Русские ереси как явление культурного перелома рубежа XV-XVI веков

Тип работы:
Диссертация
Предмет:
Теория и история культуры
Страниц:
183


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Актуальность темы исследования. Ситуацию в современном российском обществе можно охарактеризовать как культурный перелом, кризис, отражающий незавершенность процессов перехода к новой структуре ценностей. Под ценностью в данном случае подразумевается ведущая категория аксиологического дискурса. Отмеченная незавершенность затрудняет оценку событий, через которые прошла Россия на своем историческом пути. В такие моменты философия и аксиология обращаются к прошлому в поисках идеалов и, самое главное, ценностных оснований культуры — ценностного ядра, на которое опиралась отечественная история в прошлом. Чтобы понять специфику современного переломного периода необходимо обратиться к аналогичным процессам в истории. Это позволит выявить типологические черты подобных явлений и специфику современного культурного перелома и приблизит к пониманию механизма смены ценностных приоритетов эпохи.

Культурные переломы проявляются через социо-культурные явления, в которых, как в зеркале, отражаются особенности переломной эпохи. Понимание специфики ценностей культуры становится более глубоким в случае обращения к антиценностям, так как это позволяет полнее выявить комплекс положительных категорий, по аналогии с комплексом отрицательных. При исследовании особенностей перехода от Средневековья к Новому времени в России актуальным является осмысление восприятия традиционным обществом антинормы, каковой в Православии, конечно, является ересь. Таким образом, изучение русских ересей рубежа ХУ-ХУ1 вв. позволит лучше понять систему ценностей Православной традиции, составляющей ядро русской культуры и основу ее духовности.

Определенный разрыв преемственности в религиозной культуре затрудняет адекватное восприятие этих ценностей. На протяжении многих десятилетий темы, связанные с историей Русской Церкви и православной духовностью, находились под запретом. Это привело к потере четкой вероисповедальной самоидентификации большинством современников и распространению деструктивных культов на территории России. В отечественной истории уже были периоды смены ценностной иерархии, сопровождавшиеся распространением религиозного инакомыслия. Наиболее ярким примером такого перелома в культуре являются события рубежа XV—XVI вв., сопровождавшиеся распространением ересей, которые воспринимались современниками угрозой самому существованию русской государственности. Таким образом, понимание сущности русских ересей изучаемого периода позволит более четко осознать специфику современного культурного перелома, через выявление механизма смены ценностных приоритетов эпохи, а также позволит приблизиться к раскрытию типологических черт культурного перелома как явления культуры, что определяет востребованность исследования.

Степень разработанности проблемы. Внимание к истории Церкви в отечественной историографии не оскудевало во все ее периоды. Но до середины XIX в. специальных работ, посвященных средневековым еретическим движениям, не было, хотя в общих трудах по истории Отечества и русской Церкви им уделялось определенное внимание (Н.С. Арцыбашев, М. М. Щербатов, Н. М. Карамзин, С.М. Соловьев). Упоминается о ересях рубежа XV—XVI вв. в обзорах религиозных движений Русской Церкви (И. Геринг, Т.И. Буткевич), где, несмотря на преимущественную описательность и хронологический порядок изложения материала, делались попытки осмыслить их истоки.

Поиск места России в мировой культуре и смысла ее истории, пробудившийся с начала XIX в., заставлял задумываться об истоках разделения российского общества на западников и почвенников. Большинство исследователей связывали начала размежевания с событиями рубежа XV—XVI вв., проявившимися в спорах & laquo-нестяжателен»- и & laquo-иосифлян»-. В литературе была озвучена мысль о том, что их противостояние разделило отечественную культуру на два направления. Пробуждение интереса к двум знаковым фигурам изучаемой эпохи — Нилу Сорскому и Иосифу Волоцкому неизбежно выделяло проблему русских ересей как самостоятельную. Были сделаны попытки выявить истоки учений еретиков, в контексте спора западников и почвенников: в ересях усматривались либо проявление чуждого, иноземного, либо следы местного традиционного влияния. Однако, разнообразнейшие исследования, посвященные & laquo-иосифлянам»- и & laquo-заволжцам»-, в которых философски осмысливались процессы рубежа XV—XVI вв. (В. Жмакин, А. Н. Пыпин, H.A. Булгаков, И. Хрущов, Н. Костомаров, О. Миллер, К.И. Невоструев), лишь попутно затрагивали проблему возникновения и распространения ереси на Руси кон. XV — нач. XVI вв. Исследователей интересовали, главным образом, не просто ереси как самостоятельное явление культуры, а отношение идеологов различных направлений внутри Русской церкви к еретикам.

