Биография и деятельность Зая-Пандиты

Тип работы:
Реферат
Предмет:
История


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

http: ///

План

1. Детство и учеба

2. Распространение буддизма

3. Создание «ясного письма»

4. Литературная деятельность

5. Просветительская и дипломатическая деятельность

Заключение

Список литературы

Приложение

1. Детство и учеба

Зая-Пандита или Зая-Пандита Намкхай Чжамцо (калм. Зая Пандит О? тр?ун Дала; монг. Заяа Бандида Огторгуйн Далай (Намхайжамц); ок. 1599 — сентябрь 1662) -- калмыцкий и ойратский деятель буддизма школы гелуг, создатель алфавита «ясное письмо», переводчик сутр и других текстов, поэт, учёный и просветитель, видный политический деятель Центральной Азии середины XVII века (Википедия).

«Зая пандита родился в год Свиньи, в стихию Земли 1599 г.). Зая пандита был из рода Хошут, из поколения Шангас, принадлежащего Гуручинэ духовенству».

Ратнабадра, говоря о родословной своего учителя Зая Пандиты, пишет: «Дед его по имени Кунку Заячи за свое красноречие считался умным между Четырьмя Ойратами.».

Из этого сообщения понятно, что род Кунку Заячи (мудрый прорицатель) относился к аристократической части ойратского общества. Детство, отрочество и ранняя юность будущего ойратского гения прошли в родной юрте, у уютного семейного очага. До семнадцати лет он жил и воспитывался точно так же, как и любой другой ойратский мальчик.

В те времена огромную роль в процессе воспитания детей и юношества играл фольклор. Ойратская семья тогда состояла из нескольких поколений, поэтому дети имели прекрасную возможность познавать окружающий мир с помощью мудрых бабушек и дедушек. Богатырские сказания, исторические повествования, сказки, пословицы, поговорки, благопожелания, песни и другие жанры устного народного творчества оказывали благотворное воздействие на становление личности ребенка и воспитывали в нем лучшие черты характера.

Дед будущего гения был великолепным знатоком фольклора, знал и высоко ценил слово. Только такого человека в те времена могли назвать красноречивым. Если учесть, что он слыл «умным среди всех ойратских племен», то можно не сомневаться в его мудрости и большом авторитете среди народа. Неудивительно, что О’Далай с самых юных лет впитывал живительные соки народной мудрости.

Очень высоко среди ойратов ценились знания, что подтверждается пословицами: «Вселенная освещается солнцем, человек — знанием», «Ремеслу учиться старости нет», «С мастером — не спорь», «Силы могут иссякнуть, знания — никогда», «Наука бездонна, дружба беспредельна», «Силой можно победить одного, знанием — многих», «Учение — родник ума», «Ученье — слаще сахара и меда», «Учение — источник счастья, лень — исток мучений».

Народная мудрость заключалась также и в том, что все нужные для жизни знания юный человек получал в занимательной форме, легкой для запоминания — в виде интересных сказок, красивых преданий, метких слов, кратких устных формул повседневного поведения — пословиц.

«У него (Кункан Заячи) много было сыновей, из которых старший назывался Бабохан. У Бабохана было восемь сыновей, пятый из них — Зоя пандита»

Поскольку Зая Пандита вырос в многодетной семье и был пятым из восьмерых братьев, то вполне понятно, что он часто играл с ними в разные игры. Очень популярной среди ойратской детворы была игра в альчики (шага наадлгн), которая развивала хороший глазомер, большую точность броска, а также силу удара. Также бытовали такие игры, как «долан ходжгр, нег тюджгюр» (дословно: семь плешивых, один стриженый), «бултджи надлгн» (прятки). Широко распространены у ойратов (калмыков) были игра в шашки (дева) и в шахматы (шатр). Причем, ойраты значительно усложнили правила шахматной игры и дали фигурам свои названия.

Монгольские племена были знакомы с учением самой древней мировой религии еще во времена основателя монгольской империи Чингисхана. Однако отправной точкой пути ойратов (калмыков) к великому учению Будды стало одно событие, о котором Ратиабадра поведал так: «Отец Цецен хана, Байбагас Батур, и прочие князья Четырех Ойратов условившисъ между собою посвятить в банды (духовное звание) по одному сыну. Все князья исполнили свое слово, исключая Байбагас Батура, который вместо своего сына поставил мальчика… и велел ему принять духовное звание». Этим мальчиком был никто иной, как будущий Намкай Джамцо Огтургуйн Далай Зая Пандита Ойратский, который стал названным сыном знаменитого Байбагас-батура, старшего из табун-барс (пятерых братьев-барсов).

