Анализ убийства с квалифицирующими признаками

Тип работы:
Курсовая
Предмет:
Государство и право


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Содержание

Введение 2

Глава 1. Понятие и виды убийства 5

1.1 Понятие убийства. 5

1.2 Состав и виды убийства 7

Глава 2. Квалифицирующие обстоятельства, относящиеся к жертве преступления 10

2.1 Убийство двух или более лиц (п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ) 10

2.2 Убийство лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга (п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ) 13

2.3 Убийство лица, заведомо для виновного, находящегося в беспомощном состоянии, а равно сопряженное с похищением человека либо захватом заложника (п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ) 17

2.4 Убийство женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности (п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ) 23

Заключение 25

Список источников и литературы 28

Введение

Среди всех благ, присущих человеку, самым ценным является жизнь. Это благо, которое принадлежит человеку от рождения и дается ему только один раз. Утрата жизни необратима и невосполнима.

Как физиологический процесс жизнь имеет начало и конец. Начальным моментом жизни принято считать начало физиологических родов. Конечным же моментом жизни человека считается не клиническая смерть (остановка сердца), а смерть биологическая — гибель его головного мозга. Основными причинами смерти, как правило, являются болезни и биологическое старение человеческого организма. Однако ученые утверждают, что половина жителей Земли умирает преждевременно и значительная часть из них — в результате насильственной смерти, которую несут войны, катастрофы, а также другие опасности, среди которых особое место занимают убийства. Убийства всегда особенно тяжело переживаются близкими потерпевшего, знакомыми, коллегами по работе, вызывают крайне негативную оценку со стороны общества. Наиболее часто совершаются квалифицированные убийства, т. е. убийства с отягчающими обстоятельствами.

В уголовном законодательстве и теории уголовного права различных стран и времен убийству всегда уделялось исключительное внимание. Это обусловлено тем, что данное преступление имеет высокую степень общественной опасности и предусматривает наиболее суровые меры наказания за их совершение, в том числе и смертную казнь, так как объектом его является самое ценное, что есть у человека — его жизнь.

Кроме того, наблюдающаяся в последнее время, тенденция роста убийств, а особенно убийств при отягчающих обстоятельствах, вызывает необходимость более эффективной борьбы с ними со стороны правоохранительных органов. А это, в свою очередь, требует необходимых теоретических знаний для правильной квалификации данных видов преступлений. Тем более что в правовом регулировании данной проблемы имеются пробелы, а также, достаточное количество фактов несовпадения практических и теоретических моментов, требующих наиболее тщательного изучения и четкой, однозначной формулировки норм, что положило бы здесь конец беспрерывным спорам. Этим и определяется выбор темы курсовой работы и её актуальность.

Цель настоящей работы — изучить уголовно-правовой институт — убийства с квалифицирующими признаками, относящимися к жертве преступления. Выявить здесь пробелы в правовом регулировании, а также ошибки, допускаемые при квалификации такого рода убийств, сформулировать предложения по совершенствованию уголовного законодательства России об ответственности за квалифицированные виды убийств.

Для достижения цели необходимо осуществить решение комплекса взаимосвязанных задач, в числе которых:

— изучение понятия убийства как родового понятия для всех умышленных убийств, анализ элементов и признаков состава убийства, выделение видов убийств;

— анализ уголовно-правовых норм, предусматривающих ответственность за совершение убийств при квалифицирующих обстоятельствах, характеризующих жертву преступления; выявление пробелов и противоречий в правовом регулировании данного вопроса;

-разработка предложений и рекомендаций по совершенствованию соответствующих норм уголовного законодательства РФ.

Объектом работы являются те общественные отношения (их структурные элементы), которые претерпевают ущерб в результате посягательства на жизнь.

Предметом исследования являются положения уголовного законодательства об ответственности за квалифицированные виды убийств и практика их применения.

В процессе данной работы были использованы методы анализа и синтеза, сравнительно-правовой, технико-юридический, психологический и социальный методы научного познания.

В качестве теоретической базы исследования были использованы учебники по уголовному праву, научно-практические комментарии, а также труды таких ученых как: С. В. Бородин, Н. И. Бабий, М. П. Редин, А. Н. Попов, Г. Н. Борзенков, В. С. Комиссаров, С. В. Дементьев, Н. Г. Иванов, Л. А. Андреева, Н. Е. Силютина и др.

Нормативную базу составляют Конституция Р Ф 1993 г., международно-правовые акты о правах и свободах человека и гражданина, действующее и утратившее силу уголовное законодательство России, Постановления Пленума Верховного Суда Р Ф и опубликованная судебная практика Верховного Суда Р Ф по делам рассматриваемой категории.

Глава 1. Понятие и виды убийства

1.1 Понятие убийства.

Среди всех ценностей нематериального характера, осознанных большинством людей в открытых, демократических обществах — права и свободы человека считаются самыми важными. Основным личным правом человека является право на жизнь. Оно провозглашается Конституцией Р Ф (ст. 20) и закреплено Всеобщей декларацией прав человека (ст. 3), а также Международным пактом о гражданских и политических правах, где в статье 6 сказано: «Право на жизнь есть неотъемлемое право каждого человека. Это право охраняется законом. Никто не может быть произвольно лишен жизни» Международный пакт о гражданских и политических правах. Принят 16. 12. 1966 Генеральной ассамблеей ООН // Международное публичное право. Сборник документов. Т.1.- М.: БЕК., 1996. С. 475.

Защита личности от преступных посягательств, охрана её прав и свобод — обязанность государства. Это положение зафиксировано в ст. 2 Конституции Р Ф. Кроме того, в качестве одной из основных своих задач, защиту личности признаёт уголовное право. О степени приоритетности этой задачи можно судить по тому, что в Особенной части УК РФ преступлениям против личности отведено первое место.