С середины XIX в. за разными общественными движениями отечественной истории исследователи старались видеть определенные общественные группы, классы. Такой социальный подход закрепился и в вопросе по изучению ересей. Методика изучения еретических движений сводилась к выявлению & laquo-земных корней& raquo- ересей, так как они воспринимались в качестве формы революционной оппозиции феодальному устройству общества (Г.В. Плеханов). После 1917 г. еретическая прблематика получила дальнейшее развитие преимущественно у русских эмигрантов. Ереси они рассматривали в трудах, посвященных общим вопросам истории русской Церкви и религиозной мысли, как явление шатания и брожения умов в русском обществе (Г. Флоровский), как влияние западноевропейского свободомыслия на русскую религиозную жизнь (A.B. Карташев).

В советской историографии (Н.М. Никольский, И. У. Будовниц, Б.А. Рыбаков) из многих церковных тем история ересей стала наиболее популярной, их сущность осмысливалась в контексте марксистской идеологии. Определились два подхода в изучении русских ересей: первый трактует их как антифеодальное протестное движение- второй рассматривает еретические движения в контексте сохранения языческих традиций в народной культуре.

Во второй половине XX в. было опубликовано много источников, отражающих события рубежа XV—XVI вв., в том числе и по истории ересей этого периода. Внимание к изучению социо-культурных процессов переломной эпохи возросло, но подходы в изучении религиозной культуры не изменились. Появляются работы, посвященные непосредственно ересям XV—XVI вв. В них решался вопрос о прогрессивности еретических движений, определялись социальные классы, которые стояли за ересями, сущность их трактуется как реформационно-гуманистическое движение. (Б.Д. Греков, Я. С. Лурье, A.A. Зимин, Р. Г. Скрынников, H.A. Казакова). Была поднята проблема связей русских ересей с аналогичными явлениями в Европе и Азии. Еретические учения стали рассматриваться сквозь призму культурных явлений средневековой эпохи, неотделимости ереси от целостности религиозной системы (А.И. Клибанов, Н. Синицына, Ю. К. Бегунов, Г. М. Прохоров). Еретическая проблематика становилась предметом философского и культурологического осмысления (М.Н. Громов, А. Ф. Замалеев, Е. А. Овчинникова, Э. Гордиенко).

Популярность в исследовательской среде тем, связанных с протестными формами проявления религиозности, с еретическими движениями, приветствовалась в советской историографии, но подходы, использовавшиеся в условиях господства марксистской идеологии, во многом изжили себя. В девяностые годы XX в. появились работы, в которых делались попытки пересмотреть итоги почти двухсотлетнего изучения русской культуры рубежа

XV-XVI вв., в том числе изучения русских ересей на основе новых теоретико-методологических оснований (А. Плигузов, A.A. Алексеев, А. Григоренко и др.). Они стали рассматриваться как религиозное явление, самостоятельный культурный феномен. Несмотря на традиционно широкий научный интерес к данной проблематике, до сих пор ереси не стали предметом специального философско-культурологического анализа, четко не определена их сущность, связь с другими явлениями культурной жизни эпохи, место и значение средневековых ересей в традиционной культуре русского народа.

Общие вопросы философско-культурологического дискурса разработаны в трудах целого ряда отечественных исследователей: М. С. Каган, Ю. Н. Солонин, С. Н. Иконникова, Г. П. Выжлецов, В. П. Большаков, И. В. Кондаков, Ю. С. Степанов, A. JI. Юрганов, JI.A. Гореликов, Т. А. Лисицына, В. Ю. Быстров и др. Важная для нас парадигма исследования содержится в работах A.C. Хомякова, В. Н. Лосского, И. Мейендорфа, А. Кураева. Их подход к анализу Предания представляется актуальным при формировании нового смыслового поля изучения еретической мысли.

Теоретическое осмысление процесса динамичных изменений в культуре, перелома традиций, смены культурных оснований — одна из наиболее дискуссионных тем современного культурологического диспута. Она привлекает внимание философов, филологов, историков, культурологов (Ж. Ле Гофф, А. И. Зайцев, Н. Б. Маньковская, Л. А. Черная, А. Кантор и др.) На сегодняшний день исследователи обращаются преимущественно к специфике переломов, переходов, трансформации в культуре последних ста лет. Термин & laquo-культурный перелом& raquo- впервые был употреблен С. Ф. Платоновым по отношению к XVII в. Большинство российских исследователей переломным называют рубеж XVII—XVIII вв. Длительность переходных процессов, отмеченная французским историком Ж. ле Гоффом, дает теоретические основания для обращения к более раннему периоду отечественной истории, нежели рубеж XVII—XVIII вв. и даже XVII в., при определении начала культурного перелома, а именно к концу XV — началу XVI вв. Таким образом, изучение русских ересей рубежа XV—XVI вв. представляется вполне актуальным, а также способствующим восстановлению лакун в истории отечественной культуры при переходе от Средневековья к Новому времени.

Таким образом, объектом диссертационного исследования являются русские ереси как явление социо-культурного перелома рубежа XV—XVI вв.

Предметом диссертационного исследования является проявленность сущностной специфики русских ересей на рубеже XV—XVI вв.