Этот акт высокого гражданского сознания, когда каждый из виднейших представителей национальной элиты — ханов и нойонов — отправил по одному своему сыну на учебу в Тибет, имел огромное значение в распространении буддизма среди ойратов (калмыков). Видимо, это было сделано для того, чтобы поднять на должную высоту авторитет ламы — буддийского монаха, а значит и буддийской религии в ойратском обществе. Ламы аристократического происхождения стали называться тойнами.

Так как Зая Пандита был сыном лидера всех ойратских племен Байбагас-батура, то ему всегда и всюду оказывались соответствующие почет и уважение. Достаточно сказать, что по прибытии в Тибет он состоял в свите высшего государственного чиновника (Дибе) и до поступления в монастырь жил в его дворце. Конечно же, значительно позднее это положительно сказалось на распространении проповедуемого им учения среди ойрат-монголов.

«На 17-м году он принял от Манзушири хутукту звание банди».

Банди (манджи — по-калмыцки) — это самая первая, начальная степень буддийского монаха.

«По вступлении в банди он просил позволения не оставаться далее на Родине без занятия, а ехать в Тибет. Получив на то позволение от своего владельца в Кукунуре, в год Дракона оставил Родину и отправился в Тибет.

В это время Кукунур находился под властью Холочи Нойона. Отсюда после кратковременного пребывания отправился в Тибет и прибыл в год Змеи".

«Зоя Пандита сперва поступил к Дибе в качестве дюйнхора (послушника), потом поступил в школу, где учился первоначальным предметам. Будучи одарен от природы сметливостью, он много успел приобрести, применяя урочные свои занятия высшим отделениям науки. Все удивлялись его способностям и говорили, что он будет великим мудрецом.

После того он поступил в школу Цанит. По прошествии 10 лет он превосходно диспутировал на степень рабджамба, привел всех в удивление, и имя его пронеслось повсюду.

В Тибете традиционные образовательные центры находились в крупных монастырях, каждый из которых представлял определенную буддийскую школу. Монастырские образовательные центры университетского уровня могли иметь широкий или узкий профиль обучения. В образовательных центрах широкого профиля имелось четыре факультета: философский (цанид), тантрический (факультет, на котором студенты-монахи изучали традиционные техники работы с сознанием, опираясь на соответствующие разделы текстов буддийской письменной традиции), медицинский и астрологический. В монастырских университетских центрах узкого профиля упор делался на изучение философии. Здесь углубленно изучали классическую индобуддийскую философию (наследие четырех ведущих школ — Вайбхашика, Саутран-тика, Мадхьямика и Виджнянавада), теорию и практику философского диспута, логику и диалектику. Особое внимание также уделялось, наряду с философией, изучению религиозной доктрины буддизма и монашеской дисциплины, включая практическое освоение традиционных методов работы с сознанием (углубленная концентрация, система созерцательной практики). Это было особенно присуще образовательным центрам школы Гелугпа, где и обучался Зая Пандита.

Как следует из сочинения Ратнабадры, Зая Пандита блестяще овладел всеми науками буддийского канона. «Когда on находился в школе Ундусун, то послан был к нему посол с предложением, чтоб был он ламою отделения Кагбы. Тогда бывший лама Ундусуна заметил, что «цецен рабджамбе лестно занять такое место, но прискорбно, что меня обошли «. Такое его замечание убедило учеников Ундусуна, бывших с ним в дружбе.

После поступления в звание ламы Кагбы Зая пандита был принят в число 10 гелюнгов, долженствовавших присутствовать 19-го числа при принятии Далай Ламою звания гелюнга от Богдо Ламы. После этого он сделался ламою Цобзана и Кагбы". См. рис. 1

Зая Пандита был одним из лучших знатоков буддийского учения: недаром он входил в число избранных лиц, особо приближенных к Далай-ламе и в довольно молодом возрасте был удостоен высших ученых степеней и званий и стал ламой-наставником одновременно двух факультетов — Цобзапа и Kaи-бы. Здесь необходимо внести некоторую ясность в отношении терминов, касающихся буддийских ученых степеней и религиозных званий.

