Особенности проявления семантической универсалии в разносистемных языках: Метафорическая модель ПУТЬ в русском и английском языках

Тип работы:
Диссертация
Предмет:
Теория языка
Страниц:
215


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Важной особенностью современных лингвистических исследований является интерес к человеческому фактору в языке, рассмотрение различных языковых явлений в качестве феноменов культуры, отражающих менталитет носителей того или иного языка, их особенности восприятия и обработки информации об окружающем мире (Ю.Д. Апресян, Н. Д. Арутюнова, В. Ы. Телия, Т. В. Цивьян и др.). В связи с этим широкое развитие получило изучение языковой семантики с целью выявления универсальных и специфических черт языковых картин мира (А. Вежбицка, Е. М. Верещагин, В. Г. Гак и др.). В качестве объектов исследований выступают главным образом универсальные категории сознания, к которым прежде всего относят пространственные и временные формы восприятия действительности. Многие исследователи указывают на логическую исходность этих категорий в процессе моделирования мира (Виноградова Т.И., Топорова Т. В., Шампе Н. Н. и др.). В самое последнее время все больше исследований посвящаются вопросам отражения пространственных категорий (движение, покой, ориентация) в семантике лексических единиц и грамматических структур (Н.Д. Арутюнова, JI.B. Балашова, Ю. П. Князев, Р. И. Розина, Н. И. Шамне и др.), в художественном дискурсе (А.В. Гик, М. А. Дмитровская, С. Н. Лобода и др.) и в национальных культурах (И.Б. Леонова, С. Е. Никитина, А.Д. Шмелев).

Наша работа посвящена анализу метафоры пути, которая выражает важный аспект категории пространства, связанный прежде всего с перемещением в этом пространстве, и которую мы рассматриваем как семантическую универсалию, по крайней мере, для I языков европейского региона.

Проблема языковых универсалий па начальных этапах своего развития была обращена главным образом к материальной стороне языка, к поискам универсальных явлений в области фонетики и грамматики, в меньшей степепн затрагивая лексику и лексическую семантику, связанные с материальной и социальной культурой языкового коллектива, отражающие систему наследуемых представлений данного коллектива о мире. В лексической семантике поиски универсалий проходили в рамках структурного подхода к значению, рассматривавшемуся в качестве семантической абстракции в отрыве от культуры и менталитета носителей языка. Новый подход к поиску семантических универсалий связан с изменением аспекта лингвистических исследований, в частности, с широким пониманием лексического значения, при котором в его состав включаются признаки, связанные с разными видами знаний (Ю.Д. Апресян, И. А. Стернин и др.) привело к иному подходу в области поиска семантических универсалий. Семантические универсалии рассматриваются как сущности, неотделимые от концептуальных универсалий, представляющих знания о мире (такой подход представлен, в частности, в работах А. Вежбицкой). В нашей работе, находящейся в русле данного подхода, мы обращаемся к исследованию особенностей проявления семантической универсалии (метафоры пути) в разносистемных языках на основе анализа понятийных моделей с применением как семантического, так и концептуального подходов.

Актуальность настоящего исследования обусловлена, во-первых, утверждением отношения к метафоре как к одному из

1 Как показывает исследование материала китайского языка, метафора пути играет не менее важную роль в отражении и формировании мпровидения его носителей. основополагающих свойств языка, выполняющему когнитивную функцию. Как пишет Н. Д. Арутюнова, & quot-в последнее время в метафоре стали видеть ключ к пониманию основ мышления и процессов создания не только национально-специфического видения мира, по и его универсального образа& quot- [Арутюнова 1990: 5]. Ю. С. Степанов также говорит о метафоре как о & quot-фундаментальном свойстве языке, не менее фундаментальном, чем, например, оппозиция элементов& quot- [Степанов 1985: 229]. Актуальность работы заключается также в необходимости семантических исследований для выявления общих закономерностей и национально-культурных особенностей концептуализации действительности представителями различных лингво-культурных общностей и недостаточной полнотой описания возможных моделей метафорического осмысления элементов действительности в разных языках.

Новизна исследования связана с объектом исследования. Впервые в полном объеме описывается метафорическая модель ПУТЬ. При этом анализируется исходная понятийная область метафоры, содержащая различные уровни представления информации, анализируются выявляемые при ее актуализации концептуальные основания ассоциативного переноса и сами структурируемые понятийные области.

Целью исследования является полное описание концептуальной метафоры ПУТЬ и сопоставление ее содержания и функционирования в русском и английском языках для выявления общих тенденций и специфических черт семантического преобразования языковых единиц, фиксирующих ассоциативный способ отражения действительности в рамках метафорической модели ПУТЬ.

В ходе исследования ставятся следующие конкретные задам& raquo-: 1) Определение состава структурных элементов, формирующих метафорическую модель ПУТЬ в русском и английском языках, и их связей.

2) Характеристика концептуального содержания структурных элементов метафорической модели ПУТЬ в русском и английском языках па основе анализа семантических связей и значений репрезентирующих их языковых единиц.

3) Характеристика понятийной сферы модели метафоры ПУТЬ, включающей результаты процесса метафоризации — денотативные смыслы, получающие метафорическое обозначение.

4) Установление общих и специфических черт в понятийном объеме метафорической модели ПУТЬ в русском и английском языках для выявления сходства и различия в ценностно ориентированной картине мира носителей языков.

Материалом исследования является множество ассоциативных словоупотреблений, составляющих метафорическое поле & quot-перемещение человека в специально организованном пространстве& quot-. В нашей работе мы пытаемся использовать по возможности наиболее широкий подход к формированию тезауруса метафорической модели. Как в русском, так и в английском языке метафорическая модель ПУТЬ находит реализацию в исключительно большом по объему лексическом материале, объединяющем все виды ассоциативного употребления лексики в целом (слова с переносными значениями, образно мотивированные слова, устойчивые лексические коллокации, фразеологизмы, сравнения). Объем анализируемого материала составляет более 2000 текстов (1200 — для русского языка и 1096 — для английского языка).

Материал исследования ограничивается литературным языком, что исключает ненормативное словоупотребление, просторечье и слэнг. Мы рассматриваем только средства репрезентации образа Пути, расположенного в горизонтальной плоскости на твердой поверхности суши, таким образом, оставляя за рамками исследования водный путь, воздушный путь и путь в вертикальной плоскости (гора, лестница). Также необходимо оговорить исключение из материала исследования средств реализации образа & quot-виртуального"- (умозрительного) Пути, который М. В. Филипенко характеризует как выражение идеи упорядоченного множества элементов, включающее основные характеристики пути — направленность и поступательность, но & quot-не вписывающееся& quot- в реальный или метафорический путь [Филипенко 2000: 309]. Языковой реализацией, & quot-следами"- (Филипенко) виртуального пути являются единицы прямо, напрямик, мьшо, через, straight, through, past, реализующие образ совокупности точек пространства, упорядоченных определенным направлением, например, & quot-Пожалуйста без извинений! Спрашивайте напрямик& quot- (Гончаров) — «I want you to tell everything straight» (R. Adams) — & quot-Найти цитату через две страницы& quot- (Ожегов) — «The pain was almost past bearing, too severe to be endured» (Hornby).

Источниками материала послужили: иллюстрации толковых словарей русского и английского языков, фразеологических словарей, словарей языка отдельных писателей, словарей эпитетов, тексты художественных и поэтических произведений 19−20 вв., газетные и журнальные статьи, записи телепередач и публичных выступлений, научные статьи и монографии по теории языка, литературоведению и истории, материалы сети 'Интернет& quot-.

Методы исследования включают дедуктивно-индуктивный метод изучения конкретных примеров для выявления структурных элементов метафорической модели и метод количественной оценки полученных фактов. При определении концептуального содержания метафорической модели использовался прием тезаурусного описания.

Экспликация исходных значений проводилась методом компонентного анализа, а также путем толкования актуальных речевых смыслов. Сопоставительные методы применялись для выявления общих и специфических фрагментов содержания метафорической модели, способов их реализации и функционирования в русском и английском языках.

Теоретическая значимость исследования заключается в возможности его использования в дальнейшей разработке проблемы соотношения универсального и специфического в национальных языковых картинах мира- а также при изучении когнитивной функции метафоры как инструмента познания и категоризации человеком окружающей действительности. Возможно использовать результаты исследования для построения отдельных элементов языковой модели мира, в частности, связанных с концептуализацией пространственных отношений. Комплексный подход к описанию конкретной метафорической модели может служить основой для изучения других концептуальных моделей как в рамках одного языка, так и при их межъязыковом сопоставлении.