Цель исследования состоит в осуществлении философско-культурологического анализа русских ересей в контексте социо-культурной ситуации рубежа XV—XVI вв. на Руси. Данная цель определяет постановку и последовательное решение ряда задач:

— выявить структуру, в рамках которой может быть рассмотрена ересь «sui generis», а также наиболее полно и адекватно раскрыта сущность ереси как явления культуры-

— определить концепты русской культуры, с которыми соотносятся ереси-

— охарактеризовать специфику восприятия ересей на Руси рубежа XV—XVI вв. в оригинальной и переводной древнерусской литературе, в произведениях устного народного творчества-

— соотнести процессы, отражающие культурный перелом на Руси рубежа XV—XVI вв., с восприятием ересей в традиционной русской культуре.

Решение поставленных задач возможно на базе следующих источников: литургические тексты, содержащиеся в богослужебной литературе- сочинения отцов Церкви — ересиологов- противоеретические произведения и другие тексты борцов с ересью- сочинения самих еретиков и их современников- житийная литература- летописи- духовные стихи- произведения русских церковных деятелей различных периодов.

Теоретико-методологическую основу работы составляют философско-теоретические исследования сущности, специфики и истории культуры, в связи с чем были применены следующие методы: о феноменологический для выявления бытования изучаемого явления в собственной традиции и адекватного этой традиции восприятия объекта исследования- о сравнительного анализа, позволяющего раскрывать пересечения и параллели в отечественной истории и близких по культуре стран и регионов, а также выявлять специфику изучаемого рубежа на фоне других периодов истории отечественной культуры- о метод историзма, применение которого дает возможность ретроспективного рассмотрения изучаемого объекта.

Комплексное использование названных методов позволило выработать целостный философско-культурологический подход, раскрывающий сущностную специфику русских ересей рубежа ХУ-ХУ1 вв. в ценностной системе православной Традиции.

Научная новизна исследования состоит в следующем: показано, что русские ереси — это концепт, который следует рассматривать через ценностную структуру Православия, определяемую Преданием, или Традицией Церкви как совокупным опытом полноты богообщения- обнаружена бинарная смысловая оппозиция ересь — вера- в рамках Предания выявлена зрительная (иконно-образная) специфика восприятия ереси как тьмы, мрака, противостоящих свету, сиянию, через которые проявляется вера- обосновано, что в традиционной культуре ересь есть искажение веры как целостного пребывания в Предании, нарушение механизмов трансляции Традиции, более того, полное отсутствие веры- раскрыто восприятие ереси на Руси рубежа ХУ-ХУ1 вв. как утраты целостности бытия, разрыва глубинных связей между миром небесным и земным- обнаружен принцип & laquo-терпимости»- в русской средневековой культуре и показано его применение по отношению к русским еретикам рубежа ХУ-ХУ1 вв.- осуществлен анализ понятия & laquo-культурный перелом& raquo- и выявлена его применимость к рубежу ХУ-ХУ1 вв.- обосновано, что русские ереси рубежа ХУ-ХУ1 вв. являются проявлением культурного перелома, отражающим его специфику как перехода к секулярным основаниям культуры.

Теоретическая и практическая значимость работы. Материалы диссертации, положения и выводы способствуют расширению и углублению знаний о предметах религиозной культуры, пониманию процессов отечественной истории, а также могут дать импульс дальнейшему изучению специфики ценностной системы православного Предания.

Положения и выводы, сформулированные в диссертации, могут быть использованы при разработке методических пособий и программ, подготовке лекционных курсов, семинарских и практических занятий, факультативов по ряду учебных дисциплин таких, как & laquo-теория и история культуры& raquo-, & laquo-культурная антропология& raquo-, & laquo-краеведение»-, & laquo-народное творчество& raquo- и другим.

Апробация работы. Основные положения диссертации получили отражение в материалах научных конференций, семинаров и фестивалей, где были представлены в виде докладов, выступлений, исследовательских проектов, дискуссионного материала: Международной конференции & laquo-Бренное и вечное: Ценность и отчуждение в культурно-цивилизационных процессах& raquo- (В. Новгород, 14−16 окт. 1999) — Международной XXXVIII научной конференции & laquo-Студент и научно технический прогресс& raquo- (Новосибирск, 10−14 апр. 2000) — IV межвузовской конференции студентов, аспирантов и молодых ученых & laquo-Молодежь, наука и образование: проблемы и перспективы& raquo- (Томск 24−25 апр. 2000) — II Российском фестивале антропологических фильмов & laquo-Салехард-2000»- (Салехард, 29 авг. — 4 сент. 2000) — Международной конференции студентов и аспирантов & laquo-Ломоносов 2001″ (М., 20−21 апр. 2001) — Международной конференции «Человек-Культура-Общество. Актуальные проблемы философских, политологических и религиоведческих исследований& raquo- (М., 13−15 февр. 2002) — Всероссийской научно-практической конференции & laquo-Милосердие и благотворительность в российской провинции& raquo- (Екатеринбург, 22−23 марта 2002) — Всероссийской научной конференции & laquo-Вера как ценность& raquo- (В. Новгород, 25−27 июня 2002) — Всероссийской научной конференции с международным участием Никитские чтения & laquo-Духовные начала русского искусства и образования& raquo- (В. Новгород, 9−13 мая 2003) — Втором Московском международном фестивале визуальной антропологии и конференции & laquo-Традиция и объектив. В поисках цельности& raquo- (М., 24−28 мая 2004) — Научно-образовательных семинарах по сетевому проекту & laquo-Культура региона в меняющемся мире: локальное и глобальное измерение& raquo-: Научно-информационный потенциал корпуса музейных источников для социально-гуманитарных исследований (Томск, 6−9 июля 2004) и Культурно-историческая традиция: локальное и глобальное измерение (М.- В. Новгород, 15−17 нояб. 2004) и других.

Основные положения диссертационного исследования использованы при проведении лекционных, практических и семинарских занятий по курсам & laquo-Культурная антропология: этнология& raquo-, & laquo-Культурология»-, & laquo-Этнография и краеведение& raquo-, & laquo-Народное творчество& raquo- в период с 2002 по 2004 гг. на философском факультете Новгородского государственного университета им. Ярослава Мудрого, на теоретическом отделении Новгородского областного училища искусств им. С. В. Рахманинова и в МУДОД Музыкальная школа & laquo-Русского фольклора& raquo-.

Основное содержание работы отражено в 11 публикациях общим объемом 2,5 п.л.

Диссертация обсуждена и рекомендована к защите на заседании кафедры теории и истории культуры философского факультета НовГУ им. Ярослава Мудрого 21 октября 2004 г.

Структура работы. Диссертация состоит из введения, двух глав (пяти параграфов), заключения и библиографии, включающей 71 источник, 154 наименования в разделе & laquo-исследования»- и 93 пункта в списке справочной литературы.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Философско-культурологический анализ русских ересей рубежа XV—XVI вв. показал, что это концепт, который следует рассматривать через ценностную структуру Православия, определяемую Преданием, или Традицией Церкви как совокупным опытом полноты богообщения. Предание является стержнем православной культуры и в нем реализуется система хранения, а также передачи особого консервативного восприятия ценностей веры и высшей ценности — Христа.

До сих пор в научной литературе ереси рассматривались лишь как протестное явление в социальной, политической или экономической жизни Русского государства. При этом под ересью исследователи понимали некое логически-непротиворечивое вероучение альтернативное некоторым догматам официальной Церкви. В диссертационном исследовании предложен иной подход, согласно которому, ереси рассмотрены вне отрыва от среды их бытования — религиозной традиционной культуры, как явление религиозной иерархии ценностей. При этом Традиции не навязывается чуждое видение феномена, ей присущего.

В ходе диссертационной работы было обнаружено принципиально иное восприятие ереси, отличающееся от предложенного исследователями и соответствующее нормам православной культуры. В традициях христианского мироощущения ересь является нарушением целостного пребывания в вере, выпадением из церковного Предания, сопровождающимся греховным помрачением образа Христа в человеке.

Анализ места, занимаемого ересью в традиционной культуре русского Православия, показал неразрывную оппозиционную связь этого концепта с верой. Ересь и вера являются составной частью бинарной смысловой оппозиции «вера-ересь» и «святость-греховность», лежащей в основании ценностной структуры православного Предания.

Именно Преданием определяется особое иконно-образное восприятие собственной культурно-религиозной традиции и всех ее составляющих, в том числе ереси. Как вера просвещает все, сообщая светоносные мотивы всему, с чем соприкасается, так все, связанное с ересью помрачается и несет помутнение, искажая образ Истины.

При рассмотрении контекстуальной соотнесенности русских ересей с динамическими изменениями, происходившими в культуре рубежа ХУ-ХУ1 вв. в работе было использовано понятие & laquo-культурный перелом& raquo-. В результате рассмотрения различных определений этого понятия и исторических реалий, связываемых с ним исследователями, был сделан вывод об адекватности его применения в отношении социокультурной ситуации рубежа ХУ-ХУ1 вв. Указанный рубеж — это время разворачивания культурного перелома, его начала — смены ценностных оснований. Ересь в данный период свидетельствовала о расколе веры на учение и культовую практику, отражая кризисность исторического периода. Через ересь проявился культурный перелом, обозначивший начало перехода от Средневековья к Новому времени.

Мировоззрение еретиков вписывается в процесс смены ценностной иерархии. Они находятся уже в Новом времени. Обличители еретиков, напротив, сохранили целостное восприятие мира. При перестройке культурных оснований, борцы с ересью сумели по-новому выразить свою веру. Они же сохранили допереломные ценности в новом периоде, донесли их через Традицию вплоть до наших дней. Следовательно, ереси стали признаком утраты целостности бытия, разрыва глубинных связей между миром небесным и земным.