Профессор Шилэгшш Норбо в комментариях к своей книге «Зая Пандита», даст следующие пояснения:

Лама (совершенно чистый -- тибет.) — человек, следующий буддийским заповедям и ставший монахом.

Рабджав (рабджамба) — (превосходный, выделившийся среди других, отличный ученый — тибет.) — высшая ученая степень, нрисваемая духовным лицам. Синоним этого слова — гешс. Рабджавы, в зависимости от формы сдачи экзаменов на получение ученой степени, подразделялись на лхарамб, цзорамб, дорамб, шатарамб, габчу.

Пандита. Так в Древней Индии назывались ученые мужи, прошедшие обучение при храмах и овладевшие «пятью науками» в традиционной классификации.

Зая — (победоносный — санскрит) — эпитет буддийских царей, архатов.

Истории известно несколько Зая Пандит, одним из которых был, например, Зая Пандита Халхаский Лувсанпрэнлэй (1642 — 1715), который написал на тибетском языке много томов сочинений по различным разделам буддизма. Крупнейшим из них является четырехтомное сочинение «Запись глубоких, священных книг, прослушанных хувраком Лувсан-прэмлэсм, так называемое «Ясное зеркало» (1668 — 1702). Это сочинение содержит материал по истории религии, науки и литературе Индии, Тибета и Монголии. Этот выдающийся лама написал автобиографию (1680) и биография Халхаского Тушэту-хана.

Таким образом, Зая Пандита — это не имя, но титул, ученая степень, почетное звание буддийского монаха высокой учености.

Зая Пандита Ойратский имел много почетных званий, таких как: богдо хутугга (мудрый перерожденец), гэгэн (Его святейшество), рабждамба-цорджи, цэцэн-цорджи — (мудрый порджи), царь драконов (благодаря которому идет дождь знаний) и другие. Монашеское имя Зая Пандиты Ойратского — Намкай Джамцо (Небесный океан — тибет.) и на его родном языке звучит как Окторгуйн Далай, светское же его имя было Бархавг.

калмыцкий буддизм просветительский пандита

2. Распространение буддизма

Окторгуйн Далай Зая Пандита Ойратский, став одним из самых образованных людей своего времени, но совету иерархов буддийской религии, через много лет вернулся на родину, чтобы «сеять разумное, доброе, вечное».

Зая Пандиту Ойратского называют Учителем потому, что он донес до своего родного народа драгоценное учение, подаренное всему человечеству самим Буддой.

Ойраты, как и все монголы, изначально поклонялись Вечно Синему Небу (Тенгри) и Матери-земле (Этуген), т. е. были язычниками, приверженцами, так называемой, «черной веры». Они разделяли всю вселенную натри зоны: небо — мир небожителей, поверхность земли — средний мир и мир мертвых — нижний мир.

11 июня 2006 года весь цивилизованный мир отметил 2550-летие ухода в Махапараиирвану того, кто указал всем живым существам Путь к спасению. Им был Будда Шакья-муни.

Выдающийся тибетский ученый, историк буддизма XIV века Будон, отмечая заслуги Учителя, писал: «Хотя деяния Будды так многочисленны, что являются непостижимыми для нашего ума, все же, имея в виду тех, кто требует определенного числа, и, для того, чтобы исследовать более близко основные достижения Будды, сведующис (обычно) упоминают Двенадцать деяний.

С Тибета буддизм пришел к монголам, в том числе и к западным — ойратам.

Человеком, с именем которого связано это великое событие в жизни нашего народа, был Опурхуйип Далай Зая Пан-дита Ойратский. Ему удалось добиться того, что в течение короткого срока буддизм утвердился в ойратской среде. Во многом этому способствовало то, что Зая Пандита, благодаря своей просвещенности, глубоким знаниям и замечательным человеческим качествам пользовался большим уважением среди высшего общества монголо-ойратского народа.

Зая Пандита хорошо знал и был близко знаком со многими вождями ойрат-монголов, в том числе: с Очирту тайджи, Тайсун ханом, Абалаем, Засакту ханом, Кундулен Убаши, Цс-цсн ханом, Гомбо Йельдснгом, Лубзанг Сапджином, Кирсан-том, Укури тайджи, Галданом, Дайчином тор! утским, Tapiyn Эрдени хуи тайджи, Гуши Помын ханом, Батур хун тайджи, Галдамой, Сономсутасм, Сснге, Цукером, Аюкой, Цаганом, Данджином, Солтан тайджи хойтским, «Лабай зайсангом, дербетом Хошучием, Цокто дербетским, Ламджабом и многими молодыми знатными князьями, которые подносили ему подарки».

