Анализ проблем квалификации иных видов умышленного причинения вреда здоровью

Тип работы:
Дипломная
Предмет:
Государство и право


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы исследования. В последние годы значительно актуализировалась проблема криминального насилия над человеком, приобретающего крайне опасные формы. Динамику этих преступлений адекватно отражает напряженность процессов, происходящих в нынешней России. Особенно это касается преступлений, направленных против личности, посягающих на ее жизнь и здоровье. По данным ГИАЦ МВД России в 2007 г. в стране было зарегистрировано 152 185 преступлений, сопровождающихся умышленным причинением вреда здоровью. В 2009 году отмечен их рост на 31,4% по отношению к 2008 г.

Несмотря на распространенность преступлений, связанных с причинением вреда здоровью человека, их многоаспектность вызывает немало затруднений в квалификации содеянного, что нередко влечет ошибки. Например, в 2009 году по рассмотренным Верховным Судом России в кассационном порядке уголовным делам о причинении вреда здоровью отменены 6,4% и изменены 7,5% приговоров.

В связи с этим анализ составов преступлений в виде умышленного причинения вреда здоровью показывает, что для их констатации требуется установление вредных последствий этих деяний. Решение данной задачи требует, в свою очередь, обязательного определения характера, механизма образования и локализации имеющихся у потерпевшего повреждений и тяжести вреда здоровью, наступившего в результате преступного посягательства. Все эти факты обязательно учитываются в процессе юридической квалификации рассматриваемых составов преступлений.

Как известно, для осуществления правосудия важна правильная квалификация преступлений, когда оно получает оценку в соответствии с точным смыслом уголовно-правовой нормы и установленными фактическими обстоятельствами его совершения. Правильная квалификация преступления является также важной гарантией осуществления правосудия в точном соответствии с законом. Она необходима для привлечения лица, совершившего преступление, к уголовной ответственности. Только при такой квалификации вынесенный судом приговор может быть признан законным и обоснованным, выражающим оценку от имени государства совершенного преступления и личности осужденного. Данное обстоятельство обусловило выбор темы дипломного исследования.

Целью исследования является изучение и анализ следственно-судебной практики по делам о причинении вреда здоровью человека и выявление проблем квалификации этих преступлений, а также формулирование выводов и предложений по совершенствованию теории и практики квалификации причинения вреда здоровью.

Задачами исследования явились:

— изучение историко-правовых аспектов развития законодательства об уголовной ответственности за причинение вреда здоровью;

— уголовно-правовой анализ понятия «вред здоровью», изучение правил и проблем определения степени тяжести вреда здоровью и рассмотрение проблем квалификации этих преступлений по степени тяжести причиненного вреда здоровью;

— ввиду большой распространенности причинения тяжкого вреда здоровью в общей массе преступлений против здоровья, представляется важным изучение квалифицированного и особо квалифицированного состава этих преступлений;

— выявление и анализ проблем квалификации наиболее распространенных видов причинения тяжкого вреда здоровью, а также изучение проблем следственно-судебной практики по этим категориям дел;

— изучение и анализ проблем квалификации иных видов умышленного причинения вреда здоровью.

Объектом исследования являются общественные отношения в сфере квалификации преступлений в виде причинения вреда здоровью человека.

Предметом исследования материалы следственно-судебной практики по делам о причинении вреда здоровью, научные публикации и специальная литература по избранной теме.

Разработанность темы исследования и ее научная новизна. Вопросы, касающиеся квалификации преступлений против здоровья и причинения вреда здоровью, нашли отражение в трудах таких ученых в области уголовного права и судебной медицины, как Акопов В. И., Альшевский В. В., Бедрин А. М., Безручко Е. В., Бойко И. Б., Быстров С. А., Векленко В., Вениаминов В. Г., Вермель И. Г., Галюкова М. И., Гаухман Л. Д., Иванцова Н. В., Каплин М. Н., Клевко В. А., Коновалов А., Константинов П., Кривошеин П., Лубшев Ю., Нагаев В. В., Попов В. Л., Попов А. Н., Расторопов С. В., Тепляшина О. В., Тихонов Е. Н., Федосюткин Б. А., Шарапов Р. Д., Широков К. С., Яковлева Е. Ю. и других. При этом значительное число работ посвящено раскрытию понятия вреда здоровью и определению его тяжести. Однако следует отметить, что многие вопросы квалификации преступлений в виде причинения вреда здоровью рассматривались указанными авторами еще до принятия Постановления Правительства Р Ф от 17 августа 2007 г. «Об утверждении правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека». Поэтому в трудах этих авторов определение степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, рассматривалось на основе «Правил судебно-медицинского определения степени тяжести телесных повреждений» 1978 г. и «Правил судебно-медицинской экспертизы тяжести вреда здоровью» 1996 г. Однако и принятие новых Правил 2007 г. не разрешило ряд проблем, возникающих при квалификации указанных видов преступлений. В частности, в Правилах перечисляются последствия, предусмотренные в ст. ст. 111, 112 и 115 УК РФ, без какой-либо детализации «квалифицирующих признаков» вреда здоровью. В то же время, при реализации уголовно-правовых норм, предусматривающих ответственность за причинение вреда здоровью человека, на практике сталкиваются с проблемами квалификации из-за отсутствия ясности в терминологии.

В правоприменительной и следственно-судебной практике возникает также ряд проблем квалификации умышленного причинения вреда здоровью и разграничении их от других видов преступлений против здоровья. Поэтому практическая потребность в решении проблем квалификации рассматриваемых видов преступлений позволяет сделать вывод о насущной важности новых теоретических разработок в этой сфере.

В связи с изложенным, в ходе исследования проанализировано понятие «вред здоровью» и сформулировано определение степени тяжести вреда здоровью человека; раскрыты проблемы определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека и проблемы квалификации этих видов преступлений.