Ведущей ценностью нового, постпереломного периода стал единичный человек, теряющий опору в Боге как главном, определяющем критерии истинности и утрачивающий возможность видеть проявленность горнего, небесного мира в окружающей действительности. В результате оформилось современное представление о терпимом отношении к инакомыслящим, отрицающее единичность и безотносительность Истины. При этом, как свидетельствуют антиеретические тексты, по отношению к русским еретикам рубежа ХУ-ХУ1 вв. применялся средневековый принцип & laquo-терпимости»-, что было выявлено при изучении объекта исследования.

Таким образом, в работе обосновано утверждение, что русские ереси рубежа ХУ-ХУГ вв. являются проявлением культурного перелома, отражающим его специфику как перехода к секулярным основаниям культуры.

Знание форм разворачивания культурного перелома на рубеже ХУ-ХУ1 вв. позволяет обратиться к выявлению типологических черт петровских преобразований, революционных изменений начала XX в., и на их фоне специфики современного перелома в культуре. Дальнейшее изучение сущностных оснований ереси позволит в контексте Предания понять, как сохранить и преумножить культурное наследие, передаваемое посредством Традиции. В условиях роста внимания к локальным и региональным проявлениям Традиции актуальным становится дальнейшее теоретическое осмысление проблемы культурного перелома и способов вписывания локальных преданий в единую культурную систему. С учетом всплеска числа конфликтов на этноконфессиональной основе важным становится продолжение изучения форм толерантного отношения к иным культурным практикам в сообществах, опирающихся на Предание и его формы.

Следовательно, разработка проблем, рассмотренных в диссертационном исследовании, имеет также дальнейшие перспективы как теоретического, так и практического плана.

ПоказатьСвернуть

Содержание

Глава 1. Специфика восприятия ереси в православном Предании

1.1. Предание и Традиция в Православии

1.2. Ересь в христианской Традиции

1.3. Восприятие ереси на Руси рубежа XV—XVI вв.

Глава 2. Ересь и культурный перелом: точки соприкосновения

2.1. Проблема культурного перелома на Руси рубежа ЧУ-ЛУ/вв. 85 2.2 Русские ереси в контексте культурного перелома рубежа XV—XVI вв.

Список литературы

1. Акафист преподобному Иосифу Волоколамскому чудотворцу //

2. Преподобный Иосиф Волоцкий. Акафист. Житие. Из истории обители. -М.: Иосифо-Волоколамский монастырь, 1999. С. 3−31.

3. Акафист преподобному Нилу Сорскому И Предание о жительстельствескитском преподобнаго Нила Сорскаго. Служба и акафист преподобному отцу нашему Нилу Сорскому чудотворцу. М.: Правило веры, 1997 — С. 261−285.

4. Акафист святителю христову Николаю. — М.: Синодальная типография, 1900. -120 с.

5. Акафист святителю Николаю И Православный молитвослов. Наставлениядля подготовки к исповеди. СПб.: Сатис, 1995. — С. 154−179.

6. Алексий И, Патриарх Московский и всея Руси. Церковь занимаетактивную позицию // Выбор судьбы. Проблемы современной России глазами русских архиереев. СПб.: Царское дело, 1996. — С. 3−42.

7. Библия Книги Священного Писания Ветхого и Нового Завета в русскомпереводе с приложениями. Брюссель.: Жизнь с Богом, 1989. -

8. Великий Сборник в трех частях. — Мукачево: Мукач1всько-ужгородськаправославна эпархия, 2002. Ч. 3. — С. 1−607.

9. Волоколамский Патерик // Богословские труды, 1937. Сб. 10. С. 177−222.

10. Грамота архиепископа Геннадия о Флорентийском соборе // Древняяроссийская вивлиофика, содержащая в себе собрания древностей российских, до истории, географии и генеалогии российския касающихся. М., 1790. — Т.Н. -№ 15. -С. 216−218.

11. Грамота без начала, от архиеп. Геннадия митрополиту Зосиме. // Древняя российская вивлиофика, содержащая в себе собрания древностейроссийских, до истории, географии и генеалогии российския касающихся. М., 1790. — Т. 14. -№ 38. — С. 278−290.

12. Грамота (запись памятная) Иосифа Волоцкого // Древняя российская вивлиофика, содержащая в себе собрания древностей российских, до истории, географии и генеалогии российския касающихся. М., 1790. -Т.Н. — № 18. — С. 234.

13. Грешного инока Иосифа сказание о новоявившейся ереси новгородских еретиков. // Древняя вивлиофика, содержащая в себе собрания древностей российских, до истории, географии и генеалогии российския касающихся. М., 1790. — Т. 14. -№ 1. — С. 129−147.

14. Девичество. Мудрость народная. Жизнь человека в русском фольклоре. Вып. 3. Юность и любовь: девичество. — М.: Художественная литература, 1994−525 с.