Более двадцати лет, практически всю оставшуюся часть жизни, Зая Пандита провел в дороге, в пути, распространяя свет Учения и приобщая своих соплеменников к высшим ценностям буддизма.

«Посеяв семена добрых дел, он (Зая пандита) производил дождь высокого учения (Будды) и тем поливал засохшую почву душ невежд, которая стала производить обильные плоды добрых дел».

Зая Пандите пришлось очень много передвигаться по огромной территории, где проживали тогда ойрат-калмыки. Дважды он побывал у своих соплеменников на Волге.

3. Создание «ясного письма»

На нашей планете существуют свыше пяти тысячи языков и всего лишь несколько сот видов письменности. Как видно, не каждый народ сумел создать свою национальную систему грамоты, что свидетельствует не только о необычайной сложности, но и об особой уникальности этого феномена.

Истории известно очень мало имен создателей национальной письменности. Еще реже случаи, когда ими являлись представители самой нации. Одним из таких выдающихся личностей, подаривших своим соплеменникам возможность чтения на родном языке, был создатель «Тодо бичиг» (ясное письмо) Огторгуйп Далай Зая Пандита Ойратский.

Исторически сложилось так, что долгое время именно религиозные центры одновременно были также центрами образования и просвещения. Так было и на западе, и на востоке, так было и в ойратской среде.

В результате распада монгольской империи ойратский диалект, уже в XIII в. несколько отличавшийся от других монгольских диалектов, дал начало процессу образования ойратского (калмыцкого) языка, который сложился на основе диалектов различных монгольских племен, вошедших в состав ойратов. Обогащение словарного состава ойратского языка происходило также за счет общения ойратов с другими племенами и народностями.

«Зимою в год Мыши (1648) составил калмыкскую азбуку, совершил обряд Цаган Сара, объяснив „Бодимур“, „Пачой“, „Бучой“ и многие глубокие учения и тем содействовал к распространению буддизма».

«Как бы отвечая новым потребностям и национальному самосознанию ойратов, — писал академик Б. Я. Владимирцов, — представитель одного из ойратских племен — хошоутов Зая-Пандита, получивший солидное образование в Тибете, изобрел в 1648 году особый ойратский алфавит, основанный на общемонгольском, и установил правила новой орфографии, руководствуясь главным образом этимологическим принципом правописания. Еще большая заслуга Зая-Пандиты заключается в том, что им был определен и установлен литературный язык ойратов.

В книге «Соединение букв» Зая Пандита называет цель составления «Ясного письма»: «Очирту-тайджи и Аблай-тайджи повелели мне: чтобы содействовать благу всех монгольских племен, без путаницы выдели порознь буквы, имеющие во многом одинаковый облик! Улучши монгольский алфавит, сделав его ясным!».

Зая Пандита Ойратский с честью справился с труднейшей научной задачей, создав усовершенствованную письменность. Его назвали «тодо бичиг» (ясное письмо), так как в нем отсутствовала многозначность букв. Каждая графема «Ясного письма» получила единственное фонетическое звучание. При этом Зая Пандита практически не изобретал новых графем, а несколько видоизменил старые буквы и ввел новые диакретические знаки. В ойратском языке имелись долгие гласные, и одним из преимуществ «тодо бичиг» явилось их отображение на письме, которое выражалось с помощью специального знака (горизонтальной черточки) или же удвоением гласного. «Тодо бичиг» имеет вертикальное направление, буквы в слове и слова пишутся сверху вниз. Слова в столбцах разделяются пробелами; столбцы располагаются слева направо. Большинство букв имеют три различных написания: доя начала, середины и конца слова.

Письменность, созданная Зая Пандитой, была настолько популярной, что ею пользовались не только сами ойраты, но и другие народы Центральной и Средней Азии. «Тодо бичиг» (ясное письмо) — одно из удивительных явлений письменной культуры. На нем записаны многие главы героических эпосов «Гэсэр» и «Джангар», ойратские (калмыцкие) версии древнеиндийской «Рамаяны», сборники индийских сказок «Панчатантра», «Сидциту кюр», отдельные главы китайского романа «Си юй-цзы», тексты буддийской канонической энциклопедии «Ганджур» и «Данджур» и многие другие памятники устной и письменной литературы народов Центральной Азии.

