Пространственные и абстрактные значения превербов даргинского языка

Тип работы:
Диссертация
Предмет:
Лингвистика
Страниц:
148


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Современный этап развития языкознания характеризуется особым интересом к сопоставительному изучению языков, особенно разноструктурных, а также к функциональному аспекту языковых явлений.

Объектом исследования в настоящей диссертации явились аффиксальные средства (превербы в даргинском и немецком и постфиксы в английском языках), выражающие пространственную и абстрактную семантику. Данные языковые средства объединены на основе общности выполняемой ими семантической функции в составе функционально-семантического поля пространства (в дальнейшем ФСПП).

Актуальность работы определяется необходимостью изучения языковой системы с позиций функциональной и сопоставительной, что позволяет выявить богатые функционально-семантические возможности категории пространственной локализации в сопоставляемых языках. Исследование грамматикализованных глагольных средств выражения семантики пространства в даргинском языке в сопоставлении с английском и с немецким языками актуально тем, что в этих языках для передачи пространственной семантики в системе глагола используются различные аффиксальные средства, сравнительно-сопоставительный и типологический анализ которых представляет заметный научный интерес. Категория языкового пространства и разнообразные средства его выражения привлекают в последнее время пристальное внимание исследователей. Однако на сегодняшний день нет еще работ, исследующих данную проблему с точки зрения выражения пространственной семантики посредством глагольных аффиксов в разноструктурных языках.

Сравнительная типология является своеобразным завершением теоретической подготовки студентов, синтезируя на более высокой ступени подготовки знания в области теоретической фонетики, грамматики и лексикологии и обеспечивая прослеживание связей разных уровней языковой системы. Согласно справедливой оценке А. Л. Зеленицкого и П. Ф. Монахова [1983: 28] сравнительная типология обеспечивает расширение кругозора студентов путем параллельного построения типологии языков, делает возможным осознание их как проявлений мирового языка. Мы полагаем, что это действительно и по отношению к дагестанским языкам, в данном случае — даргинскому.

Научная новизна предлагаемой работы заключается в том, что здесь впервые в сравнительно-сопоставительном плане подвергаются системному анализу средства глагольной аффиксации даргинского, английского и немецкого языков, выражающие семантику пространства. Недостаточно работ, специально посвященных сравнительно-сопоставительному исследованию данных языков, в плане выражения глагольными аффиксами (префиксами превербами и постфиксами) пространственной и абстрактной семантики.

Основная цель исследования — представить сравнительно-сопоставительный анализ всего комплекса аффиксальных средств глагола даргинского, немецкого и английского языков, выражающих семантику пространственной локализации и абстрактную семантику.

Задачи на пути к названной цели сводились к следующему:

— Описать и систематизировать превербы пространственной семантики в даргинском языке.

— Описать и систематизировать превербы абстрактной семантики в даргинском языке.

— Провести сопоставительный анализ аффиксальных средств выражения пространства в исследуемых языках.

— Определить семантический объем, придаваемый аффиксальными средствами в исследуемых языках.

Выявить общее и специфическое в способах и средствах выражения пространственной семантики в системе глагола даргинского, английского и немецкого языков-

Выявить и описать идиоэтнические особенности выражения пространственной семантики глаголами с адвербиальными компонентами.

Цель и задачи, сформулированные выше, определили методику исследования. В работе определены единицы сопоставления и методика их сравнения. Для решения поставленных задач в диссертации использован комплекс методов и приемов сопоставительного анализа фактического материала разноструктурных языков. В исследовании применялись структурно-семантический и сопоставительный методы. Применялся также метод лингвистического описания глаголов с пространственными аффиксами.

Степень разработанности темы. Вопросы выражения пространственной семантики в языках различных типологий, ставшие особенно актуальными в последнее время, не исследованы в сопоставлении с дагестанскими языками. В дагестанском языкознании нет лингвистических трудов, посвященных специальному исследованию глагольных аффиксов, выражающих пространственную семантику ни по одному из дагестанских языков. В научных трудах исследователей дагестанских языков затронуты лишь частные вопросы выражения пространственной семантики аффиксальными средствами. Сопоставительное исследование глагольных аффиксов с точки зрения придания ими глаголам пространственной или абстрактной семантики в разноструктурных языках (даргинском, английском и немецком) проводится впервые.

На защиту выносятся следующие положения:

1. В даргинском языке в предкорневой превербной позиции глагола расположено большое количество разнообразных основообразующих элементов: а) классные показатели, б) маркеры негатива (отрицательные и запретительные морфемы), в) превербы пространственной семантики. В предкорневой позиции расположены, в том числе трудно переводимые элементы, которые не встречается в самостоятельном употреблении. Тем не менее, их можно квалифицировать как превербы, поскольку встречаются в составе сложных глаголов в предкорневой позиции.

2. К универсалиям относятся глаголы, образованные путем присоединения к ним адвербиальных слов (превербов / постфиксов) пространственной семантики- К идиоэтническим элементам относятся: морфемы с первичной пространственной семантикой, различным образом модифицирующие исходные глагольные лексемы.

3. Наряду с пространственной семантикой, придаваемой глагольным основам превербами, а также темпоральной и абстрактной семантикой (что носит вторичный характер и является производной от первичной пространственной семантики), превербы могут изменить и грамматическую характеристику исходного глагола.

4. Общей чертой пространственных превербов даргинского языка, префиксов немецкого и постфиксов английского языка является то, что они постоянно десемантизируются. Причем степень десемантизации в разных глаголах различна.

5. В исследуемых языках среди префиксальных глаголов имеются мотивированные, частично мотивированные и немотивированные образования. Часто среди ЛСВ полисемантического глагола одно значение является мотивированным, остальные — немотивированными. В ряде случаев среди немотивированных значений может иметь место затемнение мотивации.

6. В семантической трансформации анализируемых пространственных превербов и их материальных источников — наречий места, наглядно представлены идиоэтнические особенности восприятия пространства и времени носителями языков.

Материал исследования извлечен из лексикографических источников методом сплошной выборки и из произведений художественной литературы на даргинском, английском и немецком языках. Кроме того, использован материал разговорной речи. Иллюстративный материал по даргинским диалектам получен методом опроса носителей диалекта, а также используются примеры, которые анализируются при обсуждении аналогичных вопросов в цитируемой литературе.

Теоретическая значимость работы состоит в том, что изучение языковых единиц в рамках функционально-семантического поля пространства способствует углублению нашего представления о системном характере языка, о процессе их функционирования в разносистемных языках. В теоретическом плане многие положения диссертации могут способствовать последующим научным изысканиям в области даргинского, кавказского и сопоставительного языкознания.

Предлагаемая диссертационная работа выявляет национальную языковую специфику аффиксальных средств глагола, выражающих семантику пространства и абстрактную семантику. Данное исследование способствует упорядочению системы ФСПП в сопоставляемых языках, помогает решению задач, связанных с изучением соотношения языковых единиц с объектами реальной действительности.

Результаты работы могут найти и практическое применение: возможно использование полученных результатов в практике художественного перевода, практике преподавания английского и немецкого языков в даргинской аудитории, а также при написании студентами курсовых и дипломных работ. Материал диссертации будет полезен также при составлении сравнительных грамматик по дагестанским языкам и сопоставительных грамматик по германским и дагестанским языкам.

Общетеоретическую основу диссертации составили работы отечественных и зарубежных лингвистов по проблемам функциональной грамматики, теории поля в лингвистике, теории референции и по проблемам семантики М. М. Бахтина, Ю. Д. Апресяна, Е. В. Падучевой, В. А. Плунгяна, Н. Д. Арутюновой, Ю. С. Степанова, Т. В. Булыгиной, А. Е. Кибрика, И. А. Мельчука, Т. М. Николаевой, М. Хэллидея, Ч. Филмора, У. Чейфа, Дж. Лайонза, Э. Бенвениста, Дж. Лакоффа, Д. Болинджера, К. Бюлера и др. При сопоставительном анализе языковых средств мы исходили из теоретических положений, выдвинутых в трудах по контрастивной грамматике В. Н. Ярцевой и В. Г. Гака.

Апробация работы. Основные положения диссертации обсуждались на VI Международной научной конференции & laquo-Актуальные проблемы общей и адыгской филологии& raquo- (Майкоп 2008), Международной конференции & laquo-Кавказские языки: генетические, типологические и ареальные связи& raquo- (Махачкала 2009), на Международной научно-практической конференции & laquo-Теоретические и методические проблемы национально-русского двуязычия& raquo- (Махачкала 2009), на седьмой Международной научной конференции & laquo-ИННОВАТИКА — 2011″ (Махачкала 2011), на ежегодных научно-практических конференциях Дагестанского государственного университета, опубликованы в тематических сборниках в виде статей и тезисов. Результаты исследования докладывались на заседаниях отдела грамматических исследований дагестанских языков Института языка, литературы и искусства им. Г. Цадасы Дагестанского научного центра Российской академии наук, на кафедре общего языкознания ГОУ ВПО & laquo-Дагестанский государственный педагогический университет& raquo- и отражены в шести научных публикациях, в том числе и в реферируемом журнале & laquo-Вестник университета Российской академии образования& raquo- [Москва, 2009].

Структура и содержание работы. Диссертация состоит из введения, двух глав, заключения и библиографии.

Выводы ко второй главе

1. В даргинском языке в предкорневой превербной позиции глагола расположено большое количество разнообразных основообразующих элементов: а) классные показатели, б) маркеры негатива (отрицательные и запретительные морфемы), в) превербы пространственной семантики.

2. Изменяемые классные показатели, представленные в структуре глагола в виде префикса, выражают грамматический класс субъекта, если глагол непереходный и грамматический класс объекта, если глагол переходный. Гласные элементы, следующие за классными показателями, квалифицируются исследователями в качестве релевантов видовых основ глагола. Даргинский язык использует превербы также для различения видовых корреляций, например, превербы лу- и би-, придают глагольной лексеме семантику несовершенного вида.

3. В отличие от запретительного преверба ма-, посредством которого образуются формы прохибитива (запретительного наклонения) и отрицательные формы оптатива, одинаково представленного во всех диалектах, преверб отрицания х1е- представлен по диалектам различными вариантами: х1а- х1абиркъис & laquo-не сделаю& raquo- (муиринский), ах1& mdash- ах1бикъис (урахинский), а- - абиранда (хайдакский), г1я- гЫбиркъид (сирхинский). В сложных глаголах с именной основой преверб ма- занимает позицию между именной и глагольной частями, а в сложных глаголах с редупликационной основой — между обеими повторяющимися основами: ахъ-ма-бурцид & laquo-не поднимай& raquo-, гъалак-ма-бирид & laquo-не торопи& raquo-, дуц1-ма-булхьад & laquo-не бегай& raquo-, чеди-ма-биркуд & laquo-не побеждай& raquo-, гъала-ма-буршид & laquo-не выдвигай& raquo-, х1ер-ма-йк1уд & laquo-не смотри& raquo-, шур-ма-лхъад & laquo-не поворачивайся& raquo- и т. д.

4. Диалекты даргинского языка различаются также и по позициям, которые занимают префиксальные элементы в структуре глагола.

5. В английском и немецком языках ни отрицание, ни запрещение не находит отражения в предкорневой части глагольной лексемы.

6. В предкорневой позиции расположены, в том числе элементы, которые не встречается в самостоятельном употреблении, и в силу их неконкретности трудно переводимы. Тем не менее, их можно квалифицировать как превербы, поскольку встречаются в составе сложных глаголов в предкорневой позиции.

7. В немецком языке в предкорневой превербной позиции расположены пространственные префиксы и префиксы, утратившие пространственную семантику.

8. Наряду с пространственной семантикой, придаваемой глагольным основам превербами, а также темпоральной и абстрактной семантикой (что носит вторичный характер и является производной от первичной пространственной семантики), превербы могут изменить и грамматическую характеристику исходного глагола.

9. Превербы (префиксы и полупрефиксы) в немецком языке также способствуют дифференциации грамматической характеристики глагола, которая эксплицирует протекание действия либо процесса, называемого глагольной лексемой. Превербы способны вносить в семантическую структуру глагола следующие компоненты: а) начало действия (inchoativ) — б) конец действия (resultativ) — в) непосредственное протекание действия (kursiv) — г) неопределенная продолжительность действия (durativ) — д) повторение действия (iterativ).

10. Категория направленности в английском языке теснейшим образом связана с категорией предельности и сплетается с категорией количества. Но собственно-аффиксация занимает вообще не такое важное место в системе средств образования глагольных лексем предельного характера, как прием особого, & laquo-свободного»- словосложения, очень распространенного в современном английском языке. Посредством этого приема, — в результате которого образуются составные глагольные единицы, допускающие & laquo-включения»- между своими компонентами, типа: walk in, ciy out, eat up, drink off и т. д.

11. Пространственная семантика со временем может переосмысляться во временную. Данный процесс обеспечивается особенностями развития глагольных префиксов из наречий как приглагольных определений. Сливаясь с глаголом в неразрывное смысловое единство, конкретизируя и видоизменяя его значение, они теряют смысловую и формальную самостоятельность и, в конце концов, могут превратиться в словообразовательный элемент с доминирующим грамматическим значением. Грамматическое значение глагольного префикса развивается из его первоначального предметного значения — как локального наречия — в определенной группе глаголов с со ответствую щим основным значением.

12. Ряд наречий времени в даргинском языке располагает формами, в которых темпоральное значение & laquo-до»- сопряжено с пространственной семантикой & laquo-к»-, это формы наречий времени с локальным суффиксом -чи, например: дагли-чи & laquo-до вчера& raquo-, & laquo-до вчерашнего дня& raquo- (даг & laquo-вчера»-), савли-чи & laquo-до утра& raquo-, & laquo-к утру& raquo- (савли & laquo-утро»-), барх1ехъли-чи & laquo-до вечера& raquo-, & laquo-к вечеру& raquo- (барх1ехъ & laquo-вечер»-) и т. д. В данных формах наречий времени тесно переплетены темпоральное и пространственное значения, первое носит лексический характер и выражено основой наречия, второе — грамматический и выражено суффиксом -чи.

13. Общей чертой пространственных превербов даргинского языка, префиксов немецкого и постфиксов английского языка является то, что они постоянно десемантизируются. Причем степень десемантизации в разных глаголах различна.

14. В исследуемых языках среди префиксальных глаголов имеются мотивированные, частично мотивированные и немотивированные образования. Часто среди ЛСВ полисемантического глагола одно значение является мотивированным, остальные — немотивированными. В ряде случаев среди немотивированных значений может иметь место затемнение мотивации.

15. В английском языке категория направленности представлена значениями пространственной направленности и направленности любого другого характера. Направленность в пространстве выражается обычно в системе глагола четкими по лексическому смыслу аффиксами и аффиксоподобными наречными компонентами, которые теряют собственно-наречную синтаксическую и далее отчасти лексическую самостоятельность, превращаясь в часть составной лексемы, например: соте in & laquo-входить»-, go out & laquo-выходить»-, таке off& laquo-завершить выполнение& raquo-, go under & laquo-придираться»- и т. д.

16. Показатели направленности в пространстве часто развивают непространственные значения: do away & laquo-уничтожить»-, do in & laquo-убить, погубить& raquo-, таке ир & laquo-гримироваться»-, & laquo-уладить»-.

17. Из непространственных значений категории направленности в английском языке в качестве важнейших выделяются значения переходности (объектной направленности), целенаправленности и приверженности.

19. В семантической трансформации анализируемых пространственных превербов и их материальных источников — наречий места, наглядно представлены идиоэтнические особенности восприятия пространства и времени носителями языков.

Локализация & laquo-под»- ориентиром, & laquo-внизу»- воспринимается носителями даргинского языка, как имевшее место в прошлом, до момента речи, а локализация & laquo-перед»- ориентиром — как имеющее место & laquo-сейчас»-, & laquo-теперь»- в момент речи.

В немецком языке локализация vor & laquo-перед»- ориентиром, & laquo-впереди»- ориентира приобретает также значение предшествования во времени, например: voraussagen & laquo-предсказывать»-, vorhersehen & laquo-предвидеть»-, а локализация nach & laquo-позади ориентира& raquo- приобретает значение следования во времени, например: nacharbeiten & laquo-нагонять»-, & laquo-отрабатывать (пропущенный день)& raquo-, «навёрстывать (упущенное)& raquo-, nachbeten & laquo-повторять (чужие слова за кем-л.)», & laquo-вторить (кому-л.)", nachbringen & laquo-принести позже (дополнительно)& raquo-, & laquo-приносить вслед (что-л. за кем-л.)" и т. д.

Темпоральное значение в смысле & laquo-до»- и & laquo-после»- выражается посредством префиксов vor- и nach- (etw. vor/nachbereiten, vor/nacharbeiten).

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Пространственные представления, выражаемые в разных языках по разному, отражают осознание человеком реального физического пространства, которое, наряду со временем, является важнейшим параметром материального мира, где осуществляется и физическое, и духовное, и социальное бытие человека. Пространственные категории являются центральными для человеческого мышления, а пространственно-временные представления, вырабатываемые языковым сознанием, участвуют в конструировании в рамках каждой культуры своей особой модели мира.

В нашей работе рассматривается один из аспектов этой обширной проблемы — выражение пространственной локализации глагольными префиксами в родном — даргинском и изучаемых английском и немецком языках. Префиксация является одним из основных словообразовательных типов немецкого языка и особенно широко она представлена в глаголах. В даргинском языке представлено не так много пространственных превербов, как в немецком, но, тем не менее, можно провести параллели в их использовании в данных языках.

Пространственные превербы даргинского языка по своему значению традиционно делятся на 2 группы — направительные и локальные. Направительных превербов в даргинском литературном языке 4: ка- -& laquo-сверху вниз& raquo- (кабаэс & laquo-прийти сверху& raquo-) — а- - & laquo-снизу вверх& raquo- (абаэс & laquo-прийти снизу& raquo-) — са& mdash- & laquo-сюда по горизонтали& raquo- (сабаэс & laquo-прийти»-) — бет- -& laquo-отсюда»- (бетаэс & laquo-дойти»-).

Локальных превербов в даргинском литературном языке также 4: че-- & laquo-на»- (чебашес & laquo-наступать»-, чебушес & laquo-накрыть»-) — у& mdash- & laquo-под»- (убаршес & laquo-подстелить»-, убигъес & laquo-подвязать»-) — гьа- - & laquo-перед»- (гъабуцес & laquo-протянуть»-, гъаббак1ес & laquo-взойти»-) — г1е- - & laquo-за»- (г1еббуцес & laquo-поддержать»-, гЫвваэс & laquo-догнать»-).

В диалектах даргинского языка количество локальных превербов варьирует от четырех до восьми. В северных диалектах количество локальных превербов совпадает с их количеством в литературном языке и составляет четыре. В хайдакском диалекте представлено пять локальных (местных) превербов, в кубачинском диалекте представлено шесть локальных превербов, а в ицаринском — восемь: чи- & laquo-на»-, гу- & laquo-под»-, са- & laquo-к передней стороне& raquo-, тти- & laquo-за»-, ккви- & laquo-внутрь»-, кви- & laquo-в руки& raquo-, би- & laquo-вместе»-, тура- & laquo-вне»-.

Количество превербов в северных диалектах даргинского языка может увеличиться за счет форм эссива (обычно превербы представляют собой формы латива), функцию которых выполняют изменяющиеся классно-числовые показатели, соответственно число превербов может увеличиться два раза.

В южных диалектах превербы помимо форм латива и эссива располагают также формами аблатива, увеличивая число превербов три раза.

В немецких превербах чаще всего эксплицируется значение направления. Например, семантика & laquo-вверх»- выражается превербами auf- и er- (aufsteigen, etw. auflichten & laquo-поднимать»-) — ersteigen & laquo-восходить, взбираться& raquo-, etw. errichten & laquo-сооружать, воздвигать& raquo-. В немецком языке семантику & laquo-вверх от говорящего или другого центра ситуации& raquo- передает также префикс hinauf-, например: hinaufklettern & laquo-карабкаться вверх& raquo-- & laquo-наружу от говорящего& raquo- - префикс hinaus-, например: hinauswerfen & laquo-выбросить наружу& raquo-.

В английском языке пространственную семантику движения & laquo-снизу верх& raquo- передает послелог up в сочетании с глаголами (преимущественно, движения), например: stand up & laquo-встать, подняться из сидячего положения& raquo-, bring up & laquo-поднимать»-, come up & laquo-подниматься»-, grow up & laquo-подрастать»-, get up & laquo-подниматься»- (наверх).

В даргинском языке данная пространственная семантика выражается превербами че- и а-, напр.: чевях1ухъес, авхъес & laquo-подняться на ч-л".

Противоположная семантика направления & laquo-вниз»- в немецком языке выражается префиксами: ab- (abspringen & laquo-спрыгивать, соскакивать& raquo-, absteigen & laquo-слезать, спускаться& raquo-) и unter- (unterschreiben & laquo-подписать»-). В даргинском языке — превербом у-, напр.: уеях1ухъес & laquo-спуститься»-.

Пространственную ориентацию движения & laquo-сверху вниз& raquo- в английском языке выражает послелог down & laquo-вниз»-, & laquo-внизу»-: go down & laquo-спускаться»- (go & laquo-идти»-), sit down & laquo-сесть»- (sit & laquo-сесть»-), lie down & laquo-лечь»- (lie & laquo-лежать»-), come down & laquo-спускаться»-, jump down & laquo-спрыгнуть»-, creep down & laquo-сползать»-, get down & laquo-слезать, сходить& raquo-, walk down & laquo-спускаться»-.

Движение в обратном направлении в немецком языке выражает преверб zuruck- (zuruckgehen & laquo-идти обратно, возвращаться& raquo-, zuruckgeben & laquo-возвращать, давать сдачу& raquo-).

В даргинском языке аналогичное значение имеет префикс чар-: чарухъес & laquo-вернуться»-, чарбарес & laquo-вернуть что-л. «, чарварес & laquo-вернуть кого-л.».

Для выражения пространственной семантики & laquo-назад, обратно& raquo- в английском языке употребляется послелог back, например: to go back & laquo-вернуться»-, to look back & laquo-оглядываться назад& raquo-.

Семантика удаления от ориентира передается в английском языке послелогом away, например: to go away & laquo-уходить, уехать& raquo-, to throw away & laquo-выбросить»-, to carry away & laquo-унести»-, to boil away & laquo-выкипеть»- и т. д.

В немецком языке данную семантику (удаления от ориентира) придает глаголу префикс ab-, например: abfahren & laquo-отъезжать»-, abfliegen & laquo-вылететь»-. Этот же префикс может придать глаголу пространственную семантику движения (направления) сверху вниз, например: abspringen & laquo-спрыгивать»-.

Удаление от ориентира в немецком языке выражается присоединением префиксов davon-, fort- weg-, hinweg-, ent-, например: davonlaufen & laquo-убегать»-, davoneilen & laquo-поспешить прочь& raquo-, fortwerfen & laquo-отбросить, выбросить& raquo-, wegwerfen & laquo-отбросить, выбросить& raquo-, entlaufen & laquo-убежать»-, entfliegen & laquo-улетать»- и т. д.

Обратную семантику движения навстречу к ориентиру придает глаголу префикс entgegen-, например: entgegenfahren & laquo-ехать навстречу& raquo-, entgegentreten & laquo-вступить навстречу& raquo-. Аналогичную семантику — семантику движения по направлению к говорящему или к центру ситуации, выражает префикс her-, например: herschauen & laquo-смотреть сюда& raquo-.

Пространственную семантику приближения к ориентиру, близости придает глаголу также префикс bei-, например: beilegen & laquo-быть приложенным& raquo-. Пространственную семантику направления к ориентиру передает префикс herbei-: herbeischleppen & laquo-притащить»-.

Направление в другую сторону к говорящему или к другому центру ситуации передает префикс heruber-, например: heruberrufen & laquo-крикнуть сюда (на эту сторону)& raquo-.

Пространственная семантика нахождения перед ориентиром или движения вперед передается посредством префикса vor-, например: vorreiten & laquo-скакать впереди& raquo-, sich vorwagen & laquo-осмелиться выйти вперед& raquo-.

Семантику направления действия наружу в немецком языке передает префикс aus, например: ausfliegen & laquo-вылетать»-, он может также передать семантику расширения, увеличения объема, например: ausbauen & laquo-расширять»-.

Семантику направления вниз к говорящему или др. центру ситуации выражают префиксы herab- и herunter-, например: herunterlassen & laquo-спустить сюда (вниз)& raquo-, herabwerfen & laquo-сбросить сюда (вниз)& raquo-. Направление наружу передает префикс heraus-, например: heraustreten & laquo-выйти сюда)& raquo-. Пространственную семантику направления к ориентиру передает префикс herbei-: herbeischleppen & laquo-притащить»-.

Направление внутрь ориентира передает префикс herein-: hereinschauen & laquo-заглядывать вовнутрь& raquo-.

Большинство этих глаголов переводится на даргинский язык двумя словами: наречением места и глаголом.

Пространственную семантику нахождения перед ориентиром или движения вперед передается посредством префикса vor-, например: vorreiten & laquo-скакать впереди& raquo-, sich vorwagen & laquo-осмелиться выйти вперед& raquo-.

В даргинском языке семантику нахождения перед ориентиром (префронт) придает глаголам преверб гъа-, например: гьабуцес, гъасабуцес, гъалабуцес и др.

Как видим, глагольные приставки (превербы), восходящие исторически к наречиям места, придают вновь образованным глаголам разнообразную пространственную семантику.

Глагольные префиксы исторически развиваются из наречий как приглагольных определений. Сливаясь с глаголом в неразрывное смысловое единство, конкретизируя и видоизменяя его значение, они теряют смысловую и формальную самостоятельность и, в конце концов, могут превратиться в словообразовательный элемент с доминирующим грамматическим значением. Грамматическое значение глагольного префикса развивается из его первоначального предметного значения — как локального наречия — в определенной группе глаголов с соответствующим основным значением. Так, начинательное значение приставки auf- связано с ее первоначальным локальным содержанием hinauf & laquo-движение снизу вверх от исходной точки покоя& raquo-- то же относится к приставке er-, первоначально обозначавшей aus & laquo-движение из или от неподвижной точки& raquo- и т. д.

Изначальная недифференцированность пространства и времени, вернее линейная аналогия в осознании последнего, способствовали тому, что & laquo-приглагольные определения& raquo- с локальным значением стали функциональными и в отображении темпоральных характеристик. Причем эта тенденция сохраняется в современном немецком языке. Такое же положение имеет место и в даргинском языке.

Глагольные префиксы в исследуемых языках представляют собой значимые морфемы, при помощи которых от определенного глагольного корня с самостоятельным семантико-морфологическим значением образуются глагольные лексемы со сходным значением, но с большей или меньшей конкретизацией нахождения предмета в пространстве. Глагольные лексемы, образованные при помощи префиксов, могут обозначать не только определенное положение предмета в пространстве, но и также выражать понятия, абстрагированные от конкретной пространственной локализации. Однако это значение является вторичным, производным от первичного пространственного значения.

Следовательно, превербы пространственной семантики присоединяясь к производящим основам, могут выражать пространственные отношения. Однако имеются и глаголы, не способные выражать пространственные отношения, глаголы, которые не употребляются для выражения пространственных отношений. Это глаголы, выражающие чувства, эмоции, переживания. Если пространственные превербы представлены в структуре таких глаголов, то они выражают абстрактное значение.

Словообразовательные префиксы генетически восходят к именам, которые в предложении служили обстоятельственными словами. В результате сращения обстоятельственных слов со сказуемым, первые, постоянно абстрагируясь от своего конкретного значения, превратились в словообразовательные превербы (префиксы). Префиксы соединяются с глаголами, сохраняя свой прежний фонетический облик, т. е. соединяясь с глаголами, с сохранением формы, как целое самостоятельное слово (корень). Превербы в глаголах даргинского языка фонетически и функционально тождественные соответствующим падежным окончаниям имен. Различные пространственные отношения грамматически выражаются дважды — в окончании имени и в превербе глагола.

Аналогичное явление имеет место иногда и в русском языке, где пространственное расположение предмета выражается дважды — приставкой глагола и предлогом, находящимся при имени: вложил в книгу, подложил под книгу, наложил на книгу.

Наглядный пример приставок, меняющих семантику исходного глагола, в русском языке приводит акад. В. В. Виноградов, останавливаясь на слове & quot-лететь"-. & laquo-Это слово, — говорит он, — дало языку базу для образования слов — влететь, вылететь, полететь, прилететь, вылетать, подлетать, пролетать и т. д. »- [Виноградов 1951: 67]. Подобные образования в даргинском языке отличаются от русского еще большим количеством оттенков значения.

Можно выделить следующие общие для всех словообразовательных превербов признаки:

1) потеря (в той или иной степени) своего прежнего конкретного лексического значения-

2) продуктивность в образованиях, способность соединяться с большим количеством корней-

3) способность образовывать новые слова или же придавать словам, с которыми превербы соединяются, новые смысловые оттенки.

В английском языке многие предлоги также совпадают по звуковой форме с постпозитивами. От наречий и постпозитивов их отличает, прежде всего, интонационный фактор, как наречия, так и постпозитивы стоят под ударением, предлоги же находятся в безударной позиции. Кроме того, от наречий их отличает то, что предлог, как указано, всегда связан с зависимым членом предложения, независимо от того, находится он непосредственно перед ним или в дистантной позиции. Наречия же употребляются свободно, не оформляя связи с зависимым членом.

В значениях предлога отражается семантическое взаимодействие служебного слова и соединяемых им самостоятельных слов- например, предлог в пространственное значение направленности преимущественно при замещении позиции главного члена словосочетания глаголом направленного движения (нередко с омонимичным предлогу префиксом): & laquo-внести в дом& raquo-, & laquo-войти в доверие& raquo- и т. д.

Вместе с тем, предлог может выступать как своеобразный показатель лексического значения самостоятельного слова, например: to look at. & laquo-смотреть на. »-, to look after. & laquo-присматривать за. »- и т. д.

На наш взгляд, и наречия места, и пространственные предлоги — это одни и те же структурные единицы языка, которые в зависимости от их функциональных особенностей можно квалифицировать то, как предлоги, то, как наречия, т. е. предлоги английского языка — это функциональная разновидность наречия.

ПоказатьСвернуть

Содержание

0.1. История изучения вопроса.

ГЛАВА1. ПРИДАНИЕ ГЛАГОЛАМ ПРОСТРАНСТВЕННОЙ СЕМАНТИКИ ПРЕВЕРБАМИ ДАРГИНСКОГО, ПРЕФИКСАМИ НЕМЕЦКОГО И ПОСЛЕЛОГАМИ АНГЛИЙСКОГО ЯЗЫКОВ.

1.1. Утрата глагольными аффиксами статуса лексических морфем.

1.2. Направительные превербы.

1.2.1. Семантика направления & laquo-сверху вниз& raquo-.

1.2.2. Семантика направления & laquo-снизу вверх& raquo-.

1.2.3. Семантика направления & laquo-оттуда сюда (по горизонтали)& raquo-.

1.2.4. Семантика направления & laquo-отсюда туда (по горизонтали)& raquo-.

1.3. Пространственные (местные) превербы.

1.3.1. Оппозиция & laquo-на поверхности, наверху — внизу, под& raquo-.

1.3.2. Оппозиция & laquo-перед, впереди, в передней стороне — позади, сзади& raquo-

1.3.3. Оппозиция & laquo-в, внутри — вне, наружу& raquo-.

Выводы к первой главе.

ГЛАВА 2. ГЛАГОЛЬНЫЕ АФФИКСЫ НЕПРОСТРАНСТВЕННОЙ СЕМАНТИКИ В ДАРГИНСКОМ, НЕМЕЦКОМ И АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКАХ.

2.1. Изменение грамматического значения глагола путем префиксации.

2.1.1. Превербы, меняющие классно-числовую характеристику глагола.

2.1.2. Превербы, меняющие аспектуальную семантику глагола.

2.1.3. Превербы, придающие глаголам негативную семантику.

2.1.4. Превербы в функции изменения транзитивности глагола.

2.2. Превербы в функции выражения ментального пространства.

2.3. Пространственные превербы в функции выражения темпоральной семантики.

2.4. Пространственные превербы, придающие отвлеченный смысл.

Выводы ко второй главе.

Список литературы

1. Абашилова А. М. Лексико-грамматические средства выражения семантики пространства в аварском языке в сопоставлении с английским: Автореф. дис. канд. филол. наук. Махачкала, 2002.

2. Абдуллаев 3. Г. Субъектно-объектные и предикативные категории даргинского языка. Махачкала, 1969.

3. Абдуллаев 3. Г. К проблеме главных членов предложения в дагестанских языках // Актуальные проблемы дагестанско-нахского языкознания. Махачкала, 1986а. — С. 97−113.

4. Абдуллаев 3. Г. Проблемы эргативности даргинского языка. — М., 1986.

5. Абдуллаев 3. Г. К генезису падежных формантов в даргинском языке // Падежный состав и система склонения в кавказских языках. Махачкала, 1987. -С. 114−119.

6. Абдуллаев 3. Г. Очерки по синтаксису даргинского языка. — М., 1971.

7. Абдуллаев 3. Г. Этимоны пространства и времени в словообразовании и словоизменении даргинского языка. Часть I. Этимон пространства // Выражение пространственных отношений в языках Дагестана. Махачкала, 1990. — С. 5−21.

8. Абдуллаев 3. Г. Этимоны пространства и времени в словообразовании и словоизменении даргинского языка. Часть II. Этимон времени // Выражение временных отношений в языках Дагестана. Махачкала, 1991. -С. 5−10.

9. Абдуллаев 3. Г. Даргинский язык. 2. Морфология. -М.: Наука, 1993.

10. Абдуллаев 3. Г. Даргинский язык. III. Словообразование. М.: Наука, 1993а.

11. Абдуллаев И. X. Некоторые вопросы глагола в лакском языке // Глагол в языках Дагестана. Махачкала, 1980

12. Абдуллаев С. Н. Грамматика даргинского языка (фонетика и морфология). Махачкала, 1954.

13. Абрамов Б. А. Теоретическая грамматика немецкого языка. — М., 1999.

14. Абрамова О. А. К вопросу о производности в английском языке // ФН. -№ 4, 2002.

15. Адмони В. Г. Грамматический строй как система построения и общая теория грамматики. — JL: Наука, 1988.

16. Азизханова А. Э. Выражение пространственной ориентации в восточно-лезгинских языках: Автореф. дис. канд. филол. наук. -Махачкала, 2007.

17. Афонъкин Ю. Н. Местоименные свойства немецких направительных наречий (на примере наречий hinein и herein). Вестн. Ленинград, ун-та. Сер. ист., яз. и литер. Вып. 1. 1972, № 2.

18. Амирова П. А. Дейкстические системы и средства их выражения в дагестанских и германских языках: Автореф. дис. канд. филол. наук. -Махачкала, 2006.

19. Арбекова Т. И. Лексикология английского языка. М., 1977. Арнольд И. В. Лексикология современного английского языка. — М., 1959.

20. Ахманова О. С., Смирницкий А. И. Образования типа stone wall, speech sound в английском языке // Доклады и сообщения Института Языкознания А Н СССР. Вып. 11. 1952.

21. Ахундов М. Д. Концепции пространства и времени: истоки, эволюция, перспективы. М.: Наука, 1982.

22. Беляева Т. М. О так называемых сложных глаголах в английском языке // Вопросы структуры английского языка в синхронии и диахронии. Л., 1967.

23. Бенвенист Э. Общая лингвистика. 2-е изд. — М.: Едиториал УРСС, 2002.

24. Бондарко А. В. Инварианты и прототипы в системе функциональной грамматики / A.B. Бондарко // Проблемы функциональной грамматики. Семантическая инвариантность/вариативность. СПб.: Наука, 2003. — С. 5−36.

25. Бондарко А. В. Направления функционально-грамматического описания & laquo-от форм& raquo- и & laquo-от семантики& raquo- / A.B. Бондарко // Функциональный анализ грамматических форм и конструкций. JI.: Изд-во Ленинградск. гос. пед. ин-та, 1988. -С. 5−11.

26. Бондарко А. В. О некоторых аспектах функционального анализа грамматических явлений // Функциональный анализграмматических категорий. Л.: Изд-во Ленинградск. гос. пед. ин-та, 1973.- С. 5−31.

27. Бондарко А. В. О формальности языковых значений // Язык: теория, история, типология / Под ред. Н. С. Бабенко. М.: Эдиториал УРСС, 2000. — С. 16−21.

28. Бондарко А. В. Основания функциональной грамматики // Теория функциональной грамматики. Введение. Аспектуальность. Временная локализованность. Таксис / Под ред. А. В. Бондарко. Л.: Наука, 1987. — С. 539.

29. Бондарко А. В. Принципы функциональной грамматики и вопросы аспектологии / А. В. Бондарко. Л.: Наука, 1983.

30. Бондарко А. В. Функциональная грамматика / A.B. Бондарко. Л.: Наука, 1984.

31. Бондарко А. В. Функционально-семантическое поле / A.B. Бондарко // Языкознание: Большой энциклопедический словарь / Гл. ред. В. Н. Ярцева. -2-е изд. М.: Большая Российская энциклопедия, 2000. — С. 566−567.

32. Вейнрейх У. О семантической структуре языка // Новое в лингвистике. Вып. 5. — М., 1970. — С. 163−249.

33. Великорецкий А. Д. II Исследования по теории грамматики. Вып. 2: Грамматикализация пространственных значений в языках мира. — М.: Русские словари, 2002. — С. 8−34.

34. Виноградов В. В. Русский язык. М., 1954.

35. Воронцова Г. Н. Очерки по грамматике английского языка. -М., 1960.

36. Гаджиахмедов Н. Э. Грамматические категории глагола в кумыкском языке. Махачкала, 1987.

37. Гаприндашвили Ш. Г. Фонетика даргинского языка. Тбилиси, 1966.

38. Гак В. Г. Пространство вне пространства // Логический анализ языка. Языки пространств / Отв. ред. Н. Д. Арутюнова, И. Б. Левонтина. М.: Языки русской культуры, 2000. — С. 127−134.

39. Гигинейшвили Б. К. Сравнительная фонетика дагестанских языков. — Тбилиси, 1977.

40. Гудава Т. Е. Сравнительный анализ глагольных основ в аварском и андийских языках. Махачкала, 1959.

41. Грюнбаум А. Философские проблемы пространства и времени. М.: Прогресс, 1969.

42. Гюлъмагомедов А. Г. О понятиях & quot-сложный глагол& quot-, & quot-составной глагол& quot- (по данным лезгинского языка) // Шестая региональная научная сессия по историко-сравнительному изучению иберийско-кавказских языков. Тезисы докладов. Майкоп, 1975.

43. Гюлъмагомедов А. Г. Сопоставительное языкознание в очерках и извлечениях. Махачкала, 1991.

44. Джорбенадзе Б. А. Грузинский глагол. Вопросы формального и семантического анализа. Тбилиси, 1986.

45. Есперсен О. Философия грамматики. 2-е издание. — М.: Едиториал УРСС, 2002.

46. Жигадло В. Н., Иванова И. П., Иофик Л. Л. Современный английский язык (теоретический курс). М, 1956.

47. Жирков И. J1 О строе глагола в яфетических языках Дагестана. Докл. АН СССР. 1930, № 5.

48. Жирков Л. И. Грамматика даргинского языка. М., 1926. Жирков Л. И. Грамматика даргинского языка. — М., 1936. Жирков Л. И. О строе глагола в яфетических языках Дагестана // Доклады А Н СССР. — Л., 1930.

49. Жирков Л. И. Развитие частей речи в горских языках Дагестана // Языки Северного Кавказа и Дагестана. М. -Л., 1935. — Т. 1. Жирков Л. И. Табасаранский язык. — М, 1948

50. Жирков Л. И. Система классного согласования в даргинском языке // Вопросы изучения иберийско-кавказских языков. М., 1961.

51. Жолковский А. К, Мельчук И. А. О возможном методе и инструменте семантического анализа // Научно-техническая информация. М, 1965, № 6. Жирмунский В. М. Общее и германское языкознание. — Л.: Наука, 1976.

52. Зиндер Л. Р., Строева-Сокольская Т. В. Современный немецкий язык. Изд. 2, Л.: Учпедгиз, 1941.

53. Иванова И. П., Бурлакова В. В., Почепцов Г. Г. Теоретическая грамматика современного английского языка. М.: & laquo-Высшая школа& raquo-, 1981.

54. Ивашкин М. П. Синтаксическое и словообразовательное функционирование глагольно-наречных сочетаний типа get up и stand down: Автореферат. JI., 1973.

55. Илъиш Б. А. Современный английский язык. М., 1968. Илъиш Б. А. Значение предлогов в современном английском языке // Учен. зап. Ленинградского гос. пед. ин-та им. А. И. Герцена, 1958. — Т. 157. -С. 3−13.

56. Кант И. Критика чистого разума. СПб.: ИКА Тайм-Аут, 1993. Кадибагамаев А. А. Глагольное словообразование в даргинском языке // Вопросы словообразования дагестанских языков. — Махачкала, 1986.

57. Категоризация мира: пространство и время / Материалы научной конференции. М.: МГУ, 1997. — С. 156−157.

58. Кацнельсон С. Д. Типология языка и речевое мышление. М., 1972

59. Кибрик А. Е. Проблемы глагольного словообразования дагестанских языков // Тез. докл. XII регион, научной сессии по историко-сравнительному изучению ИКЯ. Майкоп, 1990.

60. Кибрик А. Е., Кодзасов С. В. Сопоставительное изучение дагестанских языков. Глагол. -М., 1988.

61. Кожемяка В. И. Структурно-семантические группы английских глаголов, обозначающих перемещение в вертикальной плоскости (raise, lift и их синонимы): Автореф. дис. канд. филол. наук. -М., 1984.

62. Козинцева H.A. Сопоставительный анализ видовых значений в глагольных формах английского и русского языков // Вопросы сопоставительной аспектологии. Вып. 1. Л., 1978.

63. Курбанов К. К. Система табасаранского глагола. Махачкала. 2003.

64. Кондаков Н. И. Логический словарь-справочник / Н. И. Кондаков. 2-е изд., испр. и доп. — М.: Наука, 1976.

65. Кожемяка В. И. Структурно-семантические группы английских глаголов, обозначающих перемещение в вертикальной плоскости (raise, lift и их синонимы): автореф. дис. канд. филол. наук. -М., 1984.

66. Левковская К. А. Лексикология современного немецкого языка. М., 1968.

67. Левковская К. А. О словообразовании и его отношении к грамматике // Вопросы теории и истории языка. М., 1952. Левковская К. А. Словообразование. — М., 1954. Лингвистический энциклопедический словарь. -М, 1990.

68. Магометов А. А. Система послеложных падежей и превербов в даргинском языке // Система превербов и послелогов. Тез докл. 8 регион научной сессии. Черкесск, 1979.

69. Магометов А. А. Дифференциация направления в глаголах движения в диалектах даргинского языка // ЕИКЯ. Т. 11. — Тбилиси, 1984.

70. Магометов А. А. Мегебский диалект даргинского языка. Тбилиси, 1983.

71. Магометов А. А. Морфонологические изменения при присоединении превербов к глаголу в диалектах даргинского языка // Одиннадцатая региональная научная сессия по изучению системы и истории иберийско-кавказских языков. Нальчик, 1986.

72. Магометов А. А. О даргинских превербах // Сообщ. АН ГССР. Т. 16. № 2. 1961.

73. Магометов А. А. Образование отрицательных форм глагола в диалектах даргинского языка // ИКЯ. Вып. 26. — Тбилиси, 1987.

74. Магометов А. А. Система послеложных падежей и превербов в даргинском языке // Система превербов и послелогов. Тезисы докладов VIII региональной научной сессии по изучению системы и истории ИКЯ. -Черкесск, 1979.

75. Маллаева 3. М. Система пространственных и временных отношений в аварском языке: Автореф. дис. канд. филол. наук. -Тбилиси, 1989.

76. Маллаева 3. М. Видо-временная система аварского языка. -Махачкала, 1998

77. Маллаева 3. М. Грамматические категории глагола аварского языка: модальность, залоговость. Махачкала, 2002.

78. Мен. Н. М. Послелоги и так называемые парные предлоги // Вопросы преподавания иностранных языков. М., 1969.

79. Мещанинов И. И. Глагол. Л., 1982.

80. Мусаев М. -С.М. Падежные окончания и их генетические параллели в системе превербов и послелогов даргинского языка // Система превербов и послелогов. Тезисы докладов VIII региональной научной сессии по изучению системы и истории РИСЯ. Черкесск, 1979.

81. Мусаев М. -С.М. Система глагольного словоизменения даргинского языка. — Махачкала, 1980.

82. Мусаев М. -С.М. Словоизменительные категории даргинского языка (время и наклонение). Махачкала, 1983.

83. Мусаев М. -С.М. Становление и развитие генитива даргинского языка // Проблемы сравнительно-исторического исследования морфологии языков Дагестана. Махачкала, 1992. — С. 99 — 105.

84. Мусаев М. -С.М. Даргинский язык // Языки Дагестана. Махачкала-Москва, 2000. — С. 98 — 115.

85. Мусаев М. -С.М. Первичные глаголы даргинского языка // Современные проблемы кавказского языкознания и тюркологии. Вып. 3. -Махачкала, 2001.

86. Мусаев М. -С.М. Лексика и словообразование даргинского языка (учебное пособие для вузов). Махачкала, 2009.

87. Муталов P.O. Дифференциация выражения направления в ицаринском диалекте даргинского языка // Выражение пространственных отношений в языках Дагестана. — Махачкала, 1990.

88. Муталов Р. О. Система превербов ицаринского диалекта даргинского языка // ХШ-я региональная научная сессия по историко-сравнительному изучению иберийско-кавказских языков (тезисы). Майкоп, 1990а.

89. Муталов Р. О. Превербы и глагольная семантика в даргинском языке // Семантика языковых уровней различных единиц. Научная сессия, посвященная 65-летию ДГУ (тезисы). Махачкала, 1996.

90. Муталов P.O. Префиксальное глагольное словообразование в даргинском языке // VIII-й кавказоведческий коллоквиум Европейского общества кавказоведов (тезисы). Лейден (Нидерланды), 1996а.

91. Муталов P.O. Препозитивные и корневые морфемы в структурных типах глагольных основ даргинского языка // Современные проблемы кавказоведения и тюркологии. Махачкала, 1997.

92. Муталов P.O. Долгота гласных как результат префиксации в даргинских диалектах // Вопросы кавказского языкознания. — Махачкала, 1997а.

93. Муталов P.O. Закономерности видовых противопоставлений глагола даргинского языка // Тезисы докладов XI коллоквиума Европейского общества кавказоведов. М., 2002а.

94. Муталов P.O. Глагол даргинского языка. Махачкала, 2002.

95. Недялков Р. П. Самостоятельное употребление наречий heraus и hinaus. Уч. зап. Пятигорского гос. пед. ин-та. Т. 23. Вопр. германской филологии. 1961.

96. Недялков Р. П. Смысловые ряды сложносоставных глаголов с местоименными приставками-наречиями heraus и hinaus в современном немецком языке. Уч. зап. Пятигорского гос. пед. ин-та. Т. 23. Вопр. германской филологии, 1961а.

97. Нерознак В. П. О трех подходах к изучению языка в рамках синхронного сравнения // Сопоставительная лингвистика и обучение неродному языку. М., 1987.

98. Пауль Г. Принципы истории языка. М., 1960.

99. Плунгян В. А. Общая морфология: Введение в проблематику: Учебное пособие. М.: Эдиториал УРСС, 2000.

100. Плунгян В. А. О специфике выражения именных пространственных характеристик в глаголе: категория глагольной ориентации// Исследования по теории грамматики. Вып. 2: Грамматикализация пространственных значений в языках мира. М., 2002. — С. 57−98.

101. Потебня A.A. Из записок по русской грамматике. Т. 4, М. — Л., Изд. АН СССР, 1941, стр. 135.

102. СмирницкийА. И. Лексикология английского языка. М., 1956.

103. Смирницкий А. И. Морфология английского языка. — М., 1959.

104. Степанова М. Д. Словообразование и семантические системы // Структурно-типологическое описание современных германских языков. & mdash-М., 1966.

105. Степанова М. Д. Словообразование, ориентированное на содержание //ВЯ. -Ыб, 1966а.

106. Сулейманов А. А. Дарган мезла морфология. Махачкала, 1999.

107. Таджибова Р. Р. Типология словосложения в лезгинском и английском языках. Махачкала, 2009.

108. Темирбулатова С. М. Глагольная префиксация как один из способов выражения пространственных отношений в хайдакском диалекте даргинского языка // Морфологическая структура дагестанских языков. -Махачкала, 1981.

109. Темирбулатова С. М. Выражение временных и пространственных отношений в даргинском языке (на материале кайтагского диалекта). Автореф. дисс. канд. филол. наук. Махачкала, 1983.

110. Темирбулатова С. М. Словообразование хайдакского глагола // XIII региональная научная сессия по историко-сравнительному изучению ИКЯ. Тезисы докладов. Майкоп, 1990.

111. Темирбулатова С. М. Хайдакский диалект даргинского языка. -Махачкала, 2004.

112. Темирбулатова С. М. Хайдакский диалект даргинского языка: Автореферат дис. док. филол. наук. Махачкала, 2006.

113. Теория функциональной грамматики. Локативность. Бытийность. Посессивность. Обусловленность. СПб.: Наука, 1996.

114. ТестелецЯ.Г. Введение в общий синтаксис. М., 2001.

115. Улуханов И. С. О степенях словообразовательной мотивированности слов // ВЯ, 1992. N5.

116. Услар П. К. Этнография Кавказа. Языкознание. Т. 5. Хюркилинский язык. Тифлис, 1892.

117. Успенский Б. А. Языковые универсалии и актуальные проблемы типологического описания языка // Языковые универсалии и лингвистическая типология / Под ред. И. Ф. Вардуля. — М., 1969.

118. ШтелингД. А. Грамматическая семантика английского языка. Фактор человека в языке. М., 1996.

119. Хайдаков С. М. Система глагола в дагестанских языках. М., 1975.

120. Хайдаков С. М. Даргинский и мегебский языки: принципы словоизменения. М., 1985.

121. Халилов М. Ш. Глагольное словообразование в бежтинском языке // Глагол в языках Дагестана. Махачкала. 1980

122. Хангереев М Д. Категория грамматического класса и числа в аварском языке. Махачкала, 2000.

123. Чейф У. Значение и структура языка. М.: Прогресс, 1975.

124. Чикобава А. С. К истории грамматических классов в аварском языке // Изв. ИЯ-ИМК. Т. 1. Тбилиси, 1937.

125. Чикобава A.C. К принципу обозначения множественного числа в грузинском глаголе // ИКЯ. Т. 1. Тбилиси. 1964

126. Шенделъс Е. И. Грамматика немецкого языка. Изд. 2, М., Изд-во литературы на ин. языках, 1954, стр. 9−11.

127. Ярцева В. Н. Слова-заместители в современном английском языке. — Уч. зап. Ленинград, гос. ун-та. Вып. 14. 1949. № 97.

128. Ярцева В. Н. Слова-заместители в современном английском языке. -Уч. зап. Ленинградского гос. пед. ин-та, Т. 23. Вопр. германской филологии. 1961.

129. Akhmanova О., Belenkaya S. The morphology of the English verb. Tense, aspect and taxis. Moscow. 1975

130. Arnold I. V. The English Word. Moscow, 1973.

131. Bouda К. Beitrage zur kaukasischen und sibirischen Sprachwissenschaft, 3. Das Tabassaranische. Leipzig, 1939.

132. Comrie B. Aspect. Cambridge, 1976.

133. Dahl O. Tense and aspect systems. Oxford: Blackwell, 1985.

134. Deeters G. Das Khartwelische Verbum. Leipzig. 1950.

135. Dumezil G. Recherches comparatives sur be verbe caucasien. Paris, 1933.

136. Dirr A. Die kaukasische Sprachforschung, ihre Geschichte und nachsten Aufgaben. — Munchen, 1906.

137. Dirr A. Einfuhrung in das Studium der Kaukasischen Sprachen. Leipzig, 1828.

138. Moor M. Studien zum lesgischen Verb. — Wiesbaden. Otto Harrassowitz, 1985

139. Haspelmath M. A Grammar of Lezgian. Mouton-de-Gruyter, 1993. Heibig G., Buscha J. Deutsche Grammatik. Ein Handbuch fur den Auslanderunterricht. 2. Aufl. — Leipzig, 1966.

140. Kempson R. M. Presupposition and the delimitation of semantics. Cambridge: Cambridge Univ. Press, 1975.

141. Klein W. Local Deixis in Route Directions // Speech, Place and Action: Studies in Deixis and Related Topics/ Jarvella R., Klein W. Chichester, York, Singapore: ,

142. John Wiley & Sons, 1982. P. 161−182

143. Klein W. Tenses as deictic categories// Essays on Deixis/ G. Rauh (ed.). Tubingen: Narr, 1983. — P. 229−245.

144. Koenig E. The Semantic Structure of Time Prepositions in English// Foundations of Language. International Journal of1. nguage and Philisophy. Dodrecht-Holland: D. Reidel Publishing Company, 1974. — Vol. 11 — № 4. — P. 551−563.

145. Kurth R. «Herum» und «umher». Beitrage zur Geschichte der deutschen Sprache und Literatur. 80. Band, H. 3. — Halle (Salle), 1958.

146. Prior A. Papers on time and tense. Oxford: Clarendon Press, 1968.

147. Rauh G. Aspects of Deixis// Essays on Deixis/ G. Rauh (ed.). -Tubingen: Narr, 1983. P. 9−60.

148. Steedman M.J. Reference to past time// Speech, Place and Action: Studies in Deixis and Related Topics/ Jarvella R., Klein W. Chichester, New York, Singapore: John Wiley & Sons, 1982. — P. 125−157.

149. Sweet H.A. A New English Grammar. Logical and Historical. -Part 1. Oxford: Clarendon Press, 1955.

150. Tanz C. Studies in the acquisition of deictic terms. Cambridge: Cambridge Univ. Press, 1980.

151. Van den Berg H.E. Dargi folktales. Leiden, 2001.

152. Vater H. Determinanten und Quantoren // Zeitshcrift fur Sprachwissenshaft -1984. -№ 3. S. 19−42.

153. Vater H. Referenzrelationen in Texten // Germanistische Linguistik. 1991. — № 106. — S. 3−19.

154. Wunderlich D. Pragmatique, situation, d’enonciation et deixis// Language. 1979. — № 26. — P. 34−58. ч

155. СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ СЛОВАРЕЙ И ХУДОЖЕСТВЕННЫХ1. ТЕКСТОВ

156. Англо-русский толковый словарь клише (под ред. М. Корнеева). М., 1997.

157. Большой англо-русский словарь (под ред. проф. И. Р. Гальперина). М., 1982.

158. Лингвистический энциклопедический словарь. М., 1990.

159. Юсупов X. А. Русско-даргинский словарь. Махачкала, 2005.

160. Пябдуллаев С. М. Далуйта ва хабурти. Мах1ячхъала, 1948.

161. Даргала буралаби, айтуби, багьираби. Мах1ячкъала, 1995.

162. XlacanoB Ильяс Лавашала хъабуртачиб. Мах1ячхъала, 1983.

163. Cherry Gilchrist. Princess Diana. London: Penguin Books, 1999.

164. Erich Segal. Love Story. Moscow: Rolf, 2002.

165. Helma van den Berg. Dargi folktales. Leiden, 2001.

166. William S. Maugham. The Force of Circumstance. Moscow: Rolf. — 2001.

Заполнить форму текущей работой