15. Духовная грамота преподобного Иосифа Волоцкого // Древняя российская вивлиофика, содержащая в себе собрания древностей российских, до истории, географии и генеалогии российския касающихся. М., 1790. -Т. 14. -№ 3. С. 147−148.

16. Житие и бытие отца нашего Иосифа игумена города Волоколамска // Жизнеописания досточтимых людей земли русской Х-ХХ вв. М.: Московский рабочий, 1992. — С. 187−198.

17. Житие Иосифа Волоколамского, составленное неизвестным // Чтения Общества любителей Истории Древностей Российских (ЧОИДР). 1903. — Кн. З. -С. 1−46.

18. Житие преп. отца нашего Иосифа Волоколамского //Жития русских святых. М.: Свято-Троицкий Ново-Голутвин женский монастырь, 1993. — Т.4. С. 60−70.

19. Житие преподобного отца нашего Иосифа Волоцкого // Преподобный Иосиф Волоцкий. Акафист. Житие. Из истории обители. М.: Иосифо-Волоколамский монастырь, 1999. — С. 32−46.

20. Житие преп. отца нашего Нила Сорского // Жизнеописания досточтимых людей земли русской Х-ХХ вв. М.: Московский рабочий, 1992. — С. 8598.

21. Житие преп. отца нашего Нила Сорского // Жития русских святых. М.: Свято-Троицкий Ново-Голутвин женский монастырь, 1993. — Т.2.- С. 170 186.

22. Житие преподобного отца нашего Кирилла Белоозерского. //Жития русских святых. М.: Свято-Троицкий Ново-Голутвин женский монастырь, 1993. -Т.2. С. 348−354.

23. Измовение во осмый день // Требник в двух частях. М., Московская Патриархия, 1991. — Ч. 1. — С. 59−65.

24. Ириней Лионский. Творения. М.: Паломник, Благовест, 1996. — 630 с.

25. Какому святому в каких случаях молиться. Святые, коим Господь даровал особую благодать исцелять болезни и подавать помощь в нуждах. М.: Православное братство св. ап. Иоанна Богослова., 2000. — 544 с.

26. Минея май. М.: Московская Патриархия, 1987. — Т. 9. — Ч. 3. — 520 с.

27. Можно ли молиться за души самоубийц и еретиков? Из дневника архиепископа Никона (Рождественского) // Псково-Печерский листок. — Б.м., б.г. № 295. — 12 с.

28. Молитвы о оглашенных // Требник в двух частях. — М., Московская Патриархия, 1991. Ч. 1. — С. 23−28.

29. Монастырский устав. (Краткая редакция) // Послания Иосифа Волоцкого. -М. -Л.: АН СССР, 1959. С. 296−320.

30. Октоих сиречь осмогласник гласы 1−4. М.: Московская Патриархия, 1991. -707 с.

31. Октоих сиречь осмогласник гласы 5−8. М.: Московская Патриархия, 1981. -672 с.

32. Отреченная грамота Новгородского архиепископа Геннадия // Акты, собранные в библиотеках и архивах Российской Империиархеографическою экспедицией Императорской Академии Наук. СПб., 1856. — ТЛ. — № 384. — С. 488.

33. Перечеиь наиболее распространенных грехов с объяснением их духовного смысла. М.: Ковчег, 2003. — 62 с.

34. Письмо о нелюбках иноков Кириллова и Иосифова монастырей // Послания Иосифа Волоцкого. М. -Л.: АН СССР, 1959. — С. 376−369.

35. Послание архиепископа Геннадия епископам Русской митрополии // Древняя российская вивлиофика, содержащая в себе собрания древностей российских, до истории, географии и генеалогии российския касающихся. -М., 1790. Т.Н. -№ 10. — С. 203−208.

36. Послание архиеп. Геннадия митрополиту Симону // Древняя российская вивлиофика, содержащая в себе собрания древностей российских, до истории, географии и генеалогии российския касающихся. М., 1790. -Т.Н. -№ 22.- С. 244−251.

37. Послание митрополита Геронтия к архиепископу Геннадию // Древняяроссийская вивлиофика, содержащая в себе собрания древностей российских, до истории, географии и генеалогии российския касающихся. -М., 1790. Т.Н. -№ 19. -С. 235−236.

38. Послания Иосифа Волоцкого. М. -Л.: АН СССР, 1959. — С. 139−290.

39. Послания Нила Сорского // Труды Отдела Древнерусской Литературы (ТОДРЛ). Л., 1974. — Т. 29. — С. 136−143.

40. Последование ко святому причащению // Православный молитвослов. Наставления для подготовки к исповеди. СПб.: Сатис, 1995. — С. 180 221.

41. Последование погребения мирских человек // Требник в двух частях. — М., Московская Патриархия, 1991. -Ч. 1. & mdash-С. 164−205.