За более чем 350-летнюю историю существования письменность «тодо бичиг» испытала взлеты и падения, расцвет и упадок. Па ней осуществлялась официальная переписка калмыцких тайшсй и ханов с российскими царями и административными органами еще с XVII в.; издавались первые калмыцкие газеты, учебники, словари; калмыки пользовались своей письменностью вплоть до 1925 года.

Немало калмыцких рукописей сохранилось в рукописных фондах научных учреждений Санкт-Петербурга и в библиотеке Казанского государственного университета. Много документов, написанных на зая-нандитском алфавите, хранится в Центральном государственном архиве Республики Калмыкия.

В архиве Санкт-Петербургского отделения Института востоковедения РАН хранится около 400 рукописей, переведенных на калмыцкий язык. Они имеются и в библиотеке Академии наук МНР. В Западной Германии немецкий ученый В. Хэйсиг обнаружил около 150 калмыцких рукописей, относящихся к XVII -- XVIII вв.

Рукописные фонды памятников на «тодо бичиг» сосредоточены в книгохранилищах Монголии, Внутренней Монголии и Синьцзяиа (Китай), России, Австрии, Германии, Венгрии, США и насчитывают, но неуточненным данным свыше двух тысяч экземпляров

4. Литературная деятельность

Огторгуйн Далай, как известно, не только создал новое письмо, но и по сути создал новый ойратский литературный язык. Для этого ему пришлось проделать титаническую работу по переводу многих буддийских канонических текстов. Это было связано с громадными трудностями, так как нужно было адекватно перевести сложнейшие философские буддийские трактаты, что требовало разработку научного лексического аппарата и методики перевода, введение огромного количества терминов по философии, астрологии, медицине и т. д. Также им было написано большое количество оригинальных произведений. Конечно же, он не был одинок в своих устремлениях, его окружали многие ученики и последователи, в числе которых был, как мы знаем, и Ратнабадра — будущий биограф Зая Пандиты.

Зая-Пандита перевел с тибетского языка на ойрат-монгольский свыше 170 буддийских махаянистских сочинений, тантрических сочинений и шастр. В том числе: Буддийские сутры: «Алтан гэрэл» («Золотой блеск»), «Дорджи-джодба» («Алмазная сутра»), «Тарбачинбо» («Великий освободитель») и др. Буддистские литературные произведения: сказания, истории, жизнеописания выдающихся деятелей, например «История Миларайбы», волшебные сказания и др. Поучения: Субашид" Философия и логика: «Светлое зерцало», «Похвальное слово учению о причинах и следствиях». И др. Медицина: «Заклинания, облегчающие болезни», «Рвотное средство». Астрономия: «Ответы, касающиеся астрологии, «Сто воззрений на астрологию», «Знаки звезд и планет». Языкознание: «Необходимо нужное», «Сокровищница слов», «Объяснение иносказаний». География: «Свойства земли».

Из книг главные:

Итегель

Итегелин кутулбури

Тарбачэнбо

Палдзаракша

Олдзэй дабхур

Олдзэй бутуксэн

Бадзар бидаранайн токтол Биягийн дзурэкэн Нигуца хурангуйн ускэл.

Зая-Пандита ко всем этим переведенным буддийским религиозным сочинениям написал стихотворные колофоны.

6. Просветительская и дипломатическая деятельность

Об огромном влиянии просветительской деятельности Зая Пандиты на общественное сознание калмыцкого народа можно судить по одному из пунктов Токталов (законов) хана Дондок Даши: «Если сыновья знатных людей не будут обучаться монгольской грамоте, то с отцов таковых взыскивать по трехгодовалой лошади, сыновей же отдавать для обучения учителю; с многих известных людей (взыскивать) по трехгодовалому барану, а с (людей) низкого звания брать по пятнадцать копеек, и детей их отдавать, по прежнему, для обучения учителю. Если (чей-либо) сын не будет учиться до пятнадцати лет, то таковых штрафовать».

Глубоко символично, что этот первый в мировой педагогической практике закон о всеобщей грамотности связан с именем Зая Пандиты Ойратского.