Особенная часть УК РФ начинается разделом VII — «Преступления против личности», состоящим из пяти глав (гл. 16−20). В свою очередь Глава 16 «Преступления против жизни и здоровья» начинается со ст. 105 УК РФ — «Убийство», которое является особо тяжким преступлением и за совершение которого, по смыслу ч.5 ст. 15 УК РФ, возможно наиболее строгое наказание в виде пожизненного лишения свободы или даже смертной казни.

Термин «убийство» в российском праве утвердился не сразу. Например, в Русской правде использовался термин — «душегубство», а в Своде законов Российской Империи 1832 г. — «смертоубийство». Кроме того, и само определение данного понятия не всегда было однозначным.

В Уголовном кодексе РСФСР убийством считалось как умышленное, так и неосторожное причинение смерти человеку (ст. 106 УК РСФСР). И хотя любое убийство всегда представляет повышенную опасность для общества, всё же убийства, совершенные при некоторых обстоятельствах, например по неосторожности, могут иметь относительно меньшую общественную опасность. Поэтому нецелесообразно применять понятие самого тяжелого преступления против личности к случаям неосторожного деяния. И следует отдать должное современному законодательству, которое определяет понятие убийства только как умышленное причинение смерти и отвергает неумышленное, т. е. неосторожное убийство, признавая при этом причинение смерти по неосторожности (ст. 109) в качестве самостоятельной статьи с менее строгой санкцией.

Кроме того, необходимо обратить внимание ещё на один признак, являющийся обязательным, для квалификации умышленного деяния в качестве убийства. Это — противоправность. Нельзя рассматривать как убийство лишение жизни другого человека, например, при приведении в исполнение судебного приговора. Следовательно, убийство — это умышленное противоправное причинение смерти другому человеку.

Убийство имеет материальную конструкцию состава. Оконченным преступление признаётся с момента наступления смерти потерпевшего Редин М. П. Понятие убийства в российском уголовном законодательстве // Российская юстиция. 2007. № 10. С. 48.

Полная юридическая характеристика убийства, необходимая для его квалификации, может быть получена только в результате анализа признаков состава убийства. Установление в действиях лица состава преступления означает признание его виновным и влечет уголовную ответственность.

1.2 Состав и виды убийства

Как известно, состав убийства содержит в себе четыре элемента: объект, объективная сторона, субъект, субъективная сторона. Отсутствие хотя бы одного элемента состава убийства приводит к отсутствию состава убийства в целом.

Объект посягательства при убийстве указывает на особую общественную опасность этого преступления. Она, прежде всего, состоит в том, что человек, как уже отмечали, лишается самого ценного блага — жизни. Уголовно-правовой охране подлежит жизнь любого человека независимо от его возраста, физических и моральных качеств от начала рождения (начало физиологических родов) и до момента биологической смерти.

Объективную сторону убийства образуют: общественно-опасное деяние — направленное на лишение жизни потерпевшего; его общественно-опасные последствия — наступление смерти потерпевшего. Обязательному установлению подлежит причинная связь между деянием и наступившими последствиями (смертельным исходом). Убийство может быть совершено как путём действий (физических либо психических), так и бездействия. Также при выяснении объективной стороны убийства необходимо уделять внимание месту, времени, способам и орудиям, всей обстановке совершения этого преступления.

Субъективная сторона убийства характеризуется только умышленной виной. Умысел при этом может быть как прямым, так и косвенным. Лицо осознает, что совершает деяние (действие или бездействие), опасное для жизни другого человека, предвидит возможность или неизбежность наступления смерти потерпевшего и желает (при прямом умысле) либо сознательно допускает наступление смерти или безразлично относится к ней (при косвенном умысле).

Большое значение имеет установление по делам этой категории мотивов и целей лишения потерпевшего жизни. Мотив и цель преступления, которые принято относить к факультативным признакам субъективной стороны, в составе убийства приобретают роль обязательных признаков, поскольку от их содержания зависит квалификация убийства. Об этом в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Р Ф «О судебной практике по делам об умышленных убийствах» по этому поводу, в частности, говорится: «По каждому такому делу должна быть установлена форма вины, выяснены мотивы, цель и способ причинения смерти другому человеку…» Постановление Пленума Верховного Суда Р Ф от 27. 01. 1999 № 1 «О судебной практике по делам об умышленных убийствах» (в ред. от 03. 04. 2008 № 4) // Бюллетень Верховного Суда Р Ф. 1999. № 3..

Субъект убийства общий, им может быть лицо физическое, вменяемое, достигшее на момент совершения преступления определенного возраста, а именно 14 лет (ст. 105 УК РФ) либо 16 лет (ст. 107−108 УК РФ).

Что же касается видов убийства, то по уровню общественной опасности и в соответствии с принципом справедливости, действующий уголовный закон четко выделяет три вида убийств: простое убийство (ч.1 ст. 105 УК РФ), убийства со смягчающими обстоятельствами (ст. 106−107 УК РФ) и убийства с отягчающими обстоятельствами (ч. 2. ст. 105 УК РФ).

Наибольшую же общественную опасность представляют убийства с отягчающими обстоятельствами или квалифицированные убийства. Квалифицированным убийством принято называть убийство, совершенное при наличии хотя бы одного из отягчающих обстоятельств (квалифицирующих признаков), перечисленных в ч. 2 ст. 105 УК РФ. Разумеется, все остальные признаки основного состава убийства тоже должны быть налицо. Многие из признаков ч. 2 ст. 105 УК имелись и в прежнем законодательстве. Редакция некоторых квалифицирующих признаков уточнена, и введено несколько новых обстоятельств.

Все квалифицирующие признаки, хотя и в известной степени условно, можно разделить на 3 группы: 1) обстоятельства, характеризующие способ убийства (п. «е», «ж» ч.2. ст. 105 УК), 2) обстоятельства, характеризующие мотив и цель преступления (п. «з», «и», «к», «л», «м» ч.2. ст. 105 УК), 3) обстоятельства, относящиеся к жертве преступления («а», «б», «в», «г» ч.2 ст. 105 УК РФ).

В следующей главе наиболее подробно будет рассмотрена группа обстоятельств, характеризующих жертву преступления, куда отнесены следующие составы убийств: а) убийство двух или более лиц; б) убийство лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга; в) убийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, а равно сопряженное с похищением человека либо захватом заложника; г) убийство женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности.

Глава 2. Квалифицирующие обстоятельства, относящиеся к жертве преступления

2.1 Убийство двух или более лиц (п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ)

Итак, рассмотрим подробнее каждый из квалифицирующих признаков, характеризующих жертву преступления.

Убийство двух или более лиц (п. «а» ч. 2 ст. 105 УК), характеризуется тяжестью наступивших последствий и в связи с этим опасностью личности виновного, лишающего жизни нескольких человек.

Особенностью данного вида убийства является наличие единого умысла на лишение жизни двух или более лиц. Это — обязательный признак, указывающий на единство преступного намерения виновного.

Умысел как одна из форм вины характеризуется психическим отношением виновного к совершаемому деянию и возникает с момента начала осуществления преступной деятельности, т. е. не с момента появления цели (так называемая стадия «обнаружения умысла»), а с начала её реализации (осуществления приготовительных действий к конкретному убийству индивидуально определённого лица).

Реализация умысла чаще всего бывает одновременной, но не исключается и разрыв во времени. В п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Р Ф «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» говориться: «убийство двух или более лиц, совершенное одновременно или в разное время, не образует совокупности преступлений и подлежит квалификации по пункту „а“ ч. 2 ст. 105 УК РФ…» Постановление Пленума Верховного Суда Р Ф от 27. 01. 1999 № 1 «О судебной практике по делам об умышленных убийствах» (в ред. от 03. 04. 2008 № 4) // Бюллетень Верховного Суда Р Ф. 1999. № 3.

К одновременному убийству двух или более лиц следует отнести такие деяния, при которых потерпевшие лишены жизни без разрыва во времени и, как правило, одним действием. В качестве примера могут быть приведены случаи, когда смерть нескольким лицам причиняется путём поджога, путём отравления ядовитыми веществами, в результате срабатывания взрывного устройства и т. п. В случае совершения одновременного убийства — возможен не только прямой, но и косвенный умысел, тогда как при признании разновременного убийства двух или более лиц, объединенного единством преступного намерения, должен быть установлен только прямой умысел.

Единство умысла может усматриваться и тогда, когда убийства двух или более лиц произошли с разрывом во времени. В своей статье «Проблемы квалификации убийства» И. М. Цокуева приводит следующий пример: Гражданин В. во время отбывания наказания за разбой решил отомстить всем свидетелям, которые дали в суде уличающие его показания. Выйдя на свободу, он приехал домой к одной из свидетельниц — О. и убил её, ударив ножом в спину. Затем В. пошел по адресу второй свидетельницы Ж. и также убил ее. Задержан был В. при посягательстве на жизнь третьего свидетеля. Все упомянутые деяния объединены единым умыслом, а это означает, что совершено единое продолжаемое преступление, требующее квалификации по п. «а» ч.2 ст. 105 УК Р Ф См.: Цокуева И. М. Проблемы квалификации убийства//Законодательство. 2003. № 5. С. 68.

Что касается целей и мотивов убийства двух или более лиц, то они могут, как совпадать, так и быть различными.

Тем не менее, довольно часто возникают трудности с квалификацией убийства, отягощенного рассматриваемым признаком. Наиболее ярко этот недостаток проявляется именно при уголовно-правовой оценке покушения на убийство двух или более лиц. В этой связи, обозначились два основных подхода к решению данной проблемы.

Сторонники первого считают, что, несмотря на то, что Постановление Пленума Верховного Суда Р Ф «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» стабилизирует судебную практику, оно, тем не менее, небезупречно и не устраняет полностью законодательный просчет. Кроме того, они упрекают Верховный Суд Р Ф в том, что, руководствуясь, в первую очередь, необходимостью ужесточения наказания за данные преступления, он нарушает при этом правила квалификации единого преступления и невольно создаёт искаженное юридическое отражение действительности.

В связи с этим, они предлагают квалифицировать подобные случаи по ч.3 ст. 30 и п. «а» ч.2 ст. 105 УК, т. е. как покушение на убийство двух или более лиц, мотивируя тем, что преступление признается оконченным, если в совершенном лицом деянии содержатся все признаки состава преступления (ст. 29 УК РФ). А так как состав указанного преступления включает в себя умышленное причинение смерти двум или более лицам, то обязательный признак объективной стороны этого преступления — смерть двух или более лиц, т. е. минимум две смерти. Следовательно, наличие смерти только одного человека означает, что в содеянном содержатся не все признаки состава рассматриваемого преступления и оно не окончено. См.: Бабий Н. И. Ответственность за убийство двух или более лиц. //Законность. 2004. № 8. С. 44.; Бавсун М., Куличенко Н. Убийство двух или более лиц: совокупность или единое преступление? //Уголовное право. 2007. № 3.