42. Последование святаго крещения // Требник в двух частях. — М., Московская Патриархия, 1991. Ч. 1. — С. 39−53.

43. Последование святаго миропомазания // Требник в двух частях. М., Московская Патриархия, 1991. -Ч. 1. — С. 55−59.

44. Предание о жительстве скитском преподобного Нила Сорского // Предание о жительстве скитском преподобного Нила Сорского. Служба и акафист преподобному отцу нашему Нилу, Сорскому чудотворцу. М.: Правило веры, 1997. -С. 1−202.

45. Преподобнаго Иосифа Волоцкого отвещание любозазорным и сказание вкратце о святых отцех, бывших в монастырях, иже в Рустей земли сущех // ЧОИДР. М., 1847. — Кн. 8. — С. 1−12.

46. Преподобного отца нашего Нила Сорскаго предание учеником своим о жительстве скитском // Предание о жительстве скитском преподобнаго Нила Сорскаго. Служба и акафист преподобному отцу нашему Нилу Сорскому чудотворцу. М.: Правило веры. 1997 — С. 1−202.

47. Преподобного отца нашего Нила Сорскаго предание учеником своим о жительстве скитском. СПб.: Синодальная типография, 1859 — 206 с.

48. Преподобный Иосиф Волоцкий. Послание иконописцу. М. :

49. Изобразительное искусство, 1994. — 241 с.

50. Преподобный Иосиф Волоцкий. Просветитель. М.: Спасо

51. Преображенский Валаамский монастырь, 1993 382 с.

52. Преподобный Нил Сорский, первооснователь скитского жития в России и Устав его о жительстве скитском. СПб.: 1864 — 206 с.

53. Русский фольклор. Песни, сказки, былины, прибаутки, загадки, игры, гадания, сценки, причитания, пословицы и присловья. — М.: Художественная литература, 1986. 368 с.

54. Святитель Игнатий Брянчанинов. О ереси и расколе. СПб., 2004. — 48 с.

55. Семена Благие. Сборник песен для православных общеобразовательных и воскресных школ. СПб., 2003 — 134 с.

56. Служба всем святым в земле Российской просиявшим // Минея. Май. М.: Московская Патриархия, 1987. — Т. 9. — Ч. 3. — С. 383−407.

57. Служба недели торжества Православия // Триодь Постная. М.: Московская Патриархия, 1992. — Л. 144 — 147 об.

58. Служба преподобному Нилу Сорскому // Предание о жительстве скитском преподобного Нила Сорского. Служба и акафист преподобному отцу нашему Нилу, Сорскому чудотворцу. М.: Правило веры, 1997. — С. 209 260.

59. Соборное определение о невзимании с священнослужителей мзды за хиротонию // Акты, собранные в библиотеках и архивах Российской Империи археографическою экспедицией Императорской Академии Наук. СПб., 1856. — Т. 1. — № 382. — С. 484−485.

60. Соборное постановление о вдовых попех // Древняя российская вивлиофика, содержащая в себе собрания древностей российских, до истории, географии и генеалогии российския касающихся. М., 1790. -Т. 14. — № 12. -С. 208−209.

61. Спасутся ли еретики? // Почаевский листок. Б.м., б.г. — 4 с.

62. Традиционный фольклор Новгородской области (по записям 1963−1976 гг.) Песни. Причитания. — Л.: Наука, 1979 — 349 с.

63. Триодь Постная. М.: Московская Патриархия, 1992. — Ч. 1. — 520 л.

64. Триодь Постная. — М.: Московская Патриархия, 1992. — Ч. 2. 420 л.

65. Триодь Цветная. М.: Московская Патриархия, 1992. — 335 л.

66. Уставная и наказная грамота о общежитии монастырском // Акты, собранные в библиотеках и архивах Российской Империи археографическою экспедицией Императорской Академии Наук. СПб., 1856. — Т. 1. — № 381. — С. 478−483.

67. Фольклор Новгородской области: история и современность / Сост. О.С.

68. Бердяева. Великий Новгород, 2002. 348 с. 71. Энциклопедия русского игумена Х1У-ХУ вв. Сборник преподобного Кирилла Белозерского / Отв. ред. Г. М. Прохоров. — СПб.: Олег Абышко, 2003. -448 с. 1. ИССЛЕДОВАНИЯ

69. Аверинцев С. С. Красота как святость // Церковь. М., 1992. — № 2. — С. 23−27. — Реф.: Р Ж Социальные и гуманитарные науки. Отечественная литература. Сер. З: Философия. — 2000. — № 3. — С. 147−158.

70. Адрианова-Перетц. В. П. Крестьянская тема в литературе XVI в. // ТОДРЛ. М. -Л.: АН СССР, 1954. — Т. 10. — С. 3−68.

71. Адрианова-Перетц В. П. Человек в учительной литературе Древней Руси // ТОДРЛ. Т. 27. — С. 3 — 68.

72. Азбелев С. Исторический Добрыня герой древнейших новгородских былин // Чело, 2003. — № 1(26). — С. 53−60.

73. Акафист в истории православной гимнографии // Православный церковный календарь 2001. М.: Московская Патриархия, 2000. — С. 109−111.

74. Алексеев А. И. Церковь и государство на Руси в XV- нач. XVI вв. (Ранний этап иосифлянства и нестяжательства). — Автореф. дисс. к.и.н.: http: //www. dissertation. ru. ru/avtoreferats/avtoref28. htm

75. Анхимюк Ю. В. Слово на & quot-списание Иосифа& quot- памятник раннего нестяжательства //Записки отдела рукописей. — М., 1990. — Вып. 49. -С. 115−146.

76. Архиепископ Михаил (Мудьюгин). Русская православная церковность. Вторая половина XX в. М.: Библейский богословский институт, 1995. — 138 с.

77. Арцыбашев Н. С. Повествование о России. СПб.: Университетская типография, 1838. — Т. 2. — Кн. 4. — 675 с.

78. Бегунов Ю. К. Секуляризация в Европе и собор 1503 г. в России // Феодальная Россия во всемирно-историческом процессе. М.: Наука, 1972. -С. 41−47.

79. Бегунов Ю. К. Соборные приговоры как источник по истории новгородско-московской ереси // ТОДРЛ. М. -Л.: АН СССР, 1957. — Т. 13. -С. 182−213.

80. Белоозерская обитель и ее основатель преподобный Кирилл. СПб., 1891. -48 с.

81. Большаков В. П., Володина Т. В., Выжлецова Н. Е. Своеобразие русской культуры в ее историческом развитии. Великий Новгород: НовГУ им. Ярослава Мудрого, 2002. — 192 с.

82. Большаков В. П. Культура и истина // Вестник Новгородского государственного университета, 2000. № 16. — С. 29−32.

83. Буганов A.B. // Национальный акцент. Этнические проблемы и их решение в современной России. Радио России. 13 декабря 2003.

84. Булгаков H.A. Преподобный Иосиф Волоколамский. СПб.: Типография Безобразова, 1865. -215с.

85. Булгаков C.B. Настольная книга священно-церковно-служителя. М.: Московская Патриархия, 1993. — 1939 с.

86. Буткевич Т. И Обзор русских сект и их толков с изложением их происхождения, распространения и вероучения и с опровержением последнего. -Пг., 1915. -566 с.

87. Быстрое В. Ю. Человек в мире традиций. Великий Новгород, 2001. 159 с.

88. В день памяти преподобного Нила Сорского // Журнал Московской Патриархии, 1983. -№.5. С. 35−37.

89. Воробьев В. Предисловие к первому изданию // Отец Арсений. М., 1998.

90. Выжлецова Н. Е. Святость как первооснова древнерусской духовности // Вестник Новгородского государственного университета, 2000. № 16. -С. 61−65.

91. Геринг И. Расколы и сеты русской Церкви (1003−1897). СПб., 1903. 116 с.

92. Голубинский Е. Е. История русской Церкви. М.: Университетская типография, 1990. — Т.2. -Ч.1.- 978 с.

93. Гореликов J1.A., Лисицина Т. А. Русский путь Опыт этнолингвистической философии. 4. 1−3. Великий Новгород, 1999. -384 с.

94. Горский A.B. Отношения иноков Кириллова-Белоозерского и Иосифова-Волоколамского монастырей в XVI в. // Прибавления к изданию творений свв. отцов в русском переводе. М.: Типография Готье, 1851. — Т. 10. -С. 502−522.

95. Горский А. Д. Борьба крестьян за землю на Руси в XV—XVI вв. М.: МГУ, 1974. -215с.

96. Гофф Ле Жак. В поддержку долгого Средневековья // Его же. Средневековый мир воображаемого. М., 2001. — С. 31−38.

97. Гречев Б. Евангельская духовность учения Нила Сорского // Нил Сорский. М.: Сполохи. — С. 57−62.

98. Григоренко А. Духовные искания на Руси конца XV в. СПб.: Эйдос. -1999. -170 с.

99. Григорьева И., Салоников Н. Никитские чтения 2003 // Lichudianum бюллетень научно-исследовательского музейного центра & laquo-Лихудовский музей& raquo-. — № 10. — 2003. — 29 мая. — СЛ.

100. Громыко М. М. Буганов A.B. О воззрениях русского народа. М., 2000. — 543 с.

101. Дмитриева Р. П. Волоколамские четьи сборники XVI в. // ТОДРЛ. Л.: Наука, 1974. -Т. 28. — С. 202−230.

102. Душечкина Е. В. Русская елка: История, мифология, литература. — СПб.: Норинт, 2002. -416 с.

103. Жмакин В. Митрополит Даниил и его сочинения. М.: Общество истории и древностей российских, 1881. — 900с. 36

Заполнить форму текущей работой