Практическая значимость работы связана с применением результатов исследования в лексикографической практике при составлении словарей метафор, а также в педагогической практике при разработке и чтении спецкурсов и семинаров по лингвострановедению, теории перевода и таких разделов общего языкознания, как & quot-язык и культура& quot-, & quot-язык и картина мира& quot-.

На защиту выносятся следующие положения: 1. Концептуальное содержание метафорической модели Путь представляет собой многоуровневую систему признаков реалии, выражающих как общие, так и специфические принципы ее восприятия и интерпретации в разносистемных языках.

2. Межъязыковая общность метафорической модели Путь обусловлена а) высокой степенью общности материальной и социальной культуры, объектом которой является реальный путь- б) универсальностью концепта Путь, связанной с общечеловеческим характером представляющих его категорий пространства и перемещения в пространстве.

3. Источниками национально-культурного своеобразия проявлений данной семантической универсалии могут становиться: а) обобщенные, логико-эмпирические представления о реалии, связанные с наиболее базовыми, архетипическими способами концептуализации действительности- б) предметные характеристики реалии, основанные на культурно-исторических, социальных, географических и др. факторах функционирования реалии- в) волевые и эмоциональные отношения к реалии, связанные с определенной шкалой ценностей и социально-нравственных установок- г) языковые средства репрезентации представления о реалии- д) набор и содержание понятийных областей, структурируемых при помощи исходного концепта.

Заключение

Обзор научной литературы и отчасти анализ языкового материала свидетельствует об универсальном характере концепта Путь, связанного с категориями пространства и перемещения в этом пространстве. Использование концепта Путь носителями неблизкородственных языков для смыслового конструирования больших сфер повседневного человеческого существования, имеющих огромную жизненную важность и, в то же время, слишком многообразную, изменчивую природу (как любой вид целенаправленной деятельности) пли трудноопределимый, абстрактный характер (как мышление или изменение во времени) можно объяснить а) связью с основополагающими концептуальными категориями, играющими исключительную роль в жизни человека- б) подробной смысловой структурированностью концепта Путь как знания о конкретном пространственном объекте, повседневно используемом на всех этапах исторического развития общества.

Перенос концептуальных признаков и их компонентов из области конкретного вида человеческой деятельности и связанных с ней артефактов в другие понятийные области подтверждает наблюдение других исследователей об антропоцентричности как одном из основополагающих свойств картины мира.

В русском и английском языках метафорическая модель, выражающая универсальный концепт Путь, имеет общую структуру и представляет собой • многоуровневую систему взаимозависимых структурно-семантических элементов, каждый из которых является узлом пересечения определенных смысловых связей. Основные структурные элементы метафорической модели представляют необходимые составляющие ситуации Пути: Путь следования, служащий средством Пребывания в Пути, осуществляемого Субъектом Пути.

Основные структурные элементы метафорической модели рассматриваются в качестве типовых макрообразов реалии Путь, включающих в себя комплекс типовых микрообразов, выражающих концептуальные признаки и их компоненты, релевантные с точки зрения метафорического развития типовых макрообразов. Типовые микрообразы отражают особенности концептуализации реалий представителями разных лингво-культурных общностей и лежат в основе конкретной референции языковых единиц в речи и их ассоциативного переосмысления. Средством выражения типовых микрообразов служат системные значения лексических единиц. Основное лексическое значение играет важную роль в процессе метафоризации, что подтверждают, в частности, результаты семантических исследований [см., например, Бахмутова 1988, 1997] и психолингвистических экспериментов [Елоева 2000].

Концептуальное содержание метафорической модели Путь включает три основных типа информации: а) логико-эмпирическую информацию системных значений языковых средств- б) логико-предметную информацию, частично реализуемую в языковой семантике, но в большей степени представленную содержанием актуальных речевых значений- оценочную информацию реализуемую в основном актуальными значениями в конкретных словоупотреблениях.

Логико-эмпирическая информация является частью знаний о реалиях окружающего мира, существующей в виде структурно значимых для данного языка оппозиций и закрепленной в слове в виде его денотативного значения, структурированного в той или иной степени. Данные значения представляют собой своеобразную & quot-сетку"- эталонов, типовых микрообразов, опираясь на которые, та или иная языковая общность расчленяет и интерпретирует мир. С этим связано существование особых видов & quot-вещей"- (Вежбицка) и особых лингвоспецифических наименований для них у представителей разных языковых общностей.

Системные значения — типовые микрообразы — являются основой актуальных речевых смыслов, денотативная часть которых представлена в виде исходных микрообразов метафоры Пути. Концептуальное содержание метафорической модели включает также элементы актуальных смыслов, которые становятся основой употребления наименований во вторичных ассоциативно-образных значениях. Эта часть информации представляет собой самые разные знания, источниками которых становятся особенности практического применения реалии или культурно-исторические особенности. Данная информация составляет основание, или модуль, метафоры Пути.

В каждом их указанных фрагментов информации присутствуют специфические национально-культурные элементы, позволяющие говорить о культурно обусловленных различиях в концептуализации и интерпретации Пути носителями русского и английского языков. Так, в исходных микрообразах просматривается связь с мифологическими моделями мира. Центральная семиотическая оппозиция германской мифологической модели мира природа — культура четко прослеживается в английских микрообразах, в то время как в русском языке это противопоставление оказывается не выраженным. Вместо этого противопоставляются два вида культур — городская и сельская. В русских конкретизированных микрообразах выявляется противопоставление прямой — извилистый, отражающее одну из главных славянских семиотических оппозиций правда — кривда, отсутствующей в германской мифологической модели мира. Данное различие вполне может быть связано с особенностями рельефа мест привычного проживания носителей двух культур, что подтверждается, в частности, наблюдением В. О. Ключевского о & quot-форме поверхности страны& quot-: & quot-В Западной Европе реки, падающие с значительных возвышений среди твердых горных пород,. наклонны к прямолинейному направлению. У нас же вследствие малого падения и состава почвы реки чрезвычайно извилисты& quot-. При этом речные бассейны служили & quot-готовыми первобытными дорогами& quot- [Ключевский 2000: 34−35]. Противопоставление уникальный — всеобщий, наблюдается в обоих языках, тем не менее в русском языке оно является отражением важной славянской семиотической оппозиции свой — чужой, а в английском языке относится к оппозиции природа — культура.

Тезаурус метафорической модели ПУТЬ в русском и английском языках различается по составу слов, входящих в него. В обоих языках присутствуют лиигвоспецифические наименования для особых видов & quot-вещей"-: а) названия реалий, которые известны только одной культурно-языковой общности в силу различия материальных культур, например, наименования таких видов транспорта, как тройка в русском языке и bandwagon в английском языке- б) наименования, возникшие в результате разного членения действительности и ее организации в систему понятий, когда представители той или иной культурно языковой общности выделяют в виде особой & quot-вещи"- то, что обладает практической или культурной значимостью, например, беспутье, бездоролсье, колдобина, ухаб обладают особой практической значимостью для носителей русского языка, в то время как носители английского языка выделяют на основе особой культурной значимости такие реалии, как trail, warpath, связанные с историей освоения нового континента- в) наименования соотносительных & quot-вещей"-, которые различаются эмпирическим, наглядно-чувственным компонентом содержания. Зрительный образ формы пути, его пространственная конфигурация, представлена в русском и английском языках в виде разных геометрических образов. В русском языке таким геометрическим образом является полоса, а в английском языке — линия. В связи с этим в английском языке становится возможным возникновение специфического наименования track, совмещено представляющего виды ПС, для представления которых в русском языке с необходимостью используются различные названия: тропа, след, железнодорожная колея. В отличие от русского языка, в английском языке названия видов ПС не сочетаются в метафорическом контексте с пространственными прилагательными широкий, узкий',

Некоторые тематические группы не совпадают в соответствующих языках по количеству слов, например, в русском языке присутствует большее по сравнению с английским языком количество наименований места пересечения нескольких ПС: перекресток, перепутье, распутье, развилок, в то время как в английском языке присутствует большее количество названий видов поворота: turn, bend, off-turn, about-turn- в русском языке наблюдается большее по сравнению с английским языком количество названий средств управления гужевым транспортом: узда, уздечка, повод, вожэ/си, бразды, шоры, в то время как в английском языке более разработаны средства управления автомобилем: gas [педаль], gas [топливо], cylinders, seat belts. По наблюдению А. Вежбицкой разница в степени словарной разработанности является свидетельством разной практической или культурной значимости понятий для носителей разных языков.

Различия в системных языковых значениях слов, соотносящихся с понятием Путь в двух языках, частично предопределяют и разницу актуальных смыслов исходных микрообразов пути в русском и английском языках. Не полностью совпадает также состав, количественное употребление и степень устойчивости словосочетаний, реализующих исходные микрообразы в русском и английском языках.

На уровне оценочной информации наблюдается преобладание нравственно-этических частнооценочных значений в русских в отличие от английских словоупотреблений, где преобладающую роль играют утилитарные и рациональные оценочные значения, например, обходной путь, извилистый путь в русском языке и roundabout way в английском языке. Нравственный тип оценочного значения реализуется также в контекстном использовании русских наименований петлять, лавировать, забегать вперед. Основания переносов из одной понятийной области в другую имеют сложный, комплексный характер и, как правило, включают оценочный компонент актуального значения исходного микрообраза.

Модель метафоры Путь включает несколько понятийных областей. Наиболее полно с участием всех элементов метафорической модели Путь структурируется денотативная область ЦЕЛЕНАПРАВЛЕННОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ (включая интеллектуальную и речевую деятельность):

Путь Следования (& quot-средство перемещения& quot-) — способ осуществления деятельности-

Субъект Пути (& quot-субъект перемещения& quot-) — субъект целенаправленной деятельности-

Пребывание в Пути (& quot-целенаправленное перемещение из одной точки в другую& quot-) — процесс осуществления деятельности от начального этапа до результата.

Вторая денотативная область модели метафоры — ВРЕМЯ, включающая и биологическое существование человека:

Путь Следования (& quot-местоположение"-) — этап изменения во времени-

Субъект Пути (& quot-субъект перемещения& quot-) — а) человек, проживающий жизнь- б) этап изменения во времени-

Пребывание в Пути (& quot-изменение местоположения в пространстве& quot-) -процесс изменения во времени.

Третья денотативная область модели метафоры -ЭМОЦИОНАЛЬНО-ПСИХИЧЕСКОЕ СОСТОЯНИЕ, структурируемая главным образом при помощи макрообразов Субъект Пути и Пребывание в Пути:

Субъект Пути (& quot-субъект перемещения& quot-) — эмоция или этап психического развития-

Пребывание в Пути (& quot-изменение местоположения в пространстве& quot-) -изменение эмоционального или психического состояния.

Несмотря на большое межъязыковое сходство в объеме и содержании структурируемой денотативной области, в русском языке метафорическая модель ПУТЬ участвует в формировании более обширной по сравнению с английским языком области модели метафоры, включающей, кроме уже названных, такие понятия, как а) НРАВСТВЕННАЯ НОРМА, б) ДУХОВНОЕ РАЗВИТИЕ, в) ТВОРЧЕСТВО, в структурировании которых участвуют все структурно-семантические элементы метафорической модели. При этом главным источником национально-культурного своеобразия является элемент Путь Сообщения, формирующий основные аспекты названных понятий.

Можно предположить поэтому, что несмотря па универсальный характер метафоры ПУТЬ в рассматриваемых языках, для носителей русского языка концепт Путь представляет, вероятно, большую по сравнению с английской культурой значимость в построении национальной модели мира.

Метафорический ПУТЬ в языковом сознании носителей русского и английского языков

Сопоставительный анализ концептуального содержания метафорической модели ПУТЬ дает возможность для детального описания фрагмента образной картины мира, отражающей особенности видения мира носителями русской и английской культур. Носители русского языка отправляются в путешествие как для развлечения, так и с познавательными целями, для ознакомления с другими местами, а также с «захватническими, военными целями отправляются в крестовые походы. Для носителя английского языка целыо путешествия, кроме развлечения, становится религиозный долг, требующий паломничества {pilgrimage) к святым местам или военного похода {crusade), причем отнюдь пе с агрессивными, а с исключительно благородными целями по защите паломников и восстановлению попранной справедливости.

Русский Путь имеет определенную ширину и конфигурацию, влияющие на скорость и удобство перемещения. Поверхность Пути может быть ровной как скатерть, торной, протоптанной, утоптанной, битой или избитой, истоптанной многочисленными странниками, накатанной, наезэ/сенной или избитой колесами многих телег, возов или полозьями саней. Так же часто поверхность метафорического Пути может быть покрыта камнями и острым тернием, делающим продвижение по нему трудным и болезненным.

Продираясь сквозь териии ошибок и заблулсдений, следует постоянно стремиться к тому, чтобы точно попасть в цель смысла. "- (Н. Молчанов).

Однако ровный Путь, часто используемый многими людьми, не всегда хорош, поскольку не требует затраты личных усилий, а подразумевает использование готового результата чужого труда. Метафорический Путь для носителя русского языка и должен быть трудным, иметь вид испытания, инициации, требующих затраты всех сил.

Путь к достижению вершин профессионального мастерства ие короток и отнюдь нелегок. Это путешествие пройдет через болото косноязычия и заросли двусмысленности, надо будет продираться через джунгли ложной многозначительности, взбираться на вершины стилистических красот и опускаться в низины Э! саргона и слэнга& quot- (А. Чужакин).

Такой Путь покрыт ухабами, рытвинами и колдобинами, а иногда становится совершенно непроходимым / непроезжим, превращаясь в беспутье, бездоролсье и становясь помехой для перемещения к цели Пути.

В своем двилсении по этой искореженной рытвинами и ухабами наших принципов дороге мы все больше утрачивали возмолсность одерлсать победу в соревновании. Как бы то ни было, но оставив прежний путь и то ли не зная, как вступить на новый, то ли не лселая этого, мы оказались на темном бездоролсье& quot- (Г. Вайнштейн).

В такой ситуации единственным способом достижения цели становится движение по колее, оставленной колесами собственной телеги в предыдущих поездках.

Что молено было наладить, наладилось, вошло в колею& quot- (К. Федин).

Для носителей английского языка ширина или качество поверхности Пути не имеет большого значения, о чем свидетельствует отсутствие в языке устойчивых средств реализации данных признаков. На Пути нет ухабов и колдобин, и тем более отсутствует ситуация беспутья-бездорожья, поэтому так нежелательны помехи, затрудняющие движение и причиняющие неудобства и страдания.

Twas the old — road through pain

That unfrequented — one

With many a turn — and thorn

That stops — at Heaven" (E. Dickenson) —

I felt I stuck in a rut, so I decided to change my job" (Longmann).

Носители русского языка воспринимают Путь в большей степени с точки зрения его мифопоэтических функций, главной из которых является его трудность, поэтому русские, в отличие от англичан придают высокую нравственную ценность трудному — тернистому и каменистому — Пути. Носители же английского языка, не привязанные в такой степени к мифопоэтической традиции, оценивают Путь с утилитарных позиций, выражая негативное отношение к трудному, требующему лишних физических усилий Пути, и позитивно оценивая легкий, удобный, утоптанный Путь (beaten track). Например, сойти с утоптанного Пути означает для носителя английского языка оказаться вне сферы общественных интересов или не иметь доступа к информации.

The 2000 residents of the remote FoJkland islands were the living definition of off the beaten track «(Time).

Русские идут по Пути, размеченному деревянными вехами и верстовыми столбами, а английский Путь измеряется в милях и размечен каменными вехами (milestone). Русский Путь имеет множество перекрестков, перепутий, распутий и развилок, представляющих потенциальную опасность своей непредсказуемостью, а английский Путь характеризуется множеством поворотов: turn, bend, off turn, about-turn, что может быть связано с отсутствием русского простора, позволяющего прокладывать прямые пути большой протяженности.

Страна все eiife топчется па перекрестке двух дорог. "- (А. Головков) — дорога моя неумолимо ведет к развилке. «(Стругагра/е) —

Россия вновь па перепутье. & quot-Г. Бондаренко) —

Tho' the way be long,

Let your heart be strong,

Keep right on round the bend" (Folk song) —

Society has taken a turn toward the individual" (NW) —

The turning point for the business came in 1974″ (CCDE) —

The Conservatives performed a swift about-turn" (CCDE).

Носители русского языка выражают негативное отношение к Пути, соединяющему сельские поселения — проселок (проселочная дорога) в противоположность Пути, проложенному внутри или между городами, центрами культуры и цивилизации — магистраль, трасса, шоссе, столбовая дорога: выбраться па столбовую дорогу человеческой цивилизации& quot-- вывести па столбовую дорогу прогресса& quot-- отклонились от столбовой дороги цивилизованных стран «- выведет па скоростную магистраль прогресса& quot-- поезд конференции выбрался на основную магистраль «- трассы судеб& quot-- шоссе длинною в лсизнь& quot-.

Носители английского языка не проводят различия между Путями, проложенными в сельской местности или в городах, однако значимость Путей, проложенных внутри населенных пунктов, определяется социальным статусом проживающих в данном месте людей, о чем говорит большое количество наименований для улиц в непрестижной, бедной части города, вызывающих негативное отношение — back street, alley. «A back-street lawyer gave him some forged papers «(CCDE) — «John didn’t take the job because it was a blind alley «(DAI). Носитель русского языка преодолевает Путь не только па коне-лошади, как и носитель английского языка, но также в телеге или санях, запряженных птицей-тройкой, и даже на козе. Также, судя по большому количеству наименований, заметное предпочтение отдается железнодорожному транспорту, включая такие военизированные его виды, как бронепоезд и эшелон. К тому же по русскому Пути перемещаться можно и на танке.

Шесть последних лет показывают, как непросто изменить путь, по которому летел & quot-наш паровоз& quot-, больше напоминающий бронепоезд& quot- (Е. Мельникова) —

Калсдый выстрел с позиции кремлевского бронепоезда, похолсе, идет на пользу популярности Б. Ельцина& quot- (В. Гатов) —

Астахов не испугается, показаний не изменит. Он будет переть как пшик. Нет, как паровоз, ведь пшик способен повернуть «(Н. Леонов).

По английскому Пути предпочтительнее перемещаться в автомобиле, пристегнув ремни (fasten the seat belts), нажимая на педаль газа (step on gas) и пуская двигатель на полную мощность (on all cylinders). Военный же транспорт полностью исключается из возможных средств передвижения.

Носители русского языка предпочитают не ходить по Пути в одиночку, высоко оценивая наличие спутников, попутчиков.

Снова звучал призыв очистить ряды от случайных попутчиков «(Коме, пр.) —

Улыбка — спутник хорошего настроения «(С. Ожегов) —

Выбор спутника жизни — ответственный шаг «(С. Оэ/сегов).

Причем случайные попутчики, которые покидают своих товарищей на полпути, не достигнув совместной цели, морально осуждаются в чем находит выражение русское чувство коллективизма, противопоставленное английскому индивидуализму. Последнее подтверждается отсутствием в английском языке прямых наименований лиц, совершающих совместное путешествие, поскольку англичане предпочитают путешествовать в одиночку, при этом способность пройти Путь самостоятельно, завершить дело без посторонней помощи обладает особой ценностью, о чем свидетельствует положительная оценка в высказываниях типа:

7 was proud I could go it alone" (CCDE).

Русские ходят и ездят не только по прямому Пути, как англичане, но и по извилистому, косому Пути, петляя и лавируя между препятствиями, пытаясь обойти законы, правила и инструкции, проявляя ловкость и хитроумие, что далеко не всегда осуждается, даже наоборот -приветствуется, как умение справляться с трудностями и решать сложные задачи.

Мне нравится ходить по лезвию бритвы, лавируя между тем, что я на самом деле думаю, и тем, что мне думать. полагается& quot- (Стругацкие).

Выбор прямого Пути у носителя русского языка свидетельствует о бесхитростности, честности и получает высокую нравственную оценку.

Дмитрий Сергеевич никогда не шел ни на какие компромиссы, ни на какое бесчестие- все знали — он способен идти только прямым путем& quot- (А. Кунин).

Англичане не знают извилистых Путей, действуя напрямую, а если выбирают окольную дорогу, то не для того, чтобы схитрить и оказаться в более выгодном положении по сравнению со своими попутчиками, а из-за неумения рационально спланировать маршрут.

What a roundabout way of doing things!" (CCDE)

Носители русского языка начинают Путь в неопределенно широком пространстве всего мира:

Филоерей хотел уйти из мира через огонь& quot- (Н. Леонов).

Заканчивают же Путь в болоте, в дебрях, в пропасти, опасном, гибельном месте вдали от человеческих поселений, представляющем ложную цель и связанном с неудачей, недостижимостью истинной цели Пути:

Поэты и прозаики, ученые и дилетанты, теоретики и практики -все бросались самоотверлсенно в мрачное болото невежества и злоупотреблений с пламенником обличения& quot- (Добролюбов) —

Насчет национальных республик и СоУЗа. Когда эшелон сошел с рельсов и попал в трясину, легче вытаскивать по вагону, чем пытаться вытаскивать весь состав сразу& quot- (Г. Гачев) —

И вновь кошмарное видение: госпоезд сошел с рельсов и катится в пропасть, а в кабине машиниста продоллсается партсобрание, и президиум сидит лицом к партактиву, спиной к ветровому стеклу& quot- (И. Бестужев-Лада)

Вы далее не представляете, в какие дебри это может пас завести!& quot- (Д. Корецкий) — либо в потустороннем, нереальном пространстве — на том свете, в мире ином, на небесах, в раю, у Бога, у праотцев, в бездне, связанном со смертью, что лишний раз подтверждает близость русского языкового сознания мифопоэтическому восприятию мира. лсена скоро отправилась па тот свет& quot- (Гоголь) —

Свита Сатаны’умеет доводить дело до конца и не остановится, пока не проверит подлинность нашего ухода в мир иной& quot- (В. Головачев) —

Больше он не сказал ни слова и скоро отошел в вечность& quot- (Пикуль) —

А. П. тяжело заболел и чуть не отправился к праотцам& quot- (М. Чехова) —

Ну, наговорил! Семь верст до небес и все лесом& quot- (С. Антонов) —

Мы успели- в гости к Богу //

Не бывает опозданий& quot- (Высоцкий) —

Да, мы оказались в тялселейшем пололсеиии, экономика, калсется, дошла до крайней черты. [.] Нас лее пытаются силой столкнуть на путь, ведущий в бездну& quot- (Известия).

Путь также может заканчиваться в месте совместной (часто ритуальной) деятельности — в Храме, как свидетельство поиска духовного совершенства, на погосте, как окончание земного Пути ~ жизни, а также в месте, совместного страдания и несвободы — в остроге, в Гулаге. в час испытаний легко спутать две дороги — к Храму и Гулагу& quot- (А. Кива) — из острога одна дорога — опять в острог& quot- (Горький) —

И богату и просту — всем дорога к погосту, — так ли, бабушка?& quot- (Горький).

Для англичанина Путь начинается вдали от дома, в сложной, опасной ситуации — out of the woods, и заканчивается в цивилизованном мире большого города — to town, to Canossa, to Coventry, to Rome:

The worst may be over, but we are not out of the woods yet" (USA Today) —

AL.: We’re not out of the blooming wood yet. P.: We’re ruined all right" (W.S. Maugham) —

Somepeople learn by doing. Others have to be taught. In the long run all roads lead to Rome" (NTC's) —

Have you ever been sent to Coventry? It is not a very pleasant feeling, I can tell you" (L. Hartley) —

We shall not go to Canossa and submit after having refused to do so" (E.C. Brewer) — либо у домашнего очага — home, наименование которого непременно приобретает положительные коннотации в текстах.

I just gave them a bit of straight talk- and it went home" (G.B. Shaw) —

Why do I always have to shout at you to drive something home?" (NTC's) —

When the preacher spoke about prejudice, some people felt he had come too close to home" (DAI).

Таким образом, русский метафорический Путь ведет в далекое, опасное или нереальное место, а английский метафорический Путь ведет в безопасность жилища, человеческих поселений.

ПоказатьСвернуть

Содержание

ГЛАВА I Теоретические основы исследования

1.1 Метафора как унивельное и национально-культурное явление

1.2 Метафора как единица языка и как процопроизвова

1.3 Метафоричая модель встеме понятий, отражающих общнь оциативно-образныховоупотреблений

1.4 овные понятия и теоретичие положения работы

ГЛАВА II Метафорическая модель ПУТЬ: ее структура н содержание

2.1 Структура метафоричой модели ПУТЬ

2.2 Концептуальноедержание макрообраза Путь Следования в рком и англиом языках

2.2.1. Виды ПС

2.2.2. Детали ПС

2.3 Концептуальноедержание макрообраза Пребывание в Пути в рком и англиом языках

2.3.1. Перемещение

232. Мо

2.4. Концептуальноедержание макрообраза Субъект Пути в рком и англиом языках

2.4.1. Лицо /Группа лиц

2.4.2. Траорт

Список литературы

1. Агачева С. В., Нефедов В. Д. Универсальный и национальный характер фразеологизмов, содержащих отрицание. На материале русского, английского и немецкого языков. // Лексика и культура. -Тверь: Изд-во ТГУ, 1990.

2. Анштатт Т. Стремление к лучшему: семантическое поле движения как база для выражения оценки. // Логический анализ языка: Языки динамического мира. Дубна, 1999.

3. Апресян В. Ю., Апресян Ю. Д. Метафора в семантическом представлении эмоций. // ВЯ. 1993. — № 3.

4. Апресян Ю. Д. Лексическая семантика. М., 1974. — 348с.

5. Апресян Ю. Д. Интегральное описание языка и толковый словарь //ВЯ. 1986. — № 2.

6. Апресян Ю. Д. Метафора в лексикографическом толковании эмоций. //ВЯ. 1993. -№ 3,-с. 17−28.

7. Апресян Ю. Д. Избранные труды. Т.2. Интегральное описание языка и системная лексикография. М.: & quot-Языки русской культуры& quot-, 1995. — 766с.

8. Апресян Ю. Д. Образ человека по данным языка: попытка системного описания. // ВЯ. 1995. — № 1. — с. 37−41.

9. Арутюнова Н. Д. Языковая метафора. // Лингвистика и поэтика. -М., 1979.

10. Ю. Арутюнова Н. Д. Типы языковых значений. Оценка. Событие. Факт. -М., 1981. -280с.

11. И. Арутюнова Н. Д. Об объекте общей оценки. // ВЯ. 1985. — № 3.

12. Арутюнова Н. Д. Метафора и дискурс. // Теория метафоры. М., 1990.

13. Арутюнова Н. Д. Язык и мир человека. М.: & quot-Языки русской культуры& quot-, 1998. -896с.

14. Арутюнова Н. Д. Путь по дороге и бездорожью. // Логический анализ языка: Языки динамического мира. Дубна, 1999. — с. 317.

15. П. Афанасьев А. Н. Происхождение мифа, метод и средства его изучения. // Древо жизни. М., 1983. — с. 4−12.

16. Бабаева Е. В. Лексическое значение слова как способ выражения культурно-языкового концепта. // Языковая личность: культурные аспекты. Волгоград-Архангельск, 1996.

17. Бабушкин А. П. Типы концептов в лексико-фразеологической семантике языка. Воронеж, 1996. — 198с.

18. Балашова Л. В. Метафора в диахронии (на материале русского языка 19−20 вв.). Саратов, 1998. -216с.

19. Балли Ш. Французская стилистика. М., 1961. -416с. 22/Баранов A.M. Очерк когнитивной теории метафоры. //

20. БарановА.Н., Караулов Ю. Н. Русская политическая метафора (материалы к словарю). М., 1991. -е. 184−193.

21. Баранов А. Н., Караулов Ю. Н. Словарь русских политических метафор. М., 1994.

22. Бахмутова Н. И. Системность переносных значений глаголов в русском языке. // Системность отношений на разных уровнях языка. Новосибирск, 1988. — с. 42−47.

23. Бахмутова Н. И. Семантическая природа лейтмотива и средстваего формирования. // Словоупотребление и стиль писателя. -С. -П., 1995. -с. 119−127.

24. Бахмутова Н. И. О понятии регулярности в развитии переносных значений слов. // Проблемы развития языка. Вып.1. — Саратов, 1997.

25. Бессонова О. М. Очерк сравнительной теории метафоры. // Научное знание. Новосибирск, 1987. — с. 205−211.

26. Блумфильд Л. Язык. М., 1968. — 615с.

27. Блэк М. Метафора. // Теория метафоры. М., 1990. — с. 153−172.

28. Болдырев Н. Н. Отражение пространства деятеля и пространства наблюдателя в высказывании. // Логический анализ языка: Языки пространств. М.: & quot-Языки русской культуры& quot-, 2000. — с. 141−158.

29. Борухов Б. Л. & quot-Зеркальная"- метафора в истории культуры. // Логический анализ языка. Культурные концепты. М., 1991. — с. 109−117. 32! брутян Г. А. Языковая картина мира и ее роль в познании. // Методологические проблемы анализа языка. Ереван, 1976.

30. Брысина Е. В. Коммуникативные фразеологизмы и их роль в передаче личностных смыслов в дискурсе. // Предложение и слово. Саратов, 1999.

31. Булыгина Т. В., Шмелев А. Д. Перемещение в пространстве как метафора эмоций. // Логический анализ языка: Языки пространств. М.: & quot-Языки русской культуры& quot-, 2000. — с. 277−287.

32. Вежбицка А. Сравнение градация — метафора. // Теория литературы. — М., 1990.

33. Вежбицка А. Язык. Культура. Познание. М.: & quot-Русские словари& quot-, 1996. — 411с.

34. Вежбицка А. Семантические универсалии и описание языков.

35. М.: & quot-Языки русской культуры& quot-, 1999. 605с.

36. Веидииа Т. И. Русская языковая картина мира сквозь призму словообразования (макрокосмос). М.: & quot-Индрик"-, 1998. — с. 12−23.

37. Верещагин Е. М. Психологическая и методическая характеристика двуязычия. М., 1969. — 143с.

38. Верещагин Е. М., Костомаров В. Г. Лингвострановедческая теория слова. -М., 1980.

39. Верещагин Е. М., Костомаров В. Г. Язык и культура. М.: & quot-Русский язык& quot-, 1983.

40. Верещагин Е. М., Костомаров В. Г. О предмете, объеме и функциях лингвострановедепия. // Лингвострановедческий аспект в преподавании русского языка как иностранного. Воронеж, 1984. -с. 20−29.

41. Виноградов В. В. Основные типы лексических значений слова. // ВЯ. 1953. — № 5.

42. Вольф Е. М. Метафора и оценка. // Метафора в языке и тексте. -М., 1988.

43. Гак В. Г. К проблеме общих семантических законов. // Общее и романское языкознание. М., 1972. -е. 151−153.

44. Гак В. Г. Сопоставительная лексикология. М., 1977.

45. Гак В. Г. Метафора: универсальное и специфическое. // Метафора в языке и тексте М., 1988.

46. Гак В. Г. Пространство вне пространства. // Логический анализ языка: Языки пространств. М.: & quot-Языки русской культуры& quot-, 2000.

47. Галан А. Миф и символ. М., 1993.

48. Гачев Г. Д. О национальных картинах мира. // Народы Азии и Африки. 1967. -№ 1.

49. Гачев Г. Д. Европейские образы пространства и времени. //

50. Культура, человек и картина мира. М.: & quot-Наука"-, 1987. — с. 198 227.

51. Григорьева Т. П. Образы мира в культуре: встреча Запада с Востоком. // Культура, человек и картина мира. М., 1987. — с. 271−279.

52. Гринберг Дж., Осгуд Ч., Дженкиис Дж. Меморандум о языковых универсалиях. // Новое в лингвистике. Т. 5. — М., 1970.

53. Гудавичюс А. Й. Семантический процесс антропоцентрической метафоризации (на примере зооморфизмов русского и литовского языков). // Семантические процессы в системе языка. Воронеж, 1984.

54. Гумбольдт В. Избранные труды по языкознанию. М., 1984.

55. Гуревич В. В. От движения к покою или наоборот? (О некоторых пародоксах семантической деривации). // Логический анализ языка: Языки динамического мира. Дубна, 1999.

56. Гусев С. С. Наука и метафора. Л., 1984.

57. Дмитровская М. А. Протиивопоставление кругового и прямолинейного движения у А. Платонова. // Логический аналииз языка: Языки динамического мира. Дубна, 1999.

58. Добровольский Д. О. и др. Сопоставительная фразеология. -Владимир, 1990.

59. Добровольский Д. О. Национально-культурная специфика во фразеологии (I). // ВЯ. 1997. — № 6. — с. 37−48.

60. Добровольский Д. О. Национально-культурная специфика во фразеологии (И). // ВЯ. 1998. — № 6. — с. 48−57.

61. Елина Е. Г. Литературная критика и общественное сознание в Советской России 1920-х годов. Саратов, 1994. — 192с.

62. Ермакова О. П. Семантические процессы в лексике. // Русский язык конца XX столетия (1985−1995). М., 1996. -е. 44−61.

63. Ермакова О. П. Обратимость куда и зачем в русском языке // Логический анализ языка: Языки динамического мира. Дубна, 1999. -е. 35−40.

64. Ермакова О. П. Пространственные метафоры в русском языке // Логический анализ языка: Языки пространств. М.: & quot-Языки русской культуры& quot-, 2000. — с. 289−298.

65. Зализняк А. А. Метафора движения в концептуализации интеллектуальной деятельности. // Логический анализ языка: Языки динамического мира. Дубна, 1999.

66. Ибрагимова В. Л. Семантическое поле глаголов движения в современном русском языке. Автореферат дисс. На соискание уч. степени кандидата филол. наук. Уфа, 1975.

67. Иванов В. В., Топоров В. Н. Славянские языковые моделирующие семантические системы. М., 1965.

68. Илюхина Н. А., Безрукова М. В. О некоторых тенденциях в развитии вторичной номинации. // Проблемы русской лексикологии. Самара, 1991.

69. Илюхина Н. А. Использование образа коня-лошади для интерпретации понятия & quot-человеческая жизнь& quot-. // Семантическая системность языковых единиц. Самара, 1996. — с. 75−89.

70. Илюхина Н. А. О семантической структуре образного комплекса. // Семантическая системность языковых единиц. Самара, 1997.

71. Илюхина Н. А. Образ в лексико-семантическом аспекте. Самара, 1998. -206с.

72. Исаченко О. М. Функционально-семантический класс глаголов поведения (системно-семантический, функциональный и лингвокультурологический аспекты). Автореферат дисс. На соискание уч. ст. кандидата филол. наук. Барнаул, 2000.

73. Карасик В. И. Культурные доминанты в языке // Культурные концепты: проблема ценностей. Волгоград, 1996.

74. Караулов Ю. Н. Общая и русская идеография. М.: & quot-Наука"-, 1976.

75. Кацнельсон C. J1. Содержание слова, значение и обозначение. -М. -Л.: & quot-Наука"-, 1965, — 110с.

76. Кириллова Н. Н. О денотате фразеологической семантики. // ВЯ. -№ 1, — 1986. -с. 82−89.

77. Клишин А. И., Фонякова О. И. Опыт описания универсальных семантических моделей пространственной метафоры (конкретное абстрактное). // Семантика и коммуникация. — С. -П., 1996.

78. Ключевский В. О. Краткий курс по русской истории. М.: Изд-во «ЭКСМО-Пресс», 2000. — 800с.

79. Кожевникова Н. А. Словоупотребление в русской поэзии начала 20 в. М.: & quot-Наука"-, 1986.

80. Кожевникова Н. А. Метафора в поэтическом тексте. // Метафора в языке и тексте. М., 1988.

81. Кожевникова Н. А. О варьировании тропов в прозе Е. Замятина // Семантическая системность языковых единиц. Самара, 1997.

82. Кожевникова Н. А., Петрова ЗЛО. Материалы к словарю метафор и сравнений русской литературы XIX—XX вв. Выпуск 1: & quot-Птицы"-. М.: & quot-Языки русской культуры& quot-, 2000. — 480с.

83. Колшанский Г. В. Объективная картина мира в познании и языке. М.: Наука, 1990.- 103с.

84. Комлев Н. Г. О культурном компоненте лексического значения. // Вестник Московского университета. Филология. 1966. — № 5. — с. 43−50.

85. Комлев Н. Г. Слово, денотация и картина мира // Вопросы философии, 1981. № 11. -с. 25−37.

86. Князев Ю. П. Обозначение направленного движения в русском языке: средства выражения, семантика и прагматика // Логический анализ языка: языки динамического мира. Дубна, 1999. — с. 29−40.

87. Кошелев А. Д. Описание когнитивных структур, составляющих семантику глагола ехать // Логический анализ языка: Языки динамического мира. Дубна, 1999. — с. 41−52.

88. Крейдлин Г. Е. Некоторые пути и типы метафоризации слов в языке. // Тождество и подобие. Сравнение и идентификация. М., 1990. -с. 124−139.

89. Крюков А. Н. Фоновые знания и языковая коммуникация. // Этнопсихолингвистика. М.: & quot-Наука"-, 1988. -е. 19−34.

90. Кубрякова Е. С., Демьянков В. З., Панкрац Ю. Г., Лузина Л. Г. Краткий словарь когнитивных терминов. М., 1996.

91. Кубчак X. Метафора. К вопросу об интерпретации и семантической структуре метафоры, изучаемой на основе референциального описания значения. // Общественные науки за рубежом. Языкознание. № 4. — М., 1979. — с. 196−199.

92. Кузнецов A.M. Национальное своебразие слова. // Язык икультура. М., 1987. -с. 141−163.

93. Кузьмина Н. А. Наивная картина мира, мифопоэтический универсум и идеостиль поэта (образы жизни-движения в художественной речи Ф. Сологуба). // Славянские чтения. Вып. IV. — Омск, 1995.

94. Лакофф Дж. Лингвистические гештальты // Новое в Зарубежной лингвистике. Вып X, — М.: Прогресс, 1981. -е. 354−387.

95. Лакофф Дж. Мышление в зеркале классификаторов. // Новое в зарубежной лингвистике. Вып II.- М., 1988. — с. 12−49.

96. Лакофф Дж., Джонсон М. Метафоры, которыми мы живем. // Теория метафоры. М., 1990. — с 385−408.

97. Левонтина И. Б., Шмелев А. Д. На своих двоих: лексика пешего перемещения в русском языке. // Логический анализ языка: Языки динамического мира. Дубна, 1999.

98. Леонтьев А. Н. Культура, поведение и мозг человека. // Вопросы философии. 1968. — № 7. — с. 51−63.

99. Лихачев Д. С. О национальном характере русских. // Вопросы философии. 1990. — № 4.

100. Майсак Т. А., Рахлина Е. В. Семантика и статистика: глагол идти на фоне других глаголов движения. // Логический анализ языка: Языки динамического мира. Дубна, 1999. — с. 53−65.

101. МакКормак Э. Когнитивная теория метафоры. // Теория метафоры. М., 1990. — с. 358−382.

102. Маковский М. М. & quot-Картина мира& quot- и миры образов. // ВЯ. -1992. № 6.

103. Маковский М. М. Сравнительный словарь мифологической символики в индоевропейских языках: Образ мира и мирыобразов. М, 1996.

104. Мелетинский Е. М. О семантике метафорических сюжетов в древнескандинавской поэзии и прозе. // Скандинавский сборник. -Т. 18. Таллин, 1970.

105. Мелетинский Е. М. Скандинавская мифология как система. // Труды по знаковым системам. Т.9. — Тарту, 1975.

106. Миллер Дж. Образы и модели, уподобления и метафоры. // Теория Метафоры. М., 1990. — с. 236−283.

107. Минский М. Фреймы для представления знаний. М.: & quot-Энергия"-, 1979. -212с.

108. Молчанова А. Н. О переносно-образных значениях слов. // Аспекты лексического значения. Воронеж, 1982. — с. 23−29.

109. Морковкин В. В., Морковкин Д. В. Словарь агнонимов русского языка. М. 1998.

110. Москвин В. П. Классификация русских метафор // Культурные концепты: проблема ценностей. Волгоград, 1996.

111. Москвин В. П. Русская метафора: Семантическая, структурная, функциональная классификация. Волгоград, 1997. — 82с.

112. Невская Л. Г., Николаева Т. М., Седакова И. А., Цивьян Т. В. Концепт Пути в фольклорной модели мира (от Балтии до Балкан). // Славянское языкознание. М., 1998. — с. 442−456.

113. Никитин М. В. О семантике метафоры // ВЯ. 1979. — № 1. — с. 91−102.

114. Никитина С. Е. О концептуальном анализе в народной культуре. // Логический анализ языка. Культурные концепты. -М., 1991. -с. 116−121.

115. Никитина С. Е. Устная народная культура и языковое сознание. -М.: & quot-Наука"-, 1993.- 186с.

116. Никитина С. Е. Культурно-язвыковая картина мира в тезаурусном описании (на материале фольклорных и научных текстов). М., 1999.

117. Никитина С. Е. Роду путешественного. (о концепте пути в русских конфессиональных культурах). // Логический анализ языка: Языки динамического мира. Дубна, 1999.

118. Опарина Е. О. Концептуальная метафора. // Метафора в языке и тексте. М., 1988. — с. 65−77.

119. Очерки истории языка русской поэзии XX века. Образные средства поэтического языка и их трансформация. М., 1995. -205с.

120. Павлович Н. В. Язык образов. Парадигмы образов в русском поэтическом языке. М., 1995. — 224с.

121. Павлович Н. В. Словарь русских поэтических образов. М., 1996.

122. Петров В. В. Язык и логическая теория: в поисках новой парадигмы. // ВЯ. 1988. — № 2.

123. Петров В. В. Метафора: от семантических представлений к когнитивному анализу. // ВЯ. 1990. — № 3. — с. 135−145.

124. Петрова ЗЛО. Регулярная метафорическая многозначность в русском языке как проявление системности метафоры. // Проблемы структурной лингвистики. М., 1989. — с. 120−133.

125. Плешакова А. В. Исследование фреймов & quot-происшествие"- на материале русских и английских газетных текстов жанра & quot-информационное сообщение& quot-. Дисс. на соиск. уч. ст. канд. филол. наук. Саратов, 1998.

126. Плугнян В. А. К типологии глагольной ориентации. // Логический анализ языка: Языки динамического мира. Дубна, 1999.

127. Попова З. Д. Семантическое пространство языка как категория когнитивной лингвистики. // Вестник ВГУ. Серия 1. -Гуманитарные науки. — 1996. — № 3. — с. 64−68.

128. Потебня А. А. Эстетика и поэтика. М., 1976. — 614с.

129. Райхштейн А. Д. О межъязыковом сопоставлении фразеологических единиц. // ИЯШ. 1979. — № 4. — с. 3−8.

130. Ричарде А. Философия риторики. // Теория метафоры. М., 1990. -е. 44−67.

131. Розина Р. И. Движение в физическом и ментальном пространстве. // Логический анализ языка: Языки динамического мира. Дубна, 1999.

132. Роль человеческого фактора в языке: язык и картина мира. -М.: & quot-Наука"-, 1988. -389с.

133. Рябцева Н. К. Помехи, преграды и препятствия в физическом, социальном и ментальном пространстве. // Логический анализ языка: Языки динамического мира. Дубна, 1999.

134. Семантические модели русских глагольных предложений: экспериментальный синтаксический словарь. Екатеринбург, 1998.

135. Серебрянников Б. А. Как происходит отражение мира в языке. // Роль человеческого фактора в языке: язык и картина мира. М.: & quot-Наука"-, 1988.

136. Синельникова JI.H. Смерть как феномен движения и изменения, связанный с моментом истины. // Логический анализ языка: Языки динамического мира. Дубна, 1999.

137. Скляревская Г. Н. Языковая метафора в словаре. Опыт системного описания. // ВЯ. 1987. — № 2. — с. 58−65.

138. Скляревская Г. Н. Метафора в системе языка. С. -П., 1993.

139. Солодуб Ю. П. К вопросу о совпадении фразеологических оборотов в различных языках. // ВЯ. 1982. — № 2. — с. 106−113.

140. Сорокин Ю. А., Тарасов Е. Ф., Уфимцева Н. В. & quot-Культурный знак& quot- Л. С. Выготского и гипотеза Сепира Уорфа. // Национально-культурная специфика речевого общения народов СССР. — М.: & quot-Наука"-, 1982. — с. 43−58.

141. Стеблин-Каменский М. И. Миф. Л., 1976.

142. Степанов Ю. С. В трехмерном пространстве языка. Семиотические проблемы лингвистики, философии, искусства. -М., 1985.

143. Степанов Ю. С. Константы. Словарь русской культуры. М., 1997. -824с.

144. Стернин Н. А. Аспекты лексического значения. Воронеж, 1982.- 160с.

145. Стернин И. А. Лексическое значение слова в речи. Воронеж, 1985, — 170с.

146. Стернин И. А. Принадлежит ли язык к явлениям культуры? // Язык и культура. Екатеринбург, 1998. — с. 8−20.

147. Телия В. Н. Коннотативиый аспект семантики номинативных единиц. М., 1986. — 141с.

148. Телия В. Н. Метафоризация и ее роль в создании языковой картины мира. // Роль человеческогог фактора в языке. Язык и картина мира. М.: & quot-Наука"-, 1988.

149. Телия В. Н. Метафора как модель смыслопроизводства и ее экспрессивно-оценочная функция. // Метафора в языке и тексте. -М., 1990.

150. Телия В. Н. Русская фразеология. Семантические, прагматические и лингвокультурологические аспекты. М., 1996. — 289с. t/

151. Толстой Н. И. Из географии славянских слов: правый левый // Избранные труды в 3 т. — Т. 1. — М., 1997.

152. Топоров В. Н. Пространство / Путь // Мифы народов мира Т. 2. М.: СЭ, 1988. -с. 177−178, 341−353.

153. Топорова В. М. Пространственная картина мира и категория оценки в языке. // Контрастивные исследования лексики и фразеологии русского языка. Воронеж, 1996. с. 10−21.

154. Топорова В. М. Геометрические концепты в языковой картине мира. // Реальность, язык и сознание. Межвузовский сб. науч. трудов. Вып. 1. — Тамбов, 1999. — с. 126−131.

155. Топорова В. М. Концепт ФОРМА в семантическом пространстве языка. Воронеж: & quot-Истоки"-, 1999. 174с.

156. Топорова В. М. Концепт & quot-форма"- в семантическом пространстве языка (на материале русского и немецкого языков). Автореферат дисс. на соискание уч. ст. доктора филол. наук.1. Воронеж, 2000.

157. Уилрайт Ф. Метафора и реальность. // Теория метафоры. М., 1990.

158. Ульман С. Семантические универсалии // Новое в лингвистике. Вып 5. — М., 1970. — с. 250−278.

159. Уорф Б. JI. Наука и языкознание // Новое в лингвистике. -Вып. 1. -М., 1960. -с. 174−186.

160. Фатеева Н. А. & quot-Опять бежать. ?"- (оконцепте & quot-бега"- у Б. Пастернака). // Логический анализ языка: Языки динамического мира. Дубна, 1999.

161. Филипенко М. В. Следы & quot-пути"- в высказывании. // Логический анализ языка: Языки пространств. М.: & quot-Языки русской культуры& quot-, 2000. -с. 308−314.

162. Филичев Н. И. Языковая общность как лингвистическое понятие. // ВЯ. 1985. — № 6. — с. 12−19. 170.Филлмор Г. Фреймы и семантика понимания. // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. 23. — М., 1988. — с. 52−68.

163. Фонякова О. И. Из истории лексико-семантических исследований: опыт периодизации. // Мат-лы XXVI межвузовской научно-методической конференции преподавателей и аспирантов. Вып. 4: Изд-во СПб ун-та, 1996.

164. Хамидуллина A.M. Словообразовательные отношения в семантическом поле глаголов движения. Автореферат дисс. на соискание уч. ст. кандидата филол. наук. Саратов, 1973.

165. Харченко В. К. Переносные значения слова. Воронеж, 1989. 174.Харченко В. К. Функции метафоры. Воронеж, 1992. 175.Цивьян Т. В. Лингвистические основы модели мира. М., 1990.

166. Ченки А. Современные когнитивные подходы к семантике: сходства и различия в теориях и целях. // ВЯ. 1996. — № 2.

167. Черкасова Е. Т. Опыт лингвистической интерпретации тропов. //ВЯ. 1968. — № 2.

168. Чернейко Л. О. Способы представления пространства и времени в художественном тексте. // Филологические науки. -1994. № 2.

169. Шамне Н. Л. Сопоставительное освещение семантики немецких и русских глаголов движения в аспекте интерпретации категории пространства. Автореферат дисс. на соискание уч. ст. доктора филол. наук. Казань, 2000.

170. Шамне Н. Л. Семантика немецких глаголов движения и их русских эквивалентов в лингвокультурологическом освещении. -Волгоград, 2000. 309с.

171. Шаховский В. И. Языковая личность в эмоциональной коммуникативной ситуации. // Филологические науки. 1998. -№ 2.

172. Шмелев Д. Н. Слово и образ. М., 1963.

173. Шмелев Д. Н. Очерки по семасиологии русского языка. М., 1964.

174. Шмелев Д. Н. Проблемы семантического анализа лексики. М., 1973. -280с. 1S5. Шмелев Д. Н. Способы номинации в современном русском языке. -М., 1982.

175. Щерба JI.В. Языковая система и речевая деятельность. Л., 1976.

176. Яворская Г. М. Образ человека в движении (к описанию этноцентрических стереотипов). // Логический анализ языка: Языки динамического мира. Дубна, 1999.

177. Яковлева Е. С. О понятии & quot-культурная память& quot- в применении к семантике слова. // ВЯ. 1998. — № 3. 189.Яковлева Е. С. Фрагменты русской языковой картины мира (модели пространства, времени, восприятия). М., 1994.

178. Яковлева Е. С. Пространство умозрения и его отображение в русском языке. // Логический анализ языка: Языки пространств. -М.: Языки русской культуры, 2000. с. 268−276.

179. Янко Т. Движение к худшему: глаголы движения в значении порчи. // Логический анализ языка: Языки динамического мира. -Дубна, 1999.

180. Bickerton D. Prolegomena to lingvistic theory of metaphor || Foundations of Language. v. 5. — 1969. — #1. — p. 39−52.

181. Black M. Models and Metaphors: Studies in Language and Philosophy. Ithaca, 1963. 219p.

182. Bloomfield L. Language. London, 1955. — 566p.

183. Greenberg J. Ii. Research on the language universals. // Annu. rev. of anthropology. Washington, 1975. — #4. — p. 75−94.

184. Gorbardt C., Wierzbicka A. Semantics and Lexical Universals: Theory and Empirical Findings. Amsterdam, 1994.

185. Jobes G. Dictionary of Mythology, Folklore and Symbols. N.Y., 1962. 198. ^ Kittay Е. Metaphor: Its cognitive Force and Linguisic Structure. Oxford, 1987.

186. Lakoff G., Johnson M. Metaphors We Live By. Chicago, 1980.

187. Lacoff G. Women, Fire and Dangerous Things. What Categories Reveal about the Mind. Chicago-London, 1987.

188. Mandelbaum D.G. Concepts of Civilization and Culture. // EB. -1965. -V5.

189. Nolan R. Cognitive Practicies: human language and human knowledge. Oxford, 1994.

190. Ortony A. Metaphor and Thought. Cambridge-London, 1979.

191. Osgood C.E. Cross-cultural studies of meaning systems. // Summaries of XIV International Congress of Psychology. Bonn, 1960.

192. Partridge E. Origins. A Short Etymological Dictionary of Modern English. N. -Y., 1979.

193. Pawels P., Simon-Vandenbergen A-M. Body parts in Linguistic Action // By Word of Mouth: Metaphor, Metonimy and Linguistic Action in a Cognitive Perspective. Amsterdam-Philadelphia, 1995.

194. Ponterotto D. Metaphors We Can Learn By // English Teaching Forum, vol. 32, #3, July, 1994.

195. Skeat W.W. An Etymological Dictionary of the English Language.1. Oxford, 1961.

196. Taylor J.R. Linguistic categorization. Prototypes in linguistic theory. Oxford, 1989.

197. Wierzbicka A. Ethno-syntax and the Philosophy of Grammar // Studies in Language. 1979. Vol. 3, #3.

198. Wierzbicka A. Semantics, Culture and Cognition: Universal Human Concepts in Culture-specific Configurations. N. -Y., 1992.

199. Wierzbicka A. Semantics: Primes and Universals. Oxford, 1996.

200. Whorf B.L. Language, Thought, and Reality || Selected writings of B.L. Whorf. Cambridge, 1965.

201. Источники исследования Словари:

202. Словарь современного литературного русского языка в 17 т. М. -Л.: «Изд-во Академии Наук СССР& quot-, 1950−1965.

203. Словарь русского языка в 4-х т. М.: & quot-Русский язык& quot-, 1965.

204. Словарь русской фразеологии: историко-этимологический справочник. С. -П., 1998.

205. Словарь автобиографической трилогии М. Горького в шести выпусках. Л., 1974.

206. Фразеологический словарь русского языка под редакцией Молоткова А. И. -С. -П.: & quot-Вариант"-, 1994.

207. Фразеологический словарь русского литературного языка конца XVIII—XX вв. -М., 1995.

208. Баранов А. Н., Караулов Ю. Н. Словарь русских политических метафор. М., 1994. -330с.

209. Горбачевич К. С., Хабло Е. П. Словарь эпитетов русского литературного языка. Л., 1979. 672с.

210. Гуревич В. В., Дорозец Ж. А. Краткий русско-английский фразеологический словарь. М.: & quot-Владос"-, 1995. 584с.

211. Ю. Кунин А. В. Англо-русский фразеологический словарь. М.: & quot-Русский язык& quot-, 1998. 944с.

212. П. Ожегов С. И., Шведова НЛО. Толковый словарь русского языка. М.: & quot-Азъ"-, 1996. -908с.

213. Павлович К. С. Язык образов (опыт словаря). М., 1995. 512с.

214. З. Яранцев Р. И. Русская фразеология. Словарь-справочник. М.: & quot-Русский язык& quot-, 1997. 847с.

215. The American Heritage Dictionary of the English Language. Boston, 1976.

216. Collins COBUILD English Language Dictionary. London-Glasgow, 1987.

217. Handbook of Commonly Used American Idioms. N-Y., 1995.

218. Hornby A.S. Oxford Student’s Dictionary of Current English. -Oxford- Moscow, 1984. 765p.

219. Longman Dictionary of Contemporary English. Harlow, 1987.

220. Longman Essential Activator. «British National Corpus». Caterham-Madrid, 1997.

221. Merriam Webster’s Collegiate Dictionary. — Springfield, 1993.

222. The Newbury House Dictionary of American English. Greenwich, 1996.

223. NTC’s American Idioms Dictionary. Lincolnwood, 1991.

224. The Oxford Dictionary of Current English. Oxford, 1996.

225. The Dictionary of Phrase and Fable. L.: «Wordsworth Editions Ltd», 1993.- 1175p.1. Тексты:

226. Английский как язык международного общения. М.: & quot-Диалог МГУ& quot-, 1998, — 121с.

227. Белых Г., Пантелеев JI. Республика Шкид. Саратов: & quot-Приволжское книжное издательство& quot-, 1980. — 320с.

228. Гражданская лирика советских поэтов. М.: & quot-Дет. Лит. "-, 1982. -687с.

229. Головачев В. В. Посланник. М.: & quot-Армада"-, 1994. — 606с.

230. Гуляковский Е. Я. Сезон туманов. М.: & quot-Армада"-, 1993. — 528с.

231. Гуляковский Е. Я. Чужие пространства. М.: & quot-Армада"-, 1994. -630с.

232. Корецкий Д. А. Флеш-атака. Самара: & quot-Самарский дом печати& quot-, 1990. — 135с.

233. Кравцова М. Е. Поэзия древнего Китая. С-П.: & quot-Петербургское востоковедение& quot-, 1994. -543с.

234. Культура Византии. Вторая половина VII-XIIbb. (отв. ред. Удальцова З. В., Литаврин Г. Г.). М.: & quot-Наука"-, 1989. — 680с.

235. Леонов Н. И. Обречен на победу. М.: & quot-Физкультура и спорт& quot-, 1990. -222с.

236. Молчанов Н. Н. Дипломатия Петра Первого. М.: & quot-Международные отношения& quot-, 1984. -438с.

237. Некрасов Н. А. Стихотворения и поэмы. М.: & quot-Дет. Лит. "-, 1981. -567с.

238. Палажченко П., Чужакин А. Мир перевода. М.: «Р-Валент», 1999, — 192с.

239. Савченко В. И. Открытие себя. М.: & quot-Молодая гвардия& quot-, 1971. -304с.

240. Стругацкие. Хромая судьба. М., 1993. — 318с.

241. Структурная и прикладная лингвистика. С-П., 1998. — Вып.5. -с. 3−8.

242. Тарковский Аре. Избранное. Кемерово: & quot-Кемеровское книжное изд-во", 1981. 42. Европа, 2000−2001. 43. Известия, 1991.

243. Московский комсомолец, 1990−1991

244. Комсомольская Правда, 1990−1992.

245. Bryson В. Mother Tongue. L.: «Penguin Books», 1990. — 270p.

246. Bryson B. Notes from a small island, L., 1995.

247. Dickinson E. The Complete Work. N-Y., 1989. — 1184p.

248. Keillor G. Lake Wobegon Days. N-Y., 1972.

249. Lakoff G., Esperson J., Coldberg A. Master metaphor list. UC Berkeley mimeo, 1989.

250. Maugham W.S. Rain and Other Short Stories. Moscow, 1977.

251. Points of View. An Anthology of Short Stories. N. -Y., 1966.

Заполнить форму текущей работой