Съезд крупнейших монгольских и ойратских ханов и нойонов состоялся в сентябре 1640 года в урочище Улан бура у Тар-багатайских гор, на территории Джунгарского ханства. Хурал был созван по инициативе Батура хун-тайджи. Во вступительной части Уложения перечислены имена виднейших политических, военных и религиозных деятелей, съехавшихся на съезд князей Монголии и Ойратии. Присутствовали: Эрдени Дзасакгу-хан — первый хан из династии Дзасакту-ханов, Туше-ту-хан, Далай-хун-тайджи, Мерген-нойон, Эрдэни-хун-тайд-жи, Гуши-Номин-хан, его брат Кундулен-Убуши, Очирту-тай-джи (Цецен-хан), Хо-Урлюк с сыновьями Шукур-Дайчином и Елденом, Цецен-нойон — двоюродный брат Хо-Урлюка, Тенге-ри-тойн, Дайчин-Хошучи, Бу Эльден, Батур-хун-тайджи, его младшие братья: Мэргэн-Дайчин и Чэкэр, Дайчин-хун-тай-джи, Эльдэн-нойон, Мэргэн-нойон, Шукур-Дайчин, Эльдэн (Йельден), Дайбун-хун-тайджи, Мэдэчи-тайши, Аюши-хатан-батур, Мэргэн-Дайчин, Дамарин и другие. Калмыцкий историк Габан Шараб писал, что собравшиеся на съезде нойоны, в присутствии хутукты, возложением на головы свои бурхана Шакджи Муни Номин сякусн — хранителя веры и держанием Эрликовой цалмы присягою утвердили законы. Они торжественно поклялись: «Не будем вводить розни в среду монголов, не будем обращаться с людьми одной с нами крови так, как с рабами, хотя б они обеднели и пошли к нам в услужение; не будем отдавать их подвластному человеку иной кости, не будем проливать их кровь, за дочерьми в приданое не отдавать и иностранным не отдавать. Не только мы, но и потомки наши из рода в род, да не будем делать зла друг другу».

Первый пункт законов, принятых на съезде монголо-ойратской аристократии, провозглашал о ненападении и коллективном наказании агрессора. Это был первый зафиксированный в истории Пакт о ненападении и коллективной безопасности. Примечательно, что в его разработке и принятии активно участвовали Зая Пандита Ойратский и другие видные представители самой миролюбивой религии — буддизма.

Заключение

Личность Зая Пандиты Ойратского еще при его жизни стала легендарной. Он пользовался непререкаемым авторитетом у всех слоев населения монголоязычного мира. Не случайно после его кончины Далай лама сказал: «Вы, ученики, отправившись в Монголию, соорудите статую покойника в локоть из чистого серебра для оказывания постоянного почтения «.

Действительно, из трехсот лап серебра соорудили статую (Зая пандиты). Художники, которым поручено было ее строить, Муки Дхарма Амшинг Дзэйдана и прочие, всего шестнадцать непальцев. Это сооружение продолжалось два месяца под надзором ламы Гуманг габцу, Келемурчи, Дайчин Нансо, Эрке Уйзанг Наисо лама и Лобзал Гэндун гелюнга.

Пепел и другие необходимые вещи отпустили из казны (Далай ламы). Мощи Будды и других святых, платье Зунка-вы и других святых, волосы Далай ламы и других святых, радужный рилу (шарик) и разные другие токтол тарни (разные изречения), Бадзарсадо и другие изречения пожаловал Далай лама. Все эти вещи, собрания разных тарний положили внутрь статуи, и в счастливый день среднего летнего месяца в год Зайца (1663) освятили ее. По приказанию Далай ламы эта статуя оставлена была при нем на трое суток. При этом случае сочинена была молитва «Дэду цаган оки», состоящая из семи шлаков, и дана ученикам покойника.

Глубоко символично, что замечательный памятник великому Огтургуйн Далаю Зая Пандите Ойратскому воздвигнут около учебных корпусов Калмыцкого государственного университета. Говоря пушкинским языком, он был и навсегда останется «нашим первым университетом».

Список литературы

1. Авляев Т. Зая-Пандита и его время. //Хальмг унн за 25. 07. 2004 г.

2. Википедия.

3. Калмыцкий букварь. /Сост. Нармаев А. и Очиров Н. Элиста, 1994

4. Лунный свет. Калмыцкие историко-литературные памятники. Элиста, 2003.

5. Санджиев А. Б. О`Далай Зая Пандита Ойратский. Элиста, 2007

Приложение Примеры написания букв и слов «ясного письма»

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой