Проблема характера в современной марийской драматургии

Тип работы:
Диссертация
Предмет:
Литературоведение
Страниц:
165


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Искусство — отражение жизни, её зеркало, и именно она (жизнь) является материалом произведения искусства. Драма, как и всякое искусство, проникает в жизнь, приближается к ее познанию. Неслучайно ее считают венцом литературы. & laquo-Сохраняя объемность великой прозы, не теряя изящества чудотворной поэзии, она не имеет права ни на что извне, она — в слове человека, она в поступке человека, она в выборе позиции, она — в действии, она & laquo-беспомощна»- в опорах наружных и она сильна в опорах внутренних. В ней все: и концы, и начала, она сама — и живопись, и музыка, и поэзия, и проза, она сама — жизнь, движущаяся, борющаяся, говорящая& raquo-, — верно и образно говорит о драме исследователь И. Вишневская (1989: 9).

Специфика драматического искусства состоит в том, что художник говорит со своими читателями (зрителями) не непосредственно, а через своих героев. & laquo-Через их характеры и психологию, через картины существования драматург выражает свое собственное понимание жизни, свое отношение к ее жгучим проблемам& raquo- (Горбунова 1960: 9).

В целом проблема характера как художественная категория, его типология давно привлекали ведущих теоретиков классического и I современного литературоведения, таких как Аристотель, Гегель, Лессинг, I

Белинский и др. Проблема характера в искусстве, литературе занимала умы философов, ученых, литературных критиков. В свое время великий немецкий философ Гегель высказал ряд замечательных определений, касающихся проблемы характера в искусстве и литературе. В своих лекциях по эстетике он отмечал, что изображение характера напрямую связано с отражением целостного человеческого духа. По мнению Гегеля, характер в искусстве — это изображение & laquo-отдельных индивидов как цельность и единоличность. Такой цельностью является человек в своей конкретной духовности и субъективности, цельная человеческая индивидуальность как характер& raquo- (Гегель 1968: 214). Гегель в своей рдботе выдвигает тезис о том, что каждый человек, так же как и литературный герой, представляет собой живую совокупность свойств и черт характера. Говоря о цельной многогранности характера, Гегель предъявлял требование, чтобы & laquo-характер был особенным и индивидуальным& raquo- (Там же: 247).

Характер основан как на типических чертах, так и на индивидуальных особенностях. Индивидуальная определенность художественного характера выступает необходимым условием в деле создания образа. Характер в произведении литературы необходимо рассматривать как выражение определенной человеческой личности, выявление своеобразия ее психики, мироощущения. Характер, с одной стороны, возникает на основе существующих в жизни характеров, с другой — как результат творческого процесса, сознательно направленного на художественное обобщение особенностей, свойств и черт ряда людей.

Искусство воспроизводит в образной форме конкретные в каждую историческую эпоху связи между человеком и миром, обществом и природой, оно воплощает в себе национальное своеобразие жизни, свойства национального характера. Искусство является также средством образного моделирования общечеловеческих ценностей.

В диссертационном исследовании прослеживаются важнейшие аспекты развития современной марийской драматургии, позволяющие наблюдать, как художественно осваиваются ею мир и человек, как совершенствуются формы образного отражения действительности, как в творчестве ведущих драматургов отражается концепция человека. Речь идет о характерах, сформированных эпохой, играющих ведущую роль в определяющих ее облик процессах.

Говоря о современной драматургии, нельзя не учитывать ее исторические корни, традиции. История марийской драматургии, как известно, начинается творчеством С. Чавайна, видного прозаика, поэта, общественного деятеля. С. Г. Чавайн был первопроходцем в драматургии. Однако нельзя утверждать, что его пьесы возникли вне традиции, в его комедиях, драмах очевидна опора на национальный фольклор. & laquo-Развитие марийской народной драмы шло главным образом по двум определяющим театральное и драматическое искусство путям: по пути соединения драмы с музыкой, хореографией и песенным творчеством и по пути развития диалогов и монологов в повествовательной форме, т. е. вне связи с другими видами народного искусства& raquo- (Акцорин 1976: 144). С. Чавайна, в частности, привлекали больше герои эмоциональные, тонко чувствующие красоту окружающей природы. Мысли и чувства чаще всего они выражают через лирические песни. Его творчеству характерны эпический размах, романтическая устремленность, высокая патетика. Он тяготеет к лирике, песенности, музыкальности.

В творчестве С. Чавайна заложены определяющие тенденции, продолженные впоследствии такими драматургами, как С. Николаев, Н. Арбан, В. Горохов.

Значение творчества М. Шкетана для дальнейшего развития марийской драматургии трудно переоценить. Если С. Чавайна не устраивали узкие, ограниченные рамки действия, то М. Шкетан предельно концентрирует действие, ограничиваясь по существу несколькими днями. Автора интересует, прежде всего, человек, его характер. В его комедиях предметом сатирического осмеяния выступают общечеловеческие черты, имеющие внеисторический характер, такие как корысть, коварство, трусость, глупость, легковерие и т. д. Синтез универсального и национального придает его произведениям непреходящее значение. Можно с уверенностью сказать, что у драматурга источник смешного в комедиях и источник драматизма в его драмах в натурах действующих лиц. Реализм у него пронизывает всю поэтическую систему — от языка, меткого, живого, до характеров и конфликтов: & laquo-Шкетана. интересуют глубинные движения, совершающиеся в душах людей- в драматургии, как и в прозе, он выступает как художник-психолог. Многие из персонажей его пьес живут богатой внутренней жизнью, стремятся понять свое призвание, назначение, роль в обществе, постичь сокровенный смысл бытия& raquo- (Иванов 1969: 128). По пути, проторенному М. Шкетаном, уверенно идут продолжатели его традиции: К. Коршунов, А. Волков, А. Иванова.

Лежащие в основании художественных конфликтов жизненные противоречия в период, определяющий хронологические рамки изучаемого в диссертационной работе материала, характеризуются своеобразной переходностью. Предлагавшиеся прежде решения исчерпаны, новые находятся на стадии выдвижения. Однако следует констатировать, что внимание художников привлекает, прежде всего, человек, его внутренний мир. Конфликт все больше переносится в сферу нравственности, что дает возможность углублению анализа психологии личности.

Значительность конфликта, его актуальность и жизненность, без сомнения, предопределяют успех драматического произведения. Являясь основным двигателем сюжета, драматический конфликт проявляется как во внешних противостояниях, в открытой борьбе героев, так и в & laquo-сшибке»- противоположных чувств в душе одного героя. Выбор определенного типа конфликта зависит от материала, положенного в основу действия, от идейно-художественного замысла автора. Задача драматурга — показать в жизненном конфликте полнокровный образ героя в его многообразных связях с действительностью.

Актуальность исследования. Марийская драматургия, восприняв национальные культурные традиции и эстетический опыт других литератур, выходит сегодня к более глубокому художественному осмыслению и восприятию сложной картины мира и человека в нем.

Современная марийская драматургия не может быть охарактеризована однозначно. Явления, заполняющие рамки этого временного периода, многообразны, а определяющие тенденции разноплановы. Это весьма пестрый и противоречивый материал, требующий своей оценки. С одной стороны, заметны яркие достижения, с другой — нельзя не говорить об ущербе, нанесенном от пагубного воздействия неблагоприятных факторов социально-политического характера. В настоящий момент назрела острая необходимость анализа происходящих в современной марийской драматургии явлений, необходима объективная, основанная на эстетических принципах и теоретических положениях оценка драматических произведений, созданных в период с середины 50-х годов по сегодняшний день, т.к. этот материал является частью истории марийской литературы, документальным свидетельством значительного периода духовной истории марийского народа, отражением общественной жизни, культуры, идеологии на протяжении четырех с лишним десятилетий.

Несмотря на то, что этот период, характеризующийся в целом деформацией общественной жизни во всех ее проявлениях, был не самым благоприятным для литературного процесса, марийская драматургия, как и вся многонациональная литература, продолжала развиваться. Драматурги создавали и создают произведения всех жанров, ежегодно проходят премьеры марийских пьес на театральных сценах Республики Марий Эл. Совершаются качественные изменения эстетических принципов, литературной техники, обновляется жанрово-стилевая палитра, меняется отношение драматургов к окружающей действительности.

И однако же история марийской драматургии изучена весьма мало. Специальной исследовательской работы, посвященной проблеме характера, в марийской литературоведческой науке нет. Заслуживает внимания монография А. Иванова & laquo-Марийская драматургия: основные этапы развития& raquo- (1969), где представлена целостная картина пути развития марийской драматургии, раскрыты общие ее закономерности, основные идейно-художественные принципы. Работа состоит из четырех глав, в каждой из которых выявляются характерные особенности, тенденции драматического процесса, присущие тому или иному этапу. Автор главной задачей ставит историко-проблемное освещение пути развития марийской драматургии, затрагивает вопросы поэтики пьес, сыгравших значительную роль в литературном процессе, касается и проблемы характера некоторых значительных произведений марийской драматургии.

Из исследовательских работ, в которых обзор, критический анализ пьес сочетается с попыткой выявить некоторые общие закономерности развития марийской драматургии, определить основные тенденции, направление ее эволюции, следует выделить статьи М. Георгиной. В них на материале послевоенной драмы рассматривается главным образом вопрос о конфликтах и характерах, но, по справедливому замечанию литературоведа А. Иванова, & laquo-подобные статьи еще только начало, за которым должно последовать углубленное исследование актуальных проблем теории и практики драматургии, изучение закономерностей, тенденций развития марийской драматической литературы, ее основных идейно-эстетических принципов. К тому же эти статьи во многом проигрывают от того, что оценка пьес в них не всегда достаточно аргументируется, не все выводы и обобщения подкрепляются конкретным идейно-эстетическим анализом& raquo- (Иванов 1969: 110).

Литература о современной марийской драматургии практически складывается из разрозненных статей, посвященных отдельным авторам и произведениям (Алексеев Н., Александров А., Бояринова Г., Васин К., Георгина М., Ершов В., Иванов А., Кульбаева Н., Кириллова С., Яковлева Г., Элембаева С.), театральных рецензий (Волков А., Зайниев Г., Кириллова С., Посибеев Г., Михайлов В., Николаев С., Пирогов Г., Поморцева Б., Степанов М., Ятманов Л. и др.), оценивающих конкретные сценические интерпретации того или иного произведения.

Разделы, посвященные драматургии, встречаются в работах по истории марийской литературы, учебных пособиях для школ, но они чрезмерно сжаты и не претендуют на большее, нежели служить лишь источником информации. Нет и исследований, где разбор отдельных драм существовал бы не автономно, а отражал определенные этапы, общие закономерности.

Таким образом, приходится констатировать, что в марийском литературоведении практически отсутствуют работы, посвященные исследованию современной драматургии. А между тем именно в это время она обретает подлинную зрелость, выходит к художественному постижению нашего сложного времени. Необходимостью восполнить этот пробел и объясняется выбор темы диссертационной работы.

Цели исследования. Исходя из проблемы характера обозначить пути развития современной марийской драматургии, определить ее основные тенденции на основе практики современной драматургии.

В соответствии с целями исследования определились следующие задачи:

— показать особенности развития марийской драматургии с середины 50-х по 90-ые годы-

— рассмотреть проблему характера в современной марийской драматургии, его преломление сквозь призму единства социальных и нравственных критериев, определяющих проявление психологической и общественной сущности человека-

— на основе анализа характеров главных героев охарактеризовать идейно-художественное мастерство и своеобразие творческой манеры драматургов.

Научная новизна работы состоит в том, что в ней впервые на конкретном художественном материале в истории марийского литературоведения осуществлен целостный подход к изучению проблемы характера в драматургии, выявлены определяющие ее тенденции, своеобразие стилевых направлений, жанровых форм, делается попытка представить художественно-эстетическое богатство и изобразительные возможности национальной литературы.

Материалом исследования являются драматические произведения марийских писателей, созданные на современном этапе развития национальной литературы. Сегодня в различных жанрах марийской драматургии работает как довольно известные, так и начинающие писатели. В работе анализируются наиболее известные литературные произведения, способные отражать характерные для современного литературного процесса тенденции, наиболее приметные черты стиля, нравственные и политические идеи, свойственные этому времени. Цитируемые отрывки из текстов передаются на русском языке в нашем переводе.

Теоретическую и методологическую основу диссертационного сочинения составили научно-теоретические положения, выдвинутые в трудах по проблемам литературы и искусства отечественных и зарубежных ученых: М. М. Бахтина, В. Г. Белинского, Э. Бентли, Б. С. Бугрова, С. В. Владимирова, В. М. Волькенштейна, Е. Н. Горбуновой, А. А. Карягина, В. В. Фролова, В. Е. Хализева, Е. Н. Холодова, Я. И. Явчуновского и др. В методологическом отношении у работы гораздо больше возможностей опереться на традиции, чем в отношении анализа конкретного литературного материала. Если критических и литературоведческих работ о современной марийской драматургии очень мало, то теория драмы существует уже 2,5 тысячелетия и является наиболее разработанной частью теории литературы в целом.

Главным методом анализа выбран системный подход, позволяющий определить некоторые теоретические аспекты проблемы в сочетании с конкретным анализом текста, исследовать художественную структуру произведений в связи с общей его проблематикой. Надо заметить, что почти 2/3 анализируемых пьес впервые становятся объектом литературоведческого рассматривания, что лишает возможности строить анализ, исходя от чьих-то выводов и наблюдений.

Апробация диссертации. Основные положения исследования нашли отражение в докладах на Международном симпозиуме «Финно-угорский мир и

XXI век& raquo- (Йошкар-ола, 1998), на II Всероссийской научной конференции финно-угроведов (Саранск, 2000), на ежегодных научных конференциях преподавателей по итогам научно-исследовательской работы (1997, 1998, 1999, 2000), проводимых в Марийской государственном университете, научно-практических конференциях сотрудников Марийского института образования по итогам НИР (1996, 1997, 1998), а также в опубликованных статьях, в чтении лекций по истории марийской литературы, спецкурса & laquo-Современная марийская драматургия& raquo- для студентов историко-филологического факультета. Анализ пьес Н. Арбана, М. Рыбакова и К. Коршунова использован в учебнике-хрестоматии для 9 класса и учебной книге для 10−11 классов по марийской литературе, одним из авторов которых является диссертант, а также в методическом пособии для учителей & laquo-Драмым тунемына& raquo- (& laquo-Изучаем драму& raquo-, 1996), материал исследования использован также при чтении лекций в Марийском институте образования для учителей марийского языка и литературы, истории культуры народов.

Структура и объем диссертации. Цели и задачи, объекты исследования обусловили и предопределили логику и структуру данной работы. Хотя современные пьесы драматургов менее всего поддаются употребляемому разделению на & laquo-производственную»- драматургию, мы прибегли к такому разделению с целью систематизации внутренних процессов в проблематике, изображения характера героя. Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения и библиографического раздела.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Рожденная в начале века марийская драма как один из родов литературы настойчиво искала и находит все новые и новые пути художественного исследования действительности. За сравнительно короткий исторический срок драматургия заметно обогатилась новыми жанрами, образной символикой, тематическим диапазоном. Идет процесс формирования новых принципов типизации, напряженный поиск новых эстетических критериев, сложнее становится внутренний мир героев. Одна из самых примечательных тенденций развития современной марийской драматургии — поворот от событий к характерам.

Хотя фольклорные традиции все еще оказывают заметное влияние на художественную структуру произведений, они преодолеваются все решительнее. И особо это сказывается на характерологии. Фольклорно-эпическое мышление сохранило свои позиции вплоть до 60-х годов. Это объясняется прежде всего тем, что фольклор продолжаем занимать огромное место в духовной жизни марийского народа, отвечая интересам и запросам людей, бережно относящихся к обычаям предков. Храня верность национальным традициям, которые наиболее полно выразились именно в фольклоре, драматурги создают теперь более широкую галерею образов, стремясь постичь многообразие жизненных явлений, характеров, осваивая в этих целях опыт русской реалистической литературы, которая тяготеет к глубокому и всестороннему изображению человека.

Стремясь к реалистически полному изображению жизни, драматурги пытаются преодолеть натуралистическое бытоописание, отказываются от обилия этнографических подробностей, желая освоить & laquo-диалектику души& raquo-, определяющую высшее достижение подлинного реалистического искусства, постигают сложный мир человека. Характер драматургического героя стал более богатым, содержательным, психологически объемным.

В области характерологии в марийской драматургии можно выделить несколько ступеней. В 20−30-е годы процесс сращения искусства с идеологией привел к деформации места искусства в обществе. Злободневность темы и ее политическая заостренность были возведены в ранг не только политической, но и эстетической добродетели. От искусства, в том числе и от драматургии, требовалось оперативного отклика на события. Критика видела в литературе лишь идеологическое оружие, средство воспитания народных масс. В концепции человека определяющим была его классовая принадлежность. Именно от этого и зависели судьба героя, его моральный облик. Индивидуально-психологический анализ характеров заменяется персонификацией социально-политически детерминированного образа мышления, в результате которого часто возникают неубедительные схемы. Идеализируется положительный герой, а отрицательные персонажи зачастую изображаются карикатурно. Понимание человека у драматургов в основном нормативно, авторская оценка определяется по шкале & laquo-верно — неверно& raquo-. Хотя конфликт в драмах антагонистичен, направление действия не отличается внутренним напряжением.

Послевоенная драматургия тоже не отличается большим разнообразием. В выборе темы предпочтение отдается оперативному реагированию на текущие события социально-политической жизни. Она отличается активностью авторской позиции, характерной публицистичностью, тем же схематизмом, скудостью жанровых форм, ограниченностью тем и конфликтных типов.

В середине 50-х годов заметные изменения происходят в сфере изображения и трактовки сущности человека. Вульгарно-социологические и оценочные критерии отступают перед более диалектическим отношением к человеку. Углубляется интерес к отдельному индивиду, мотивам его поведения, системе ценностей. В противовес схематичным героям все больше ценится индивидуальный характер. Хотя еще драматургам не хватает умения показать сложные движения души, следует оценить сам по себе интерес к внутренним проблемам, духовной жизни личности. Примечательно то, что в центр пьес порою попадают действующие лица с внутренним конфликтом. Отношение авторов к своим персонажам более нейтральнее и снисходительнее, нежели прежде, хотя оценки легко могут быть вычислены. Заметны сдвиги и на уровне изображения жизни. Вслед за производственными коллизиями на сцене появляется повседневный труд, семейная жизнь и будничные отношения. В труде и семейных отношениях сталкиваются в основном различные установки и отношения к жизни. Драма все более уверенно выполняет и познавательные функции. По сравнению с литературой послевоенных лет меняется изображение действительности и концепция человека, но сдвиги в области формы проявляются гораздо более скромно. Предпочтение отдается лирическим комедиям и драмам. Следует упомянуть и о значении лирического начала. Очень часто встречаются лирические отступления, монологи-исповеди, красочные описания природы как из уст герое, так и в ремарках, песни, создающие определенное настроение и выражающие внутреннее состояние героев. Значит, усиливается и эмоциональность драматического произведения. Изобилие эмоций определяется и тематикой. Излюбленной темой становится частная жизнь и любовные отношения героев. Необходимо подчеркнуть также увеличение роли комизма в этот период.

Сохраняется относительная слабость драматического напряжения и сюжетной концентрации. Вместо интенсивности, присущей драматическому роду, авторы, как и прежде, предпочтение отдают широте охвата, то есть эпичности. Смысловая емкость образов еще не широка, уровень обобщения довольно-таки невысок. Развитие драматургии идет больше вширь, чем вглубь.

Бытовая реалистическая манера изображения жизни быстро становится штампом, распространяются клишированные характеры, мотивы, проблемы, которые, естественно, ограничивают возможности художественного познания.

В пьесах 60-х годов доминируют нравственные проблемы. В деле создания характеров заметных сдвигов не наблюдается. Появляются образы со стандартной психикой, чересчур примитивна контрастность & laquo-хорошего»- и & laquo-плохого»-.

Трактовка и изображение человека в 70-е годы качественно изменяется. Человек уже рассматривается во множестве связей и факторов, его формирующих. Марийская драматургия углубляется в личностную проблематику, осмысливая человека гораздо более многогранно, нежели ранее.

Отличительной особенностью этого этапа является более пристальное внимание к противоречиям в душе человека. Однако такое углубление в характеры героев не является пока ее основополагающей чертой. Человек познается драматургами во многих аспектах: в диалектических взаимоотношениях с самим собой, с обществом, с бытием. Разнообразными становятся также формы изображения человека. Так, в драмах 60−70-х годов существуют как разносторонние индивидуализированные, человечески богатые характеры, так и одноплановые типы, персонажи — персонификации социальных явлений, или же действующие лица, в которых в различных пропорциях сочетаются конкретно-психологическое и моделирующе-универсальное начало.

В этот период меняется и авторское отношение к своим героям: во многих случаях оно стало нейтральным, персонажи теперь не делятся четко на симпатичных и антипатичных, то есть не поддаются однозначной оценке. Намечается тенденция психологизации, а значит, и углубления характеров. Конфликты драматических произведений стали все чаще выявляться не во внешних столкновениях противоборствующих сторон, а во внутренних противоречиях в характере героя, хотя все же социальные черты оказываются в большей мере конфликтообразующими, нежели взаимосвязанные с ними черты индивидуальные. Драматический конфликт все больше обусловливается внутренними противоречиями нравственного толка. Возросший интерес ряда авторов к внутренним противоречиям характера приводит их к более глубокому анализу нравственных критериев и, по меткому выражению И. Вишневской, & laquo-не только с точки зрения социального, общественного распорядка, но и с точки зрения национального характера, сугубо специфических черт общественной и национальной нравственности данного времени& raquo- (Вишневская 1982: 6).

Сложность человеческих переживаний, отношений и чувств в лучших произведениях выражается больше в раскрытии драматических импульсов, вытекающих из глубины внутренней жизни, они гораздо многозначительнее слов, которыми в прежние времена констатировались душевные состояния героев.

Драматургия 80−90-х годов стремится познать характер в действии. В ее лучших образцах диалектика разума и чувств, переживаний проверяется общественно-социальным проявлением личности. Философская насыщенность, нравственно-этическая углубленность стали отличительной особенностью многих произведений. Очень важно и то, что драматургия новейшего периода находится в движении. Новые содержания часто не укладываются в узкую трактовку конфликта, сводящуюся к мысли о том, что без противостояния характеров в сюжете немыслимо движение конфликта.

В отличие от пьес предшествующих периодов, отражавших героев при лобовом столкновении противоречий социального характера, драматурги сегодня стремятся показать процесс нравственного формирования человека в связи с происходящими переменами в жизни. Если раньше в личности в основном привлекали черты, объединяющие ее с монолитной народной силой, то теперь марийская драматургия идет к художественному освоению более глубоких связей между человеком и обществом, между человеческой психологией и социальными отношениями.

По мере развития марийское искусство, в том числе и драматургия, все решительнее выходит на путь осмысленного целенаправленного движения к все более глубокому проникновению в сферы исторического, нравственного, философского сознания, все отчетливее обнаруживается стремление многих драматургов к постижению первооснов человеческой жизни, внутренних противоречий и закономерностей ее развития.

Зачастую меняется также место и роль персонажа в структуре драмы: доминантой вместо характера становится проблема или же философская концепция автора, которой и подчиняется система действующих лиц. Так, персонаж из цели превращается в средство анализа более общих вопросов человеческого бытия. Этот процесс характерен прежде всего для драматургии 90-х годов. В образной системе важное место занимают аллегория, символы, богатые в содержательном плане метафоры, в композиционных целях используются приемы, связанные со структурой художественного времени, например ретроспекции.

В общем в драматургии 80−90-х годов — в зависимости от творческого замысла писателя — используются весьма различные способы изображения человека. Писателей интересуют & laquo-объемные характеры& raquo-, они, с одной стороны, тщательно индивидуализированы, с другой — обладают большой обобщающей силой.

Подытоживая общий обзор концепций изображения человека марийскими драматургами, определим авторское отношение ведущих драматургов исследуемого периода к поставленному в нашей работе теме, так как данный аспект творчества является более устойчивым.

В произведениях М. Рыбакова социальные детерминанты характера играют сравнительно важную роль. Перемещение акцента с психологической на социальную обусловленность характера снижает художественную планку произведений. Характер в большей мере подчиняется раскрытию проблемы, он раскрывается в острых спорах, касающихся его отношения то к труду, то к пьянству, то к любви и так далее. В таких спорах драматург обычно противопоставляет людей двух типов: & laquo-реалиста»- и & laquo-идеалиста»-. Эти крайности часто оттеняются мягким, снисходительным комизмом и юмором. У него возникает слияние двух жанров — комедии и драмы, что меняет темпо-ритм внутреннего действия и невольно нарушает ее драматическую или комическую насыщенность. Противоречия, рождающие конфликт, по характеру своему драматичны, но попытки персонажей обойти или разрешить их часто оказываются комичными. Этим и объясняется некоторая выпрямленность характера персонажей. Психологический анализ в его пьесах зачастую поверхностен.

Хотя и изображает в качестве главных героев людей противоречивых, персонажи все же оцениваются автором достаточно ясно и однозначно. Писатель уверенно направляет симпатии и антипатии читателя (зрителя) по отношению к героям своих пьес. Среди второстепенных персонажей преобладают чудаковатые типы, обладающие иногда и гротескными чертами. Человек, по мнению драматурга, является внутренне цельным, если он духовно связан с природой и прошлым народа.

Творческая индивидуальность художника складывается в результате взаимодействия его природного дара и общественного бытия. По определению М. Храпченко, это & laquo-. личность писателя в ее важнейших социально-психологических особенностях, ее видение и художественное претворение мира, это личность художественного слова и ее отношение к эстетическим запросам общества, в ее внутренней обращенности к читательской аудитории, к тем, ради кого создается литература& raquo- (Храпченко 1977: 88).

В творчестве К. Коршунова авторский подход к человеку не менялся в течение всего его творческого пути. Основные черты его концепции человека сформировались еще в 60-е годы. В его пьесах характер является доминантой. Персонажи определяются главным образом свойствами характера, особенностями психики, моральными качествами. На этой основе возникают как столкновения между действующими лицами, так и внутренние конфликты, которые получают разрешение в ситуациях, требующих нравственного выбора.

Драматург подвергает испытанию моральную устойчивость героя. Коршуновские герои динамичны, но читатель видит лишь переломные моменты их внутреннего развития.

В драмах (а он работает только в этом жанре) Коршунова внимание фокусируется на людях с идеалами и без идеалов, однако психологическая мотивировка у него более точная, чем у М. Рыбакова. Писатель рассматривает человека как существо сложное, с противоречивой духовной жизнью и пытается прежде всего понять своих героев. Остроту нравственных конфликтов смягчает терпимое отношение автора к своим персонажам. Первое впечатление от героев зачастую обманчиво, верная картина складывается лишь с течением действия. Многозначность персонажа является основным источником драматического напряжения в произведениях.

Гуманистическое кредо писателя реализуется в основном в образе главного героя, который, будучи носителем основных человеческих ценностей, несколько приподнят над действительностью, романтизирован, но в то же время является реалистически многоплановым и психологически убедительным характером. Художник всем своим творчеством воспевает человека и человечность. Трактовка человека в его драматургии базируется на твердой вере в гуманистические идеалы. К. Коршунов привносит в марийскую драматургию элементы глубинно-психологического подхода к человеку, его привлекает тонкий анализ человеческой психики.

В заключение следует сказать, что сегодня в искусстве создания характеров обнаруживают себя различия творческих почерков, манер, этических позиций драматургов. Марийская драматургия обогащается новыми характерами, она усложняется интересными художественно-изобразительными средствами. Характер становится многомерным, он вбирает в себя существенно важные и очень разные черты эпохи. И еще одно: если раньше в марийской драматургии характеры обладали весьма определенной национальной специфичностью, то сейчас национальное своеобразие характера словно бы

ПоказатьСвернуть

Содержание

Глава I

Характеры и конфликты в & laquo-производственной»- драматургии

Глава II

Драматизм событий и драматизм характеров: историко-героическая драма.

Глава III

Герой в социально-бытовой драме.

Список литературы

1. Акцорин В. А. Народная драма. Йошкар-Ола: Map. кн. изд-во, 1976. 198 с.

2. Александров А. & laquo-Алдиар»-. Драме нерген шонкалымаш // Марий коммуна. 1969. -2 дек.

3. Александров А. Напевы моркинской стороны // Map. правда. 1975. — 17мая.

4. Алексеев Н. Жап ойыртем да характер // Ончыко. 1978. — № 6. — С. 79−86. Андрусенко М. Хозяйка? // Map. правда. — 1986. — 13 марта. Аникст A.A. История учений о драме: Теория драмы от Гегеля до Маркса. — М.: Наука, 1983. — 288 с.

5. Аникст A.A. История учений о драме: Теория драмы в России от Пушкина до Чехова. М.: Наука, 1972. — 643 с.

6. Аникст A.A. История учения о драме: Теория драмы от Аристотеля до Лессинга. М.: Наука, 1967. — 455 с.

7. Анисимов Э. & laquo-Чодыра муй& raquo-: М. Шкетан лумеш марий драмтеатрын у спектакльже // Марий коммуна. 1980. — 16 февр.

8. Бахтин М. М. Литературно-критические статьи. М.: Худож. лит., 1986. 543 с.

9. Белая Г. А. Художественный мир современной прозы. М.: Наука, 1983. 191 с.

10. Белинский В. Г. Собрание сочинений. В 9-ти томах. Т. З. Статьи, рецензии, заметки (Февр. 1840 февр. 1841). — М.: Худож. лит., 1978. — 614 с.

11. Белинский В. Г. Собрание сочинений. В 9-ти томах. Т. З. Статьи, рецензии, заметки (Апр. 1842 нояб. 1843). — М.: Худож. лит., 1979. — 631 с.

12. Белкова С. Тиде сулык касараш лийдыме! // Марий Эл. — 1995. — 9 февр.

13. Бентли Эрик. Жизнь драмы / Пер. с англ. В. Вороника. М.: Искусство, 1978. -368 с.

14. Богусловский А. О., Диев В. А. Русская советская драматургия: Основные проблемы развития. 1946−1966. М.: Наука, 1968. — 239 с.

15. Бочаров А. Экзаменует жизнь. -М.: Современник, 1985., с.

16. Бочаров А. Экзаменует жизнь // Новый мир. 1982. — № 8. — С. 226−245.

17. Бугров Б. С. Русская советская драматургия, 1960−1970-е годы. Учебное пособие. М.: Высш. шк., 1981. — 286 с.

18. Бугров Б. С. Русская советская драматургия 50−70-х годов: Основные тенденции развития. Автореф. дис. на соиск. учен. степ, д-ра филол. наук. — м.: МГУ, 1986. -46 с.

19. Бугров Б. С. Проблемы развития русской советской драматургии на современном этапе (60−70-е годы). Лекции. М.: Изд-во МГУ, 1980. — 159 с.

20. Бугров Б. С. Герой принимает решение: Движение драмы от 50-х годов. -М.: Сов. писатель, 1987. 364 с.

21. Васин К. К. Уста драматург М. Рыбаковлан 50 ий // Марий коммуна. -1982. -4 нояб.

22. Васин К. К. Как живешь ты, отчий дом? О творчестве М. Рыбакова // Map. правда. 1982. — 4 нояб.

23. Васинкин А. Илыш чынлан энгертен // Марий коммуна. 1990. — 3 март.

24. Велехова H.A. Серебряные трубы: Советская драма вчера и сегодня. М.: Сов. писатель, 1983. — 375 с.

25. Вишневская И. Л. Комедия на орбите: Очерк творчества М: Сов. писатель, 1979. -238 с.

26. Вишневская И. JI. Драматургия верна времени: Книга для учителя. М.: Просвещение, 1983. — 159 с.

27. Вишневская И. Л. Действующие лица: Заметки о путях драматургии. М.: Сов. писатель, 1989. — 311 с.

28. Владимиров C.B. Действие в драме. -Л.: Искусство, 1972. 159 с. Владимиров C.B. Драматург и современность. М. -Л.: Сов. писатель, 1962.- 191 с.

29. Волков A.A. 60-шо ийласе марий драматургий // Ончыко. 1968. — № 4. -С. 68−74.

30. Волькенштейн В. М. Драматургия. Изд. 5-е, доп. М.: Сов. писатель, 1969.- 335 с.

31. Георгина М. Война деч варасе марий драматургийыште конфликт-влак нерген // Ончыко. 1957. — № 6. — С. 86−94.

32. Георгина М. Новые пьесы и старые традиции // Map. правда. 1962. — 17нояб.

33. Георгина М. У тунгалтыш уло // Ончыко. 1962. — № 3. С. 64−72. Георгина М. Онтон // Марий коммуна. — 1972. — 17 ноября. Георгина М. М. Рыбаковын трилогийже нерген // Ончыко. — 1974. — № 2. -С. 101−103.

34. Георгина М. С. Николаевын пьесылаже марий театрыште // Ончыко. -1968. № 2. — С. 82−84.

35. Георгина М. Актер и драматург // Восхождение: Литературные портреты марийских писателей. Йошкар-Ола: Map. кн. изд-во, 1984. — С. 101−119.

36. Георгина М. Писатель и общественный деятель // Восхождение: Литературные портреты марийских писателей. Йошкар-Ола: Map. кн. изд-во, 1984. -С. 197−215.

37. Георгина М. Драматург, композитор, художник // Map. правда. 1987. — 1дек.

38. Георгина М. На сцене и для сцены // Map. правда. 1979. — 14 марта.

39. Георгина М. Марий драматический театр. Йошкар-Ола: Map. кн. изд-во, 1979.- 186 с.

40. Гегель Г. В. Ф. Эстетика. В 4-х томах. Т.1. М.: Искусство, 1968. — 312 с.

41. Горбунова E.H. Идеи. Конфликты. Характеры. М.: Сов. писатель, 1960. 419 с.

42. Горбунова E.H. Вопросы теории реалистической драмы. М.: Сов. писатель, 1963. — 508 с.

43. Горький М. О литературе. М.: Сов. Россия, 1980. — 479 с.

44. Громова М. И. В поисках современной пьесы // Лит. в шк. 1996. — № 3. -С. 74−83.

45. Ершов В. Жизнь широким планом: О драматурге М. Рыбакове // Лауреаты премии им. Олыка Ипая. 1968−80-е годы. — Йошкар-Ола: Map. кн. изд-во, 1982. — С. 54−60.

46. Зайниев Г. Юлавийын шумжо // Марий коммуна. 1975. — 7 дек.

47. Зайниев Г. Шкет сугыньжо дене // Кугарня.- 1993. 10 сент.

48. Зотов И. А. Типические характеры и художественная правдивость образов // Идейно-эстетическое единство художественного произведения. Чебоксары, 1989. -С. 107−142.

49. Зубков Ю. А. Герой и конфликт в драме: Статьи о современной драматургии. М.: Сов. писатель, 1978. — 280 с.

50. Иванов А. Е. Марийская драматургия: Основные этапы развития. -Йошкар-Ола: Map. кн. изд-во, 1969. 274 с.

51. Иванов А. Е. Верность теме // Восхождение: Литературные портреты марийских писателей. Йошкар-Ола: Map. кн. изд-во, 1984. — С. 36−61.

52. Иванов А. Тун: темыже калык илыш: Арсий Волковлан — 50 ий // Марий коммуна. — 1973. — 9 сент.

53. Иванов А. Усталык памаш: Арсий Волковлан 50 ий // Ончыко. — 1973. -№ 4. -С. 79−81.

54. Иванов А. Дорогой исканий: Заметки о драматургии Арсия Волкова // Марийская правда. 1966. — 29 ноября.

55. Иванов А. Наследие драматурга // Map. правда. 1988. — 25 марта. Иванов А. К. Коршуновын драматургийже // Ончыко. — 1969. — № 3. -С. 97−103.

56. Иванов А. Марий театрлан пел курым: Театрын вийже // Ончыко. 1969. -№ 6. -С. 67−71.

57. Иванов И.И.а Драматургия 1975 года // Чувашский язык и литература: Труды ЧувНИИ. Вып. 67. Чебоксары, 1976. — С. 90−98.

58. Иванов И. И. Темы и образы чувашской драматургии 80-х годов // Традиции и новаторство в чувашской литературе. Чебоксары, 1985. — С. 30−46.

59. Иванов И. И. Гармония содержания и формы // Идейно-эстетическое единство художественного произведения. Чебоксары, 1989. — С. 8−38.

60. Иванов И. И. Национальное и интернациональное в чувашской литературе // Идейно-эстетическое единство художественного произведения. -Чебоксары, 1989. С. 143−166.

61. Илышын воштончышыжо: М. Шкетан лумеш марий кугыжаныш театрын 75-ше идалыкшылан полеклалтеш / Г. З. Зайниев чумырен. Йошкар-Ола: Марий книга савыктыш. — 1994. — 264 с.

62. Карягин A.A. Драма как эстетическая проблема. М.: Наука, 1971. 224 с.

63. Кириллова С. С. Артист, драматург // Марий коммуна. 1979. — 14 март. Кириллова С. С. Кажне мутшо кучедалмаш // Марий коммуна. — 1989. — 15март.

64. Кильмухаметов Т. Поэтика башкирской драматургии. Уфа: Китоп, 1995. -330 с.

65. Козловский Я. Василий Регеж-Горохов // Сов. культ. 1983. — № 89. — 26 июля. — С. 6

66. Костелянец Б. О. Лекции по теории драмы: Драма и действие: Учебное пособие. Л.: ЛГТМИК, 1976. — 159 с.

67. Корниенко H.H. Театр сегодня театр завтра: Социоэстетические заметки о драме, сцене и зрителе 70−80 годов. — Киев: Мистецтво, 1986. — 220 с.

68. Кубаев Л. & laquo-Чодыра муй& raquo- могай таман? // Марий коммуна. 1980. — 27 апр.

69. Куклина Р. И. Содержание образов в коми драматургии 80-х // В. И. Лыткин и финно-угорский мир. Сыктывкар, 1999. — С. 203−207.

70. Кульбаева H.H. Любовь к театру // Map. правда. 1989. — 16 марта.

71. Латышева В. А. Современная коми драматургия. Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1994. — 103 с.

72. Латышева В. А. Конфликт и характер в коми драматургии: 40−60-е гг. -Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1973. 103 с.

73. Левидов A.M. Автор образ — читатель. — М., 1983. — 349 с.

74. Леонтьев H.A. Правда жизни и характера: Заметки о современной чувашской драме. Чебоксары: Чуваш кн. изд-во, 1969. — 79 с.

75. Ложкин В. В. Театральное искусство Удмуртии. Ижевск, 1994. — 165 с.

76. Михайлов В. Премия за & laquo-Похмелье»- // Map. правда. — 1990. — 7 июня.

77. Морозов Н. Горькое похмелье // Правда. 1990. — 23 марта.

78. Николаев С. Н. Илышем да сылнымут корнем. Йошкар-Ола: Map. кн. изд-во, 1981. -78 с.

79. Николаев С. & laquo-Салика»- гыч тунгалын // Ончыко. 1976. — № 3. — С. 75−96.

80. Николаев С. Годы творческих поисков: Воспоминания. Йошкар-Ола: Map. кн. изд-во, 1978. — 71 с.

81. Николаев С. Новая пьеса марийского драматурга: Драма на историческую тему & laquo-Алдиар»- А. Волкова. // Map. правда. 1969. — 17 июля.

82. Общая психология / Под ред. В. В. Богословского и др. 3-е изд. — М.: Просвещение, 1981. — 654 с.

83. Основин В. В. Драматургическое искусство Льва Толстого. Ярославль, 1972. -207 с.

84. Оснос Ю. А. Герой современной драмы. М.: Сов. писатель, 1980. — 311 с.

85. Погодин Н. С чего начинается пьеса. М.: Сов. Россия, 1969. — 93 с.

86. Пименов В. Ф. Продолжение пути: Очерки и статьи о драме. М.: Сов. писатель, 1974. — 326 с.

87. Погрибный А. Г. Художественный конфликт и развитие современной советской прозы. Киев: Вища школа, 1981. — 199 с.

88. Погрибный А. Г. Проблема художественного конфликта в теории и практике современной советской литературе. Автореф. дис. на соиск. учен, степ, д-ра филол. наук Киев, 1982. — 24 с.

89. Поморцева Б. Очарованный театром // В дороге и дома. Йошкар-Ола, 1977. -С. 54−60.

90. Поморцева Б. В ладу с совестью // Map. правда. 1988. — 9 мая.

91. Поморцева Б. Кто плетет кружева? // Map. правда. 1991. -23 мая.

92. Поморцева Б. Судьба драматурга: к 70-летию Арсия Волкова // Map. правда. 1993. — 9 сент.

93. Поморцева Б. Мужчина в халате и тапочках // Map. правда. 1990. — 29 марта.

94. Пирогов Г. М. & laquo-Морко сем& raquo- куандара // Марий коммуна. 1975. — 31 окт.

95. Посибеев Г. Калык мурызо // Ончыко. 1988. — № 5. — С. 3−10.

96. Поспелов П. Н. Теория литературы: Учеб. для филол. спец. ун-тов. М.: Высш. шк., 1978. -351 с.

97. Павлов Н. С. Пути анализа литературного произведения. М.: Просвещение, 1981. — 222 с.

98. Павлов Н. С. Проблема конфликта в чувашской драматургии: Краткий исторический обзор. Чебоксары, 1966. — с.

99. Сахновский-Панкеев В. А. Драма: Конфликт. Композиция. Сценическая жизнь. JL: Искусство, 1969. — 232 с.

100. Садыкова-Грачева Д. О советской лирической драме 50−60-х годов. -Ташкент, 1976. 72 с.

101. Сахновский-Панкеев В.А. О комедии. JI. -M.: Искусство, 1964. — 223 с. Сеидюков С. Д. Герой и нравственный конфликт в советской драматургии 70-х годов. Автореф. дис. на соиск. учен. степ. канд. филол. наук. — М., 1979. -23 с.

102. Смит А. Светлая притча о будущем // Map. правда. 1998. — 5 марта. Степанов М. & laquo-Алдиар»- - у пьеса // Марий коммуна. — 1969. — 27 май. Тимофеев Л. И. Основы теории литературы. Изд. 5-е, испр. и доп. — М.: Просвещение, 1976. — 448 с.

103. Трифонов Д. Современность сплав истории и будущего // Литератур, газ. — 1974. — 19 июля.

104. Федь Н. М. Искусство комедии, или мир сквозь смех. М.: Наука, 1978. 214 с.

105. Хализев В. Е. Драма как род литературы: поэтика, генезис, функционирование. М.: Изд-во МГУ, 1986. — 259 с.

106. Хализев В. Е. Драма как явление искусства. М.: Искусство, 1978. — 239 с. Хлебников Г. Я. Современная чувашская литература. — Чебоксары: Чуваш, кн. изд-во, 1971. — 183 с.

107. Холодов Е. Г. Композиция драмы. М.: Искусство, 1957. — 224 с. Холодов Е. Г. Язык драмы: Экскурс в творческую лабораторию А. Н. Островского. — М.: Искусство, 1978. — 240 с.

108. Храпченко М. Б. Творческая индивидуальность писателя и развитие литературы. 4-е изд. — М.: Худож. лит., 1977. — 446 с.

109. Храпченко М. Б. Художественное творчество, действительность, человек. М.: Сов. писатель, 1976. — 366 с.

110. Фролов В. В. Жанры советской драмы. М.: Сов. писатель, 1957. — 335 с. Фролов В. В. Муза пламенной сатиры: Очерки советской комедиографии (1918−1986). — М.: Сов. писатель, 1988. — 406 с.

111. Чернов Е. И. Годы и конфликты. Саранск: Морд. кн. изд-во, 1981. 150 с.

112. Чернов Е. И. Драматурги Мордовии. Саранск: Морд. кн. изд-во, 1991. 188 с.

113. Чернов Е. И. История мордовской литературы: Учеб. пособие. Саранск: Изд-во Морд, ун-та, 1993. — 90 с.

114. Чечётин А. И. О природе конфликта в советской драматургии. Автореф. дис. на соиск. учен. степ. канд. искусствоведения. М., 1975. — 26 с.

115. Элембаева С. К. & laquo-Умылаш да умылтараш мый шочынам. »-: Ю. Байгузан & laquo-Порсын лугалтыш"пьесыж нерген шонкалымаш // Ончыко. 1995. — № 6. — С. 147−155.

116. Эдлис Юлио. Стоп кадр О драматическом творчестве. // Сов. драматургия. — 1990. — № 2. — С. 200−211.

117. Эпнер Л. У. Идейно-художественное новаторство эстонской советской драматургии 1960−70-х годов. Автореф. дис. на соиск. канд. филол. наук. -Таллин, 1987. 17 с.

118. Юдин В. На шелковых качелях // Map. правда. 1992. — 21 окт.

119. Явчуновский Я. И. Богатство исканий // Вопросы драматургии. 1975. — № 7. — С. 89−92.

120. Явчуновский Я. И. Драма на новом рубеже. Драматургия 70-х и 80-х годов: Конфликты и герои, проблемы поэтики. Саратов: Изд-во Сарат. ун-та, 1989. — 222 с.

121. Якимов М. Драматург, режиссер, театр // Ончыко. 1979. — № 5. — С. 106 112.

122. Яковлева Г. А. Кушмо корнышто: К. Коршуновын икымше драмыже: жанр шотыштошкемкычалмаш//Ончыко. 1996. -№ 1. -С. 153−156.

123. Яковлева Г. А. К. Коршунов драме жанр туняште // Ончыко. — 1998. — № 12. — С. 169−182-

124. Яковлева Г. А. Илышнан неле мокмыржо // Марийын чон кончерже. -Йошкар-Ола, 1999. С. 109−116.

125. Ятманов Л. Тунгалме корно нимучашдыме // Кугарня. 1997. — 21 февр.

126. СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ТЕКСТОВ Байгуза Ю. Порсын лунггалтыш // Ончыко. 1993. — № 6. — С. Байгуза Ю. Поргем умбалне ужара // Ончыко. — 1999. — №. — С. 90−124. Волков А. Посана: Пьеса-влак. — Йошкар-Ола: Кн. лукшо марий изд-во, 1981. -216 с.

127. Волков А. Удыр кумыл: Пьеса-влак. Йошкар-Ола: Кн. лукшо марий изд-во, 1988. — 224 с.

128. Иванова А. Арале мыйым, волгыдо Юмем! // Ончыко. 1997. — № 6. — С. —. с/

129. Иванова А. Так и живет моя душа. Йошкар-Ола: Map. кн. изд-во, 1999. -223 с.

130. Коршунов К. Пьеса-влак. Йошкар-Ола: Кн. лукшо марий изд-во, 1972. -134 с.

131. Коршунов К. Пьеса-влак. Йошкар-Ола: Кн. лукшо марий изд-во, 1979. -293 с.

132. Коршунов К. Шум парым. Йошкар-Ола: Кн. лукшо марий изд-во, 1989. -280 с.

133. Коршунов К. Корныен // Кугу толкын: Марий драматургий антологий. -Йошкар-Ола: Кн. лукшо марий изд-во, 1987. С. 351−409.

134. Коршунов К. Пурыдымо пурымаш // Ончыко. 1998. — № 8. — С. 96−121. Николаев С. Кугу толкын. — Йошкар-Ола: Кн. лукшо марий изд-во, 1961. 62 с.

135. Николаев С. Кум пьеса. Йошкар-Ола: Кн. лукшо марий изд-во, 1956. -196 с.

136. Николев С. Комиссар-влак: Ойырен налме пьеса-влак. Йошкар-Ола: Кн. лукшо марий изд-во, 1974. — 187 с.

137. Николаев С. Комиссары: Пьесы. М.: Сов. писатель, 1981. — 232 с.

138. Рыбаков М. Кинде: Пьеса-влак. Йошкар-Ола: Кн. лукшо марий изд-во, 1973. -211 с.

139. Рыбаков М. Чодыра муй. Йошкар-Ола: Кн. лукшо марий изд-во, 1982. -266 с.

140. Рыбаков М. Венгр рапсодий // Кугу толкын: Марий драматургий антологий. Йошкар-Ола: Кн. лукшо марий изд-во, 1987. — С. 291−348.

141. Рыбаков М. Томаша // Ончыко. 1985. — № 5. — С. 8−41.

142. Рыбаков М. Шайра Майра // Ончыко. 1978. — № 6. — С. 4−34.

143. Рыбаков М. Озавате. Йошкар-Ола: Кн. лукшо марий изд-во, 1992. — 349 с.

144. Рыбаков М. Окса мешак // Ончыко. 1997. — № 2. — С. 45−81.

145. Элембаева С. Молан пуштыч, авай? (Чонтамык) // Марисолан мут сылныже. Йошкар-Ола, 1995. — С. 179−214.

Заполнить форму текущей работой