Противники такого подхода, в свою очередь, считают, что при квалификации такого рода деяния в качестве покушения на убийство двух или более лиц, оконченное убийство не получает юридической оценки по ч.1 или ч. 2 ст. 105 УК РФ. Так, по мнению Г. Н. Борзенкова, «признание покушением всего деяния в целом как единого преступления снижало бы опасность содеянного и привело бы к смягчению ответственности виновного в силу ч. 3 и ч. 4 ст. 66 УК РФ. А это, в свою очередь, могло бы спровоцировать виновного на доведение до конца задуманного преступления, т. е. на убийство оставшегося в живых потерпевшего, поскольку в таком случае не было бы совокупности. Следовательно, квалифицировать данное деяние следует в соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда Р Ф, как оконченное квалифицированное убийство и покушение на убийство двух или более лиц «Борзенков Г. Н., Комиссаров В. С. Курс уголовного права: Особенная часть: Учебник для вузов. Т.3. М.: Норма. 2002. С. 111.

Однако, вероятнее всего, недостаток скрывается не в самих правилах квалификации, а непосредственно в законодательном определении квалифицирующего признака и единственно возможным выходом из данной проблемной ситуации видится изменение редакции п. «а» ч. 2 ст. 105 УК. При этом необходимо учесть следующее.

Обязательный признак анализируемого состава убийства — причинение смерти одному человеку — думается, следует дополнить квалифицирующим признаком, который означал бы не только фактическое причинение смерти второму потерпевшему, как в настоящее время, но и отражал бы намерение лица причинить соответствующий вред. В таком случае оконченным квалифицированным убийством признавалось бы причинение смерти одному лицу, а фактическое наступление или ненаступление смерти второго потерпевшего не влияло бы на квалификацию, но могло бы быть учтено при назначении наказания.

2.2 Убийство лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга (п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ)

Несмотря на то, что снижение преступности является одной из приоритетных задач нашего государства, а правоохранительные органы ведут с ней ожесточенную борьбу на всей территории РФ, её уровень, тем не менее, остаётся довольно высок. Кроме того, среди общего числа преступлений, число убийств, в том числе и убийств с отягчающими обстоятельствами, занимает не последнее место. Об этом говорилось, и говорится по радио, с телеэкранов, на страницах газет и журналов. Но более широкий общественный резонанс чаще всего получают участившиеся в последнее время, случаи убийств, связанных с осуществлением служебной деятельности или выполнением общественного долга.

Итак, рассмотрим более подробно следующий квалифицированный состав: Убийство лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга, предусмотренный п. «б» ч. 2 ст. 105 УК.

В соответствии с п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда Р Ф «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» по п. «б» ч.2 ст. 105 УК РФ квалифицируется убийство лица или его близких, совершенное с целью воспрепятствования правомерному осуществлению данным лицом своей служебной деятельности или выполнению общественного долга либо по мотивам мести за такую деятельность.

Здесь употребляемое непосредственно в законе словосочетание «в связи», справедливо интерпретируется Пленумом Верховного Суда Р Ф как «с целью воспрепятствования» или «по мотиву мести». Цель воспрепятствования правомерному поведению потерпевшего означает желание не допустить осуществление служебной деятельности (выполнение общественного долга) или пресечь её.

Воспрепятствование происходит «до» или «в процессе» осуществления служебной деятельности (выполнения общественного долга). Однако, если убийство совершено при выполнении служебной деятельности (общественного долга), но по другим мотивам (корысти, ревности, облегчить совершение другого преступления или скрыть его и т. п.), то п. «б» ч.2 ст. 105 УК РФ вменению не подлежит, поскольку в целом в подобных случаях преступление не обусловлено служебной деятельностью (общественным долгом) потерпевшего.

Не будет данного квалифицирующего обстоятельства и в случае причинения смерти потерпевшему, который, хотя и находится при исполнении своих служебных полномочий, но совершает неправомерные действия (превышает должностные полномочия, злоупотребляет ими) См.: Феоктистов М., Бочаров Е. Квалификация убийств: некоторые вопросы теории и практики // Уголовное право. 2006. № 2. С. 65−66.

.

В зависимости от того, когда и с какой целью совершается убийство потерпевшего (его близких), можно выделить три его вида: 1) превентивное (предупредительное), 2) пресекающее и 3) мстительное.

Однако не зависимо от вида, такое убийство всегда предполагает наличие в действиях виновного умысла. Такое убийство может быть совершено как с прямым, так и с косвенным умыслом.

Далее хотелось бы обратить внимание на то, что теперь, в соответствии с нормой Уголовного закона, потерпевшим может быть как должностное, так и не должностное лицо, осуществляющее служебную деятельность, а также и близкие ему лица. Это обусловлено тем, что редакция п. «б» несколько изменена по сравнению с прежним Уголовным кодексом. Вместо выполнения потерпевшим служебного долга, упоминавшегося в п. «в» ст. 102 УК 1960 г., теперь говорится о его служебной деятельности, что подразумевает не только службу в государственных или муниципальных учреждениях, но и любое выполнение трудовых обязанностей во всех организациях и на предприятиях, осуществляющих законную деятельность. Из такого широкого толкования понятия служебной деятельности можно сделать вывод о том, что это любая законная трудовая деятельность. Следовательно, потерпевшим может быть и служащий, и рабочий, и крестьянин, а также близкие потерпевшему лица.

В отличие от прежнего Уголовного кодекса новая норма предусматривает ответственность за убийство не только самого лица, осуществляющего служебную деятельность или выполняющего общественный долг, но и его близких. Как разъяснил Пленум Верховного Суда Р Ф: к близким потерпевшему лицам, помимо родственников, могут относиться и иные лица, состоящие с ним в родстве, свойстве (родственники супруга), а также лица, жизнь, здоровье и благополучие которых заведомо для виновного дороги потерпевшему в силу сложившихся личных отношений (например, невеста, жених, друзья и т. п.). Степень близости не имеет значения, если этим убийством виновный преследует цель отомстить лицу за выполнение им служебной или общественной деятельности.

«Под осуществлением служебной деятельности следует понимать действия лица, входящие в круг его обязанностей, вытекающих из трудового договора (контракта) с государственными, муниципальными, частными и иными зарегистрированными в установленном порядке предприятиями и организациями независимо от формы собственности, с предпринимателями, деятельность которых не противоречит действующему законодательству, а под выполнением общественного долга — осуществление гражданином как специально возложенных на него обязанностей в интересах общества или законных интересах отдельных лиц, так и совершение других общественно полезных действий (пресечение правонарушений, сообщение органам власти о совершенном или готовящемся преступлении либо о местонахождении лица, разыскиваемого в связи с совершением им правонарушений, дача свидетелем или потерпевшим показаний, изобличающих лицо в совершении преступления, и др.)» Постановление Пленума Верховного Суда Р Ф от 27. 01. 1999 № 1 «О судебной практике по делам об умышленных убийствах» (в ред. от 03. 04. 2008 № 4). // Бюллетень Верховного Суда Р Ф. 1999. № 3. Очевидно, что такое толкование, которое предлагает Пленум Верховного Суда Р Ф, значительно расширяет круг потерпевших (об этом уже говорилось ранее), однако и вызывает серьезный вопрос. Как квалифицировать убийство лиц, которые осуществляют свою деятельность на основании гражданско-правового законодательства?

Дело в том, что данная деятельность, как и осуществляемая по трудовому договору, может быть направлена против чьих-то незаконных интересов и, следовательно, объективно способна вызвать месть или желание воспрепятствовать ей. Достаточно напомнить, что по гражданско-правовому договору могут осуществляться даже функции руководителя организации или главного бухгалтера (п. 1 ст. 69 ФЗ «Об акционерных обществах», ст. 42 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», ст. 6 Закона «О бухгалтерском учете»), т. е. лиц, часто становящихся потерпевшими от преступлений, совершенных в связи с осуществлением ими служебной деятельности. Совершенно очевидно, что такие же мотивы и цели может вызвать деятельность частных аудиторов и детективов. Не случайно частным детективам в случае оказания услуг, сопряженных с опасностью для их жизни или здоровья, разрешается использование специальных средств (ст. 5 Закона «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации») См.: Шишко И. Квалификация «служебного долга» в условиях рыночных отношений //Российская юстиция. 2008. № 2. С. 16.; Попов А. Н. Убийства при отягчающих обстоятельствах. СПб.: Юридический центр Пресс". 2003. С. 166−167.

Большинство исследователей данного вопроса видят эту проблему именно так и очевидно, что такая позиция вполне обоснована. Ведь с переходом нашей страны на путь рыночной экономики серьёзные изменения претерпел рынок труда, составляющими которого стали выполнение работ и оказание услуг по гражданско-правовым договорам индивидуальными предпринимателями и иными лицами, следовательно, квалифицирующий признак в п. «б» ч.2 ст. 105 УК РФ необходимо привести в соответствие с новыми социально-экономическими реалиями. Для этого его нужно сформулировать так, чтобы он содержал указание на единственное критериальное значение действия — его общественную полезность. Полагаю, что новая редакция п. «б» ч. 2 ст. 105 УК, должна быть примерно такой: «Убийство лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом любых общественно полезных действий (деятельности)».

2.3 Убийство лица, заведомо для виновного, находящегося в беспомощном состоянии, а равно сопряженное с похищением человека либо захватом заложника (п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ)

Для нашего уголовного законодательства данный квалифицирующий признак новый, что обусловлено крайне неблагоприятными тенденциями преступлений, сопряженных с похищением людей и захватом заложников. Учитывая, что похищенные лица и заложники в большинстве случаев находятся в беспомощном состоянии, законодатель объединил эти квалифицирующие признаки в одном пункте (п. «в» ч. 2 ст. 105 УК).

В соответствии с п. 7 постановления Пленума Верховного Суда Р Ф «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» по п. «в» ч.2 ст. 105 УК РФ надлежит квалифицировать умышленное причинение смерти потерпевшему, неспособному в силу физического или психического состояния защитить себя, оказать активное сопротивление виновному, когда последний, совершая убийство, сознает это обстоятельство. К лицам, находящимся в беспомощном состоянии, могут быть отнесены, в частности, тяжелобольные и престарелые, малолетние дети, лица, страдающие психическими расстройствами, лишающими их способности правильно воспринимать происходящее.

Однако, в том случае, когда приведение потерпевшего в беспомощное состояние является частью объективной стороны лишения его жизни, рассматриваемый квалифицирующий признак отсутствует. Если виновный избивает потерпевшего или же спаивает его и ждет наступления бессознательного состояния с тем, чтобы потом лишить потерпевшего жизни, вряд ли можно такие ненасильственные действия лица признавать частью объективной стороны убийства. Скорее это приготовительные действия к нему. В такой ситуации последующее убийство не следует признавать квалифицированным по п. «в» ч.2 ст. 105 УК Р Ф См.: Попов А. Н. Убийства при отягчающих обстоятельствах. СПб.: Юридический центр Пресс". 2003. С. 171.

Некоторое время назад, квалификация убийства, отягощенного рассматриваемым признаком, вызывала серьёзные затруднения в судебной практике. Наиболее проблемным являлся вопрос квалификации убийства лица, находящегося в бессознательном состоянии (во сне, в обмороке) и алкогольном опьянении.

Однако, руководствуясь соответствующим Постановлением Пленума Верховного Суда Р Ф, практика последних лет всё больше встаёт на позицию непризнания сна, обморока и алкогольного опьянения беспомощным состоянием. Той же позиции придерживаются и некоторые ученые.

Так, например, профессор Дементьев считает, что подобные случаи умышленного лишения жизни человека не повышают общественной опасности виновного, поскольку потерпевшему не причиняются дополнительные особые страдания, а, следовательно, нельзя говорить и о данном отягчающем обстоятельстве. См.: Дементьев С. Понятие беспомощного и бессознательного состояния // Законодательство. 2003. № 5.С. 11.

Тем не менее, такую точку зрения разделяют далеко не все исследователи данной проблемы. Многие из них, в свою очередь, утверждают, что признаком беспомощного состояния потерпевшего следует считать и случаи убийства спящего или находящегося в обмороке человека и достаточно убедительно обосновывают свою позицию.

С их точки зрения, признание сна или обморока потерпевшего как обстоятельства, свидетельствующего о его беспомощном состоянии, не противоречит ни закону, ни Постановлению Пленума Верховного Суда Р Ф «О судебной практике по делам об убийстве», а, наоборот, соответствует им. Они указывают на то, что закон признает беспомощным состоянием потерпевшего те его состояния, при которых он не может оказать сопротивления виновному. И тут очевидно, что спящий или, находящийся в обмороке человек, действительно, не может оказать сопротивления или как-то противостоять преступному посягательству. Кроме того, они обращают внимание на то, что перечень лиц находящихся в беспомощном состоянии, который даётся в Постановлении, не является исчерпывающим, что также очевидно. См.: Силютина Н. Е. Некоторые проблемы квалификации убийства лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии // Право и государство: теория и практика. 2006. № 9. С. 142; Володин Д., Попов А. Сон и сильная степень опьянения, как обстоятельства, свидетельствующие о беспомощном состоянии потерпевшего при убийстве. //Уголовное право. 2002. № 3. С. 45.

Верной представляется вторая позиция. Думается, что убийство лица, находящегося в бессознательном состоянии, а именно, в состоянии сна или обморока в любом случае должно признаваться убийством лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, поскольку виновный, совершая преступление, осознает, что потерпевший не может ни защитить себя, ни оказать какого-либо противодействия и хладнокровно пользуется этим.

Что же касается убийства лица в состоянии алкогольного или иного опьянения, то здесь складывается схожая с предыдущей ситуация, и, как правило, решения нижестоящих судов, признающие опьянение в качестве беспомощного состояния, отменяются либо вышестоящими судами, либо Верховным Судом Р Ф.

Так, например, Президиум Верховного Суда Р Ф удовлетворил протест Генерального прокурора РФ об изменении судебного решения и переквалификации действий осужденных и постановил, что квалифицирующий признак, предусмотренный п. «в» ч.2 ст. 105 УК РФ (убийство лица, находящегося в беспомощном состоянии), вменен осужденным необоснованно. Обстоятельства дела таковы.

После совместного распития спиртных напитков Шиганов, в ходе завязавшейся ссоры, ударил ножом в руку Боброва. Когда потерпевшего повезли в больницу, Шиганов повернул повозку к реке и с помощью Адмаева стащил потерпевшего на снег, после чего задушил его кнутом, а тело бросил в реку. По приговору суда Шиганов осужден по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ, а Адмаев — по ст. 33 и п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Президиум Верховного Суда Р Ф протест удовлетворил по следующим основаниям. Признавая Шиганова виновным в убийстве лица, заведомо для него находящегося в беспомощном состоянии, а Адмаева — в соучастии в этом преступлении, суд мотивировал свое решение тем, что потерпевший находился в состоянии сильного алкогольного опьянения. Между тем по смыслу закона по п. «в» ч.2 ст. 105 УК РФ квалифицируется убийство потерпевшего, неспособного защитить себя, оказать активное сопротивление виновному в силу физического или психического состояния. К лицам, находящимся в беспомощном состоянии, могут быть отнесены, в частности, тяжелобольные и престарелые, малолетние дети, лица, страдающие психическими расстройствами, лишающими их способности правильно воспринимать происходящее. То обстоятельство, что потерпевший в момент совершения преступления был в сильной степени алкогольного опьянения, не дает оснований считать его находившимся в беспомощном состоянии. Не может быть принято во внимание и указание суда о том, что в беспомощном состоянии потерпевший находился ввиду полученного ранения. При таких обстоятельствах следует признать, что ножевое ранение было получено потерпевшим в результате действий Шиганова, направленных на лишение потерпевшего жизни, то есть в процессе совершения убийства Обзор судебной практики Верховного Суда Р Ф за четвертый квартал 1999 г.: постановление № 749п 99 по делу Шиганова и Адмаева //Бюллетень Верховного Суда Р Ф. 1999. № 10. С. 7.

Однако такой подход к решению данной проблемы видится не совсем верным, так как совершенно очевидно, что сильная степень алкогольного или иного опьянения может вызывать беспомощное состояние потерпевшего, которое будет использовано виновным для реализации своего преступного умысла.

Думается, здесь, для правильной правовой оценки содеянного и назначения виновному справедливого наказания, необходимо индивидуально подходить к рассмотрению каждого конкретного случая, полностью и всесторонне исследовать все обстоятельства дела. И, кроме того, серьёзное внимание должно уделяться судебно-медицинской экспертизе, которая бы устанавливала наличие и процентное содержание алкоголя, наркотических и прочих токсических веществ в организме потерпевшего, на основании чего, можно было бы сделать вывод о его состоянии на момент совершения преступления.

Как уже упоминалось выше, данный состав содержит еще одну разновидность убийства — убийство, сопряженное с похищением человека либо захватом заложника.

В соответствии с п. 7 названного постановления Пленума Верховного Суда Р Ф при квалификации действий виновного по п. «в» ч.2 ст. 105 УК РФ по признаку «убийство, сопряженное с похищением человека либо захватом заложника» следует иметь в виду, что по смыслу закона ответственность по данному пункту ч.2 ст. 105 УК РФ наступает не только за умышленное причинение смерти самому похищенному или заложнику, но и за убийство других лиц, совершенное виновным в связи с похищением человека либо захватом заложника. Содеянное должно квалифицироваться по совокупности с преступлениями, предусмотренными ст. 126 или ст. 206 УК РФ.

Большинство ученых считает, что в подобных случаях необходима квалификация по совокупности преступлений, предусмотренных п. «в» ч.2 ст. 105 и ст. 126 либо ст. 206 УК Р Ф См.: Кабурнеев Э. В. Особенности дифференциации и квалификации убийств, совершенных с отягчающими обстоятельствами. // Юридический мир. 2007. № 2..

По такому пути идет и судебная практика.

Однако имеется и противоположная точка зрения. Её сторонники считают, что убийство, сопряженное с похищением человека или захватом заложника — это единичное преступление, учтенная реальная совокупность преступлений, которую следует квалифицировать только по п. «в» ч.2 ст. 105 УК Р Ф См.: Иванов Н. Г Постановление Пленума Верховного Суда Р Ф «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)». Критический взгляд // Уголовное право. 2000. № 2.; Волженкин Б. В. Принцип справедливости и проблемы множественности преступлений по УК РФ // Законность. 1998. С. 6−7.

Думается, право на существование имеют и первая, и вторая точки зрения. Однако верным представляется следующее решение. Если потерпевшим при убийстве и похищении человека (захвате заложника) является одно лицо, то достаточно квалификации по п. «в» ч.2 ст. 105 УК РФ.

Если же потерпевшие разные лица (т.е. похищено (захвачено в заложники) одно лицо, а убийство совершено в отношении другого лица), то содеянное следует квалифицировать по совокупности преступлений по ст. 126 или ст. 206 и по п. «в» ч.2 ст. 105 УК РФ.

2.4 Убийство женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности (п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ)

В постановлении Пленума Верховного Суда Р Ф «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» отсутствует разъяснение относительно применения пункта «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ. При квалификации убийства беременной женщины уголовно-правовая теория и судебная практика исходит из того, что срок беременности не влияет на квалификацию (неделя, месяц, несколько месяцев). Важным условием квалификации преступления по п. «г» ч.2 ст. 105 УК закон требует, чтобы потерпевшая заведомо для виновного находилась в состоянии беременности в момент убийства, т. е. виновный должен достоверно знать о беременности потерпевшей. При этом источники сведений о беременности могут быть различными: потерпевшая сказала, из медицинских документов, по внешнему облику и т. п.

Субъективная сторона анализируемого убийства характеризуется как прямым, так и косвенным умыслом.

В юридической литературе высказываются различные точки зрения относительно уголовно-правовой оценки деяния виновного в случае его фактической ошибки, когда лицо убеждено в том, что потерпевшая беременна, а объективно она таковой не является.

Наиболее часто предлагаются следующие варианты квалификации при наличии фактической ошибки: по п. «г» ч.2 ст. 105 УК РФ — как оконченное квалифицированное убийство беременной женщины См.: Российское уголовное право. Особенная часть. Учебник / Под общ. ред. М. П. Журавлева и С. Н. Никулина. М. 2000. С. 32.

И по ч.3 ст. 30 и п. «г» ч.2 ст. 105 УК — как покушение на убийство беременной женщины См.: Уголовное право. Особенная часть: Учебник для вузов / Отв. ред. И. Я. Козаченко, З. А. Незнамова, Г. П. Новоселов. М. 2001. С. 84.

Думается, что в соответствии с правилами квалификации, такое убийство должно оцениваться по направленности умысла виновного, т. е., как покушение на убийство женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности.

Аналогично должен решаться вопрос о квалификации действий виновного при ошибке в личности потерпевшей, когда он полагает, что посягает на жизнь беременной женщины, а фактически причиняет смерть другой потерпевшей (например, сестре-близнецу), которая таковой не является.

Если же виновный не знает, что потерпевшая беременна, или ошибочно полагает, что она не беременна, а фактически пострадавшая оказалась таковой, то в этом случае содеянное необходимо квалифицировать как простое убийство (при отсутствии других квалифицирующих признаков).

Гибель плода в результате посягательства на жизнь матери или его выживание на квалификацию не влияют. Однако эти обстоятельства могут быть учтены судом при назначении виновному наказания.

Заключение

Подводя итог работы, стоит отметить, что в ней представлена лишь небольшая часть всех знаний и материалов о квалифицированных убийствах, так как более детальную характеристику данного уголовно-правового института невозможно вместить в объем курсовой. Тем не менее, здесь представлены наиболее важные аспекты убийства при квалифицирующих обстоятельствах, весьма подробно рассмотрен каждый состав, обременённый квалифицирующим признаком, характеризующим жертву преступления, а также проанализированы типичные ошибки, допускаемые при квалификации, что позволяет получить достаточное представление об этом деянии.

Теперь несколько концептуальных замечаний относительно актуальности предмета данного исследования. Убийство представляет собой базовый институт уголовного права. Данный факт может быть объяснен рядом обстоятельств, в числе которых можно выделить следующие.

Во-первых, особую значимость охраняемых общественных отношений — общественных отношений, обеспечивающих неприкосновенность человеческой жизни, которая является высшей ценностью современного социума, поскольку в парадигме «личность-общество-государство» именно личность занимает главенствующее место. А, в свою очередь, право на неприкосновенность жизни является фундаментом ее правового статуса.

Во-вторых, то обстоятельство, что, несмотря на явно прослеживающуюся тенденцию гуманизации общества, нельзя не признать наличие антагонистических деструктивных процессов, проявлением которых, в частности, являются достаточно высокий уровень агрессии, жестокости, высшей и наиболее опасной формой которых, и является убийство. Подобное положение вещей имеет место и в России, переживающей к тому же очередной переходный период в своем историческом развитии, что, естественно, предполагает значительную деформацию общественного и индивидуального бытия. Известно, что наша страна занимает одно из первых мест в мире по числу насильственных смертей.

Также следует обратить внимание на довольно сложную, призванную охватить многообразие конкретных проявлений девиантного поведения, структуру данного уголовно-правового института, в основу которой положен целый ряд конституирующих принципов, что является причиной существования большого числа проблемных моментов в его функционировании, находящихся как в практической, так и теоретической плоскости (в силу специфики настоящего исследования основное внимание в нем уделено последним). В качестве примера можно привести рассмотренную в работе и крайне актуальную дискуссию относительно состава преступления, предусмотренного п. «а» ч.2 ст. 105 УК РФ (убийство двух и более лиц), в рамках которой произошло столкновение ряда теоретических позиций.

Изложил, разумеется, не только по этому поводу, свое видение проблемы и Верховный Суд Р Ф — имеется в виду Постановление Пленума Верховного Суда Р Ф «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)», которое в значительной степени стабилизировало судебную практику, но, тем не менее, не устранило все сложности. Таким образом, налицо переход изначально теоретической дискуссии в сферу реальной правовой жизни.

В этой связи необходимо отметить, что уголовное право, с определенной точки зрения, представляет собой, по сути, прикладную юридическую дисциплину, а потому обособление доктринального и практического уровней здесь весьма условно — они всегда находятся в состоянии взаимного влияния. Например, зачастую результаты теоретических разработок, будучи интегрированными в ткань действующего законодательства, начинают играть непосредственную и весьма существенную роль в правоприменительной деятельности и поэтому приобретают совершенно особый практический смысл и значение.

Список источников и литературы

1. Конституция Р Ф от 12. 12. 1993 (в ред. от 30. 12. 2008 № 6 — ФКЗ, от 30. 12. 2008 № 7 — ФКЗ) // Российская газета от 21. 01. 2009 г. № 7.

2. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13. 06. 1996 N 63-ФЗ (с изм. и доп. от 9 ноября 2009 г. N 247-ФЗ)//Собрание законодательства РФ. 1996. N 25. Ст. 2954.

3. Бабий Н. И. Ответственность за убийство двух или более лиц //Законность. 2004. № 8.

4. Бавсун М., Куличенко Н. Убийство двух или более лиц: совокупность или единое преступление? //Уголовное право. 2007. № 3.

5. Борзенков Г. Н., Комиссаров В. С. Курс уголовного права: Особенная часть: Учебник для вузов. М.: Норма. 2002.

6. Волженкин Б. В. Принцип справедливости и проблемы множественности преступлений по УК РФ // Законность. 1998. № 1.

7. Володин Д., Попов А. Сон и сильная степень опьянения, как обстоятельства, свидетельствующие о беспомощном состоянии потерпевшего при убийстве. //Уголовное право. 2002. № 3.

8. Дементьев С. Понятие беспомощного и бессознательного состояния // Законодательство. 2003. № 5.

19. Иванов Н. Г Постановление Пленума Верховного Суда Р Ф «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)». Критический взгляд // Уголовное право. 2000. № 2.

10. Кабурнеев Э. В. Особенности дифференциации и квалификации убийств, совершенных с отягчающими обстоятельствами// Юридический мир. 2007. № 2.

11. Попов А. Н. Убийства при отягчающих обстоятельствах. СПб. Юридический центр Пресс". 2003.

12. Редин М. П. Понятие убийства в российском уголовном законодательстве // Российская юстиция. 2007. № 10.

13. Российское уголовное право. Особенная часть. Учебник / Под общ. ред. М. П. Журавлева и С. Н. Никулина. М. 2000.

14. Силютина Н. Е. Некоторые проблемы квалификации убийства лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии // Право и государство: теория и практика. 2006. № 9.

15. Уголовное право. Особенная часть: Учебник для вузов/Отв. ред. И. Я. Козаченко, З. А. Незнамова, Г. П. Новоселов. М. 2001.

16. Феоктистов М., Бочаров Е. Квалификация убийств: некоторые вопросы теории и практики // Уголовное право. 2006. № 2.

17. Цокуева И. М. Проблемы квалификации убийства//Законодательство. 2003. № 5.

18. Шишко И. Квалификация «служебного долга» в условиях рыночных отношений//Российская юстиция. 2008. № 2.

Материалы судебной практики:

19. Постановление Пленума Верховного Суда Р Ф от 27. 01. 1999 № 1 (в ред. от 03. 04. 2008 № 4) // Бюллетень Верховного Суда Р Ф. 1999. № 3.

20. Обзор судебной практики Верховного Суда Р Ф за четвертый квартал 1999 г.: Постановление № 749п 99 по делу Шиганова и Адмаева // Бюллетень Верховного Суда Р Ф. 1999. № 10.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой