторона речевого произведения, закрепленная на письме в пунктуации, — это та невербальная сторона высказывания, которая неразрывно связана с собственно вербальной стороной, с цепью тех слов, которые составляют высказывание.

Вопрос о вербальных средствах, реализующих целевую установку речевого акта, неоднократно привлекал к себе внимание исследователей. Эта проблематика разрабатывалась, прежде всего, в рамках теории речевых актов, которая приобрела чрезвычайно большую популярность в современных лингвистических исследованиях. Идеи основоположника этой теории, английского логика Дж. Остина, изложенные в работе & laquo-Слово как действие& raquo- («How to do things with words») [135, 182], получили широкое распространение в западноевропейской науке и впоследствии были развиты и дополнены в исследованиях Дж. Серля, П. Ф. Стросона и многих других ученых [144, 145, 153,

186]. Работы этих представителей лингвистической философии в полной мере отражают тот круг проблем и методов их решения, который составляет основу классической теории речевых актов.

В качестве минимальной единицы коммуникации теория речевых актов рассматривает не языковые и речевые единицы, а совершение некоторого речевого действия (производство конкретного предложения) в определенных социально заданных условиях. Традиционным является выделение в составе речевого акта ряда компонентов, которые рассматриваются как аспекты единого комплексного речевого действия, осуществляемого при помощи высказывания. К таким компонентам относятся локутивный акт, т. е. & laquo-произнесение определенного предложения с определенным смыслом и референцией& raquo-- иллокутивный акт, который состоит в произнесении конвенционально обусловленного высказывания с определенной целью (информирование, приказ, предупреждение) — и перлокутивный акт -определенные эмоции или действия со стороны слушающего, которые являются результатом осуществления данного речевого акта [135, с. 92−93].

Наибольшую важность для теории речевых актов имеет противопоставление иллокутивной и перлокутивной сторон речевого действия. Выделение иллокутивного уровня в качестве основного объекта исследования в теории речевых актов призвано подчеркнуть необходимость учета намерения говорящего для раскрытия процессов речевого взаимодействия, а также продемонстрировать зависимость намерения от таких экстралингвистических факторов, как психологическое состояние говорящего, его социальный статус, представление говорящего о ситуации общения [85, с. 20].

Именно коммуникативное намерение, по мнению Дж. Серля, является самым существенным моментом в определении иллокуции и отличает речевой акт от произнесения звуков или написания значков. Причем для достижения коммуникативной цели необходимо, чтобы слушающие опознали намерение говорящего произвести на них определенное воздействие [144, с. 158−160]. Одна из основных задач теории речевых актов, таким образом, состоит в описании того, как обеспечивается понимание иллокутивной силы высказывания и какие условия необходимы для того, чтобы речевой акт можно было считать успешным.

Условия успешности (felicity conditions) речевого действия предполагают, что адресат способен опознать иллокутивную силу речевого акта. Соблюдение этих условий и, как следствие, эффективность речевого акта определяются факторами социального характера. Как отмечает П. Ф. Стросон, слово & laquo-виновен»-, произнесенное старшиной присяжных в суде в надлежащий момент, представляет собой акт вынесения обвинительного приговора- и такое толкование данного высказывания, безусловно, определяется конвенциональными процедурами судопроизводства. Тот факт, что при игре в крикет судья, произнося Out!, осуществляет тем самым акт удаления отбивающего игрока с поля, также вытекает из конвенции- ни игроки, ни зрители, кричащие & laquo-Аут!»-, такого акта осуществить не могут. Именно вследствие согласованности с конвенциями высказывание, имеющее определенное пропозициональное содержание и произнесенное соответствующим лицом в надлежащих обстоятельствах, имеет иллокутивную силу [153, с. 143].

Успешность речевого акта может зависеть от личностных факторов, в частности, от искренности автора высказывания. Например, обещание действительно только тогда, когда говорящий искренне намерен его выполнить и уверен, что в состоянии это сделать. Условие искренности (доброй воли) связывает речевой акт с намерениями говорящего, а через них и с состояниями его сознания [143, с. 412].

Центральное место в разработке теории речевых актов всегда занимала классификация актов речи. По степени универсальности противопоставляются универсальные и социально обусловленные речевые акты [64, с. 225], по степени обусловленности коммуникативной ситуацией речевые акты подразделяются на зависимые и независимые [21, с. 93]. С учетом того, насколько явно выражена иллокутивная цель высказывания, речевые акты классифицируются как прямые или косвенные. В последних иллокутивная цель не выражена явно и выводится адресатом благодаря его коммуникативной компетенции.

Вопрос о роли коммуникативной компетенции участников общения в реализации успешного речевого действия вызывает большой интерес у современных исследователей, разрабатывающих когнитивно-прагматические концепции моделирования речевой деятельности. Необходимость разработки этого вопроса определила использование понятия & laquo-фрейма»-, или & laquo-рамки»-. В работе Т.А. ван Дейка [62, с. 17−18], например, высказывается мысль о том, что имеются & laquo-ритуальные»- последовательности речевых актов, которые интерпретируются на основе знаний о мире, привлекают для своей интерпретации метаусловия (связанные с установлением того, в контексте какого фрейма мы находимся в данный момент, т. е. с выбором фрейма), и опираются на последующие, настоящие и будущие (ожидаемые) действия коммуникантов. В то же время речевые акты невозможны без знания общих условий совершения успешных действий, поскольку именно знание того, что необходимо, допустимо или возможно в реальном мире, организованное в сознании в виде фреймов, позволяет определить уместность и приемлемость речи на макроуровне [62, с. 18−19].

Значительным достижением теории речевых актов является то, что в центре внимания исследователей оказалась речь и ее продукт — связный текст, а разработанные в рамках теории принципы и методы исследования речевых актов позволили анализировать реальные процессы говорения и понимания [85, с. 9- 94, с. 25].

В то же время теория речевых актов неоднократно подвергалась критике даже со стороны исследователей, занимающихся ее разработкой. Так, например, Дж. Серль в своих работах подчеркивает, что вопросы, рассматриваемые теорией речевых актов, представляют интерес и имеют важное значение прежде всего для философии языка [144, с. 151, 153]. Именно логико-философский аспект речевого акта выходит на первый план в исследованиях, проводимых в русле данной теории. Как отмечается в критической литературе, в центре внимания ученых оказываются искусственно созданные & quot-пропозициональные"- предложения, которые нередко являются отвлеченными априористическими построениями, не опирающимися на письменные или устные тексты, реально созданные людьми на данном языке для коммуникации [68, с. 5]. Таким образом, ученые, разработавшие теорию речевых актов, дают логико-философскую трактовку понятия & laquo-речевой акт& raquo- и процесса речевого общения в целом, в то время как собственно лингвистический аспект речевых актов остается мало изученным [120, с. 4−6].

С критикой в адрес теории речевых актов выступает Д. Франк. В своей статье & laquo-Семь грехов прагматики& raquo- [164] она выдвигает некоторые аргументы, показывающие, почему теория речевых актов недостаточна в качестве базисного концептуального аппарата для построения прагматической теории вербального общения.

Одной из основных Д. Франк считает проблему сегментации потока речи на единицы, соответствующие речевым актам: наиболее релевантными элементами на уровне анализа (взаимо)действия, как правило, являются сразу несколько предложений или только отдельная часть предложения, а не самостоятельное предложение, которое в теории речевых актов берется за основную единицу. Кроме того, открытым остается вопрос о соотнесении высказывания только с одним типом речевого акта, ведь, как известно, с помощью одного высказывания говорящий может совершать несколько речевых действий одновременно. По мнению Д. Франк, теория речевых актов статична: она игнорирует динамическую и стратегическую природу естественного речевого общения. Отмечается также необходимость изучения вопроса о том, как соотносится функционирование синтаксических и лексических средств с целевой направленностью речи.

Тот факт, что интерпретация речевого акта должна базироваться на анализе самого высказывания в плане его семантики, синтаксиса, морфологии, лексики, фонологии, фонетики и паралингвистической деятельности отмечается в ряде работ по когнитивной прагматике, и, в частности, в работе Т.А. ван Дейка [62, с. 31−34]. Ученый показывает, что при восприятии высказывания слушающий извлекает информацию из фонологических, морфологических, синтаксических и семантических характеристик предложения. Ни один из этих элементов, взятый изолировано, не является достаточным для описания речевого акта, поэтому исследование должно охватывать все языковые уровни. Тем не менее в работе этого автора собственно лингвистическому аспекту анализа не уделяется достаточного внимания- акцент делается на конвенциональные характеристики речевого акта, что определяется социолингвистической направленностью исследования [120, с. 6].

Обращение преимущественно к логико-понятийным аспектам языка в теории речевых актов обнаруживается при рассмотрении вопросов, связанных со способом выражения коммуникативной направленности речи. В рамках данной теории описание целенаправленности речевых актов базируется на выделении и систематизации глагольных лексем. Более того, именно классификация глаголов стала способом решения центрального для этой теории вопроса, а именно вопроса о типизации речевых актов. Последние подразделяются на вердиктивы, экзерситивы, комиссивы, бехабитивы, экспозитивы (по Дж. Остину), или на репрезентативы, директивы, комиссивы, экспрессивы, декларации (по Дж. Серлю), в зависимости от того, какие глаголы избираются говорящими для выражения коммуникативной направленности их высказываний.

Однако, как будет показано в § 1 Главы I, принципы предложенных классификаций неоднократно подвергались критике уже со стороны самих авторов этих исследований. Многие авторитетные ученые указывают на то, что типизация речевых актов на основе глагольной семантики ограничена в своих возможностях объяснить природу речевого действия. Классификация речевых актов, предпринимаемая представителями этого научного направления, фактически подменяется классификацией глаголов.

К тем многочисленным критическим замечаниям, которые уже высказывались по этому поводу, можно добавить следующее.

Важнейшим достижением теории речевых актов является то, что было показано наличие и взаимодействие двух важнейших аспектов речи: иллокутивного и перлокутивного, которые, по нашему мнению, соотносятся с основными функциями языка, традиционно выделяемыми в отечественном языкознании. Это функции сообщения и воздействия, которые тесно связаны друг с другом и представляют диалектическое единство. Однако в теории речевых актов классификация глаголов, соотносимых с определенным типом речевого действия, затрагивает только иллокутивный аспект высказывания. Кроме того, критерии выделения и последующей систематизации иллокутивных глаголов остаются неясными, тем более что коммуникативное намерение говорящего не всегда прямо соотносится с семантикой глагола, указывающего на иллокутивную или перлокутивную сторону речевого акта.

Общеизвестно, что и языковые, и речевые единицы могут в определенной ситуации изменять содержание на противоположное под влиянием речевой (интонационной) формы. Например, — высказывание, с точки зрения языкового плана, представляющее собой вопрос, может приобрести иную целевую направленность, если будет оформлено просодическими признаками, выражающими иную целевую установку. Дж. Серль, рассматривая иллокутивный глагол promise, показывает, что, хотя семантика этой лексической единицы указывает на речевой акт обещания, в контексте определенной речевой ситуации реализация глагола promise может свидетельствовать о намерении говорящего выразить угрозу [145, с. 175]. Таким образом, несомненной представляется необходимость учитывать собственно речевые средства реализации коммуникативной установки высказывания.

Теория речевых актов акцентирует внимание на речевом аспекте высказывания, что предполагает обусловленность функционирования каждой единицы коммуникативной ситуацией и речевым контекстом. Однако глаголы, выражающие коммуникативную установку говорящего, рассматриваются в этой теории как эмические единицы: их описание базируется на основных, номинативных значениях слов- вся многогранность семантики и обусловленность реализации конкретным контекстом не учитываются.

Опора на глаголы в теории речевых актов не дает также представления о том, как лексические единицы соотносятся с таким важнейшим для данной теории понятием, как & laquo-условия успешности& raquo-, поскольку при систематизации глаголов речевой план не принимается во внимание. В связи с этим роль коммуникативной компетенции участников общения, которая является одним из важнейших условий успешности, не находит должного отражения в классификации.

Попытки систематизировать глаголы в зависимости от выражаемой ими целенаправленности речи неоднократно предпринимались и в исследованиях, прямо не связанных с теорией речевых актов (см. § 1 Главы I, с. 22−26). В этих работах были сделаны важные наблюдения, раскрывающие лексико-семантические особенности глаголов, интерпретирующих речевой акт. Однако предметом анализа обычно является понятие, которое находит отражение в лексико-семантической структуре слова. Анализ лексических единиц ограничивается эмическим уровнем языка, в то время как собственно речевая реализация интерпретирующих лексем остается неизученной.

Актуальность настоящей диссертации, таким образом, определяется тем, что до сих пор не уделяется должного внимания важнейшему вопросу о речевой реализации вербальных средств, при помощи которых в произведении речи выражается целевая направленность речевого акта.

Проблема, определяющая актуальность исследования, может быть эффективно решена при условии, что предметом исследования становятся не лексические единицы как таковые, а сложные номинативные образования -словосочетания. Словосочетание является основной единицей речепроизводства, строительным материалом для создания коммуникативной единицы. Именно через словосочетание слово входит в предложение- словосочетание относится к номинативным средствам языка, используемым в процессе языкового общения [38, с. 38], однако в функциональном плане роль этой единицы в процессе речепроизводства чрезвычайно велика.

Как основная единица речепроизводства, словосочетание подлежит описанию в терминах синтагматики, которая изучает составные номинативные образования, соположение элементов до предложения. Синтагма представляет собой линейную последовательность предельных значащих единиц языка -морфем и слов. В данном определении четко прослеживаются два уровня анализа: уровень синтаксической синтагматики (соположения слов) и синтагматики лексической (соположения морфем). Таким образом, понятие синтагмы шире, чем понятие словосочетания, поскольку компоненты словосочетания могут представлять собой сложные лексические единицы. Кроме того, в сферу синтагматики вовлекаются словосочетания, которые по своей формально-грамматической структуре близки предикативным единицам, но не обладают статусом предложения вследствие особенностей их просодического оформления и высокой степени репродуктивности [24].

Основной единицей анализа на уровне синтаксической синтагматики остается словосочетание, которое требует изучения в единстве морфосинтаксических и лексико-фразеологических характеристик (коллигации и коллокации). Исследование морфосинтаксического аспекта включает рассмотрение структурных особенностей составных номинативных единиц и предполагает обращение к специфике синтаксических отношений между компонентами словосочетания. При этом важную роль в определении характера синтаксической связи (атрибутивной, комплетивной, копулятивной) играет коллокационная сторона высказывания.

Необходимость обращения к лексико-фразеологическим характеристикам сложных номинативных единиц была, в частности, продемонстрирована на материале словосочетаний с полифункциональными словами на -ly, -ing, -ed и -able/-ible. Проблема полифункциональности & laquo-тесно связана с делением слов на лексико-грамматические разряды (части речи), с вопросом о различении форм слов, включенных в ту или иную парадигму словоизменения, с одной стороны, и отдельных слов, выступающих как самостоятельные части речи, с другой& raquo- [50, с. 9]. Основным фактором в определении функциональной значимости лексических синтагм являются лексико-фразеологические особенности словосочетания, которые могут быть раскрыты в терминах категорий функциональной синтагматики: коннотативности, клишированности, идиоматичности, социолингвистической обусловленности, концептуальной полноценности.

Проявление тех или иных категориальных свойств словосочетания направлено на реализацию определенной языковой функции и, таким образом, обусловлено стилевой принадлежностью текста. Основными функциями языка являются сообщение и воздействие, которые наиболее полно реализуются в стиле научного изложения и стиле художественной литературы соответственно [197, с. 8- 105, 42−43]. Целый комплекс исследований демонстрирует различия в синтагматике текстов, принадлежащих к основным функциональным стилям английского языка. Отмечается специфика морфосинтаксических и лексико-фразеологических особенностей единиц, которые составляют ткань текста той или иной функциональной-стилевой принадлежности.

Однако до сих пор оставался без внимания тот пласт синтагматики художественного текста, который выступает как метаязык описания высказываний персонажей. Совокупность прямой речи и сопровождающей его авторской интерпретации получила название микроконтекста дословно передаваемой речи [112].

Это определение, данное Л. Г. Михедовой и Н. Б. Гвишиани, в настоящей работе уточняется. Исходя из того, что контекстом является речевое окружение определяемой единицы, под микроконтекстом мы понимаем те фрагменты текста, которые сопровождают дословно передаваемое высказывание, непосредственно примыкая к нему и образуя с ним одну коммуникативную единицу.

В настоящей диссертации микроконтекст дословно передаваемой речи выступает как объект исследования- предметом изучения являются морфосинтаксические и лексико-фразеологические характеристики синтагм, составляющих метаязык описания речи персонажей в произведении художественной литературы.

Выбор в качестве материала исследования произведений художественной литературы определяет необходимость использования метода лингвопоэтического анализа. Лингвопоэтика рассматривает художественное произведение как глобальное целое, каждый компонент которого направлен на реализацию идейно-художественного замысла. Чтобы установить значимость того или иного элемента и, в частности, микроконтекста дословно передаваемой речи, в составе художественного произведения, необходимо анализировать текст последовательно на трех уровнях: семантическом, метасемиотическом и метаметасемиотическом [77, с. 8−9].

Цель настоящей диссертации заключается в описании языковых средств, направленных на интерпретацию речевого акта в произведениях английской художественной литературы, в плане их структурных, семантических и функциональных особенностей.

В соответствии с основной целью работы были поставлены следующие задачи:

— определить роль и место микроконтекста дословно передаваемой речи в интерпретации речевых актов, описываемых в художественной литературе-

— выявить наиболее типичные морфосинтаксические структуры, в которых реализуется металингвистическое описание речевого акта в данном функциональном стиле-

— рассмотреть микроконтекст дословно передаваемой речи в аспекте функциональной синтагматики-

— определить параметры, релевантные для выявления лингвостилистической значимости интерпретирующих синтагм-

— продемонстрировать роль микроконтекста в реализации идейно-художественного содержания произведения.

Новизна работы состоит в том, что предметом изучения становятся морфосинтаксические и лексико-фразеологические характеристики синтагм, посредством которых осуществляется интерпретация речевого акта в микроконтексте дословно передаваемой речи- синтагматика микроконтекста рассматривается на семантическом, метасемиотическом и метаметасемиотическом уровнях лингвистического анализа.

Теоретическое значение диссертации определяется тем, что она вносит вклад в разработку синтагматики как важнейшего аспекта лингвистических исследований и дополняет теорию лингвостилистического и лингвопоэтического анализа.

Практическое значение работы состоит в том, что полученные в ходе исследования результаты могут найти применение в профессиональной подготовке студентов-филологов и могут быть использованы в курсах лексикологии, стилистики, интерпретации текста. Материалы исследования обладают практической ценностью для формирования навыков филологической интерпретации художественного произведения, поскольку они включают анализ тех компонентов художественного текста, которые обычно не получают должного внимания в практике преподавания.

Материалом исследования послужили произведения английских писателей XIX—XX вв. Общий объем проанализированных текстов составляет более 4 тыс. страниц, что позволяет считать результаты исследования достоверными.

Основные положения, выдвигаемые на защиту, могут быть сформулированы следующим образом:

1. В произведениях современной английской художественной литературы основная функциональная нагрузка в интерпретации речевого акта возложена на микроконтекст дословно предаваемой речи, который подлежит описанию в терминах лексической и синтаксической синтагматики.

2. В микроконтексте дословно предаваемой речи возможности синтаксической и лексической синтагматики английского языка используются для метаязыкового описания невербальных признаков речевого акта, при этом на первый план по функциональной значимости выходят слова, обладающие свойством полифункциональности.

3. В контексте художественного произведения интерпретирующие синтагмы функционируют на метасемиотическом уровне. Степень их коннотативности определяется такими параметрами, как именной или глагольный характер производящей основы, принадлежность глагола к родовым глаголам речи или к собственно интерпретирующим, семантическое и синтаксическое обособление полифункциональных слов, социолингвистическая обусловленность словосочетания. При описании интерпретирующих синтагм в микроконтексте необходимо учитывать прямое/ косвенное указание на просодическое оформление дословно передаваемой речи, а также соответствие/ несоответствие просодии вербальному контексту.

4. В произведениях художественной литературы содержание и выражение синтагм, интерпретирующих речевой акт, направлены в совокупности на выражение образа автора, речевых портретов персонажей и речевого многоголосия. Микроконтекст дословно передаваемой речи несет большую функциональную нагрузку в реализации идейно-художественного содержания произведения, что определяет целесообразность его рассмотрения в аспекте лингвопоэтики.

Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения, списка использованной литературы и списка источников иллюстративного материала.

Выводы по Главе III

Функциональная нагрузка микроконтекста дословно передаваемой речи состоит в создании речевых портретов персонажей и выражении авторского отношения к героям произведения.

Важным условием для определения функциональной значимости микроконтекста является рассмотрение материала через призму категорий авторского отношения к персонажам и транспозиции языковых явлений в сферу словесно-художественного творчества. Эти категории позволяют максимально полно раскрыть индивидуальную творческую манеру того или иного автора.

Индивидуально-авторский стиль проявляется в гармоничном сочетании микроконтекста с интерпретацией в прямой речи и теми фрагментами описания, которые выходят за рамки микроконтекста.

Морфосинтаксические и лексико-фразеологические особенности микроконтекста способствуют воспроизведению во внутренней речи читателя просодии, заложенной в тексте автором художественного произведения. Именно благодаря микроконтексту в речи & laquo-мысленной»- разграничиваются голоса персонажей и голос автора.

Микроконтекст дословно передаваемой речи выступает как важное средство передачи идейно-художественного содержания произведения. На основании рассмотренных произведений можно сказать, что идейный замысел писателя связан с ироническим или сатирическим изображением действительности. В плане метаметасемиотики микроконтекст выходит на первый план при создании речевого многоголосия персонажей и выражении образа автора.

138

Заключение

Как показало проведенное исследование, микроконтекст дословно передаваемой речи, до сих пор не получивший должного освещения в теоретической литературе, является важнейшим средством описания речевого акта в художественном произведении.

Анализ морфосинтаксической структуры позволил установить, что в микроконтексте дословно передаваемой речи интерпретирующие синтагмы представлены субъектно-предикатными образованиями, сочетаниями глагола с полифункциональными словами и предложной фразой. Наибольшей частотностью отличаются единицы, характеризующиеся именными свойствами: слова на -1у и субстантивные предложные словосочетания. Те лексические синтагмы, в которых на первый план выходят глагольные свойства, представлены в меньшей степени.

В ходе исследования были выявлены параметры описания микроконтекста, релевантные для раскрытия его структурных, лексических, лексико-фразеологических особенностей.

Одним из параметров является принадлежность глагола к родовым глаголам речи или к интерпретирующим. Родовые глаголы речи, преобладающие в микроконтексте, несут меньшую функциональную нагрузку по сравнению с экспрессивно окрашенными полифункциональными словами, что в ряде случаев приводит к опущению глагола. С другой стороны, интерпретирующие глаголы, обладающие экспрессивной семантикой, в сочетании с полифункциональными словами могут образовывать коннотативные словосочетания.

Метасемиотическая значимость слов на -ly, -ing и -ed в произведении словесно-художественного творчества проявляется уже на уровне лексической синтагматики и усиливается за счет паронимической аттракции, основанной на сходстве звуковых оболочек членов глагольной синтагмы.

Степень коннотативности интерпретирующих синтагм определяется также такими параметрами, как именной или глагольный характер производящей основы, семантическое и синтаксическое обособление атрибута. Синтаксическое обособление или примыкание раскрываются на метасемиотическом уровне анализа и находят выражение в соответствии/ несоответствии просодии вербальному контексту.

Анализ микроконтекста в рамках категорий функциональной синтагматики позволяет установить, что максимальная степень проявления коннотативных свойств наблюдается у интерпретирующих словосочетаний со словом на -1у, которое обладает более экспрессивной, по сравнению со словами на -ing и -ed, семантикой.

Наибольшая степень клишированности свойственна предложно-субстантивным словосочетаниям, что определяется наличием ряда лексико-фразеологических ограничений в отношении состава и объема существительных в предложных синтагмах. Словосочетаниям, включающим слова на -ing, в большей мере присуще свойство идиоматичности.

Клишированность и идиоматичность словосочетаний нередко определяются их социолингвистической обусловленностью. Проявлением категории социолингвистической обусловленности молено считать высокую частотность употребления приглагольных определений с пейоративными коннотациями, что объясняется, в частности, тенденцией отражать различные отклонения от социально принятой нормы поведения лингвистическими средствами.

Метасемиотическая емкость интерпретирующих отрезков широко используется авторами художественных произведений для речевой характеристики героев и служит средством выражения авторского отношения к персонажам. Наряду с этим, ингерентно нейтральные интерпретирующие синтагмы в результате транспозиции в сферу словесно-художественного творчества могут наполняться новым, коннотативным содержанием, которое не может быть раскрыто без обращения к метаметасемиотическому уровню анализа.

На метаметасемиотическом уровне предметом исследования должны стать те особенности реализации интерпретирующих синтагм, которые позволяют рассматривать микроконтекст как важный компонент и показатель индивидуально-авторского стиля. В использовании микроконтекста дословно передаваемой речи в сочетании с такими художественными средствами, как портретные описания и & laquo-макроконтекст»-, ярко проявляется своеобразие творческой манеры автора.

В задачи диссертации не входило раскрыть все множество лингвопоэтически значимых функций микроконтекста, однако, на основании рассмотренных произведений можно сказать, что наиболее важную роль микроконтекст играет в создании речевого многоголосия персонажей. Благодаря прямому или косвенному указанию на просодическое оформление дословно передаваемых высказываний микроконтекст способствует их воспроизведению во внутренней речи читателя, усиливая тем самым эмоционально-эстетическое воздействие.

Реализация микроконтекста в произведении художественной литературы тесно связана с выражением авторского замысла, и в зависимости от идейно-художественного содержания и жанровой принадлежности произведения речевое многоголосие персонажей может служить разным целям. У Дж. Даррелла это гармоничное многоголосие людей, чьи голоса звучат в унисон с голосами природы, символизируя гармонию человеческих отношений и единение с природой. В произведениии Дж. Джойса читающий слышит многоголосие толпы безликих, духовно опустошенных людей. У Дж.Б. Пристли это сатирическое многоголосие, призванное сорвать с порока личину добродетели. Таким образом, можно говорить о том, что речевое многоголосие персонажей придает произведению словесно-художественного творчества особую тембральную & laquo-окраску»-.

ПоказатьСвернуть

Содержание

Глава I. Интерпретация речевого акта в произведении художественной литературы. Предмет и метод исследования

§ 1. Изучение лексических средств, выражающих целевую установку речевого акта.

§ 2. Синтагматика речи как предмет лингвистического исследования.

§ 3. Лингвостилистический и лингвопоэтический анализ художественного произведения.

Выводы по Главе I.

Глава II. Синтагматика микроконтекста дословно передаваемой речи

§ 1. Общая характеристика способов интерпретации речевого акта в художественном произведении.

§ 2. Приглагольная форма категории атрибута в микроконтексте дословно передаваемой речи.

§ 3. Полифункциональные слова на -ing и -ed в микроконтексте дословно передаваемой речи.

§ 4. Предложные словосочетания в микроконтексте дословно передаваемой речи.

Выводы по Главе II.

Глава III. Лингвостилистическая и лингвопоэтическая значимость интерпретирующих синтагм

§ 1. Интерпретация речевого акта как средство речевой характеристики персонажа.

§ 2. Интерпретация речевого акта в выражении идейно-художественного содержания текста.

Выводы по Главе III.

Список литературы

1. Адаева О. М. Функционально-стилистические аспекты горизонтальной стратификации английской речи// Функциональные аспекты текста: Межвуз. сб. науч. трудов/ Отв. ред. О. А. Кострова. Самара: Изд-во СамГПУ, 1998. -С. 48−53.

2. Адаева О. М. Курсив как знак горизонтальной стратификации речи// Вестник факультета иностранных языков Самарского пед. ун-та, 2001. № 2. -С. 18−26.

3. Аканаева С. Ш. Сатирическое многоголосие речевых характеристик и язык автора в романе Ивлина Во & laquo-Упадок и разрушение& raquo-: Автореф. дисс. канд. филол. наук. М., 1986. — 24 с.

4. Александрова О. В. Проблемы экспрессивного синтаксиса. На материале английского языка: Учеб. пособие. М.: Высшая школа, 1984. — 211 с.

5. Александрова О. В., Тер-Минасова С. Г. Английский синтаксис. (Коллокация, коллигация и речь): Учебное пособие. М.: Изд-во Моск. унта, 1987.- 187 с.

6. Альжанова З. М. & laquo-Образ автора& raquo- в просодическом освещении// Тождество и различие в языке и речи: Межвуз. сб. науч. тр./ Куйбышевск. гос. пед. ин-т им. В. В. Куйбышева. Куйбышев, 1988. — С. 109−115.

7. Антипова A.M. Интонация английского языка: Учебное пособие. М.: МГПИИЯ, 1974. — 144 с.

8. Антипова A.M. Ритмическая система английской речи: Учеб. пособие для пед. ин-тов. М.: Высшая школа, 1984. — 119 с.

9. Апресян Ю. Д. Перформативы в грамматике и словаре// Изв. АН СССР. Сер. лит. и языки, 1986, т. 45, № 3. С. 208−224.

10. Арнольд И. В. Стилистика современного английского языка: (Стилистика декодирования). 3-е изд. — М.: Просвещение, 1990. — 300 с.

11. Архипов И. К. Семантика производного слова английского языка: Учеб. пособие. М.: Просвещение, 1984. — 128 с.

12. Атарова К. Н., Лесскис Г. А. Семантика и структура повествования от первого лица в художественной прозе// Изв. АН СССР. Сер. лит-ры и языка, 1976, т. 35, № 4. С. 343−356.

13. Атарова К. Н., Лесскис Г. А. Семантика и структура повествования от третьего лица в художественной прозе// Изв. АН СССР. Сер. лит-ры и языка, 1980, т. 39, № 1. -С. 33−46.

14. Ахманова О. С. Словарь лингвистических терминов. М.: Советская энциклопедия, 1966. — 607 с.

15. Ахманова О. С., Микаэлян Г. Б. Современные синтаксические теории. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1963. — 166 с.

16. Ахманова О. С., Минаева Л. В. Экспрессивно-синонимическое значение слова в общей теории полисемии// Проблемы общей и немецкой лексикологии/ Под ред. М. В. Раевского. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1985. — С. 6−17.

17. Багдасарова А. А. Лексико-семантические и текстовые функции глаголов коммуникации в современном английском языке: Дисс. канд. филол. наук. Пятигорск, 1982. — 213 с.

18. Балаян А. Р. Основные коммуникативные характеристики диалога: Дисс. канд. филол. наук. М., 1971. — 253 с.

19. Баранов А. Н., Крейдлин Г. Е. Иллокутивное вынуждение в структуре диалога// Вопросы языкознания, 1992 № 2. — С. 84−99.

20. Богатырева С. Т. Выделение предельных синтагматических единиц в стиле научного изложения: Автореф. дисс.. канд. филол. наук. М., 1983. -24 с.

21. Богатырева С. Т. Роль сложных эквивалентов слов в построении научной речи// Язык для специальных целей как объект функциональной стилистики: Межвуз. сб. науч. статей. Сыктывкар: Пермский университет, 1984. — С. 87−95.

22. Богатырева С. Т. Основные тематические группы предельных синтагматических единиц в стиле научного изложения современного английского языка// Вопросы филологии и методики преподавания иностранных языков. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1985. — С. 21−28.

23. Богданова С. Ю. Индексальные конструкции с фразовыми глаголами речи в современном английском языке: Дисс. канд. филол. наук. Иркутск, 1997.- 135 с.

24. Богова М. Г. К вопросу об особенностях литературного речевого актаII Речевые акты в лингвистике и методике. Пятигорск, 1986. — С. 21−26.

25. Богова М. Г. Коммуникативно-транспозиционный потенциал высказываний с чужой речью// Прагматические и текстовые характеристики предикативных и коммуникативных единиц: Сб. науч. трудов. -Краснодар, 1987 С. 42−50.

26. Борисова Е. Б. Атрибутивные словосочетания в художественном произведении и проблема перевода// Вестник факультета иностранных языков Самарского пед. ун-та. 2000. — № 1. — С. 51−57.

27. Будагов Р. А. Литературные языки и языковые стили. М.: Изд-во Высшая школа, 1967. — 375 с.

28. Будагов Р. А. Что же такое лингвистическая поэтика?// Филологические науки. 1980. — № 3. — С. 18−26.

29. Будагов Р. А. В защиту понятия & laquo-стиль художественной литературы& raquo-// Будагов Р. А. Писатели о языке и язык писателей. М.: Изд-во МГУ, 1984. -С. 33−42.

30. Будагов Р. А. Поэтика целостная область филологии// Будагов Р. А. Писатели о языке и язык писателей. — М.: Изд-во МГУ, 1984. — С. 62−74.

31. Вежбицка А. Речевые акты/ Пер. с англ. С.А. Крылова// Новое в зарубежной лингвистике: Вып. 16. Лингвистическая прагматика. Сб.: Пер. с разн. яз./ Общ. ред. Е. В. Падучевой. М.: Прогресс, 1985 — С. 251−275.

32. Вендлер 3. Иллокутивное самоубийство/ Пер. с англ. А.А. Зализняк// Новое в зарубежной лингвистике: Вып. 16. Лингвистическая прагматика. Сб.: Пер. с разн. яз./ Общ. ред. Е. В. Падучевой. М.: Прогресс, 1985 — С. 238 250.

33. Вербицкая М. В., Тыналиева В. К. Вторичный текст и вторичные элементы в составе развернутого произведения речи: Уч. пособие. Фрунзе: КГУ, 1984. -102 с.

34. Вербицкая М. В., Миндрул О. С. Вопросы изучения стиля словесно-художественного творчества// Теория и практика изучения современного английского языка/ Под ред. О. В. Александровой, С.Г. Тер-Минасовой. -М.: Изд-во Моск. ун-та, 1985. С. 136−144.

35. Вербицкая М. В. Теория вторичных текстов (на материале современного английского языка). М.: Изд-во Моск. ун-та, 2000. — 219 с.

36. Виноградов В. В. Понятие синтагмы в синтаксисе русского языка (Критический обзор теорий и задач синтагматического изучения русского языка)// Вопросы синтаксиса современного русского языка/ Под ред.

37. B.В. Виноградова. -М.: Учпедгиз, 1950. -С. 183−256.

38. Виноградов В. В. Вопросы изучения словосочетания (на материале русского языка)// Вопросы языкознания, 1954 № 3. — С. 3−24.

39. Виноградов В. В. Стилистика. Теория поэтической речи. Поэтика. М.: Изд-во АН СССР, 1963. -255 с.

40. Виноградов В. В. Проблема образа автора в художественной литературе// Виноградов В. В. О теории художественной речи. М.: Высш. шк., 1971.1. C. 105−211.

41. Виноградов В. В. Основные типы лексических значений слова// Виноградов В. В. Избранные труды. Лексикология и лексикография. М.: Наука, 1977. -С. 162−179.

42. Винокур Г. О. Об изучении языка литературных произведений// Винокур Г. О. О языке художественной литературы/ Сост. Т. Г. Винокур. М.: Высшая школа, 1991. — С. 32−62.

43. Винокур Т. Г. Информативная и фатическая речь как обнаружение разных коммуникативных намерений говорящего и слушающего// Русский язык в его функционировании. М., 1993. — С. 5−29.

44. Винокур Т. Г. Говорящий и слушающий: Варианты речевого поведения. -М.: Наука, 1993. 171 с.

45. Возиянова Н. В. Семантическая структура и текстовые функции глаголов речи: Дисс. канд. филол. наук. -М., 1991. -251 с.

46. Вронская Ю. В. Когнитивно-прагматические особенности высказываний с глаголами речи в современном английском языке (в сопоставлении с современным русским языком): Дисс. канд. филол. наук. -Екатеринбург, 1998. 172 с.

47. Гальперин И. Р. Текст как объект лингвистического исследования. М.: Наука, 1981.- 139 с.

48. Гвишиани Н. Б. Полифункциональные слова в языке и речи: Учеб. пособие. М.: Высш. школа, 1979. — 200 с.

49. Глушко М. М. Синтактика, семантика и прагматика научного текста: Учебное пособие. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1977. — 210 с.

50. Гоголицына Н. Г. Вертикальный контекст в качестве информационного компонента поэтического текста// Актуализация содержательных иформальных языковых категорий в тексте: Сб. науч. тр./ Отв. ред. Л. Т. Бабаханова. Ташкент: ТашГУ, 1988. — С. 96−99.

51. Горелов И. Н. Невербальные компоненты коммуникации. М.: Наука, 1980. — 104 с.

52. Гюббенет И. В. Проблема словесной реакции на ситуацию// Современные проблемы английской филологии: Сб. науч. тр. № 570. — Ташкент, 1978. -С. 179−190.

53. Гюббенет И. В. Вертикальный контекст и проблема понимания художественного текста// Основные направления в развитии научной работы на кафедре английского языка. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1981. — С. 140−152.

54. Гюббенет И. В. К проблеме понимания литературно-художественного текста (на английском материале). М.: Изд-во Моск. ун-та, 1981. — 112 с.

55. Гюббенет И. В. Об изучении вертикального контекста// Методика и методология изучения языка (английская филология)/ Под ред. О. В. Александровой, Н. Б. Гвишиани. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1988. — С. 138−142.

56. Гюббенет И. В. Основы филологической интерпретации литературно-художественного текста. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1991. — 205 с.

57. Давыдов М. В. Звуковые парадоксы английского языка и их функциональная специфика. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1984. — 204 с.

58. Дарканбаева И. Т. Синтаксис прямой, косвенной и несобственно-прямой речи в английском языке: Дисс. канд. филол. наук. М., 1979. — 199 с.

59. Дейк ван Т. А. Язык. Познание. Коммуникация/ Пер. с англ. /Сост. В.В. Петрова- Под ред. В. И. Герасимова. М.: Прогресс, 1989. — 312 с.

60. Демьянков В. З. Понимание как интерпретирующая деятельность// Вопросы языкознания, 1983. № 6. — С. 58−67.

61. Демьянков В. З. & laquo-Теория речевых актов& raquo- в контексте современной зарубежной лингвистической литературы (обзор направлений)// Новое в зарубежной лингвистике/ Общ. ред. В. Ю. Городецкого. Вып. 17: Теория речевых актов. — М.: Прогресс, 1986. — С. 223−234.

62. Дзбановская Г. С. Глагольная и именная репрезентация качества в современном английском языке// Текстология английской научной речи/ Под ред. М. М. Глушко, Ю. А. Карулина. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1978. — С. 72−81.

63. Диалектика единичного, особенного и всеобщего в науке о языке./ Под ред. О. С. Ахмановой и Н. Б. Гвишиани. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1980. — 222 с.

64. Долгова О. В. Формы и функции парентетических внесений в английской научной прозе// Современные проблемы английской филологии: Сб. науч. тр. № 570. — Ташкент, 1978. — С. 123−134.

65. Долгова О. В. Семиотика неплавной речи (на материале английского языка). М.: Высшая школа, 1978. — 264 с.

66. Дорошенко А. В. Побудительные речевые акты и их интерпретация в тексте: (На материале английского языка): Дисс. канд. филол. наук. М., 1985. -220 с.

67. Драчук И. В. Придаточное предложение в единстве синтагматики и синтаксиса (на материале современного английского языка): Автореф. дисс. канд. филол. наук. Самара, 2002. — 23 с.

68. Ешмамбетова З. Б. Соотношение авторской речи и речи персонажа как лингвопоэтическая проблема (на материале английского языка): Автореф. дисс. канд. филол. наук. М., 1984. — 24 с.

69. Жукова Е. Ф. Эмоциональные глаголы английского языка (лексико-грамматический аспект): Дисс. канд. филол. наук. СПб, 1993. — 159 с.

70. Забавников Б. Н. К проблеме структурирования речевого акта (речевого действия)// Вопросы языкознания, 1984 № 6. — С. 119−124.

71. Загоровская О. В. Семантическая специфика слова в художественном тексте// Аспекты лексического значения: Сб. статей/ Науч. ред. З. Д. Попова. Воронеж: Изд-во Воронеж, ун-та, 1982. — С. 18−23.

72. Задорнова В. Я., Гаспарян С. К. Восприятие художественного произведения в единстве его содержания и формы// Основные направления в развитии научной работы на кафедре английского языка. М., Изд-во Моск. ун-та, 1981. -С. 117−135.

73. Задорнова В. Я. Восприятие и интерпретация художественного текста: Учеб. пособие для ин-тов иностр. яз. и филол. фак. университетов. М.: Высшая школа, 1984. — 152 с.

74. Задорнова В. Я. Диалектика уровней изучения художественного произведения// Методика и методология изучения языка (английская филология)/ Под ред. О. В. Александровой, Н. Б. Гвишиани. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1988. -С. 111−118.

75. Иванова Г. Н. Авторизация и способы ее выражения в современном английском языке: Дисс. канд. филол. наук. JL, 1981. — 146 с.

76. Иванова-Лукьянова Г. Н. Ритм прозы и перевод// Речевой ритм и его функции: Сб. науч. тр./ Отв. ред. А. М. Антипова. М.: МГПИИЯ, 1987. — С. 55−63.

77. Ивановский Д. Ю. Сопоставительное описание глагольных средств выражения извинения в английском и русском языке: Дисс. канд. филол. наук. Пятигорск, 1999. — 177 с.

78. Карпушина Е. Е. Прагматическая характеристика речевых ходов в англоязычном диалоге// Коммуникативные аспекты языка: процессы и единицы: Межвуз. сб. науч. тр./ Отв. ред. Н. А. Кобрина, Л. В. Шишкова. -Л.: РГПУ, 1991. -С. 46−54.

79. Кемертелидзе Н. Д. Категория атрибута в современном английском языке: Автореф. дисс. канд. филол. наук. -М., 1987. 17 с.

80. Клюев Е. В. Речевая коммуникация: Учебное пособие. М.: ПРИОР, 1998. — 224 с.

81. Кобозева И. М. & laquo-Теория речевых актов& raquo- как один из вариантов теории речевой действительности// Новое в зарубежной лингвистике/ Общ. ред. В. Ю. Городецкого. Вып. 17: Теория речевых актов. — М.: Прогресс, 1986. -С. 7−21.

82. Колшанский Г. В. Паралингвистика. М.: Наука, 1974. — 80 с.

83. Комлев Н. Г. Слово в речи: денотативные аспекты. М.: Изд-во Моск. унта, 1992. -216 с.

84. Коптелова Г. В. Опыт сопоставительного изучения глаголов речи английского и русского языков: Дисс. канд. филол. наук. Харьков, 1972. — 194 с.

85. Крейдлин Г. Е. Голос, голосовые признаки и оценка речи// Логический анализ языка: Язык речевых действий. М., 1994 — С. 141−153.

86. Кулинич М. А. Соотношение авторской речи и речи персонажа в англоязычной драматургии// Тождество и различие в языке и речи: Межвуз. сб. науч. тр./ Куйбышевск. гос. пед. ин-т им. В. В. Куйбышева. -Куйбышев, 1988. -С. 115−122.

87. Курахтанова И. С. Прагматический аспект образности в художественном тексте// Интегративная функция стилистико-композиционных приемов в. английском языке: Сб. науч. тр. / Отв. ред. Т. М. Баталова. Вып. 215. — М.: МГПИИЯ, 1983. — С. 123−133.

88. Кушнарева Л. И. Содержательность ритма художественной прозы// Актуализация лингвистических единиц разных уровней: Сб. науч. тр./ Отв. ред. А. В. Юрин. Краснодар: Изд-во Кубан. ун-та, 1985. — С. 89−95.

89. Лекомцев Ю. К. К вопросу о системности глаголов речи в английском языке// Проблемы структурной лингвистики. М., 1962. — С. 190−197.

90. Леонтьев А. А. Язык, речь, речевая деятельность. М.: Просвещение, 1969. -214 с.

91. Липгарт А. А. Лигвопоэтическое сопоставление: теория и метод. М.: Московский Лицей, 1994. — 276 с.

92. Малина Т. И. Роль междометий в актуализации содержательных категорий художественной прозы// Актуализация содержательных и формальных языковых категорий в тексте: Сб. науч. тр./ Отв. ред. Л. Т. Бабаханова. -Ташкент: ТашГУ, 1988. С. 30−34.

93. Маренкова Е. А. Синтагматическая конденсация речевых последовательностей в научном тексте// Текстология английской научной речи/ Под ред. М. М. Глушко, Ю. А. Карулина. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1978. — С. 82−90.

94. Матвеева С. В. Семантические признаки восходяще-нисходящего тона в английском языке// Актуальные вопросы просодики и звукового состава: Сб. статей/ Отв. ред. С. Х. Цахер. Иркутск: ИГПИ, 1986. — С. 55−57.

95. Медведева Л. М. О соотношении иллокутивного и пропозиционального компонентов в логической структуре речевого акта// Язык и социальное познание. М.: Центр, совет, филос. (методол.) семинар при Президиуме А Н СССР, 1999. -С. 65−77.

96. ЮО. Медникова Э. М. Значение слова и методы его описания. М.: Высшая школа, 1974. -202 с.

97. Мезенин С. М. Образность как лингвистическая категория// Вопросы языкознания. 1986. — № 2. — С. 48−57.

98. Меликсетян Р. С. Лексическая интерпретация целевой установки речевого акта (на материале современного французского языка): Автореф. дисс. канд. филол. наук. М., 1985. — 20 с.

99. Мельникова Е. А. Синтаксические конструкции с глаголами речи в современном английском языке: Дисс. канд. филол. наук. СПб, 1992. -228 с.

100. Микоян А. С. Атрибутивное словосочетание как признак индивидуального стиля// Современные проблемы английской филологии: Сб. науч. тр. № 570. — Ташкент, 1978. — С. 135 — 142.

101. Микоян А. С., Тер-Минасова С. Г. Малый синтаксис как средство разграничения стилей. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1981. — 214 с.

102. Минаева Л. В. Слово в языке и речи: Учебное пособие. М.: Высш. школа, 1986. -147 с.

103. Минаева Л. В., Назарова Т. Б. О единстве и взаимовлиянии сегментного и сверхсегментного уровней в паронимической аттракции// Вестник Моск. ун-та. Серия 9. Филология. 1984. — № 3. — С. 44−49.

104. Минаева Л. В., Медведева Н. Е. Инвариантно-вариантные отношения на сверхсегментном уровне языка// Вестник Моск. ун-та. Сер. 19. Лингвистика и межкультурная коммуникация. 1998. — № 1. — С. 50−63.

105. Минаева Л. В., Реутова И. Ю. Значение лексических характеристик научной речи для смыслового восприятия// Речь в научно-лингвистическом и дидактическом аспекте./ Под ред. Л. В. Минаевой. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1991. -С. 111−117.

106. Миндрул О. С. Диалектика формы и содержания на сверхсегментном и сверхсинтаксическом уровнях// Методика и методология изучения языкаанглийская филология)/ Под ред. О. В. Александровой, Н. Б. Гвишиани. -М.: Изд-во Моск. ун-та, 1988. С. 70−78.

107. Михедова Л. Г. Тематический ряд verba dicendi в современном английском языке: Дисс. канд. филол. наук. -М., 1971. 185 с.

108. Морозов А. Ю. К методологии описания рекламного текста// Вестник факультета иностранных языков Самарского пед. ун-та. 2000. — № 1. — С. 72−86.

109. Морозова А. Н. Равнозначность слов как текстологическая проблема: Автореф. дисс. канд. филол. наук. -М., 1981. 23 с.

110. Морозова А. Н. Семантическое и звуковое подобие слов в текстах английской научной и художественной литературы// Стилистические функции лингвистических единиц в тексте. Межвуз. сб. науч. трудов. -Куйбышев: ПИ, 1984. С. 33−45.

111. Морозова А. Н. Лексическая равнозначность в речи. Куйбышев: Педагогический институт, 1985. -79с.

112. Морозова А. Н. О характере и сущности синтаксической & laquo-омографии»-// Тождество и различие в языке и речи: Межвуз. сб. науч. тр./ Куйбышевск. гос. пед. ин-т им. В. В. Куйбышева. Куйбышев, 1988. — С. 97−108.

113. Морозова А. Н. Речеведение: теория и практика: Учеб. пособие для студентов фак. иностр. яз. Самара: Изд-во СамГПИ, 1993. — 80 с.

114. Морозова А. Н. Диалектическое единство линейного и надлинейного рядов в динамике высказывания: Дисс. докт. филол. наук. -М., 1996. 372 с.

115. Морозова А. Н. Роль и место силлабической синтагматики в филологическом изучении высказывания// Вестник факультета иностранных языков Самарского пед. ун-та. 2001. — № 2. — С. 7−18.

116. Мыркин В. Я. Некоторые вопросы понятия речи в корреляции: язык -речь// Вопросы языкознания. 1970. — № 1. — С. 102−108.

117. Назарова Р. З. Функционирование глаголов с окказиональным значением движения в современном английском языке. Дисс. канд. филол. наук. -М., 1982. -230 с.

118. Назарова Т. Б. Омонимия и квази-омонимия в разных функциональных стилях речи: Автореф. дисс. канд. филол. наук. -М., 1984. 19 с.

119. Назарова Т. Б. Филология и семиотика. Современный английский язык: Монография. -М.: Высш. школа, 1994. 184 с.

120. Новицкая Е. О. Функционально-прагматический аспект контекстуального варьирования глаголов, вводящих прямую речь (на материале современного английского языка): Дисс. канд. филол. наук. М., 1985. -203 с.

121. Новожилова К. Р. Речевая структура образа автора (к вопросу о юморе Жан Поля)// Анализ стилей зарубежной художественной и научной прозы: Межвуз. сб. Вып. 3. — Л.: Изд-во Ленингр. ун-та, 1982. — С. 68−76.

122. Новосельцева О. О. Высказывания, выражающие оценку истинности чужого сообщения: (На материале современного английского языка): Дисс. канд. филол. наук. СПб, 1996. — 150 с.

123. Овезов Г. Диерема как план выражения комплетивной связи причастных оборотов. Автореф. дисс.. канд. филол. наук. -М., 1985. -24 с.

124. Одинцов В. В. О языке художественной прозы: Повествование и диалог. -М.: Наука, 1973. 104 с.

125. Одинцов В. В. Стилистика текста. М.: Наука, 1980. — 263 с. 1340 принципах и методах лингвостилистического исследования/ Под ред. О. С. Ахмановой. М., 1966. — 183 с.

126. Остин Дж.Л. Слово как действие/ Пер. с англ. А.А. Медниковой// Новое в зарубежной лингвистике/ Общ. ред. В. Ю. Городецкого. Вып. 17: Теория речевых актов. — М.: Прогресс, 1986. — С. 22−130.

127. Подгорная А. Ю. Интегративные возможности качественных наречий в художественном тексте// Интегративная функция стилистико-композиционных приемов в английском языке: Сб. науч. тр./ Отв. ред. Т. М. Баталова. Вып. 215. — М.: МГПИИЯ, 1983. — С. 208−218.

128. Потапов В. В. К проблеме ритмической организации английской прозаической речи// Актуальные проблемы англистики: Межвуз. сб. науч. тр./ Редкол.: И. С. Перельмутер и др. Архангельск: Изд-во Помор, ун-та, 1992. -С. 5−16.

129. Потапова Р. К. Коннотативная паралингвистика. М.: Триада, 1998. — 67 с.

130. Прокопова Л. И. О синтагматическом и актуальном членении// Теория языка, методы его исследования и преподавания/ Под ред. Р. И. Аванесова. -Л.: Наука, 1981. С. 207−211.

131. Рахманова Т. В., Тер-Минасова С. Г. Типы синтагм в научном стиле речи// Язык для специальных целей как объект функциональной стилистики. -Сыктывкар, 1984. С. 3−21.

132. Реформатский А. А. Введение в языкознание. М.: Учпедгиз, 1960. — 431 с.

133. Речевой акт// Лингвистический энциклопедический словарь/ Гл. ред. В. Н. Ярцева. М.: Сов. энциклопедия, 1990. — С. 412−413.

134. Серль Дж.Р. Что такое речевой акт?/ Пер. с англ. И.М. Кобозевой// Новое в зарубежной лингвистике/ Общ. ред. В. Ю. Городецкого. Вып. 17: Теория речевых актов. — М.: Прогресс, 1986 — С. 151−169.

135. Серль Дж. Р. Классификация иллокутивных актов/ Пер. с англ. В.З. Демьянкова// Новое в зарубежной лингвистике/ Общ. ред.

136. B.Ю. Городецкого. Вып. 17: Теория речевых актов. — М.: Прогресс, 19 861. C. 170−194.

137. Скепская Г. И. Введение в синтагматику: Пособие по теоретической грамматике французского языка: для ин-тов и фак. иностр. яз. М.: Высш. школа, 1979. — 132 с.

138. Смирницкий А. И. Синтаксис английского языка. М.: Изд-во лит-ры на иностранных языках, 1957. -286 с.

139. Смирницкий А. И. Морфология английского языка. М.: Изд-во литературы на иностранных языках, 1959. — 440 с.

140. Сомова Е. Г. Фонетическое и лексическое значение в слове и тексте// Аспекты лексического значения: Сб. статей/ Науч. ред. З. Д. Попова. -Воронеж: Изд-во Воронеж, ун-та, 1982. С. 154−158.

141. Старикова Е. Н. Имплицитность в синтаксическом построении ввода прямой речи// 1ноземна фшолопя. Вып. 41. — Львов: Львовский гос. ун-т, 1976. -С. 9−15.

142. Стацевич С. И. Синтагматика фоностилистического анализа// Вопросы романо-германской синтагматики: Сб. науч. тр./ Науч. ред. С. И. Стацевич. -Пермь: Б. и., 1978. -С. 11−23.

143. Стросон П. Ф. Намерение и конвенция в речевых актах/ Пер. с англ. И.Г. Сабуровой// Новое в зарубежной лингвистике/ Общ. ред.

144. B.Ю. Городецкого. Вып. 17: Теория речевых актов. — М.: Прогресс, 1986. -С. 131−150.

145. Сучкова С. А. Субстантивные словосочетания с предлогом «of' в динамике высказывания: Дисс.. канд. филол. наук. Самара, 1998. — 152 с.

146. Сучкова С. А. Экспрессивные функции субстантивных словосочетаний в текстах художественной литературы// Функциональные аспекты текста: Межвуз. сб. науч. трудов/ Отв. ред. О. А. Кострова. Самара: Изд-во СамГПУ, 1998. -С. 74−79.

147. Сучкова С. А. Субстантивное словосочетание в динамике речи// Вестник факультета иностранных языков Самарского пед. ун-та, 2000. № 1. — С. 4450.

148. Тер-Минасова С.Г., Нуруллаева Р. У. К вопросу о категоризации лексической морфологии// Современные проблемы английской филологии: Сб. науч. тр. № 570. — Ташкент, 1978. — С. 63 — 68.

149. Тер-Минасова С. Г. Синтагматика речи: онтология и эвристика. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1980. — 200 с.

150. Тер-Минасова С. Г. Словосочетание как предельная единица речи// Основные направления в развитии научной работы на кафедре английского языка филологического факультета МГУ. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1981.1. C. 30−44.

151. Тер-Минасова С. Г. Словосочетание в научно-лингвистическом и дидактическом аспектах: Учеб. пособие для пед. ин-тов и филол. фак. унтов. М.: Высшая школа, 1981. — 144 с.

152. Тер-Минасова С. Г. Нестойкое сложное слово как признак функционального стиля// Теория и практика изучения современного английского языка/ Под ред. О. В. Александровой, С.Г. Тер-Минасовой. -М.: Изд-во Моск. ун-та, 1985. С. 15−23.

153. Тер-Минасова С. Г. Вопросы изучения построения речи// Вестник Моск. ун-та. Серия 19. Лингвистика и межкультурная коммуникация. 1998-Спец. вып. — С. 12−24.

154. Филимонов О. Н. К вопросу о фонетических особенностях стилистически маркированного ритма англоязычной художественной прозы// Актуальные вопросы просодики и звукового состава: Сб. статей/ Отв. ред. С. Х. Цахер. -Иркутск: ИГПИ, 1986. С. 65−70.

155. Хисматулина A.M. Глаголы, репрезентирующие прямую речь в современном английском языке. (К вопросу о лексико-синтаксических связях): Дисс. канд. филол. наук. -М., 1975. 138 с.

156. Хуршудянц А. С. Опыт исследования системных отношений в лексике (на материале лексико-семантической группы глаголов говорения современного английского языка): Автореф. дисс. канд. филол. наук. -М., 1971. -20 с.

157. Чаковская М. С. Текст как сообщение и воздействие (на материале английского языка): Учеб. пособие для студентов пед. ин-тов по спец. иностр. яз. М.: Высш. школа, 1986. — 128 с.

158. Чаковская М. С. Взаимодействие стилей научной и художественной литературы. М., 1990. — 157 с.

159. Чанышева 3.3. Лексические средства обозначения паралингвистических компонентов речи в современном английском языке: Дисс. канд. филол. наук. М., 1979. -223 с.

160. Чехичина Г. М. Глаголы, вводящие прямую речь, не являющиеся глаголами говорения// Тезисы докладов научной конференции факультета иностранных языков Одесского гос. ун-та. Одесса, 1966 — С. 31−32.

161. Шахнарович A.M., Голод В. И. Когнитивный и коммуникативный аспекты речевой деятельности// Вопросы языкознания. 1986. — № 2. — С. 52−56.

162. Шишкина Т. Н. О некоторых принципах построения эстетически организованной речи// Теория и практика изучения современногоанглийского языка/ Под ред. О. В. Александровой, С.Г. Тер-Минасовой. -М.: Изд-во Моск. ун-та, 1985. С. 145−152.

163. Шишкина Т. Н. О методологии синтактико-стилистического исследования// Методика и методология изучения языка (английская филология)/ Под ред. О. В. Александровой, Н. Б. Гвишиани. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1988. — С. 104−110.

164. Щерба JI.B. Опыты лингвистического толкования стихотворений. I. & laquo-Воспоминание»- Пушкина// Щерба JI.B. Избранные работы по русскому языку/ Сост. М. И. Матусевич. -М.: Учпедгиз, 1957. С. 26−44.

165. Эйнис М. И. Проблемы методологии и методики изучения речевой характеристики литературного персонажа// Современные проблемы английской филологии: Сб. науч. тр. № 570. — Ташкент, 1978. — С. 156 -167.

166. Яковлева Е. Б. Просодия атрибутивной синтагматики в современном английском языке// Современные проблемы английской филологии: Сб. науч. тр. № 570. — Ташкент, 1978 — С. 33−43.

167. Яковлева Е. Б. Сложные лексические единицы в английском языке и речи. -М.: Изд-во Моск. ун-та, 1986. 115 с.

168. Abercrombie D. Paralinguistic Communication// The Edinburgh Course in Applied Linguistics/ Ed. by J.P.B. Allen and S. Pit Corder. Vol. 1. Readings for Applied Linguistics. London: Oxford University Press, 1973. Pp. 31−36.

169. Akhmanova O. and Mikael’an G. The Theory of Syntax in Modern Linguistics. Paris: Mouton, 1969. -149 p.

170. Akhmanova O., Idzelis R.F. What is the English We Use? Moscow: Moscow University Press, 1978. — 156 p.

171. Akhmanova O. Semantics// Folia Anglistica. M.: Dialogue-MSU, 1998. -No.l. Semantics, Pragmatics, and Semiotics. — Pp. 44−49.

172. Austin J.L. Speech Acts// The Edinburgh Course in Applied Linguistics/ Ed. by J.P.B. Allen and S. Pit Corder. Vol. 1. Readings for Applied Linguistics. London: Oxford University Press, 1973. Pp. 37−53.

173. Bolinger Dw.L. Rime, Assonance, and Morpheme Analysis// Word. 1950. -Vol. 6. -No 2. -Pp. 117−136.

174. Brazil D. A Grammar of Speech. Oxford University Press, 1995. — 246 p.

175. Brown G. Listening to Spoken English. Moscow: Prosveshcheniye, 1984. -171 p.

176. Davison A. Indirect speech acts and what to do with them// Syntax and Semantics, vol. 3. Speech acts. New York, 1975. — Pp. 143−185.

177. Fraser B. The domain of pragmatics// Language and Communication/ Ed. by J.C. Richards and R.W. Shmidt. London, N.Y.: Longman Group Ltd, 1983. -Pp. 29−59.

178. Fries Ch.C. The Structure of English. An Introduction to the Construction of English Sentences. London: Longmans, Green and Company, 1963. — 303 p.

179. Gardiner A.H. The Theory of Speech and Language. Oxford, 1969. — 348 p. th

180. Genieva Ye. James Joyce/ Transl. By D. Hagen// 20 Century English Literature: A Soviet View. Moscow: Progress Publishers, 1982. — Pp. 95−128.

181. Hatch E.M. Discourse and Language Education. N.Y.: Cambridge University Press, 1992. — 333 p.

182. Hymes D.H. On Communicative Competence// Sociolinguistics/ Ed. by J.B. Pride and J. Holmes. Gr. Britain: Hazell Watson and Viney, 1974. — Pp. 269−293.

183. Kargin Y. Nonverbal communication as part of Business English Studies// EPS/BESIG, 2000 No. 13. — Pp. 15−17.

184. Kochetkova I. The Voice of J.B. Priestley/ Transl. by C. English// 20th Century English Literature: A Soviet View. Moscow: Progress Publishers, 1982. — Pp. 197−211.

185. Philological Phonetics/ Ed. by O. Akhmanova, L. Minajeva and O. Mindrul. -Moscow University Press, 1986. 155 p.

186. Short M. Understanding text: point of view// Language and Understanding/ Ed. by G. Brown, R. Malmkjaer, A. Pollitt, and J. Williams. Oxford: Oxford University Press, 1994. — Pp. 169−190.

187. Stylistics and the Teaching of Literature/ H.G. Widdowson. Hong Kong: Longman Group Ltd, 1975. -128p.

188. The Prosody of Speech/ Ed. by O. Akhmanova. Moscow: Moscow University Press, 1973.- 167 p.

189. Wardhaugh R. Introduction to Linguistics. Second ed. — N.Y.: McGraw — Hill Publishing Company, 1977. — 268 p.

190. Источники иллюстративного материала

191. Bronte Ch. Jane Eyre. Moscow: Foreign Languages Publishing House, 1954. -571 p.

192. Chesterton G.K. «The Blue Cross» and Other Stories. Moscow: Raduga Publishers, 2000. — 240 p.

193. Chesterton G.K. The Face in the Target// Classic English Short Stories of the 20's. Moscow: Raduga Publishers, 1997. — Pp. 7−39.

194. Cronin A.J. The Citadel. Moscow: Foreign Languages Publishing House, 1963. -476 p.

195. Durrell G. My Family and Other Animals. M.: Высшая школа, 1987. — 174 с.

196. Galsworthy J. A Modern Comedy: Book 2. The Silver Spoon- Moscow: Progress Publishers, 1976. -278 p.

197. Galsworthy J. A Modern Comedy: Book 3. Swan Song- Moscow: Progress Publishers, 1976. 302 p.

198. Galsworthy J. The White Monkey. Moscow: Foreign Languages Publishing House, 1953. -298 p.

199. Galsworthy J. The Apple Tree// Classic English Short Stories of the 10's. -Moscow: Raduga Publishers, 2000. Pp. 78−154.

200. Hardy Th. Tess of the d’Urbervilles. Moscow: Foreign Languages Publishing House, 1950. -416 p.

201. Joyce J. Dubliners. A Portrait of the Artist as a Young Man. Moscow: Progress Publishers, 1982. — 582 p.

202. Lawrence D.H. Sons and Lovers. New York: Penguin Books, 1979. — 420 p.

203. Lawrence D.H. The Blind Man// Classic English Short Stories of the 10's. -Moscow: Raduga Publishers, 2000. Pp. 186−213.

204. Maugham W.S. The Painted Veil. Москва: Международные отношения, 1981. -269 с.

205. Maugham W.S. The Razor’s Edge. London: Pan Books, 1978. — 314 p.

206. Priestley J.B. Angel Pavement. Moscow: Progress Publishers, 1974. — 504 p.

Заполнить форму текущей работой