Субкультура реформаторства в контексте культурно-динамических процессов: На материале русской истории первой трети ХIХ в

Тип работы:
Диссертация
Предмет:
Теория и история культуры
Страниц:
201


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Обоснование научной проблемы и ее актуальность. Изучение культурной динамики является важной составляющей изучения культуры как целого. В поле зрения исследователей при этом неизбежно попадают как объективные факторы культурно-динамических процессов, так и субъективные срезы, аспекты, влияния, оказавшиеся небезразличными для социокультурных трансформаций.

Существенным аспектом изучения такого рода процессов является анализ реформаторской деятельности, в конце 1980-х — 1990-е годы исследование феномена реформаторства, по уже не раз рассмотренным причинам стало высоко востребованным и актуальным. Современный этап в изучении реформаторских практик характеризуется все более явным признанием значимости их культурных оснований как фактора существенного для их понимания и объяснения. В частности, внимание исследователей сосредотачивается нередко на тех периодах, которые предшествуют преобразованиям, в которых формируются значимые для этих изменений наборы поведенческих моделей, мировоззренческие стереотипы, особенности распределения ролей между субъектами социокультурных практик.

Анализ феномена реформаторства в таком, социокультурном ключе, в стремлении выявить его культурно-исторические основания, сопровождается рядом сложностей. С одной стороны, реформаторство является, в определенном смысле, индивидуальной, личностно окрашенной практикой, определяемой выбором, самого субъекта, а с другой — феноменом групповым, с точки зрения характера проявлений, объективации этого процесса, реализации сделанного выбора. С культурологической точки зрения, изучение реформаторства представляется более оправданным во втором аспекте, как проявления именно группового феномена, формирующегося и явленного в контексте культурно-динамических процессов в целом, с точки зрения роли, механизмов проявления, степени его влияния на эти процессы. При этом культурно-динамические процессы выступают, с одной стороны, как один из факторов формирования субкультуры реформаторства в целом и личности — ее носителя, в частности, а с другой стороны, — средой бытия, проявления субкультуры, деятельности относящихся к ней субъектов.

Выделение группового уровня рассмотрения реформаторской деятельности в социокультурном контексте диктовало необходимость уточнения & laquo-единицы анализа& raquo-, поскольку использование понятия & laquo-группа»- в качестве такой единицы не оказалось достаточными с точки зрения его содержательного наполнения. Более адекватной исследовательским задачам представлялась категория & laquo-субкультура»-, которая, наряду с собственно обобщающе-групповыми характеристиками предполагает наличие своего рода личностно-окрашенной компоненты — сходства мировоззрения, воспитания, а нередко, и происхождения, фактора выбора, сделанного субъектом-носителем субкультуры. Именно этот аспект представлялся нам существенным для разработки вопросов реформаторской практики. Таким образом, центральным для анализа был избран концепт & laquo-субкультура реформаторства& raquo-.

Разработка данного понятия (и продвижение в познании соответствующего ему явления) важно для развития культурологических представлений о трансформационных процессах в обществе, поскольку данный подход к рассматриваемому феномену, как уже отмечалось выше, позволяет выйти за пределы & laquo-личностного среза& raquo- реформаторской деятельности, ее мотивированности, и в то же время не уйти к высокообобщающим образам социальных преобразований, к абстрактно-типологическим моделям социокультурной динамики.

Таким образом, проблемой нашего исследования стало выявление особенностей субкультуры реформаторства как культурно-исторического феномена, факторов ее становления, роли и значения в культурно-динамических процессах. Богатый фактологический материал, накопленный специалистами в процессе изучения отечественной истории, позволяет достаточно детально рассмотреть данный феномен, опираясь на достижения предшественников. Одним из наиболее адекватных этапов для изучения заявленной проблематики представляется русская история конца

XVIII — первой трети XIX века, поскольку именно этот период в развитии России предстает как один из наиболее значимых для понимания переломных моментов в русской истории, отечественной реформаторской практики. Кроме того, представление в этом периоде обеспечено богатой фактологической и источниковой базой, отличается высокой степенью изученности в конкретно-историческом контексте, а это — хорошая отправная точка для собственно культурологического анализа, призванного как бы с иных позиций посмотреть на описанные в истории факты, выявить культурные смыслы, тенденции, механизмы.

Объект исследования — субкультура реформаторства.

Предмет исследования — факторы и механизмы становления и проявления субкультуры реформаторства, ее роль в культурно-динамическом процессе (на материале отечественной истории первой трети

XIX века).

Цель исследования: выявить особенности генезиса и функционирования субкультуры реформаторства в контексте культурно-динамических процессов.

Цель исследования определила его конкретные задачи:

1. Рассмотреть основные принципы и подходы к исследованию реформаторской деятельности как особого вида социокультурной практике и выявить значимые методологические позиции для такого анализа.

2. Подвергнуть теоретическому анализу понятие & laquo-субкультура реформаторства& raquo-, описать возможные факторы и механизмы становления этой субкультуры.

3. Проанализировать генезис субкультуры реформаторства как социокультурного явления (на материале русской истории первой трети XIX века).

4. Выявить основные социокультурные и историко-психологические факторы становления субкультуры реформаторства в указанный период.

5. Определить исторические факторы формирования социокультурных характеристик личности — носителя субкультуры (на материале русской истории первой трети XIX века).

6. Определить культурно-ценностные факторы формирования личности — носителя субкультуры реформаторства (на материале русской истории первой трети XIX века).

7. Определить степень влияния особенностей культурнодинамических процессов в указанный период на проявление субкультуры реформаторства. Степень разработанности проблемы. Отдельные аспекты заявленной темы нередко выступали в качестве самостоятельных проблем и объектов исследования в различных научных дисциплинах. Можно говорить о целом комплексе работ, затрагивающих как теоретико-методологические, так и конкретно-исторические аспекты интересующей нас проблематики. Систематизация и анализ подходов и выводов, сформулированных в ходе проведенных предшественниками исследований, стал самостоятельной задачей данной работы, решению которой посвящена первая глава.

Представляется возможным выделить несколько групп исследований, оказавшихся наиболее значимыми для разрабатываемой проблематики.

Прежде всего, это работы, посвященные истории русской культуры начала XIX века: Ю.М. Лотмана1, И.А. Шияновой2, Д.И. Олейникова'3, Т. А. Бочановой, М. А. Бриксман, Я. А. Гордина, H.A. Гуляева, Н. М. Дружинина, С. П. Заборова, Б. С. Итенберга, E.H. Кожокина, Ж. О. Комарицкой, И. Н. Коптерева, И. В. Кондакова, Н. В. Королевой, Е. М. Косачевской, JI.B. Крестовой, В. В. Лапина, З. Е. Либинзон, O.K. Литвин, О. В. Лысиковой, Г. П. Магоненко, К. Г. Межовой, О. В. Орлик, B.C. Парсамова, А. Ю. Рудык, Л. И. Савельевой, B.C. Турчина, А. Ф. Смирнова, В. А. Федорова, Л. Г. Фризман, Т. С. Чермантеевой, Н. Я. Эйдельмана, С. А. Экштут. Особое внимание в этих работах уделяется семиотической (знаковой) компоненте поведения & laquo-Декабрист в повседневной жизни& raquo- в книге & laquo-Беседы о русской культуре& raquo-, СПб 1994- она же чуть раньше с некоторыми изменениями в Избранных статьях, т. 1, Таллинн & laquo-Александра»-, с подзаголовком — & laquo-Бытовое поведение как историко-психологическая категория& raquo-

2 & laquo-К истории восприятия личности декабриста в XIX веке& raquo- // Проблемы метода и жанра, выпуск 18. Томск 1994 субъекта в социокультурной среде, факторам, определяющим мировоззренческие установки и их формирование в различных исторических условиях, особенно в период преобразований.

Во-вторых, работы, посвященные социокультурным общностям, которые играют определяющую роль в развитии общества, группам людей, которых можно расценить как культурную элиту данного сообщества. Работы этой группы были значимы, поскольку существует определенная связь между характеристиками культурной элиты, и теми поведенческими и мировоззренческими установками, которые движут и объединяют субъектов в особую реформаторскую субкультуру. Особенно важными представляются в данной категории работы К. Мангейма4, Хосе Ортега-и-Гассета5 Г. К. Ашина6, Е. В. Охотского, П. Бурдье, А. Ефимова, Г. Моски, Ф. Ницше, Платона, А. В. Понеделкова, Н. Смелзера, Г. П. Федотова, Э. Фрома, Р. Коллинза, Э. Доусона, У. Крано, К., Гердена, Р. Хингли, Т. Парсонса, К. Превитта, А. Стоуна.

В-третьих, работы по культурной динамике. Широкий аналитический диапазон в изучении культурной динамики позволяет говорить о многообразии позиций в понимании ее характера. В частности, расхождение касается понимания культурной динамики как проявления поступательно-линейных векторов движения, с одной стороны, и ее интерпретации как фазовых, циклических изменений, которые могут перерасти в волновое развитие или развитие по кругу, с другой.

В рамках данного исследования наиболее продуктивной представлялась концепция одного из вариантов циклического развития —

3 & laquo-Дон Кихот и Гамлет как типы исторического самосознания поколений& raquo- // Экономическая и общественная жизнь России нового времени, часть 2, М. 1990.

4 & laquo-Диагноз нашего времени& raquo- Работа вышла в свет в 1943 году, в ходе исследования использовалось русское издание 1994 года ((Бесхребетная Испания& raquo- и & laquo-Восстание масс& raquo-, любое издание инверсионное развитие, которое реализуется в форме маятниковых колебаний культурных изменений. Одна из форм перехода от постепенных изменений к резкому обновлению и инновациям — взрыв, то есть резкое повышение удельного веса перемен, а также изменения вектора развития с набором нескольких альтернатив будущего. Особенно интересными представляются положения, предложенные И.Р. Пригожиным7 для физики, о химии, и перенесенные Ю. М. Лотманом в область культуры- значимыми представляются труды Г. Ф. Гегеля, А. Тойнби, О. Шпенглера, а также работы Б. С. Ерасова, H.H. Зарубиной, Л. Г. Ионина, И. Д Колесина, Л. Н. Котиковой, Т. В. Кузнецовой, Л. А. Лапиной, Ю. Левады, Б. Г. Мосалева, Э. А. Орловой, В. М. Петрова, В. Н. Романова, Б. Старостина, О. Н. Трубачева, Т. И. Тугунцовой, Ю. Н. Тынянова, А .Я. Флиера, М. Нила, Д. Питта, Г. Уилсона.

В-четвертых, работы, посвященные разработке проблематике субкультур, особый интерес представляют статьи П.С. Гуревича9, работы H.A. Хренова10, посвященные субкультурным исследованиям истории культуры императорской России, диссертационные исследования А.Н.

11 1 л

Соловьевой и Е. В. Миронова, а также работы A.C. Ахиезера, H.A. Бердяева, Б. Н. Бессонова, В. М. Боковой, И. А. Булыгина, М. И. Воловиковой, A.A. Галактионова, Л. А. Гренковой, В. Я. Гросул, А. И. Донцова, Л. Г. Захаровой, О. И. Киянской, К. Г. Лященко, В. Н. Маркова, C.B.

6 & laquo-Современные теории элит& raquo-, М& bdquo- 1985, & laquo-Смена элит& raquo- // Общественные науки и современность, 1995 и т. д.

7 Порядок из хаоса. — М., 1986, Философия нестабильности // Вопросы философии, 1991, № 6, Переоткрытие времени // Вопросы философии, 1989, № 8

8 Культура и взрыв. — М., 1992, Семиосфера. — СПб, 2000

9 П. С. Гуревич Субкультура, Контркультура//Культурология XX век. Словарь, СПб, 1997, с. 450−453. 190−192

10 В частности, Принцип субкультурной стратификации в исторических исследований культуры // Ориентиры культурной политики: Информационный выпуск № 6. 2000, с. 93−125 Северорусская субкультура в контексте модернизационных процессов.: Автореферат дис. кандидата фнл.н. РИК. -М., 2001

12 Интерпретация социального реформаторства в русской беллетристике 50 — начала 60-х годов XIX века.: Автореферат дис. кандидата, ист. н. / МПГУ. — М., 2002

Мироненко, A.A. Морсковой, Л. Б. Нарусовой, П. А. Никандрова, И. К. Пантина, А. Панченко, Д. В. Петрова, Н. В. Поляковой, Б. Ф. Поршнева, К. Э Разлогова, И. В. Сабенниковой, A.B. Семеновой, М. Э. Цетлина, Н. И. Цимбаева, В. А Шкуратова, С. Эйзенштадт, С. Е. Эрлих, М. Ямпольского, Э. Гидденса, Р. Стайтеса, М. Стюарта, У. Тодда, Э. Улэма.

Методологическая основа исследования. В качестве теоретических и методологических оснований при работе над диссертацией использовались положения и приемы социокультурного анализа, разработанного и аппробированного рядом исследователей в работах, значимых по своей тематике и характеру для изучения избранной нами темы. Особенно продуктивными оказались следующие положения.

Прежде всего, это положение, развитое в работах Ю. М. Лотмана о том, что репрезентированная в ряде текстов13 культура данного исторического периода определенным образом структурирует картину мира и провоцирует формы и направленность социокультурной активности субъекта, так что и & laquo-прочитанный роман становится моделью для переосмысления реальности& raquo- (Ю.М. Лотман).

Продуктивной для нашего исследования оказалась также идея Б.А. Успенского14, высказанная в работах, посвященных русской культуре XVII века, о ведущей роли, которую в русской культуре играло Слово и его восприятие в отечественной традиции, специфика взаимоотношений на оси & laquo-Бог — Царь — человек& raquo-, которые также во многом были предопределены особым отношением к текстам и авторитетам. Важную роль сыграли также ь В смысле широкой семиотической интерпретации текстов, не только как литературных источников или письменных исторических свидетельств разного характера, но и поведенческих установок, мировоззренческих позиций и т. п.

14 История и семиотика, Historia sub specie semiotika, Дуалистический характер русской культуры, Мена имен в России в исторической и семиотической перспективе- работы A.M. Панченко, отмечающего бинарный, в противовес европейской тернарности, характер русской культуры, общую неустойчивость отечественной культурной системы в целом.

Исследование строилось также с учетом сформулированного и обоснованного в работах И.Р. Пригожина16 и Ю.М. Лотмана17 положения о возможностях и причинах резких изменений в ходе культурно-динамических процессов.

Отметим также как существенную, концепцию & laquo-аристократии духа& raquo- X. Ортеги-и-Гассета, обоснование ведущей роли этой общности в социокультурной практике и общественных трансформациях.

В ходе работы над исследованием мы опирались на принципы системно-культурного подхода, на методы исторической реконструкции, моделирования, на разработки тартуско-московской семиотической школы, принципов философской герменевтики.

Источниковая база исследования включала как документы-свидетельства эпохи социального характера, так и источники личного происхождения — письма, мемуары, дневники, заметки, как непосредственных участников событий: Волконского, Оболенского, Норова, Басаргина, Поджио, Пущина, Лунина, Муравьева, Муравьева-Апостола, Трубецкого, Розена, Тургенева, Глинки, Ростовцева, Якушкина, так и сторонних наблюдателей из числа современников: Давыдова, Вяземского, Дмитриева-Мамонова, Чарторижского, Чичерина и др. Важным источником стали также официальные документы, связанные с

1 Я делом декабристов, а также работы М. К. Азадовского, М. П. Алексеева,

15 О русской культуре, Русская культура в канун Петровских реформ

16 Порядок из хаоса, Философия нестабильности, Переоткрытие времени.

17 Культура и взрыв, Семиосфера и некоторые другие работы.

18 Восстание декабристов. Материалы и документы, под ред. M.B. Нечкиной, тт. 1,4,6, 8, 10-M, JI, 1925−1958.

М. Корфа, М. В. Нечкиной, С. М. Соловьева, А. Г. Тартаковского, Ю. Е. Шумейко и др.

Кроме того, в качестве источников использовались исторические и художественные произведения, составлявшие круг чтения изучаемого нами поколения, а также те произведения (прозаические и стихотворные), в которых интересующие нас события нашли свое наиболее полное отражение. Уделялось также внимание анализу интертекстуального взаимодействия художественных и исторических текстов (под последними понимаются не только письменные исторические свидетельства, но и поведенческие модели).

Научная новизна исследования заключается в осуществлении специального исследования феномена субкультуры реформаторства (на материале отечественной истории первой трети XIX века) как одного из направлений изучения факторов культурной динамики. Традиционный историко-фактологический анализ отечественной реформаторской деятельности дополнен выявлением социокультурной сути данного феномена как особой субкультуры, анализом культурных оснований этой практики, факторов, ее определяющих, как в субъективном (личностном), так и в объективном (групповом) срезах. На основе анализа литературных текстов и исторических источников личного происхождения выявлен набор смыслообразующих символов, образов и мировоззренческих установок, характерных для преобразовательской деятельности в изучаемую эпоху, содержание и особенности интерпретаций социальных изменений, динамика их трансформаций.

Научно-практическая значимость диссертации определяется возможностью использования ее результатов:

Для развития теории социокультурной динамики и методологии ее изучения-

Для дальнейшей разработки модели исследования реформаторской деятельности в ее культурологическом измерении-

Для расширения историко-культурного знания о периоде подготовки и проведения реформ в России первой трети XIX века-

При подготовке специалистов в области отечественной истории и культурологического знания в образовательной системе.

Положения, выносимые на защиту:

1. Реформаторство является с одной стороны, личностно окрашенной практикой, а с другой — групповым феноменом с точки зрения проявлений, реализации сделанного выбора, поэтому наиболее адекватной для ее изучения в данном аспекте представляется категория, которая включала бы в себя как групповую, так и личностно-окрашенную компоненту. В качестве подобного рода категории может выступать понятие & laquo-субкультура»-, и более конкретно — & laquo-субкультура реформаторства& raquo-.

2. Динамика взаимодействия содержания и форм осмысления социальных преобразований в России первой трети XIX века связана с развитием бинарной оппозиции & laquo-преемственность — разрыв (преемственности в наследовании культурных ценностей и поведенческих моделей)& raquo-. Становление и развитие субкультуры реформаторства во многом было предопределено данным характером развития культурно-динамических процессов в русской культуре изучаемого периода.

Понимание смысла, особенностей, стимулов реформаторской деятельности любого исторического периода с необходимостью должно включать в себя анализ социо-культурных оснований данного вида практики, в том числе, поведенческих и мировоззренческих установок самих реформаторов, ценностно-смысловых установок и символических структур, которые находят свое отражение не только в официальных исторических источниках, но и в художественных произведениях эпохи, эпистолярном жанре и иных так называемых & laquo-субъективных источниках& raquo-. Одним из существенных факторов становления субкультуры реформаторства являются особенности формирования личности — носителя этой субкультуры, т. е. собственно самих реформаторов.

Факторы формирования личности — носителя субкультуры реформаторства могут быть разделены на: собственно исторические, которые включают как конкретный историко-социальный контекст, так и формы, модели, механизмы его осмысления в изучаемую эпоху- культурно-ценностные, которые сопряжены с культурными традициями социального восприятия, типом социокультурной реакции на определенные ситуации, проявляющихся в определенных моделях поведения. Становление и развитие субкультуры реформаторства во многом было предопределено характером развития культурно-динамических процессов в русской культуре в целом. В условиях русской дихотомии, любая преобразовательская деятельность требовала резкого перелома и зачастую сопровождалась или приводилась в движение более крупными историческими сдвигами.

Апробация работы. Исследование прошло апробацию на расширенном заседании сектора культурологических проблем образования и научно-образовательного центра 20 марта 2002 года. Основные положения и выводы диссертации были изложены в статьях и тезисах (7 публикаций), а также были представлены в виде докладов и сообщений более, чем на 10 конференциях, на методологическом семинаре РИК & laquo-Методология исследований и формирования социально-культурных практик& raquo-, использованы в преподавательской деятельности автора в рамках учебных курсов & laquo-Культурология»-, & laquo-История отечественной культуры& raquo-.

Диссертация состоит из введения, двух глав и Заключения- в приложении приводится список использованных источников и исследований. Общий объем работы — 201 страница.

Выводы по главе 2.

1. При изучение факторов формирования личности — носителя субкультуры реформаторства России первой половины XIX века нами был проанализировано большое количество источников личного происхождения (дневники, письма, записки, мемуары). Результатом этого анализа было подразделение этих факторов на две смысловые групп: историческую и культурно-ценностную. Также было признана заметная роль, которую сыграли культурно-динамические тенденции в выявлении субкультуры реформаторства.

2. Война 1812 года дала повод к практическому применению тех идеалов, которые сложились у русских дворян под влиянием идей Французской революции, личности генерала Бонапарта и вследствие нравственных изменений, произошедших в мировоззрении после принятия Жалованной грамоты дворянству и городам (185 года), закрепившей Указ о вольности дворянства (1762 года). Столкновение с неприятелем, патриотический подъем соприкосновение с собственным народом неизбежно спровоцировали переход военных событий в факт самосознания.

Одним из возможных путей применения полученного опыта было инициирование реформаторской деятельности на родине. Инициация преобразовательской деятельности в соответствии с русскими традициями могла происходить только сверху, если этого не происходило, подобная деятельность переходила в разряд тайной. Однако в случае романтической неизменности сохранение тайны было весьма условно. Это было сопряжено не только характерной особенностью русских тайных обществ того времени, в которых слово рассматривалось как дело, но и сопряжено с отечественной традицией и европейским опытом, в том числе и масонским. Неписаный кодекс романтического поведения усложнял и без того не простые отношения представителей субкультуры реформаторства с окружающим миром, для которого романтизм уже перестал быть приоритетным направлением. Таким образом, неизбежно назревал конфликт с Государем, олицетворявшим все произошедшие изменения, конфликт, который реализовывался в романтических категориях, в частности тираноубийства.

Литературные произведения сыграли одну из важнейших ролей в формировании личности субкультуры реформаторства. В условиях романтизма литература в равной степени создавала как поведенческую модель, так и биографическую легенду, характерной особенностью которой можно считать соединение христианских ценностей и моделей поведения (стыд, жертвенность) и ценностей и поведенческих стереотипов, вызванных литературными и театральными образцами.

В условиях русской дихотомии любая преобразовательская деятельность требовала резкого перелома и зачастую сопровождалась или приводилась в движения более крупными историческими сдвигами. Деятельность субкультуры вообще, а особенно субкультуры реформаторства в России связана с парадигмальными историческими сдвигами. С одной стороны, именно эти сдвиги дают возможность проявиться субкультуре реформаторства в полной мерее, с другой — само наличие субкультур в общей системе стимулирует и определяет культурно-динамические процессы.

3. К числу исторических факторов можно отнести следующие:

• Идеи эпохи Просвещения и Французской революции-

• Бонапартизм: Наполеон Бонапарт как модель & laquo-жизнетворчества»--

• Разделение этого образа на два противоположенных: положительный герой — генерал Бонапарт и отрицательный -император Наполеон-

• Романтизм и ампир вызванная ими театральность поведения-

• Указ о вольности дворянства 162 и Жалованная грамота дворянству Г$ 85 гг., стыд как один из доминирующих мотивов поведения-

• Военные события 1812/15 гг.

К числу культурно-ценностных аспектов будут относиться такие характеристики как:

• Литературность мышления как основа для формирования моделей поведения-

• Разрыв отношений с властью как поведенческая модель, вызванная произведением Ф. Шиллера & laquo-Дон Карлос& raquo--

• Различное отношение к Слову-

• Влияние различных типов искусства на схему поведения личности

• Двойственный взгляд на мир-

• Жертвенность — доминирующий мотив поведения 14 декабря. Обращают на себя внимание некоторые закономерности в условиях резких парадигмальных сдвигов. В качестве таких закономерностей можно выделить следующие:

Невозможность с точностью перечислить все причины, приведшие к & laquo-взрыву»-. При нормальном состоянии системы крайние или случайные факторы ее развития смещаются на периферию, где и гасятся главенствующей тенденции, тем не менее, полного уничтожения этих факторов не происходит, в условиях предшествующих периоду нестабильности тенденция накопления маргинальных факторов усиливается.

Нарастание информативного содержания отрезка истории в момент & laquo-взрыва»- и наличие тени (повышение информативного содержания), отбрасываемой событием до и после себя. В результате накопления маргинальных факторов развития системы их процентное соотношение с доминирующей тенденцией становится все более неустойчивым, что не может не отражаться на мировоззрении и мировосприятии людей этого периода. Подобное же явление может наблюдаться и по завершении отрезка нестабильности: происходит формирование новой системы ценностей и интерпретаций смыслов, вытеснение прежних доминант в маргинальную область. Отсечение культурной памяти предыдущего поколения:

Смена системы ценностей. Оценки и ценности, сложившиеся в предыдущую эпоху, хотя от новой ее может отделять всего день, оказывается выброшенным из культурного пространства, —

Смена языка. Уходят из обращения или перестают пониматься некоторые устойчивые выражения.

Непредсказуемость маршрута исторического развития после & laquo-взрыва»-. В момент перерыва постепенности наследования, которая при условии спокойного состоянии системы, позволяет с большой степенью точности предсказать маршрут ее дальнейшего развития,

Заключение.

В ходе исследования первоначальная гипотеза в целом подтвердилась. На основании поведенного анализа теоретических работ по интересующей нас тематике и большого массива исторических источников личного происхождения (дневников, писем, записок, мемуаров) нами были выделены факторы, сформировавшие в ходе своего взаимодействия субкультуру реформаторства в России первой трети XIX века.

В соответствии с механизмами продвижения изменений и нововведений в культурной практике России начала XIX века исходить они могли только сверху. Поэтому любой реформаторский проект в России элитарен по природе своего инициирования, кроме того, необходимо отметить, что индивидуальное продвижение системных преобразований было совершенно нереально, даже в случае, если изменения исходили от Государя, а, следовательно, реформаторство в России является элитарным групповым, коллективным феноменом. Таким образом, перенесение некоторых важнейших качеств группы, которая также является меньшинством, а также применение методов исследования, свойственных группам, вполне правомерно.

В данном случае под субкультурой будет пониматься относительно небольшая общность людей, объединенная следующими свойствами, которые позволяют рассматривать эту общность в качестве элитарной группы: Индивидуальные качества, сформировавшие данную субкультуру как элиту:

• ценит лишь то, что до сих пор было недоступно, что приходится добывать усилием

• не права, не привилегии, а обязанности, требования к самому себе

• сознательный выбор служения — внутренняя потребность-

• повышенные (и постоянно повышаемые) требования к себе-

• чувство ответственности и долга, прежде всего, перед самим собой-

• преобладание альтруизма над эгоизмом. Групповые качества, сформировавшие данную субкультуру как группу:

• образование, воспитание

• небольшое число- преуспевание и достижение & laquo-высших эшелонов профессиональной деятельности

• меньшинство, которое чувствует себя объединенным общей социальной ответственностью и способно на действия высшего порядка

• сильная взаимозависимость, образовавших группу лиц связывает чувство солидарности и морального единства даже вне совместной деятельности-

• выражение общих норм и специфичной групповой культуры

• идентифицирование себя с одними и теми же объектами и идеалами.

Декабристы, как представители субкультуры реформаторства в

России этого периода проявили значительную творческую энергию в создании особого типа русского человека. По своему поведению резко отличавшегося от того, что знала вся предшествующая русская история- поведение значительной группы молодых людей, находившихся в центре общественного внимания, оказало воздействие на целое поколение.

Активно использовался европейский опыт тайных обществ. Тем не менее, существовало принципиальное различие, которое заключалось, прежде всего, в бинарном (Россия) или тернарном (Европа) строе культуры, в восприятии как самой идеи тайных обществ в целом, так и своей деятельности в частности европейцами и русскими. Европейская тернарность сложилась еще в средние века, в результате чего нейтральная сфера жизни становилась нормой, а высоко семиотизированные сферы верха и низа культуры вытеснялись в область культурных аномалий. В России этого не произошло. Любая преобразовательская (преображение существующей реальность) или реформаторская (в изначальном смысле возвращение к старой форме или традиции) деятельность предполагала в России поворот на сто восемьдесят градусов. Дихотомия Добра и Зла постоянно присутствовала в мыслительной и практической деятельности реформаторов, причем, начиная с Петра Великого, Добро отождествлялось с Новизной, а Зло с традицией или существующей действительностью.

Различные типы искусства оказывали на поведение дворян заметное влияние, кроме того, развития логика развития отношения к Слову в России привела к ситуации, в которой Слово рассматривалось как Дело, за которое могла следовать казнь. Обычные соотношения планов самовыражения меняются, не слово обозначает поступок, а поступок -слово. На рубеже ХУШ-Х1Х веков наблюдается причудливое сочетание, пересечение у разных дворянских поколений поведенческих мотивов чести, стыда и страха, с заметным превалированием первых двух (чести и стыда) после принятия Указа о вольности дворянства.

Таким образом, под влиянием отечественной традиции, в том числе и реформаторской, с учетом европейского опыта в России первой трети XIX века сложилась субкультура реформаторства, деятельность которой отразилась в декабристском движении. Многочисленные документы отражают различные стороны бытового поведения дворянского революционера и позволяют говорить о декабристе как об определенном культурно-историческом и психологическом типе. Во второй главе диссертационного исследования были рассмотрены факторы формирования личности субкультуры реформаторства в России этого исторического периода.

При изучение факторов формирования личности субкультуры реформаторства России первой половины XIX века нами был проанализировано большое количество источников личного происхождения (дневники, письма, записки, мемуары). Результатом этого анализа было подразделение этих факторов на две смысловые групп: историческую и культурно-ценностную.

Война 1812 года дала повод к практическому применению тех идеалов, которые сложились у русских дворян под влиянием идей Французской революции, личности генерала Бонапарта и вследствие нравственных изменений, произошедших в мировоззрении после принятия Жалованной грамоты дворянству и городам (1/85 года), закрепившей Указ о вольности дворянства (1762 года). Столкновение с неприятелем, патриотический подъем соприкосновение с собственным народом неизбежно спровоцировали переход военных событий в факт самосознания.

Одним из возможных путей применения полученного опыта было инициирование реформаторской деятельности на родине. Инициация преобразовательской деятельности в соответствии с русскими традициями могла происходить только сверху, если этого не происходило, подобная деятельность переходила в разряд тайной. Однако в случае романтической неизменности сохранение тайны было весьма условно. Это было сопряжено не только характерной особенностью русских тайных обществ того времени, в которых слово рассматривалось как дело, но и сопряжено с отечественной традицией и европейским опытом, в том числе и масонским. Неписаный кодекс романтического поведения усложнял и без того не простые отношения представителей субкультуры реформаторства с окружающим миром, для которого романтизм уже перестал быть приоритетным направлением. Таким образом, неизбежно назревал конфликт с Государем, олицетворявшим все произошедшие изменения, конфликт, который реализовывался в романтических категориях, в частности тираноубийства.

Литературные произведения сыграли одну из важнейших ролей в формировании личности субкультуры реформаторства. В условиях романтизма литература в равной степени создавала как поведенческую модель, так и биографическую легенду, характерной особенностью которой можно считать соединение христианских ценностей и моделей поведения (стыд, жертвенность) и ценностей и поведенческих стереотипов, вызванных литературными и театральными образцами.

К числу исторических факторов формирования личности субкультуры реформаторства можно отнести следующие:

• Идеи эпохи Просвещения и Французской революции-

• Бонапартизм: Наполеон Бонапарт как модель & laquo-жизнетворчества»--

• Разделение этого образа на два противоположенных: положительный герой — генерал Бонапарт и отрицательный -император Наполеон-

• Романтизм и ампир вызванная ими театральность поведения-

• Указ о вольности дворянства Ш62 и Жалованная грамота дворянству 1]?85 гг., стыд как один из доминирующих мотивов поведения-

• Военные события 1812/15 гг.

К числу культурно-ценностных аспектов формирования личности субкультуры реформаторства будут относиться такие характеристики как:

• Литературность мышления как основа для формирования моделей поведения-

• Разрыв отношений с властью как поведенческая модель, вызванная произведением Ф. Шиллера & laquo-Дон Карлос& raquo--

• Различное отношение к Слову-

• Влияние различных типов искусства на схему поведения личности

• Двойственный взгляд на мир-

• Жертвенность — доминирующий мотив поведения 14 декабря.

При изучении степени влияния культурно-динамических тенденций на выявление субкультуры реформаторства в России первой трети XIX века была признана высокая роль, которую сыграли эти тенденции в формировании как самой субкультуры, так и ее субъектов.

Деятельность субкультуры вообще, а особенно субкультуры реформаторства в России связана с парадигмальными историческими сдвигами. С одной стороны, именно эти сдвиги дают возможность проявиться субкультуре реформаторства в полной мерее, с другой — само наличие субкультур в общей системе стимулирует и определяет культурно-динамические процессы.

Обращают на себя внимание некоторые закономерности в условиях резких парадигмальных сдвигов. В качестве таких закономерностей можно выделить следующие:

• Невозможность с точностью перечислить все причины, приведшие к & laquo-взрыву»-. При нормальном состоянии системы крайние или случайные факторы ее развития смещаются на периферию, где и гасятся главенствующей тенденции, тем не менее, полного уничтожения этих факторов не происходит, в условиях предшествующих периоду нестабильности тенденция накопления маргинальных факторов усиливается.

• Нарастание информативного содержания отрезка истории в момент & laquo-взрыва»- и наличие тени (повышение информативного содержания), отбрасываемой событием до и после себя. В результате накопления маргинальных факторов развития системы их процентное соотношение с доминирующей тенденцией становится все более неустойчивым, что не может не отражаться на мировоззрении и мировосприятии людей этого периода. Подобное же явление может наблюдаться и по завершении отрезка нестабильности: происходит формирование новой системы ценностей и интерпретаций смыслов, вытеснение прежних доминант в маргинальную область.

• Отсечение культурной памяти предыдущего поколения:

Смена системы ценностей. Оценки и ценности, сложившиеся в предыдущую эпоху, хотя от новой ее может отделять всего день, оказывается выброшенным из культурного пространства, —

Смена языка. Уходят из обращения или перестают пониматься некоторые устойчивые выражения.

• Непредсказуемость маршрута исторического развития после & laquo-взрыва»-. В момент перерыва постепенности наследования, которая при условии спокойного состоянии системы, позволяет с большой степенью точности предсказать маршрут ее дальнейшего развития, фатальная непреложность сменяется широчайшим спектром возможностей.

В условиях русской дихотомии любая преобразовательская деятельность требовала резкого перелома и зачастую сопровождалась или приводилась в движения более крупными историческими сдвигами. Таким образом, динамика содержания и форм осмысления социальных преобразований начала XIX века связана с развитием традиционной для России бинарной оппозиции & laquo-преемственность — разрыв (преемственности в наследовании культурных ценностей и поведенческих моделей)& raquo-. Становление и развитие субкультуры реформаторства во многом было предопределено характером развития культурно-динамических процессов в русской культуре в целом.

Факторы, которые сформировали личности людей декабристского круга, могут выступать в определенной степени и в качестве личностных факторов формирования субкультуры реформаторства России первой

ПоказатьСвернуть

Содержание

Введение ?

Глава 1. Реформаторство как социокультурный феномен: методология анализа ¦/<

1.1. Субкультура реформаторства как предмет культурологического анализа. ^

1.2. Особенности субкультуры реформаторства в России первой трети XIX века: историко-психологиче. ский аспект.

1.3. Субкультура реформаторства в России первой трети XIX века: историко-культурный генезис. — с

Глава 2. Факторы формирования личности — носителя субкультуры реформаторства (Россия первой трети XIX века). ^

2.1. Исторические факторы становления личности — носителя субкультуры реформаторства (Россия первой трети XIX века).

2.2. Культурно-ценностные факторы становления личности — носителя субкультуры реформаторства (Россия первой трети XIX века).

2.3. Взаимовлияние культурно-динамических процессов и субкультуры реформаторства в истории России первой трети XIX века. '

Список литературы

1. 14 декабря 1825. История, исследования, историография, библиография. Под ред. Ильина П. В. — М., 2000, выпуск 3

2. Авенариус В. П. Среди врагов. Дневник юноши очевидца в 1812 году. -Спб, 1912

3. Азадовский М. К. Страницы истории декабризма. Иркутск, 1991−1992

4. Алексеев М. П. Русская культура и романский мир: Избр. тр. -Л., 1985

5. Андреева Г. М. Социальная психология. М. 1994

6. Аракчеев A.A. Письмо о Семеновском бунте // Русская старина. 1870. Январь, с. 63−65

7. Архив братьев Тургеневых. Дневники и письма Н. И Тургенева (1806/1824). СПб 1911/1921, тт. 1−3

8. Арон Р. Этапы развития социологической мысли. М. 1990

9. Ахиезер A.C. Социокультурные проблемы развития России- философский аспект. -М, 1992

10. Ашин Г. К. Миф об элите и & laquo-массовом обществе& raquo-. М, 1966

11. Ашин. Г. К. Правящая элита и общество // Свободная мысль. 1993. № 7

12. Ашин. Г. К. Смена элит // Общественные науки и современность. 1995, № 1

13. Ашин. Г. К. Современные теории элиты: критический очерк. -М. 1985

14. Ашин Г. К. Элитология. Смена и рекрутирование элит. М. 1998

15. Ашин. Г. К. Охотский Е.В. Курс элитологии. М. 1999

16. Бахтин М. М. Автор и герой. СПб, 2000

17. Бахтин М. М. Собрания сочинений в 7 т. М 1997

18. Бенкендорф А. Х. Записка о Союзе Благоденствия, поданная Александру I в мая 1821 г. // Декабристы в воспоминаниях современников / Сост., общ. ред., вступ. ст. и коммент. В. А. Федорова. М., 1988, с. 181−187

19. Бердяев H.A. Истоки и смысл русского коммунизма. М., 1990,

20. Бердяев H.A. Судьба России. М. 1990

21. Бессонов Б. Н. Судьба России: Взгляд рус. мыслителей. -М., 1992

22. Бокова В. М. Либерально-конституциональные идеи России начала XIX века (1801−10 812 гг.): Автореферат дис. канд. ист. н. / МГУ. -М., 1991

23. Бочанова Т. А. О круге чтения ссыльных декабристов в Западной Сибири // Русская книга в дореволюционной Сибири. Новосибирск, 1984

24. Бриксман М. А. Лирический герой декабристской поэзии периода каторги и ссылки // Декабристы и русская культура.: Сб. Л., 1976

25. Булыгин И. А. К вопросу о сущности реформ в России эпохи позднего феодализма (XVII середина Х1Хв.) // Реформы России XVI — XIX вв.: Сборник. — М., 1992, с. 25−29

26. Бунт декабристов. Юбилейный сборник. Ред. Оксмана Ю. Г., Щеголева П. Е. Л., 192 627. Бурдье П. Начала. М. 1994

27. Бурдье П. Социология политики. М, 1993

28. Быховская И. М., Трошин A.A. Постижение культуры: от научно-образовательных поисков к логике практическойдеятельности // Ориентиры культурной политики: Информационный выпуск № 4. М., 1998, с. 6−19

29. Васильевич Г. Александр I и старец Феодор Кузьмич. М. 1911

30. Всеподданнейший доклад // Россия. Верховный уголовный суд. СПб 1826.

31. Великая французская революция и Россия / Ред. Нарочницкий A. JI. и др. М., 1989

32. Взаимодействие человека и культуры: теоретико-информационный подход.: Материалы международного научного симпозиума / Ред. Балим Г. М. Таганрог, 1998

33. Волконский С. Г. Записки декабриста. СПб 1902

34. Волконский С. М. Воспоминания. М., 1994

35. Воловикова М. И., Гренкова Л. А., Морскова A.A. Утверждение через отрицание // Российский менталитет: психология личности, сознание, социальные представления / под ред. Абдулькановой-Славской К.А. М., 1996. — с. 86−98

36. Воспоминания сибиряка о декабристах (1842−1856) // Белоголовый H.A. Воспоминания и другие статьи. М., 1897, с. 1−93

37. Восстание декабристов. Материалы и документы. Под ред. М. В. Нечкиной. М, Л, 1925−1958, тт. 1, 4, 6, 8, 10-.

38. Вяземский П. А. Записные книжки князя П. А. Вяземского. -М., 1963

39. Вяземский П. А. Моя исповедь // Полное собрание сочинений. СПб, 1879, т. 2

40. Галактионов A.A., Никандров П. А. Русская философия IX -XIXbb. Л., 1989, гл. 14: Социология и философия декабристов, с. 206−238

41. Глинка Ф. Н. Письма русского офицера. М. 1985Гегель Г. Ф. Философия истории // Сочинения. — M. -JI. 1935, т. 8

42. Гегель Г. Ф. Философия истории // Сочинения. М. -Л. 1935, т. 8

43. Гордин Я. А. Мятеж реформаторов. Л. 1989

44. Гросул В. Я. Реформы и революционное движение в России в XIX в. // Реформы России XVI XIX вв.: Сборник. — М., 1992, с. 182−223

45. Гуляев H.A. О природе декабристского романтизма // Русский романтизм.: Сб. Л., 1978

46. Гуревич П. С. Субкультура // Культурология XX век. Словарь. СПб, 2000

47. Даль В. И. Группа // Толковый словарь живого великорусского языка. М. 1994, т. 1

48. Давыдов Д. В. 1812 год // 1812 год в русской поэзии и воспоминаниях современников. М. 1987

49. Давыдов М. А. Оппозиция Его Величества. Дворянство и реформы в начале XIX века. М., 1994

50. Декабрист A.B. Поджио (1859−1873) // Белоголовый H.A. Воспоминания и другие статьи. -М., 1897, с. 94−181

51. Декабристы в воспоминаниях современников / Сост., общ. ред., вступ. ст. и коммент. В. А. Федорова. М., 1988

52. Декабристы и их время. Труды ГИМ. Выпуск 88. М. 1995

53. Декабристы и их время. Труды московской и ленинградской секций. -М., 1928−1932

54. Декабристы и их время. Материалы и сообщения. -М., 1951

55. Декабристы. Новые материалы. М., 1955

56. Декабристы и тайные общества в России. М. 1906

57. Декабристы и русская культура.: Сб. Л., 1975

58. Донцов А. И. Психология коллектива. -М., 1984

59. Друзья Пушкина: Переписка. Воспоминания. Дневники: В 2. -М, 1986

60. Дружинин Н. М. Освободительная война 1813 г. и русское общество // Бессмертная эпопея: К 175-летию Отечественной войны 1812 г. и Освободительной войны 1813 г. в Германии.: Сб. -М, 1988

61. Ерасов Б. С. Социальная культурология. М. 1994

62. Ерасов Б. С. Социокультурная методология анализа российского общества//Рубежи. -М, 1997, № 5, с. 132−151

63. Ефимов А. Элитные группы, их возникновение и эволюция // Знание сила. 1998, № 1 с. 56−64

64. Заборов П. Р. Русская литература и Вольтер, XVIII — первая треть XIX века. JI, 1978

65. Зарубина H.H. Состояние процесса модернизации: эволюционные понятия и основные параметры // Восток. 1998. — № 4

66. Захаров В. Судьба декабриста // Годы и люди.: Сб. -Саратов, 1983, Вып. 1, с. 7−21

67. Захарова Л. Г. Самодержавие и отмена крепостного права в России, 1856−1861. -М., 1984

68. Из писем и показаний декабристов. СПб, 1907

69. Император Александр I в воспоминаниях графини Шуазель-Гуфье // Русская старина. СПб, 1877 год, том 20

70. Ионин Л. Г. Социология культуры. М., 1998

71. Итенберг Б. С. Россия и Великая Французская революция. -М., 1988

72. Казимирчук Г. Д, Вавренюк P.C. Декабрист Евгений Оболенский: Жизнеописание. Киев, 1990

73. Казнь декабристов: рассказы современников // Декабристы в воспоминаниях современников / Сост., общ. ред., вступ. ст. и коммент. В. А. Федорова. М., 1988, с. 310−319

74. Карамзин Н. М. Записка о древней и новой России. М. 1991

75. Караш Н. Декабрист С. Г. Волконский. Л., 1965

76. Киянская О. И. & laquo-Военная революция& raquo- декабристов: восстание Черниговского пехотного полка. Автореферат диссертации на соискание. кандидата исторических наук МГУ им. М. В. Ломоносова. -М., 1997

77. Княжнин Я. Б. Избранное. М., 1991

78. Кожокин E.H. Россияне и Великая французская революция // 200 лет Великой французской революции.: Сб. М, 1989

79. Колесин И. Д. Подходы к изучению социокультурных процессов//СоцИс. М, 1999, № 1, с. 130−136

80. Комарицкая Ж. О. Роль французской книги в формировании мировоззрения декабристов // История русского читателя: Сб. Л., 1976, вып. 2, с. 28

81. Комарицкая Ж. О. Французская книга в России в оценке декабристов // История русского читателя: Сб. Л., 1979, вып. 3, с. 5−23

82. Кондаков И. В. Введение в историю русской культуры. М. 1997

83. Коптерев И. Н. Формирование мировоззрения декабристов (по их запискам и воспоминаниям) // Декабристские чтения / Под ред. Казимирчука Г. Д. Киев, 1988, Выпуск 1, с. 28−32

84. Королева Н. В. французская революция 1789−1794 годов, русский сентиментализм и театр конца XVIII // Русскийтеатр и общественное движение (конец XVIII начало XX века).: Сб. — Л, 1984, с. 24−49

85. Корф М. Восшествие на престол Императора Николая I. -СПб, 1857,

86. Корф М. Историческое описание 14 г0 декабря 1825 года и предшествующих ему событий. СПб, 1848

87. Косачевская Е. М. Декабристы и Петербургский университет // Петербургский университет и революционное движение в России.: Сб. Л., 1979

88. Котикова Л. Н., Тугунцова Т. И. Социодинамика культуры в проблемном пространстве ее исследования // Философские аспекты культуры: Материалы научно-практической конференции. Комсомольск-на-Амуре, 1998, с. 33−37

89. Крестова Л. В. Движение декабристов в освещении иностранной публицистики // Исторические записки. 1942. № 13, с. 222−233

90. Кузнецова Т. В. Россия в мировом культурно-историческом контексте: парадигма народности. -М., 1999

91. Культура реформаторства и реформы культуры. Сборник под ред. Власова Ю. Н. М., 1998

92. Культурная политика России: история и современность: Два взгляда на проблему. Ред. Бутенко И. А., Разлогов К. Э. М., 1998

93. Культурология XX век. РАН ИНИОН. М. 1997

94. Куприн А. И. Поединок. Свердловск, 1976

95. Кутанов Н. Декабрист без декабря // Декабристы и их время. -М., 1932

96. Кюстин А. Николаевская Россия. М., 1997

97. Лапин В. В. Семеновская история, 16−18 октября 1820 г. Л, 1991

98. Лапина Н. И. Социокультурная трансформация России: либерализация versus традиционализации // Журнал социол. И социал. Антропологии. СПб., 2000, № 3, с. 32−39

99. Лас Каз. Максимы и мысли узника Св. Елены. СПб 1995

100. Левада Ю. Индикаторы и парадигмы культуры в общественном мнении // Инф. бюл. Мониторинг общественного мнения: экономические и социальные перемены. М., 1998, № 3

101. Лермонтов М. Ю. Фаталист // Герой нашего времени. Л. 1968

102. Летописи Государственного литературного музея. М. 1938, т. З

103. Либинзон З. Е. Писатели-декабристы и Шиллер // Проблемы традиции и новаторство в художественной литературе.: Сб. Горький, 1978, с. 78−92

104. Литвин O.K. Спорные вопросы формирования мировоззрения декабристов // Декабристские чтения. Под ред. Казимирчука Г. Д. Киев, 1989, Выпуск 2, с. 112−114

105. Лотман Ю. М. Беседы о русской культуре. СПб, 1994

106. Лотман Ю. М. Пушкин. СПб 1995

107. Лотман Ю. М. Карамзин. СПб 1997

108. Лотман Ю. М. О русской литературе. СПб 1997

109. Лотман Ю. М. Об искусстве. СПб 1998

110. Лотман Ю. М. Семиосфера. СПб 2000

111. Лотман Ю. М. Избранные произведения в 3-х тт. Таллинн, 1992−1993, т. 1

112. Лотман Ю. М. Культура и взрыв. М. 1992

113. Лотман Ю. М. Изъявление Господне или азартная игра // Ю. М. Лотман и тартуско- московская семиотическая школа. -М., 1994

114. Лунин М. С. Письма из Сибири. -М., 1987

115. Лунин М. С. Сочинения. Письма. Документы. Иркутск, 1988

116. Лысикова О. В. Общественное сознание России первой четверти XIX века и декабристы. Автореферат диссертации на соискание. кандидата исторических наук. Саратов, 1998

117. Ш. Лященко К. Г., Семенова A.B. Восстание носило чисто демократический характер: о возобновлении документальной серии: & laquo-Восстание декабристов& raquo- // Отечественный архив. М., 2000, № 5, мс. 52−60

118. Магоненко Г. П. О романтическом герое декабристской поэзии // Литературное наследие декабристов. Л., 1975

119. Мангейм К. Человек и общество в эпоху преобразований // Диагноз нашего времени. М. 1994

120. Манифесты Александра I и Николая I. СПб, 1825

121. Манфред А. З. Наполеон Бонапарт. М., 1987

122. Марков В. И. Региональные субкультуры: культурологический аспект изучения // Культурология в теоретическом и прикладном измерениях. Кемерово, М., 2001, с. 105−110

123. Междуцарствие 1825 года и восстание декабристов в переписке и мемуарах членов царской семьи. М.- Л. 1926

124. Межова К. Г. Об источниках формирования вольнолюбивых идей декабристов // История СССР. 1990. № 5, с. 37−46

125. Мемуары декабристов. Северное общество. М. 1981

126. Мемуары декабристов. Южное общество. М. 1982

127. Минаева Н. В. В разладе с историей: (Заметки о зап. историографии, освещающей полит, мысль России первой четверти XIX в.) // Проблемы историографии: Сб. тр. М., 1977

128. Мироненко М. П. Источники по истории восстания Семеновского полка в журнале & laquo-Русский архив& raquo- // Теория и практика источниковедения и археологии отечественной истории.: Сб. М., 1978, с. 116−125

129. Мироненко C.B. Самодержавие и реформы. Политическая борьба в России в начале XIX века. М., 1989

130. Миронов Е. В. Интерпретация социального реформаторства в русской беллетристике 50 — начала 60-х годов XIX века.: Автореферат дис. кандидата, ист. н. / МПГУ. М., 2002

131. Михайлова М. С. Свод данных о декабристах (1826−1856). -Красноярск, 1989

132. Мосалев Б. Г. Социокультурное многообразие: опыт целостного осмысления. -М, 1998

133. Моска Г. Правящий класс. // СоцИс № 10, 1994

134. Муравьев А. М. Записки. Петроград, 1922

135. Муравьев H.H. Записки 1811−1829. М. 1885−1894

136. Мучник А. Б. Отражение восстания декабристов в английской и французской периодической печати (январь — июнь 1826 года) // Россия в XIX веке: политика, экономика, культура. Под ред. Фруменкова. СПб, 1993, с. 18−26

137. Мы были дети 1812 года. Сб. Воронеж, 1989

138. Мысловский П. Н. Из воспоминаний // Декабристы в воспоминаниях современников / Сост., общ. ред., вступ. ст. и коммент. В. А. Федорова. М., 1988, с. 308−310

139. Нарусова Л. Б. Общественно-политические взгляды декабристов в 50-х 60-х гг. XIX века: Автореферат дис. канд. ист. н. / АН СССР. Ленинградское отделение Института истории. -М., 1991

140. Нечкина М. В. Встреча двух поколений: Из истории русского революционного движения 50-х нач. 60-х гг. XIX века. -Л., 1989

141. НечкинаМ.В. День 14 декабря 1825 года. -М., 1985

142. Нечкина М. В. Когда и где возникло слово декабрист // Сибирь и декабристы. Иркутск, 1981, вып. 2

143. Ницше Ф. Поту сторону добра и зла. М., 1990

144. Норов A.C. Война и Мир (1805−1812) с исторической точки зрения по воспоминаниям современников (по поводу сочинения гр. Л. Н. Толстого & laquo-Война и Мир& raquo-), -СПб, 1868

145. Оболенский Е. П. Воспоминания. Leipzig- Paris 1861

146. Ожегов С. И. Группа // Толковый словарь русского языка. -М. 1963

147. Окунь С. Б. Декабрист М.С. Лунин. Л., 1985

148. Орлик О. В. Великая французская революция и русско-французские общественные связи: (конец XVIII первая треть XIX в.) // Внешняя политика России и общественное мнение.: Сб. -М., 1988, с. 7−25

149. Орлик О. В. Декабристы и внешняя политика России. М., 1984

150. Орлик О. В. Декабристы и европейское революционное движение 20-х годов XIX века. М., 1989

151. Орлова Э. А. Динамика культуры и процессы социализации // Ориентиры культурной политики: Информационный выпуск № 8. М., 1999, с. 28−52

152. Ортега-и-Гассет X. Восстание масс // Избранные труды. -М., 1997

153. Ортега-и-Гассет X. Дегуманизация искусства. М., 1991

154. Ортега-и-Гассет X. Размышления о & laquo-Дон Кихоте& raquo-. СПб, 1997

155. Ортега-и-Гассет X. Этюды об Испании. Киев, 1994

156. Ортега-и-Гассет X. Эстетика. Философия культуры. М., 1991

157. Остафьевский архив князей Вяземских. СПб, 1899−1913

158. Охотский Е. В. Политическая элита и российская действительность. М., 1996

159. Пантин И. К. и др. Революционная традиция России, 17 831 883 гг. -М, 1986

160. Панченко А. О русской истории и культуре. СПб, 2000

161. Парсамов B.C. Декабристы и французский либерализм. -М., 2001

162. Пастернак Б. Л. Избранное. Ростов-на-Дону, 1996

163. Петров В. М. Системность социокультурной сферы: механизмы, обеспечивающие динамику // Культурологические записки. Вып. 5: Художественная жизнь Росси от 1970-х к 1990-м. М, 1999, с. 9−29

164. Петров Д. В. Молодежные субкультуры. Саратов, 1996

165. Платон. Сочинения в трех томах. М. 1968−1972, т. З, ч. 1

166. Плутарх. Сравнительные жизнеописания. Т.2. — М., 1991

167. Полякова H.B. Декабризм в общественном настроении // Декабристские чтения. Под ред. Казимирчука Г. Д. Киев, 1990, Выпуск 3, с. 133−136

168. Понеделков A.B. Политическая элита: генезис и проблемы ее становления в России. Ростов-на-Дону, 1995

169. Поршнев Б. Ф. Социальная психология и история. ML, 1979

170. Пригожин И., Стенгерс И. Порядок из хаоса. М., 1986

171. Пригожин И. Философия нестабильности // Вопросы философии, № 6 1991

172. Пригожин И. Постижение реальности // Природа, № 6, 1998

173. Пригожин И. Наука, разум и страсть // Знание сила, № 9, 1997

174. Пригожин И. Переоткрытие времени // Вопросы философии № 8, 1989

175. Пугачев В. В. К влиянию Великой французской революции на Россию: (Человек, личность, нация) // Великая французская революция и пути русского освободительного движения: Тез. докл. и сообщ. науч. конф. 5−17 декабря 1989 г. Тарту, 1989, с. 61−65

176. Пушкин A.C. Евгений Онегин. M. -JI. 1963

177. Пушкин A.C., Избранные произведения в Зт. М. 1986

178. Пушкин A.C. Медный всадник. М. 1986

179. Разлогов К. Э. Культура в контексте социального кризиса // Свободная мысль — XXI. М., 2000, № 5, с. 83−87

180. Рамазанов Н. Казнь декабристов. Рассказы современников. -М. 1881

181. Размышления о России и русских: штрихи к истории русского национального характера. М., 1994

182. Розен А. Е. Записки декабриста. Иркутск, 1984

183. Романов В. Н. Историческое развитие культуры. М., 1991

184. Российская элита. Концепция и методы исследования. Ред. Микульского К. И. М., 1995

185. Россия. Законы и постановления. Указ Императора Александра II Правительствующему сенату об оказании новых милостей лицам, осужденным в 1826 году за участие в замыслах и действиях тайных обществ, по случаю коронации от 26 августа 1856. M., 1856

186. Россия и мир: глазами друг друга. М. 2000, вып. 1

187. Россия первой половины XIX века глазами иностранцев. -Л., 1991

188. Ростовцев Я. И. Отрывок моей жизни 1825 и 1826 годов // Декабристы в воспоминаниях современников / Сост., общ. ред., вступ. ст. и коммент. В. А. Федорова. М., 1988, с. 206 209

189. Русская старина т. 1. СПб. Январь 1870, с. 63−65

190. Русская старина т. 84. СПб, 1895

191. Русский вестник, т. 53. СПб, 1864

192. Русский мир. Под ред. Деркаченко П. П. М., 2001, № 3, с. 142−188

193. Рудык А. Ю. Влияние английского законодательства на формирование мировоззрения Н. И. Тургенева // Декабристские чтения. Под ред. Казимирчука Г. Д. Киев, 1990, Выпуск 3, с. 129−133

194. Рылеев К. Ф. Сочинения. М. 1983

195. Сабенникова И. В. Документация политических процессов первой половины XIX века как исторический источник // Комплексные методы в исторических исследованиях: Тез. докл. и сообщ. науч. совещ., 3−5 февр. 1987 г. М., 1987

196. Сабенникова И. В. Идеология дворянской революционности в России // Общественно-политическая мысль в Европе в конце XVIII — начале XX вв.: Межинститут, конф. молодых учен., Тез. докл. М., 1987, с. 21−24

197. Савельева Л. И. Античность в русской поэзии конца XVIII — начала XIX века. Казань, 1980

198. Семенова A.B. Великая французская революция и Россия (конец XVIII первая четверть Х1Хв.). — М., 1991

199. Семенова A.B. Декабристы и государственные деятели России — кандидаты во временное правительство: Автореферат дис. канд. ист. н. / ИИ АН СССР. М., 1977

200. Семенова A.B. Декабристы и французская революция конца XVIIIb. /7 Новая и Новейшая история. 1989. № 3, 26−42

201. Олейников Д. И. Дон-Кихот и Гамлет как типы исторического самосознания поколений // Экономическая и общественная жизнь России нового времени. Часть 2. М., 1990

202. Смирнов А. Ф. Декабристы: Мировоззрение. // Смирнов А. Ф. Верные сыны Росси: Ист. -лит. портреты. М., 1986, с. 39−95

203. Смелзер Н. Социология. М. 1994

204. Соловьева А. Н. Северорусская субкультура в контексте модернизационных процессов.: Автореферат дис. кандидата фил.н. / РИК. М., 2001

205. Соловьев С. М. Александр I. — М., 1995

206. Социокультурная динамика в период становления постиндустриального общества: закономерности, противоречия, приоритеты. Материалы к III Международной Кондратьевской конференции. М., 1998

207. Старостин Б. Социальное обновление: схемы и реальность. -М., 1981

208. Стендаль. Жизнь Наполеона. М. 1988

209. Стендаль. Собрание сочинений в 15-ти тт. М. 1959, т. 11, 14

210. Сухов А. Д. Русская философия. М., 1989, гл. 11: От философских идей к революционной ситуации, с. 125−139

211. Тарле Е. В. Наполеон. М 1991

212. Тартаковский А. Г. 1812 год и русская мемуаристика XIX века // История СССР. 1979, № 6, с. 71−94

213. Тартаковский А. Г. Русская мемуаристика XVIII первой половины XIX века. М., 1991

214. Тойнби А. Постижение истории. М., 1991

215. Токвиль А. Демократия в Америке. М. 1992

216. Токвиль А. Революция и старый порядок. М. 1997

217. Толстой JI.H. Война и Мир. М. 1963

218. Толстой JI.H. Декабристы // Собрание сочинений в 12 т. М. 1987, т. 2

219. Толстой JI.H. Стыдно // Собрание сочинений в 22 т. М. 1978−1985, т. 17−18, с. 171−176

220. Трубачев О. Н. Русский — Российский: историческая динамика, идеология двух атрибутов науки // Русская нация: историческое прошлое и проблемы возрождения. М., 1991. -с. 28−36

221. Трубецкой С. П. Записки. Лейпциг, 1874

222. Тургенев Н. И. Записки изгнанника. СПб, 1907

223. Турчин B.C. Эпоха романтизма в России: К истории русского искусства первой трети XIX столетия. М., 1981

224. Тынянов Ю. Н. Смерть Вазир-Мухтара. М. 1984

225. Тюлар Ж. Наполеон. М. 1997

226. Тютчева А. Ф. Записки Анны Тютчевой // Тайны царского двора (из записок фрейлин). М., 1997

227. Успенский Б. А. Избранные труды. Т. 1. М. 1996

228. Федоров В. А. Декабристы и их время. М., 1992

229. Федотов Г. П. Трагедия интеллигенции // О России и русской философии. М., 1990

230. Флиер, А .Я. Культурогенез. М., 1996

231. Флиер А. Я. Культурология для культурологов. М. 2000

232. Французы в России // 1812 год по воспоминаниям современников-иностранцев. Ред. Мельгунов С. П., Васютин А. К., Дживилегов A.K. М., 1912, ч. 1−3

233. Фрид Я. В. Анри Бейль в 1812 году: К 200-летию со дня рождения Стендаля // Французский ежегодник, 1983. М., 1985, с. 100−114

234. Фризман Л. Г. Декабристы и русская литература. М., 1988

235. Фромм Э. Бегство от свободы. М., 1990

236. Хренов H.A. Дворянская субкультура в ракурсе исторической психологии // Мир психологии. 1998, № 1

237. Хренов H.A. Картины мира и образы города (психологические аспекты образования субкультур и их воздействие на художественную культуру города) // Город и искусство. Субъекты социокультурного диалога. -М., 1996

238. Хренов H.A. Мегцанско-предпринимательская картина мира в русской культуре // Мир психологии. 1996, № 4

239. Хренов H.A. Мифология досуга. М., 1998

240. Хренов H.A. Принцип субкультурной стратификации в исторических исследований культуры // Ориентиры культурной политики: Информационный выпуск № 6. 2000

241. Хренов H.A. & laquo-Ренессанс»- праздничной площади в контексте активизации предпринимателя в русской культуре XIX века. // Традиционные формы досуга: история и современность. М, 1998

242. Хренов H.A. Социальная психология искусства. Теория. Методология. История. -М., 1998

243. Хренов H.A. Художественный опыт XX века в контексте смены культурных циклов // Общественные науки и современность. 1999, № 2

244. Цетлин М. Э. Декабристы: судьба одного поколения. -Париж, 1933

245. Цимабаев Н. И. К истории общественной мысли и освободительного движения в России // Преподавание истории в школе. 1990. № 4, с. 45−56

246. Чарторижский А. Мемуары. М., 1998

247. Частное письмо из Петербурга в Тульчин // Русский архив. 1868. № 11, стб. 1820−1828

248. Чермантеева Т. С. Концепция европейского гуманизма в культурной ретроспективе. Ростов — на — Дону, 1990

249. Чичерин А. Дневник Александра Чичерина. М. 1966

250. Чумаченко В. Г. Великая французская революция и Россия // Научные доклады высшей школы. Экономические науки. 1989. № 7, с. 65−70

251. Шатобриан Ф. Р. де, Замогильные записки. М. 1995

252. Шекспир В. Гамлет, принц датский. М. 1980

253. Шиллер Ф. Избранное. М. 1954

254. Шиянова И. А. К истории восприятия личности декабриста в XIX веке // Проблемы метода и жанра. Томск, 1994. Выпуск 18.

255. Шкуратов В. А. Историческая психология. Ростов — на -Дону, 1994

256. Шкуратов В. А. Проблема синтеза культурологии и психологии в исторической психологии: Автореферат дис. д-ра. фил. н. Ростов-на-Дону, 1996

257. Шпенглер О. Закат Европы. Новосибирск, 1993

258. Шумейко Ю. Е. К вопросу о русской мемуаристике конца XVIII — первой половины XIX в. как историческом источнике. Донецк, 1986

259. Эйдельман Н. Я. Апостол Сергей. М. 1988

260. Эйдельман Н. Я. Лунин. Москва 1995

261. Эйдельман Н. Я. Мгновенье славы настает. Л., 1989

262. Эйдельман Н. Я. Прекрасен наш союз. Москва 1991

263. Эйдельман Н. Я. Пушкин и декабристы: Из истории взаимоотношений. М., 1979

264. Эйдельман Н. Я. Революция сверху. М., 1989

265. Эйзенштадт С. Конструктивные элементы великих революций: культура, социальная структура, история и человеческая деятельность // THESIS Теория и история экономических и социальных институтов и систем. М., 1993. — т. 1, № 2

266. Эйзенштадт С. Революция и преобразования обществ. -М., 1999

267. Экштут С. А. В поисках исторической альтернативы. Александр I. Его сподвижники. Декабристы. М., 1994

268. Экштут С. А. Великая французская революция и нравственные искания декабристов // Научные доклады высшей школы. Философские науки. 1990. № 1, с. 12−20

269. Экштут С. А. Движение декабристов: Моральный аспект политического действия // Вестник МГУ. Серия 7. 1989. № 5, с. 65−75

270. Эрлих С. А. Кого считать декабристом ответ советского декабристоведения по материалам библиографии 19 291 994 // 14 декабря 1825. История, исследования, историография, библиография. Под ред. Ильина П. В. -М., 2000, выпуск 3, с. 258−313

271. Эрлих С. Е. Мотивы революционной деятельности декабристов: (Опыт колличеств. анализа). Кишинев, 1988

272. Эрлих С. А. Неизвестная Россия: Николай I и восстание декабристов // Русский мир. Под ред. Деркаченко П. П. -М., 2001, № 3, с. 142−188

273. Якушкин И. Д. Записки. М. 1905

274. Ямпольский М. Россия: культура и субкультуры // Новая волна. Русская культура и субкультуры на рубеже 80−90-х гг. -М., 1994

275. Collins R. Culture, Communication, And National Identity. -Toronto, 1990

276. Culture Ethnicity and Identity: Current Issues in Research. -N.Y., 1983

277. Dawson E.J., Crano W.D. Burgoon Refining the Meaning and Measurement of Acculturation // International Journal of Intercultural Relation 1996, Vol. 20 -№ 1 p. 97−114

278. Dictionary of cultural & critical theory. Oxford, 1996

279. Feiblemsn J. The Theory of Human Culture. NY, 1946

280. Gerden K. The Saturated Self: Dilemmas of Identity in Contemporary Life. NY, 1991

281. Giddens A. Modernity & Self-Identity. N.Y., 1992

282. Hebdidge: The Meaning of the Style. London, 1979

283. Hingley R. The Russian Mind.- NY, 1997

284. Liebkind K., Minority Identity and Identification Process: a Social and Psychological Study. Helsinki, 1989

285. Neal M., Values and Interests in Social Change. -NY, 1965

286. Oliver D. The Snows of December. NY, 1959

287. Parsons Т., Societies: Evolutionary and Comparative Perspectives. Harvard University Press, 1966

288. Pitt D. The Social Dynamics of Development. Oxford, 1976

289. Postmodernism & its discontents. London, N.Y., 1988

290. Prewitt K., Stone A. The Ruling Elites, Elite Theory, Power end American Democracy. NY, 1973

291. Recent Developments in Theory and History. NY, 1 991 201

292. Shias M. Theory, Culture and Society. London, 1990

293. Stites R. Revolutionary Dreams. Utopian Vision and Experimental Life in Russian Revolution. NY, 1989

294. Stuart M. Aristocrat-Liberian in Service to the Tsar: A.N. Olenin and the Imperial Public Library. NY, 1986

295. Todd W.M. Fiction and Society in the Age of Pushkin: Ideology, Inst. And Narrative. London, 1986

296. Ulam A.B. Russia’s failed revolutions: From Decembrists to the Dissidents. NY, 1981

297. Voices in exile: The Decembrist memoirs / Complied by G.R.V. Barratt. Montreal, 1974

298. Wilson H.T. Tradition and Innovation: The Idea of Civilization, Culture and Its Significance. London, 1984

299. Zajczkowski A. Elity urodzenia. Warszawa, 1993

Заполнить форму текущей работой