Проведенное исследование показало, что в рассматриваемой группе преступлений большую долю занимает умышленное причинение тяжкого вреда здоровью. Поэтому в работе проанализированы проблемы квалификации различных видов причинения тяжкого вреда здоровью, сформулированы выводы по совершенствованию уголовно-правовых норм. Вместе с тем, на сегодняшний день в следственно-судебной практике нередко встречаются проблемы квалификации иных видов умышленного причинения вреда здоровью. В связи с этим на основе результатов исследования автором сформулированы предложения по разрешению этих проблем.

Структурно работа состоит и введения трех глав, заключения и списка использованной литературы.

ГЛАВА 1. ИСТОРИКО-ПРАВОВЫЕ АСПЕКТЫ РАЗВИТИЯ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА ОБ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА ПРИЧИНЕНИЕ ВРЕДА ЗДОРОВЬЮ ЧЕЛОВЕКА

1.1 История развития зарубежного и отечественного законодательства об уголовной ответственности за причинение вреда здоровью человека

Еще в древнем мире преступления против жизни и здоровья считались одними из наиболее тяжких преступлений. Наиболее известным и значительным этапом в развитии права следует рассматривать появление кодекса Хаммурапи. (1792−1750 г. г. до н.э.). Статьи 196−214 содержат положение о защите личности и ее здоровья, в том числе и ответственность врача за неудачное лечение. Применялось членовредительское наказание и наказание по принципу талиона.

В Древней Индии важную роль играло кастовое построение общества. Сословная, кастовая сущность древнеиндийского права прослеживается при рассмотрении ответственности за преступления против личности. В том случае, если преступник и потерпевший принадлежат к одной варне, то предусматривалось за нанесение ранений — денежное взыскание, за увечье или перелом кости — изгнание.

Видный вклад в дело развития права внесли Древняя Греция и Рим. Там уже были классифицированы преступления против личности, помимо убийств, сюда относились: причинения увечья, нанесение побоев, клевета, оскорбление.

Впервые право человека на жизнь и здоровье нашло свое закрепление в Декларации независимости США 1776 года. В последствии на протяжении почти двух столетий это право не включалось в конституционные акты ни одного государства. Только международное признание его во Всеобщей Декларации прав человека 1948 года послужило толчком для включения этого права в Конституции ряда стран (ФРГ — 1949 г., Испании — 1978 г. и др.). В российской Конституции 1993 года закреплены права человека на жизнь и здоровье (ст. 20), и право гражданина на охрану здоровья и медицинскую помощь (ст. 41).

Проблеме уголовно-правовой охраны права человека на здоровье в отечественной науке всегда уделялось значительное внимание. В ходе исследования нами изучены отдельные проблемы и конкретные моменты исторического развития отечественного законодательства об уголовной ответственности за причинение вреда здоровью. Недостаточная разработка данного вопроса и отсутствие углубленного научного подхода к историческому анализу развития уголовно-правовой теории о понимании вреда здоровью и его критериев обусловили необходимость дальнейшего углубленного исследования. Данным обстоятельством обусловлен выбор темы настоящего дипломного исследования.

В истории русского права впервые встречается упоминание о телесных повреждениях в договорах русских с греками.

Договор Олега 911 г. содержит статью о случаях, когда «Русин Хрестьяну или Хрестьян Русину, мучения образом искус творити и насилье Яве, или вьзьметь что-либо дружине, да вьспятить троичь» (ст. 7). Тот же Договор предусматривает удар мечом или другим предметом (сосудом), угрожая за это наказанием в пять литров штрафа, ссылаясь при этом на «закон русский» (ст. 5). Так что получение денежного вознаграждения за телесные повреждения, очевидно, соответствовало русскому праву того времени.

Соответствующее положение мы находим и в Договоре князя Игоря с греками в 945 г., где ст. 14 почти полностью соответствует рассмотренной выше статье Договора Олега. По греческим законам за телесные повреждения в это время полагалось не денежное взыскание, а талион и возмещение денег, уплаченных врачу за лечение.

Одним из крупных правовых актов Древней Руси, содержавшим нормы уголовного права, является «Русская Правда». Известно, что она дошла до нашего времени в разных списках.

Академический список Русской Правды предусматривает ответственность за нанесение побоев, телесных повреждений, синяков и кровоподтеков:

«… 2. Если на ком будут кровавые раны или синяки от побоев, то такому человеку видока не искать; когда следов от побоев нет, то следует выставить видока; а если не сможет (выставить), то на том и делу конец. Если не может потерпевший отомстить, то взять ему за обиду 3 гривны и деньги для (платы услуг) лекаря…

5. Если же повредят руку, и отпадет рука или усохнет, то 40 гривен…

7. А за повреждение любого пальца 3 гривны за обиду… «

Высокий размер штрафа находит свое объяснение в том, что преступление рассматривается не только как удар, но и как оскорбление. Это находит свое подтверждение и в том, что за удар невынутым мечом или рукояткой меча также взыскивают 12 гривен «за обиду».

Все изложенное выше относилось к случаям, когда объектом и субъектом преступления являлся свободный человек. Иначе обстояло дело в тех случаях, когда потерпевшим или виновником являлся холоп, раб, закуп или другой несвободный или полусвободный человек. Так, в случае, когда холоп ударил свободного человека, его можно было на месте убить, если же он скрылся в доме своего хозяина, то последний должен был уплатить 12 гривен за невыдачу, что не спасало, однако, холопа в дальнейшем при встрече с оскорбленным от смерти. Сыновья Ярослава, как это видно из Троицкого списка Русской Правды, отменили это положение и разрешили на выбор «либо, раздев, высечь виновного холопа, либо взять за бесчестье гривну кун».

В отношении полузависимых закупов закон устанавливал, что за обиду без вины хозяин должен был заплатить как за оскорбление свободного человека. «Аже господин бьеть закупа про дело, то без вины есть; биеть ли не смысля пьян, а без вины, то яко же в свободнеть платежь, тако же и в закупе».

Когда преступление против холопа совершал свободный, но не его хозяин, то юридическое основание устанавливаемого наказания было то же, что и при убийстве, т. е. преступление против холопа и раба всегда рассматривалось как нанесение вреда его хозяину.

Семейные отношения оказывали значительное влияние на установление наказаний за побои и телесные повреждения. Так, Устав Ярослава Владимировича о церковных судах устанавливал, что «аже сын бъет отца или матерь, да казнять его волостельскою казнию, а епископу в вине».

В период Судебников (1497, 1550 гг.) за убийство уже назначается смертная казнь, за телесные повреждения сохраняются еще композиции. В ст. 26 Судебника 1550 г. указывается, что наказание должно назначаться в соответствии с размерами вреда и с тем, кому причинен этот вред: «А за увечье указывай крестьянину, посмотря по увечью и по бесчестью; и всем указывати за увечье, посмотря по человеку и по увечью».

Значительным событием в правовой жизни Московского централизованного государства стало утверждение Земским собором Уложения 1649 г. Кодифицированные в Соборном уложении законы были составлены для регулирования динамично развивающихся общественных отношений. Уголовное право приобретает резко выраженный государственно-публичный характер. Частноправовые элементы резко сужаются. Царская власть усиливается.

Следует отметить, что Уложение 1649 г. различало увечья, раны, побои и удары. В случаях нанесения побоев, ударов, ран в качестве ответственности применялись имущественные санкции и штрафы.

Как государственное преступление рассматривалось причинение вреда здоровью на государственном дворе.

«…А будет кто в государеве дворе, и не при государе, на кого оружье вымет, а не ранит, и того посадити на три месяца в тюрьму. А будет ранит, и на нем раненому доправити бесчестье и увечье против окладу вдвое, да его же дати на поруки в том, что ему без указу ис того города, где он кого ранит, не съежжати до тех мест, покаместа раненой обможется или умрет. А будет раненой обможется, и тому, кто его ранит, отсечь рука. А будет тот раненой от раны умрет, и того, кто его ранит, казнити смертию».

Уложение Алексея Михайловича в ст. 10 гл. XXII назначает за телесные повреждения при наличии мучительства талион, а без мучительства композиции: «А будет кто не боялся бога и не опасался Государская опалы и казни учинит над кем-нибудь мучительское наругательство, отсечет руку, или ногу, или нос, или ухо, или губы обрежет, или глаз выколет, а сыщется про то допряма: и за такое его наругательство самому ему тоже учинити, да на нем же взятии из вотчины его и из животов тому. Над кем он такое наругательство учинит, будет отсечет руку и за руку пятьдесят рублев, а будет отсечет ногу, и за ногу пятьдесят же рублей, и за нос, и за ухо, и за губы, и за глаз по тому же, за всякую рану по пятидесят рублев».

Квалифицирующим обстоятельством при нанесении телесных повреждений в Уложении царя Алексея Михайловича являются коварство (ст. 11, гл. XXII), нахальство и дерзость (ст. 17, гл. XXII), нанесение повреждений отцу или матери (ст. 4, гл. XXII), судье (ст. 106, гл. X), приставу или сыну боярскому с государственной грамотой (ст. 142, гл. X).

Таким образом, в России важным этапом развития преступлений против жизни и здоровья было принятие Соборного Уложения 1649 года, имевшего специальную главу о преступлениях, наказуемых смертной казнью, в том числе за убийство и тяжкий вред здоровью. Также в этом документе были отражены и преступления против здоровья. Большой перечень рассматриваемого вида преступлений закрепляло «Уложение о наказаниях уголовных и исправительных», в котором была предусмотрена специальная глава «О нанесении ударов, ран и других повреждений здоровью».

Определенные дополнения в вопросы наказуемости преступлений против жизни внесло законодательство Петра I, в особенности его «Артикулы воинские». Действуя с первой четверти XVIII века параллельно с Уложением 1649 года, они содержали специальную главу, посвященную преступлениям против жизни и здоровья.

В петровские времена развитие уголовного законодательства предопределялось дальнейшим обострением противоречий между различными общественными группами, классами и проводимыми государственными преобразованиями. Решать вопросы уголовной политики с помощью Уложения Алексея Михайловича становилось делом безнадежным, а поэтому Петр I сам активно участвует в создании новых уголовных законов.

Воинский Артикул Петра I назначает за телесные повреждения (увечья) членовредительские и телесные наказания, а за побои — тюремное заключение, денежные взыскания и испрашиваемое прощение (арт. 141−147).

Проекты Уголовного уложения 1754 и 1766 гг. предусматривали «бой и увечье», назначая за это преступление для лиц, «состоящих в классе», «испрашивание прощения, арест и тюрьму», а для лиц, «кои рангов не имеют», — «публичное наказание плетьми и кошками и батогами, смотря по персонам обиженных», а «за бой и увечье бить кнутом и ссылать в каторжные работы» (гл. 41). Дается чрезвычайно тщательная и подробная «такса» назначаемых наказаний в зависимости от звания потерпевшего и виновного от генерал-фельдмаршала до келаря Воздвиженского монастыря, что на Арбате, архиерейских певчих и монастырских слуг; всего этому вопросу посвящается семьдесят девять статей.

С создания Свода законов Российской империи, том XV которого был посвящен уголовному праву, начался кодифицированный этап развития российского законодательства. Издание Свода стало подготовительной ступенью для составления Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. Оно явилось последним звеном длинного ряда законодательных работ, в основе которых лежало Соборное уложение 1649 г.

Свод законов различал раны и увечья. Под ранами понимались «язвы снаружи тела нанесенные», а также «когда кто прибьет кого до крови, причинит багровые пятна, или выдерет волосы» (ст. ст. 358, 359), увечье — это «лишение какого-нибудь члена или приведение онаго в бездействие» (ст. 358). Real injuria в Своде законов отделены уже от телесных повреждений, причем к ним отнесены и побои (ст. 371). За телесные повреждения кроме наказания назначается также и вознаграждение потерпевшему (взыскание бесчестья).

В Уложении 1845−1885 гг. различали увечья, раны, побои, истязания, мучения, причинение расстройства здоровью и расстройство умственных способностей (ст. ст. 1477−1496). Система была крайне сложной и запутанной.

В.Ф. Снегирев писал об этой системе, что «в основу деления приняты законом случайные и совершенно произвольные данные».

Данная система просуществовала в уголовном праве до принятия Уложения 1903 г. Составители объяснительной записки к Уголовному уложению 1903 г. исходили из того, что в основу для разграничения различных видов телесных повреждений следует принять границы только по признаку анатомо-патологическому. Они полагали, что основным является наступление определенных последствий. Критерии определения тяжести телесных повреждений были следующими:

1) определяющие степень повреждения по соотношению их с социальной деятельностью пострадавшего и добыванием им средств существования;

2) определяющее значение повреждений по соотношению их со здоровьем пострадавшего.

В России до Уложения 1903 г. телесным повреждением считалось такое действие, которое вносило расстройство в организм, т. е. имели место увечья, раны, мучения, истязания, причинение физической боли; если не было ни раны, ни увечья, то действие рассматривалось как насилие (ст. ст. 135 и 142 Устава о наказаниях, назначаемых мировыми судьями).

По мнению М. Д. Шаргородского, составители Уложения 1903 г. полагали, что само по себе прикосновение к человеку не должно влечь уголовной ответственности и для наказуемости нужны дополнительные условия. При этом они должны были исходить из того, что в тех случаях, когда имеется причинение боли, физических страданий или неприятных ощущений, преступление будет направлено против телесного благополучия человека, а когда применяется действие или имеет место бездействие, не соответствующее желаниям того, к кому они применяются, преступление направлено против свободы, и наконец, тогда, когда имеет место умаление чести, преступление направлено против чести.

Н.С. Таганцев полагал, что под понятие посягательства на телесную неприкосновенность подойдет «всякое воздействие на тело другого лица».

Результатом взглядов авторов Уложения 1903 г. явилось то, что гл. 23 Уложения предусматривала не только телесные повреждения, но и насилие над личностью. Исходя из этого в группу реальных личных оскорблений, по предположениям комиссии, отошли только такие случаи посягательств на телесную неприкосновенность, которые не заключают в себе физической боли или страдания. Пощечина, удар палкой, по мнению комиссии, — телесные повреждения, так как при оскорблении не должно быть боли.

В первом советском Уголовном кодексе — Уголовном кодексе РСФСР 1922 г. — ответственности за причинение телесного повреждения был посвящена гл. 5, которая содержала нормы об уголовной ответственности за преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности. Разработчики У К РСФСР 1922 г. дифференцировали телесные повреждения на тяжкие, менее тяжкие и легкие.

К тяжким телесным повреждениям УК РСФСР 1922 г. относил такие, которые повлекли опасное для жизни расстройство здоровья, душевную болезнь, потерю зрения, слуха или какого-либо органа либо неизгладимое обезображивание лица. Менее тяжким признавалось телесное повреждение, не опасное для жизни, но причинившее расстройство здоровья или длительное нарушение функций какого-либо органа. Кодекс не давал определения легкого телесного повреждения. Мы можем сделать вывод, что к легкому телесному повреждению относились повреждения, не опасные для жизни, не причинившие длительного расстройства здоровья. Умышленное нанесение удара, побоев и иных насильственных действий, а также истязания и мучения были выделены в отдельные статьи.

Уголовный кодекс 1926 г. существенно изменил место и систему телесных повреждений в уголовном законодательстве. Был исключен из числа тяжких телесных повреждений такой вид, как «повреждения, повлекшие опасное для жизни расстройство здоровья». Вместо него предусмотрено «иное расстройство здоровья, соединенное со значительной утратой трудоспособности», т. е. введен экономический критерий. Одновременно законодатель отказался от трехчленного деления телесных повреждений, заменив его на двучленное: тяжкие и легкие телесные повреждения. При этом в данном законе впервые появилось деление легких телесных повреждений на два вида: причинившие и не причинившие расстройство здоровья.

Тяжким телесным повреждением в соответствии со ст. 142 УК РСФСР 1926 г. и п. 8 Правил для составления заключений о тяжести повреждений 1928 г. признавалось повреждение, опасное для жизни или повлекшее за собой потерю зрения, слуха или какого-либо иного органа или утрату органом его функций, неизгладимое обезображивание лица, душевную болезнь или иное расстройство здоровья, соединенное с потерей трудоспособности более чем на 1/3.

Статья 143 УК РСФСР 1926 г. состояла из двух частей. В первой части говорилось о легких телесных повреждениях, не опасных для жизни, но причинивших расстройство здоровья, а во второй — о легких телесных повреждениях, не причинивших расстройства здоровья. Общим признаком всех легких телесных повреждений являлось отсутствие опасности для жизни потерпевшего.

Следует отметить, что санкции за умышленные легкие телесные повреждения не соответствовали степени тяжести деяний.

Практика применения норм уголовного законодательства 1926 г. об ответственности за преступления против здоровья показала недостаточную обоснованность перехода к двухчленному делению телесных повреждений, при котором проводилась резкая грань между тяжкими и легкими телесными повреждениями. К легким телесным повреждениям относились далеко не однородные по степени общественной опасности преступления. Необходимость устранения данных недостатков привела к тому, что уголовное законодательство РСФСР 1960 г. представляло собой более совершенную систему преступлений против здоровья.

Уголовный кодекс РСФСР 1960 г. предусматривал три основные категории тяжести телесных повреждений: тяжкие телесные повреждения (ст. 108), менее тяжкие телесные повреждения (ст. 109) и легкие телесные повреждения (ст. 112). При этом легкие телесные повреждения также подразделяются на два вида:

а) повлекшие за собой кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату трудоспособности;

б) не повлекшие указанных последствий.

В отличие от Уголовного кодекса РСФСР 1926 г. УК РСФСР 1960 г. содержит, по существу, четырехстепенную классификацию телесных повреждений (тяжкие, менее тяжкие и два вида легких). Разработанные на основе УК РСФСР 1960 г. Правила определения степени тяжести телесных повреждений от 4 апреля 1961 г. отличаются от предыдущих (1928 г.) прежде всего тем, что рассматриваемые в них критерии находятся в более точном соответствии с текстом закона. Уголовный кодекс РСФСР 1960 г. и Правила определения степени тяжести телесных повреждений от 4 апреля 1961 г. характеризуют ту или иную тяжесть телесного повреждения исходя из двух основных критериев:

1) опасности повреждения для жизни;

2) последствий повреждений, отражающих различную степень причиненного здоровью вреда.

Эти критерии положены в основу оценки тяжести любого вида повреждения.

Сравнительный анализ ст. 142 УК РСФСР 1926 г. и ст. 108 УК РСФСР 1960 г., предусматривающих ответственность за умышленное причинение тяжкого телесного повреждения, а также соответствующих разделов Правил 1928 и 1961 гг. позволяет сделать вывод о том, что законодатель не внес каких-либо существенных изменений или дополнений в определение тяжкого телесного повреждения. Единственным дополнением к признакам данного вида преступления было указание на прерывание беременности.

Удары, побои и иные насильственные действия по Уголовному кодексу 1960 г. в отличие от Кодексов 1922 и 1926 гг. не были выделены в отдельный состав и охватывались признаками ст. 112 УК РСФСР 1960 г., которая в своем названии и в диспозиции части первой включала и побои.

Уголовный кодекс 1960 г. выделил новый специальный состав преступления — истязание (ст. 113), т. е. систематическое нанесение побоев или иные действия, носящие характер истязаний, если они не повлекли за собой последствий (ст. ст. 108 и 109 УК РСФСР 1960 г.). Сравнительный анализ показал, что в Кодексе 1926 г. истязание рассматривалось как квалифицированный вид нанесения ударов, побоев и иных насильственных действий, причиняющих физическую боль (ч. 2 ст. 146 УК РСФСР 1926 г.).

С 1 апреля 1979 г. определение степени тяжести телесных повреждений производилось согласно Правилам судебно-медицинского определения тяжести телесных повреждений, утвержденным Приказом Министра здравоохранения СССР от 11 декабря 1978 г. N 1208.

Уголовный кодекс 1960 г. действовал с 1 января 1961 г. до 1 января 1997 г. Уголовный кодекс Российской Федерации был принят 24 мая 1996 г., вступил в законную силу 1 января 1997 г. С 10 декабря 1996 г. по 14 сентября 2001 г. действовали Правила судебно-медицинской экспертизы тяжести вреда здоровью, приложение 2 к Приказу Минздрава Российской Федерации от 10 декабря 1996 г. N 407.

В Уголовном кодексе РСФСР 1960 годаь в числе преступлений, связанных с причинением вреда здоровью человека, были предусмотрены следующие составы преступлений:

— ст. 108 — умышленное тяжкое телесное повреждение;

— ст. 109 — умышленное менее тяжкое телесное повреждение;

ст. 110 — умышленное тяжкое или менее тяжкое телесное повреждение, причиненное в состоянии сильного душевного волнения;

ст. 111 — тяжкое или менее тяжкое телесное повреждение, причиненное при превышении пределов необходимой обороны;

ст. 112 — умышленное легкое телесное повреждение или побои;

ст. 113 — истязание;

ст. 114 — неосторожное тяжкое или менее тяжкое телесное повреждение.

Следует отметить, что многие из ранее существовавших положений, касающихся вопросов уголовной ответственности за причинение вреда здоровью, так или иначе были восприняты УК РФ 1996 года. Как и в УК РСФСР 1960 года, все эти преступления включены в одну главу-16 «Преступления против жизни и здоровья». УК РФ 1996 года расширил понятие насилия над личностью, включив в него не только истязание, но и отдельно побои. Однако, при этом поддержал идею о специфике вины как первичном признаке преступлений против здоровья.

Уголовный кодекс РФ заменил также термин «телесные повреждения» на более емкий термин «вред здоровью». Согласно действующему УК РФ, вред здоровью подразделяется на тяжкий, средней тяжести и легкий. Данную классификацию отражали и Правила судебно-медицинской экспертизы тяжести вреда здоровью 1996 г., которые по сравнению с Правилами 1978 г. являлись более адаптированными к современному уголовному законодательству и отражали тенденции развития современной судебной медицины.

Следует отметить, что при разработке Правил судебно-медицинской экспертизы тяжести вреда здоровью 1996 г. не были учтены рекомендации ведущих судебно-медицинских экспертов по корректировке проблемных аспектов. И. Г. Вермель и П. П. Грицаенко рекомендовали внести ясность в трактовку и в принципы оценки новых понятий, введенных в Уголовный кодекс РФ: «полная утрата профессиональной трудоспособности», «заболевание наркоманией», «заболевание токсикоманией», расширить перечень повреждений, наносящих опасный для жизни вред здоровью, который являлся недостаточно полным. Тем не менее, по сравнению с Правилами судебно-медицинского определения тяжести телесных повреждений 1978 г. новые Правила судебно-медицинской экспертизы тяжести вреда здоровью 1996 г. содержали более четкие и конкретные формулировки определения тяжести вреда здоровью.

Вместе с тем, отказавшись от деления посягательств на вред, вызывающий и не вызывающий кратковременного расстройства здоровья, законодатель вместе с тем счел необходимым дифференцировать наказуемость насильственных действий над личностью, связав один из них с побоями, в результате которых лицу наносится физическая боль, а другие с истязанием, т. е. с причинением физических или психических страданий. В итоге деяния, ранее оцениваемые в качестве легких телесных повреждений, не повлекших за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты трудоспособности, перешли в разряд преступлений, квалифицирующихся как побои.

Что касается оснований для смягчения ответственности за посягательство на здоровье, то их система за последние сто лет также изменилась. «Уложение о наказаниях уголовных и исправительных» предусматривало более мягкие санкции только в случаях, когда деяние совершено при необходимой личной обороне. «Уголовное уложение» 1903 года дополнительно указало еще одно обстоятельство: под влиянием сильного душевного волнения или если деяние было вызвано противозаконным насилием над личностью или тяжким оскорблением со стороны потерпевшего. Уголовные кодексы 1922, 1926, 1960 годов ограничились упоминанием лишь двух этих обстоятельств и только УК РФ 1996 года приравнял к ним причинение тяжкого или менее тяжкого вреда здоровью при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление.

Среди средств защиты права человека на здоровье наиболее ''вескими'' являются уголовно-правовые средства. Поэтому в Уголовный кодекс Российской Федерации 1996 года введено законодательное определение признаков тяжкого вреда здоровью, а его квалифицированный состав (ч.2 ст. 111 УК РФ) дополнен новыми признаками, усилена ответственность за причинение тяжкого вреда здоровью.

Следует при этом отметить, что Уголовный кодекс РФ отказался от ранее используемого по УК РСФСР 1960 г. термина «тяжкие телесные повреждения». Ныне в законодательстве используются термины «тяжкий вред здоровью», «средней тяжести вред здоровью» и «небольшой тяжести вред здоровью».

Несмотря на распространенность преступлений, связанных с причинением вреда здоровью человека, их многоаспектность вызывает немало затруднений в квалификации содеянного, что нередко влечет ошибки. Например, в 2008 году по рассмотренным Верховным Судом России в кассационном порядке уголовным делам о причинении вреда здоровью отменены 6,4% и изменены 7,5% приговоров.

Как известно, для осуществления правосудия важна правильная квалификация преступлений, когда оно получает оценку в соответствии с точным смыслом уголовно-правовой нормы и установленными фактическими обстоятельствами его совершения. Правильная квалификация преступления является также важной гарантией осуществления правосудия в точном соответствии с законом. Она необходима для привлечения лица, совершившего преступление, к уголовной ответственности. Только при такой квалификации вынесенный судом приговор может быть признан законным и обоснованным, выражающим оценку от имени государства совершенного преступления и личности осужденного.

1.2 История развития российского уголовного законодательства об ответственности за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью в связи с осуществлением лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга

Проблеме уголовно-правовой охраны права человека на здоровье в отечественной науке всегда уделялось значительное внимание. В истории славянского права наказуемость за посягательство на здоровье существовала уже в глубокой древности. Впервые об уголовной ответственности за посягательства на лиц в связи с исполнением ими служебной деятельности упоминается в Русской Правде — одном из крупнейших актов Древней Руси, содержавшей нормы уголовного права, однако это касалось только убийства.

Знаменательным актом периода сословно-представительной монархии в России стало Соборное уложение 1649 года (далее — Уложение), в котором дифференцирована ответственность за насильственные преступления и выделены группы двухобъектных преступлений. Так, причинение вреда здоровью, совершенное на государственном дворе, рассматривалось как государственное преступление. В ст. 1 главы II Уложения устанавливалась ответственность за обнаружение умысла, направленного против жизни и здоровья государя. В качестве квалифицирующего обстоятельства при нанесении телесных повреждений в Уложении также учитывалось нанесение повреждений приставу или сыну боярскому с государственной грамотой (гл. Х, ст. 142).

Дальнейшее развитие содержания уголовной ответственности в данной сфере получило в законодательстве периода правления Петра I. Артикул воинский 1715 года и Морской устав 1720 года отличались гораздо большей жесткостью санкций по сравнению с Уложением. Строгая ответственность вводилась за сопротивление различным судейским служителям, осуществляющим воинское судопроизводство, при исполнении ими служебных обязанностей (артикул 204) и за сопротивление осужденного конвою (артикул 205).

Последующие правовые акты в сфере уголовного законодательства характеризовало увеличение числа норм, устанавливающих ответственность за преступления против лиц в связи с исполнением ими служебной деятельности. Так, в проектах Уголовного уложения 1754−1766 гг. дифференциация назначаемых наказаний в зависимости от звания потерпевшего и виновного была чрезвычайно подробной; всего этому вопросу посвящалось 79 статей.

Принятое в 1845 году Уложение о наказаниях уголовных и исправительных (далее — Уложение о наказаниях) закрепляло довольно большой перечень преступлений против здоровья. В разделе Х «О преступлениях против жизни, здравия, свободы и чести частных лиц» существовала специальная глава «О нанесениях ударов, ран и других повреждений здоровью». Помимо традиционных видов причинения вреда здоровью Уложение о наказаниях предусматривало многочисленные составы, устанавливавшие повышенную ответственность за преступления, связанные с посягательствами на тех или иных лиц в связи с их должностью или деятельностью. Это нормы о всяком злоумышлении и преступном действии против жизни, здоровья или чести государя императора (статьи 270−273), о сопротивлении исполнителю судебных определений или иных постановлений и распоряжений властей, а равно и законным действиям чиновника при исполнении им должностных обязанностей (статьи 282−286).

С принятием Уголовного уложения 22 марта 1903 г. значительно усилилась тенденция выделения специальных норм об уголовно-правовой охране служебной деятельности потерпевших.

В отличие от последнего дореволюционного законодательства первый УК РСФСР 1922 года содержал не так много норм, охранявших лиц в связи с их служебной деятельностью. В данный кодекс входили нормы, устанавливающие ответственность за государственные и воинские преступления. В дальнейшем в период действия УК РСФСР 1922 года количество таких статей увеличилось за счет уголовно-правовых норм об ответственности за воинские преступления. При этом УК РСФСР 1922 года содержал единственную норму, охранявшую лиц в связи с их общественной деятельностью, — в ст. 134 предусмотрена ответственность за воспрепятствование законной деятельности фабзавкомов (месткомов) профсоюзов и их уполномоченных. Данная норма содержалась в главе IV «Преступления хозяйственные». Никакая иная общественная деятельность, нуждающаяся в защите государством, предусмотрена не была.

В Уголовном кодексе РСФСР 1926 года нормы об ответственности за посягательство на лиц в связи с их служебной деятельностью претерпели незначительные изменения. Была введена ответственность за незаконное освобождение из-под стражи или из мест заключения либо за содействие побегу, совершенное посредством насилия над стражей (части 2 и 3 ст. 81).

Дальнейшее увеличение количества уголовно-правовых норм произошло в связи с принятием в 1958 году общесоюзных законов — законов СССР «Об уголовной ответственности за государственные преступления» и «Об уголовной ответственности за воинские преступления».

С принятием нового уголовного законодательства РСФСР в 1960 году был сделан прорыв в развитии уголовно-правовых норм об охране тех или иных лиц, осуществляющих служебную деятельность. Сохранив с небольшим изменением нормы об уголовной ответственности за государственные и воинские преступления (УК РСФСР 1958 года), УК РСФСР 1960 года впервые предусматривал ответственность:

— за умышленное убийство лица в связи с выполнением им своего служебного либо общественного долга или его близких родственников, а также иных лиц, убийство которых совершено с целью воспрепятствовать законной деятельности указанного должностного лица (п. «в» ч. 2 ст. 102);

— за понуждение потерпевшего или свидетеля к даче ложных показаний или эксперта к даче ложного заключения либо подкуп этих лиц (ст. 183);

— за побег из места заключения или из-под стражи, совершенный лицом, отбывающим наказание или находящимся в предварительном заключении, соединенный с насилием над стражей (ч. 2 ст. 188);

— за сопротивление представителю власти или представителю общественности (ст. 188);

— за оскорбление выполняющего обязанности по охране общественного порядка (ст. 192);

— за угрозу или насилие в отношении должностного лица или гражданина, выполняющего общественный долг (ст. 193).

В Уголовном кодексе РСФСР 1960 года вносились различные изменения, в результате увеличилось число норм, направленных на усиленную охрану лиц, исполняющих свои служебные обязанности. Так, Указом Президиума Верховного Совета СССР от 18. 05. 1961 Закон СССР «Об уголовной ответственности за государственные преступления» был дополнен ст. 14.1 («Действия, дезорганизующие работу исправительно-трудовых учреждений»).

Уголовный кодекс РСФСР 1960 года был дополнен и рядом других норм, устанавливающих уголовную ответственность за сопротивление работнику милиции или народному дружиннику при исполнении этими лицами возложенных на них обязанностей по охране общественного порядка (ст. 191. 2); за воспрепятствование служебной деятельности прокурора, следователя (ст. 191. 3) и за оказание сопротивления военнослужащему (ст. 191. 4).

В постсоветской России, в условиях становления правового государства и гражданского общества, требовалось усиление уголовной ответственности за причинение вреда здоровью человека. Так, Федеральным законом от 24. 04. 1995 № 61-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс РСФСР и Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР» (далее — Закон № 61-ФЗ) в положения ч. 2 ст. 108 УК РСФСР 1960 года был включен новый квалифицирующий признак — умышленное причинение тяжких телесных повреждений в отношении лица в связи с выполнением им своего служебного либо общественного долга или в отношении его близких родственников, а также иных лиц, на жизнь и здоровье которых совершается посягательство с целью воспрепятствовать законной деятельности указанного лица.

В то же время в УК РСФСР 1960 года впервые встречается упоминание об ответственности за преступления не только против лиц, исполняющих свою служебную или общественную деятельность, но и против их близких. В дальнейшем, в связи с принятием Закона № 61-ФЗ, рассматриваемое понятие использовалось и в ряде других уголовно-правовых норм. Так, подверглись изменению ст. 102 (умышленное убийство), ст. 108 (умышленное тяжкое телесное повреждение), ст. 109 (умышленное менее тяжкое телесное повреждение), ст. 176.2 (угроза или насильственные действия в отношении судьи, должностного лица правоохранительного или контролирующего органа и их близких родственников) и т. д.

Следующим этапом развития законодательства стало введение в действие Уголовного кодекса РФ от 13. 06. 1996, который изменил формулировку квалифицирующего признака п. «а» ч. 2 ст. 111. В отличие от ранее действовавшего УК РСФСР, данный квалифицирующий признак не указывает на цель воспрепятствовать законной деятельности лица.

Очень важным представляется то, что после принятия УК РФ понятие «близкие родственники» было заменено более широким по своему содержанию понятием «близкие лица». Такое усовершенствование соответствует потребностям правоохранительной деятельности, поскольку посягательства осуществлялись не только на жизнь и здоровье близких родственников, но и на иных лиц, которые дороги тому, на чью деятельность оказывалось влияние. Наличие такого элемента квалифицирующего признака в нормах УК РФ является необходимой гарантией защиты лиц, близких лицам, осуществляющим служебную деятельность или выполняющим общественный долг.

В процессе развития теории уголовного права и правоприменительной практики законодатель отслеживал проблемы применения анализируемых норм и принимал решения в соответствии с реалиями определенного исторического периода. Появление норм было обусловлено возрастанием числа сфер государственной деятельности, в связи с чем возникла необходимость в установлении уголовно-правового запрета на умышленное причинение тяжкого вреда здоровью лиц, осуществляющих служебную деятельность или выполняющих общественный долг.

ГЛАВА 2. СТЕПЕНЬ ТЯЖЕСТИ ВРЕДА ЗДОРОВЬЮ КАК КВАЛИФИЦИРУЮЩИЙ ПРИЗНАК ПРЕСТУПЛЕНИЙ В ВИДЕ УМЫШЛЕННОГО ПРИЧИНЕНИЯ ВРЕДА ЗДОРОВЬЮ

2.1 Уголовно-правовой анализ понятия «вред здоровью»

В уголовном законодательстве Российской Федерации предусмотрена ответственность за причинение вреда здоровью человека. Соответствующий термин законодатель ввел в 1996 г., и за десять лет его существования вокруг него не утихают споры. На наш взгляд, понятие «вред здоровью» — одна из противоречивых дефиниций в уголовном праве. Прежде всего это связано с тем, что оно относится к числу междисциплинарных понятий. Им оперируют судебная медицина, а также ряд смежных медицинских наук.

Вред здоровью имеет количественную и качественную характеристики. Количественная характеристика предусмотрена УК РФ и представляет собой тяжкий вред здоровью, средней тяжести и легкий вред здоровью. Рассматривая качественную характеристику, т. е. характер причиненного вреда здоровью на основании действующего законодательства, мы можем выделить следующие формы причинения такого вреда: телесное повреждение, заболевание, патологическое состояние, физическая боль, физические страдания, психические страдания.

Телесное повреждение — это вред здоровью другого человека, наступивший в результате нарушения анатомической целостности тела или нарушения нормального функционирования организма либо его органов. Исторически сложилось так, что термином «телесные повреждения» обозначаются все виды насильственно причиненного вреда здоровью человека. Это положение было подвергнуто критике со стороны отдельных представителей судебно-медицинской и юридической науки. Тем не менее ряд авторов до сих пор полагают, что понятия «телесное повреждение» и «вред, причиненный здоровью» являются идентичными.

М.И. Авдеев высказывал весьма интересную точку зрения о том, что «термин „телесные повреждения“ относится к уголовно-правовым понятиям, так как в медицине такого понятия нет, а есть термины „повреждение“, „травма“, что не принципиально». На наш взгляд, термин «телесное повреждение» является синонимом термина «травма». Травма — воздействие на организм внешних факторов, вызывающих анатомические или физиологические нарушения, общую и местную реакции. Современная судебная медицина все травмы классифицирует на следующие основные группы с учетом возрастающей интенсивности:

1) ссадины, т. е. нарушения целостности эпидермиса (верхнего слоя кожи);

2) кровоподтеки, т. е. различные по происхождению и интенсивности скопления крови в толще мягких тканей тела или в промежутках между ними;

3) раны, т. е. механические повреждения мягких тканей с нарушением целостности кожных покровов;

4) смещения, т. е. перемещения органов со своего обычного места (например, вывихи);

5) переломы, т. е. повреждение кости или хряща;

6) разрывы, т. е. повреждения мягких тканей, происходящие от внешнего насилия;

7) размозжение, т. е. полное уничтожение целостности органов.

По виду агента, вызвавшего повреждение, травмы делятся на механические, термические, химические, электрические, лучевые и т. д.

Проведенное нами исследование показало, что травма является наиболее распространенной формой причинения вреда здоровью (83%). Изучение локализации травм позволило выявить, что из всей совокупности наиболее частыми являются:

1) черепно-мозговые травмы;

2) проникающие ранения в грудную и брюшную полость;

3) закрытые повреждения полостных органов;

4) травмы позвоночника;

5) повреждения крупных кровеносных сосудов.

Травма жизненно важных органов встречается в 34%, прочих органов — в 66% случаев криминального травматизма. В связи с вышеизложенным мы полагаем, что взамен юридического термина «телесные повреждения» следует употреблять термин «травма», широко использующийся в практической медицине. Термин «телесные повреждения» является устаревшей юридической дефиницией, употреблявшейся в УК РСФСР 1960 г. и не отражающей механизма возникающих нарушений. Мы допускаем употребление термина «повреждение» в юридической литературе и в судебной практике в тех случаях, когда употребление термина «травма» стилистически нецелесообразно.

Заболевание — болезнь у отдельного человека, случай болезни; возникновение болезни. Соотношение понятий «болезнь» и «заболевание» не является строго определенным, так как объем их содержания произвольно изменяется в разных контекстах. Применительно к познанию природы и сущности процессов и состояний, отличных от здоровья, обычно употребляется более широкое понятие «болезнь», приобретающее значение философской категории, которая определяет болезнь как биологически-социальное явление на основе синтеза знаний философии и естественных наук. В то же время понятия «болезнь» и «заболевание» в узком смысле употребляются как синонимы. Общие закономерности возникновения и развития какой-либо болезни конкретизированы в отдельных заболеваниях. Если с изучением болезней связана разработка самых общих принципов их классификации, диагностики, профилактики и лечения, то изучение заболеваний устанавливает роль конкретных условий, определяющих различия в частоте, проявлениях и исходах разных болезней либо одной болезни у лица.

Заболевания «наркомания», «токсикомания» указаны в уголовном законе. Мы полагаем, что перечень заболеваний, с которыми сталкивается судебно-медицинский эксперт при определении тяжести вреда здоровью, более широк и вряд ли подлежит исчерпывающему толкованию.

Патологическое состояние — стойкое отклонение от нормы, имеющее биологически отрицательное значение для организма. В медицинской литературе термин «патологическое состояние» используется и в более широком смысле — для обозначения имеющихся временных, преходящих отклонений независимо от их продолжительности. Часто патологическое состояние является следствием ранее перенесенных травм или заболеваний.

Патологические состояния, обозначенные в п. 6 Правил судебно- медицинского определения степени тяжести телесных повреждений 1978 г., не отвечают требованиям, предъявляемым Международной классификацией болезней 10-го пересмотра (МКБ-10). Правила судебно-медицинской экспертизы тяжести вреда здоровью 1996 г. в п. 35 давали перечень угрожающих жизни патологических состояний. Безусловно, данный перечень сложно было назвать исчерпывающим, что отмечалось в работах И. Г. Вермеля, П. П. Грицаенко, Л. М. Бедрина. Тем не менее, в настоящее время судебно- медицинские эксперты не имеют правовой возможности применять даже его.

Термин «физическая боль» употребляется в диспозиции ст. 116 УК РФ. Между тем ни Уголовный кодекс РФ, ни Правила судебно-медицинского определения степени тяжести телесных повреждений 1978 г. не раскрывают содержание данного понятия. Наиболее часто в юридической литературе встречается следующее определение: «Боль — своеобразное психофизиологическое состояние человека, возникающее в результате сверхсильных или разрушительных раздражителей, вызывающих органические или функциональные нарушения в организме». Более корректное определение дает Международная ассоциация по изучению боли: «Боль — неприятное сенсорное и эмоциональное переживание, сопровождающееся фактическим или возможным повреждением тканей, или состояние, словесное описание которого соответствует подобному повреждению».

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой